home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Эрнан Кортес. Золото и кровь

Эрнан Кортес, или Фернандо, как его раньше было принято называть, родился в 1485-м, умер в 1547 году. Это исключительно яркая фигура в истории. Он конкистадор. В переводе с испанского – завоеватель. Один из самых знаменитых завоевателей американского континента, участник многочисленных походов в Южную и Центральную Америку в конце XV – начале XVI века.

Больше всего он известен как покоритель Мексики – империи ацтеков.

О нем написано немало.

Есть прижизненная биография, автор которой – Франсиско Лопес де Гомара – сам в Мексике не был, а основывался на рассказах очевидцев. И очень идеализировал Кортеса. Более критическое сочинение написал некий солдат, участник завоевательных походов Кортеса Бернар Диас дель Костильо. Большой интерес представляют труды Андрея Федоровича Кофмана – например, «Рыцари Нового Света (как покорялась Америка)» (2006). Кортес, если можно так выразиться, «образцовый» конкистадор. Испанский идальго, рыцарь, храбрый, дерзкий, способный на авантюрные поступки и отличавшийся немыслимой тягой к золоту. Это черта всех конкистадоров. Но именно Кортесу приписывают ответ на вопрос одного из индейских вождей о том, почему белые люди так любят золото: «Мы страдаем таким сердечным недугом, который излечим лишь золотом».

Полное имя великого завоевателя – Фернандо Кортес Монрой Писсаро Альтамарино. Традиция такого именования, с включением родовых имен, была в знатных испанских семьях. Отец – Мартин Кортес де Монрой, мать – донья Каталина Писсаро Альтамарино. Они были очень знатны, но совсем не богаты. В конце XV века разорилась значительная часть представителей феодальной элиты в Западной Европе. Они не умели и не стремились хозяйствовать – они привыкли жить, получая доходы от своих поместий. А время рождало зачатки капиталистических отношений, в Испании, правда, пока не очень заметных. Развивалась городская жизнь, торговля. Надо было учиться делать деньги. Аристократии это, как известно, несвойственно, она ищет готовых денег. Обогащение – очень важный мотив для участия испанских дворян в завоевательных экспедициях.

Кортес родился в городе Медилина, в Кастилии – центральном государстве будущей Испании. Объединенная Испания возникла через шесть лет благодаря династическому браку Фердинанда Арагонского и Изабеллы Кастильской.

По легенде, в детстве Эрнан был слабым мальчиком, очень много болел. Мы мало знаем о том, где и как он учился. Но некое образование он явно получил. Об этом свидетельствуют, например, его сохранившиеся четыре письма к королю Карлу V. Специалисты признают, что они написаны очень неплохим литературным слогом.

Это довольно пространные сочинения, в которых Кортес пытается представить себя в наилучшем свете. Он как бы отчитывается перед королем, одновременно отвергая те обвинения, которые выдвигали против него недруги. Письма-оправдания, письма-отчеты, которые должны создать его привлекательный образ. Верный сын церкви, верный подданный Карла V, никогда лишнего от короля не утаивавший, всегда отдававший значительную часть богатств. С последним трудно поспорить. Кортес отдавал королю немало. Он платил за свою свободу, избегал преследований по суду.

Откуда у него хороший слог? В 1499 году родители определили четырнадцатилетнего Эрнана в известный университет города Саламанки, чтобы он изучал там право. Однако терпения его хватило только на два года учебы. За это время он выучил азы латыни и получил кое-какие знания, отличавшие его от других, вовсе не образованных конкистадоров. На фоне разбойников он, конечно, выглядел почти интеллектуалом.

В 17 лет Кортес едва не сделался калекой. Это могло бы совершенно изменить его биографию. Он забирался на балкон – на тайное свидание к некой красотке, сорвался и очень сильно разбился. Несколько недель пролежал в постели, видимо, размышляя о жизни.

Родители искали возможность пристроить сына к какому-нибудь делу. Учиться дальше он не желал, романы заводил такие, что постоянно подвергал себя риску быть проткнутым шпагой соперника. Спасительной показалась идея отправить его к родственнику, Николасу де Овандо, губернатору Вест-Индии. Овандо только что сменил Христофора Колумба, первооткрывателя этих земель, но со временем впавшего в немилость.

В 1504 году Кортес, кости которого благополучно срослись, прибыл к родственнику на остров Эспаньола (сейчас там расположены два государства – Гаити и Доминиканская Республика). Первый американский остров, на который в 1492 году ступила нога европейца – Христофора Колумба. Эспаньола – богатая, быстро расцветающая испанская колония, основная база для дальнейшего продвижения на континент. Европейцы уже точно знали, что пойдут дальше, но не представляли себе масштабов того, что намеревались завоевать. Предшественники Кортеса думали, что, продвигаясь в сторону империи ацтеков, они в итоге попадут в Китай. Они не знали, что между новыми землями и Азией находится огромный океан.

Николас де Овандо встретил Кортеса очень радушно. Будучи человеком влиятельным, он дал юноше прекрасное имение, плантации вместе с невольниками. Плюс определил его к себе нотариусом. Живи и радуйся!

Но Эрнан и не думал трудиться. Жизнь помещика не привлекала его. Ведь он был так молод! Его сердце жаждало любви и приключений. И он сразу же прославился непрерывными дуэлями из-за прекрасных дам. У него появилось много ненавистников. Вскоре он с радостью присоединился к карательным экспедициям против непокорных индейцев. И, наконец, принял участие в крупном деле – завоевании Кубы.

Поход возглавил Диего Веласкес, человек на 20 лет старше Кортеса, один из спутников Колумба во время второго плавания 1493 года. В 1514 году, после успешного завоевания Кубы, испанский король назначил его губернатором этого острова. Веласкес был чрезвычайно доволен этим. А оставшегося служить при нем Кортеса такое назначение не обрадовало. Он считал, что Веласкес слишком много добычи забирает себе, мало делится с подчиненными. Кортес с нетерпением ждал того часа, когда он будет первым отбирать добычу.

Чтобы приблизить этот момент, он составил заговор недовольных. И как все заговоры в истории человечества, этот был выдан. У губернатора Вест-Индии были и другие поводы для гнева. Ведь Кортес оказывал очень заметные знаки внимания знатной девушке Каталине Суарес, на сестре которой Веласкес был женат. А Кортес явно не торопился связать себя узами брака.

В общем, Веласкес приказал посадить безобразника в тюрьму. Кортес оттуда дважды бежал. Причем в первый раз – с какой-то подозрительной легкостью. Наверное, Каталина помогала ему через свою сестру. Кортес просил защиты в храме: по традиции там нельзя было трогать беглеца. Но как только он вышел из своего убежища, его вновь арестовали. И опять – побег! Совсем уж подозрительно: неподалеку вовремя оказалась маленькая лодочка, на которой он уплыл. Прямо как в авантюрном романе! А потом Кортес был прощен Веласкесом и немедленно женился на Каталине Суарес.

Сделавшись близким родственником губернатора, Кортес стал очень богат. Казалось бы, пора остепениться. Но нет! В то самое время племянник Веласкеса по имени Грихальва плавал вдоль берегов Юкатана и по Мексиканскому заливу с целью изучить побережье. Там он наслушался рассказов местных индейцев о великом государстве в глубине суши. Ему объяснили, что надо идти вглубь, на запад, и там будет невероятно богатая страна. У индейцев были оттуда массивные золотые вещи. Грихальва все еще предполагал, что речь идет о Китае.

Кортес поставил своей целью возглавить экспедицию на запад. Чтобы добиться этого, он интриговал, хитрил, вербовал сторонников. Ему было 33 года, он имел опыт карательных операций, не раз проявил себя как вояка. Но Веласкеса смущал его характер. Как вскоре выяснилось, смущал совершенно справедливо: у Кортеса было очень трудно отобрать то, что он завоевал.

И все-таки, не без влияния жены и ее сестры, Веласкес решился назначить Кортеса руководителем экспедиции. Тот был счастлив и энергично подбирал себе спутников, готовил корабли и запасы оружия. Было снаряжено 11 кораблей, на которых отправилось 518 человек, из них только 16 – конные рыцари, остальные – пехотинцы.

Буквально в ночь накануне отплытия Веласкес вдруг передумал. Он решил не отпускать свояка в экспедицию и найти другого человека. Но Кортес, прослышав о колебаниях родственника, отплыл раньше, чем Веласкес приказал его остановить. И обвинить Кортеса было, в сущности, не в чем. Ведь он мог и не знать о том, что ему велено остаться…

Итак, «помахав рукой» разъяренному Веласкесу, 10 февраля 1519 года Кортес вышел в плавание. Он не знал, что отправляется на покорение империи ацтеков, будущей Мексики.

По пути на кораблях возник заговор тех, кто боялся идти в глубь неведомой земли. Кортес беспощадно расправился с заговорщиками. С годами он делался все более и более жестоким. В море он как капитан выступал в роли судьи и, подписывая смертные приговоры своим товарищам, произнес, по легенде, такую фразу: «Как бы я желал не уметь писать!» Но, разумеется, подписал. Это было только начало его будущей кровавой дороги.

Впереди была битва двух цивилизаций, неравная, безнадежная для индейцев. Кто такие ацтеки? В XII веке, то есть почти за четыре столетия до Кортеса, эта племенная группа пришла с севера и обосновалась в долине нынешнего Мехико. Сначала они зависели от других, более сильных племен и соперничали с ними. В 1325 году ацтеки основали поселение Теночтитлан. На его месте находится современный Мехико. В 1427 году, незадолго до прихода испанцев, ацтеки покорили всю долину и стали гегемонами на территории от современной Мексики до Мексиканского залива Тихого океана.

Ацтеки не знали железа, зато у них было много золота, серебра, а также медь и бронза. Они занимались сельским хозяйством, вели меновую торговлю. Из домашних животных держали только собак. У ацтеков уже была условная письменность. Их книги – это сборники рисунков. «Империя ацтеков» – условное название. Хронология у них была очень приблизительная, поэтому существует семь предполагаемых дат восшествия на престол первого великого правителя Мексики. Здесь еще сильны были пережитки родовых отношений, действовали советы вождей. У этой цивилизации был свой путь. Испанское нашествие сломало ее историю.

Ацтеки были опасными противниками для испанцев. Ведь верховным божеством этого племени был бог войны Уитцилопчтли, или Мекситли (может быть, от его имени происходит название Мексика). Известно было и то, что ацтеки практикуют человеческие жертвоприношения. Когда испанцы убедились в этом (некоторых из них ацтеки бросили на жертвенный камень), у них появился прекрасный предлог для расправ с местным населением. Конкистадоры подняли знамя христианства, не допускающего принесения человеческих жертв.

Почему именно испанцы столь решительно двинулись на завоевание новых земель? А потому что к этому времени у испанцев был многовековой опыт по завоеванию новых территорий. Дело в том, что с VIII по XV век разрозненные испанские государства отвоевывали Пиренейский полуостров у арабов, или мавров, как они их называли. Пятьсот лет практически непрерывной войны, получившей название Реконкиста. Решающий перелом в ней наступил только во второй половине XI века, в 1085 году, после взятия испанцами древней столицы Толедо. В 1212 году объединенные силы королевств Кастилия, Арагон и Наварра разбили арабов в битве при Лас-Навас-де-Толоса. И только в 1492-м, в год первого путешествия Колумба, пал последний арабский оплот на юге Пиренейского полуострова – Гранадский эмират.

Пять столетий испанцы шли по своему полуострову, от Пиренейских гор, к которым были прижаты в VII веке последние христиане, уцелевшие там после арабского завоевания. Теперь они двигались на юг, занимая все новые земли, основывая города, вытесняя арабов. И дошли до Геркулесовых столбов. А что дальше? Европейская территория кончилась. Оставались Африка и Новый Свет. Вот почему испанцы – лидеры Великих географических открытий!

За пять веков Реконкисты у испанцев сложилась традиция безграничного восхищения христианами, которые побеждают нехристиан. Знаменитый пиренейский эпос «Песнь о Сиде» рисует романтический образ воюющего человека. Рыцарь в доспехах на коне мчится сражаться с «неверными».

В Испании были очень сильны позиции католической церкви. В XVI столетии она стала церковью воинствующей. И движение конкистадоров было во многом движением духовным.

А. Ф. Кофман – автор замечательной статьи «Духовный облик конкистадора», опубликованной в журнале «Латинская Америка» в 2004 году, отмечает, что обязательным качеством испанского воина той эпохи была алчность. Столетия беспрерывной войны породили привычку получать большую военную добычу. Но была и мечта о славе, и, несомненно, острое любопытство, тяга к новому миру, открытому Колумбом. Кроме алчности, конкистадоров вела и любознательность. По словам А. Ф. Кофмана, «видеть в конкисте только жестокость и разрушения – все равно что судить о столичном городе, побывав лишь в его трущобных районах».

И вот Эрнан Кортес двинулся на запад. Он выдержал немало отчаянных боев с местным населением на полуострове Юкатан. Испанцев спасало только то, что аборигены не умели воевать в регулярном строю. Они шли лавиной, толкаясь и мешая друг другу, а испанцы воевать умели: все-таки за плечами 500-летний опыт.

Кроме того, индейцев сначала очень напугали лошади. Всадник на коне показался им единым существом, кем-то вроде кентавра. И они бежали при виде этого чудовища.

У некоторых индейских племен было предание о добром светлокожем боге, который в древние времена научил их предков выращивать урожай, пользоваться орудиями и многому другому. А передав им эти знания, бог удалился, обещав вернуться со временем. Кортес всячески поддерживал этот образ светлого бога, за которого его приняли индейцы. Это позволяло ему не выглядеть просто беспощадным завоевателем. Действительно, последний правитель ацтеков Монтесума II вначале пытался поладить с испанцами. Правда, пообщавшись с ними, индейцы быстро поняли, что они – вовсе не боги.

Первым успехом экспедиции был захват города Табаско. Завоеватели получили роскошные подарки. Покоренные индейцы согласились стать союзниками испанцев. Но многие спутники Кортеса не хотели идти в глубь материка. Они были измучены бурями у берегов Кубы и тяжелыми боями на Юкатане. И хотя алчное воображение распалялось при виде золотых предметов, все равно было очень страшно. И тогда Кортес проявил характер. Он сделал потрясающий шаг – приказал сжечь корабли. Под смехотворным предлогом: якобы они заражены крысами, которые поселились на них. Все знали, что крысы разносчики чумы. А значит, и мысли не могло быть о том, чтобы ступить на палубы этих кораблей. Сожжение кораблей означало, что возврата нет. Экспедиция двинулась к Теночтитлану.

После взятия Табаско произошло важное событие в личной жизни Кортеса. Побежденные индейцы были изумлены тем, что среди пришельцев нет женщин. Непонятно, как можно так долго без них обходиться. И индейские вожди подарили конкистадорам 20 женщин. Среди них была красавица рабыня по имени Малинча. Ее сразу же крестили и дали ей новое имя – Марина. Позже и самого Кортеса называли Малинча, что буквально означало – повелитель Марины.

Она происходила из той самой страны ацтеков, куда двигалась экспедиция. Есть версия, что она была незаконнорожденной дочерью вождя, а в Табаско находилась в плену. Видимо, Марина обладала совершенно незаурядными лингвистическими способностями. Она знала множество местных наречий и очень быстро освоила испанский язык. А наличие переводчика было для завоевателей важнее важного.

Один из исследователей пишет: «Испанский язык стал для Марины языком любви». Да, она, рабыня, искренне полюбила своего хозяина. Ради этой страсти она предала свой народ, служила завоевателям и, когда вражда стала непримиримой, не раз выдавала испанцам планы ацтеков.

На пути к Теночтитлану Марина впервые помогла Кортесу раскрыть заговор. Одна из жен вождей, которые были в заговоре, пожалела, что Марина погибнет вместе с испанцами, и посоветовала ей принять меры, чтобы спастись. Та сказала: «Да, да, конечно», а на самом деле выдала заговор Кортесу. Расправа с индейцами была страшной. Кортес приказал убить несколько тысяч человек. Причем коварнейшим образом. Их позвали на праздник и, как только они расселись, окружили и стали палить по ним из тех немногочисленных пушек, которые волокли с собой.

Итак, Кортес шел на Теночтитлан, уже найдя несколько тысяч союзников среди индейских племен, враждебных ацтекам, и имея в лице Марины прекрасную переводчицу и талантливого дипломата. Слухи о завоевателе докатились до ацтекского вождя Монтесумы. И тот решил откупиться. Он послал Кортесу роскошнейшие дары. Груды золота! Монтесума полагал, что белые люди возьмут золото и уйдут. Как он заблуждался! Ему казалось, что их жалкая горстка, что он несоизмеримо сильнее. Ведь когда его короновали, жрец говорил ему: «Ты правитель ацтеков, который должен поддерживать порядок во Вселенной».

На самом деле, отправив испанцам сокровища, Монтесума погубил себя окончательно. Дары разожгли их аппетит настолько, что теперь ничто не могло их остановить.

В 1519 году испанцы и их союзники из числа аборигенов подступили к Теночтитлану. Это был грандиозный для своего времени город, с населением не менее 100 тысяч человек.

Монтесума, все еще надеявшийся на мирные переговоры, позволил конкистадорам войти в город и даже поселил их во дворце своего отца. Там во время ремонта или строительных работ испанцы обнаружили немыслимые сокровища – часть ацтекской казны. О нет, уходить они вовсе не собирались!

Совсем скоро Монтесума стал пленником Кортеса. Обстоятельства этого события описываются источниками по-разному. Ацтекского вождя то ли уговорили, то ли угрозами вынудили жить в одной резиденции с Кортесом, и тот в течение шести месяцев от имени Монтесумы правил государством ацтеков.

Правил он, видимо, довольно толково. Но все время беспокоился о своих доходах. Согласно документам, одна пятая часть всей добычи шла испанскому королю. Остальное испанцы делили между собой, но далеко не поровну. Рядовым доставалось не так много. А высшие офицеры буквально купались в роскоши. Во дворце Монтесумы были устроены прекрасные бассейны, сады с экзотическими птицами, зверинцы, населенные ягуарами и пумами. Не менее четырех раз в день правитель менял роскошные одежды. Головные уборы украшались перьями редких птиц. Какао – новый для европейцев напиток – подавалось в золотых чашах. Кукурузные лепешки, мясо, табак – все на золотой посуде. Все это распаляло «золотой недуг» испанских сердец.

Понятно, что у пришельцев появилось немало врагов. Прежде всего – жрецы, то есть те, кто поддерживал культ жестоких местных богов, требовавших человеческих жертвоприношений. В правление Кортеса человеческие жертвоприношения были запрещены, сложнейший ритуал, который сопровождал их, отменен. В городе было несколько тысяч жрецов. И они не могли смириться с тем, что европейцы постоянно говорили о другом боге. А ведь испанская монархия четко прописывала обязанности конкистадоров, среди которых была и такая – обращать местное население в истинную веру. С аборигенами следовало обращаться хорошо, а карать только тех, кто сопротивляется. Впрочем, этого указания было достаточно, чтобы развязать завоевателям руки.

Постепенно изменялось и отношение к ним местного населения. Индейцы убедились, что перед ними не боги, а светловолосые люди, что всадник и лошадь – это не единое существо. Да и повседневное поведение испанцев развеивало ощущение божественного.

В июне 1520 года вспыхнуло восстание. Ночь на 1 июля вошла во все источники и в мировую историографию как Ночь печали. Так ее назвали сами испанцы. Движение было настолько массовым, что конкистадоры, несмотря на хорошее вооружение и военную подготовку, не могли ему противостоять. Монтесума, пытавшийся остановить восставших, был забросан камнями и погиб.

Конкистадоров захлестнула восставшая масса. Они бросились бежать.

Переплывая канал, очень многие утонули. Большинство – потому что не могли бросить мешки с золотом. Ведь это, как известно, самый тяжелый металл. Были и другие потери. Так, во время бегства пошел ко дну дневник Кортеса, который он вел с первого дня похода.

Но надежды аборигенов на то, что испанцы не вернутся, были напрасны. У конкистадоров не было иной жизни, кроме этой – с походами, войнами и грабежами. И им некуда было уйти. Поэтому они вернулись и с января по август 1521 года осаждали Теночтитлан.

Вот как описано это время в хронике «Анналы Тлателолько»:

На улицах лежат сломанные дротики,

Валяются клочья волос.

Дома стоят покинутыми,

Сделались красными их стены…

На улицах и площадях кишат черви,

И стены забрызганы мозгами…

Вода стала красной, словно ее покрасили.

И когда мы пьем ее,

То как будто пьем горечь.

Мы едим тростниковые стебли,

Мы жуем соленую землю.

Камни, ящериц, мышей,

Дорожную пыль и червей…

Наконец 13 августа 1521 года Кортес объявил штурм. Измученный голодом город был взят. Это был конец империи ацтеков.

С 1521 по 1524 год Кортес фактически единолично управлял покоренной Мексикой. При этом он не имел титула губернатора и был, в сущности, самозванцем. Ведь он оставался, с формальной точки зрения, нарушителем дисциплины, так как отправился в экспедицию вопреки воле губернатора Кубы Диего Веласкеса, назначенного волею короля Испании.

Судя по всему, Кортес, несмотря на тягу к неограниченной власти, никогда не переставал ощущать себя подданным испанской короны. Он не только обогащался, но и воевал за расширение владений в Новой Испании, как называли тогда американские земли. Имея титул генерала-капитана, он завоевывал Гватемалу и Гондурас. Испанский двор вожделенно и радостно подсчитывал доходы. Считается, что только Кортес доставил на родину около двух тонн золота. И это не так уж много, если учесть пышность испанского двора и огромные военные расходы. Да и большая часть предприятий Кортеса оказывалась дорогостоящей, трудной – и не очень успешной. Проявив исключительную жестокость при завоевании Гватемалы и Гондураса, он не смог там закрепиться.

В 1522 году к Кортесу прибыла его законная жена Католина Суарес. Неизвестно, звал ли он ее, но, так или иначе, она застала при своем муже множество наложниц-индианок. Начались скандалы. А через три месяца Каталина внезапно и как будто беспричинно умерла. Сразу поползли слухи о том, что отравил ее Кортес. И хотя это так никогда и не было доказано, подозрения остались навсегда.

Личность Кортеса глубоко неоднозначна. Не вызывает сомнений его личная отвага. И его политика не была примитивной. В его посланиях Карлу V отразились попытки осмыслить новый, неведомый мир, который открылся европейцам в Америке. И если многие конкистадоры вообще сомневались в том, что индейцы – люди, то Кортес утверждал, что они заслуживают к себе доброго отношения. Все это была, правда, чистая теория.

Испанская монархия на словах проповедовала исключительно добро. В завещании королевы Изабеллы и ее дочери, Хуане Безумной, и внуку – будущему Карлу V – предписывалось хорошо относиться к завоеванным народам.

Как Кортес понимал это хорошее отношение? Он просит прислать в Новую Испанию как можно больше служителей церкви, желательно францисканцев, известных энергичной миссионерской деятельностью. Он был убежден, что они будут обращать индейцев в истинную веру. Тогда все его деяния будут осенены этой благородной целью. Правда, сам Кортес все более ожесточался из-за постоянных бунтов местного населения. После смерти Монтесумы провозглашались другие правители, и последний из них – Коатемок – был неоправданно жестоко казнен Кортесом. А следом за миссионерами в Америку пришла инквизиция – и начались массовые зверства по отношению к аборигенам.

И все-таки Кортеса не следует упрощать. Он был не лишен и любознательности, свойственной части конкистадоров. Когда стало ясно, что за покоренными землями располагается не Китай, стало интересно: так что же там? Испанцы исследовали побережье, составляли первые карты. Поэтому некоторые считают Кортеса первооткрывателем Калифорнии.

В Испании же не дремали завистники и враги. До Кортеса дошли слухи о том, что на родине над ним готовится суд. Безусловно, его было за что судить. Но важнее то, что любой, кто занял бы его место, сразу сделался бы невероятно богат. Не Кортес ждал подачек от испанского короля – монарх рассчитывал на поступления из-за океана.

В 1527 году Кортес вынужден был оставить не вполне законный пост правителя Мексики, а в 1528-м отправиться в Испанию, чтобы доказать и закрепить свои права и снять с себя обвинения в том, что в свое время нарушил приказ губернатора Кубы. В это путешествие Кортес пустился так же отважно, как некогда в глубины неведомого континента.

Мы не знаем в точности, каким было его возвращение. Некоторые биографы пишут о его триумфальном шествии от Палосской гавани до Толедо. Палосская гавань – та самая, из которой отправлялись первые корабли Колумба, откуда началось открытие Нового Света. Толедо – древняя столица Испании. В пути с Кортесом были танцоры и жонглеры из индейцев: он хотел показать соотечественникам незнакомую культуру. Он привез в дар королю драгоценные предметы и произведения индейского искусства, видимо догадываясь, что они хороши, хотя для глаза европейца очень непривычны.

В жизни Кортеса многое изменилось. Скончался его отец, всегда за него хлопотавший. Надо было искать новое покровительство. В 1529 году Кортес вступил во второй брак. Он умел быть расчетливым. На этот раз он женился на очень знатной даме, донье Хуане Рамирес де Орельяно де Суньига. Ему было 44 года, ей – около 20. У нее влиятельнейшие родственники при дворе. Трудно сказать, был ли брак счастливым, но точно известно, что в нем родилось шестеро детей. До этого у Кортеса законных детей не было – только бастарды в его своеобразном «гареме».

Благодаря точному расчету и новым покровителям Кортес получил долгожданную аудиенцию у Карла V. Он был прощен королем и даже получил из его рук титул маркиза. Это звучало прекрасно. А вот назначение оказалось не вполне таким, какого он ожидал. Кортес стал главнокомандующим войсками испанского короля в завоеванной Мексике. Светскими же делами отныне ведал другой человек, губернатор Антонио Мендоса. Трения между ними были неизбежны.

Некоторое время Кортес пытался жить относительно спокойно. У него были прекрасные имения, роскошные дворцы, множество работников. Испанское законодательство запрещало обращать индейцев в рабство. Да из индейцев никогда и не получались рабы. Вот почему белые завоеватели вскоре начали ввозить чернокожих невольников из Африки.

Кстати, Кортес был энтузиастом появления нового, смешанного населения Америки. Ко всем своим местным наложницам он относился очень хорошо и заботливо. Он дошел до папы римского, добиваясь, чтобы были признаны права его внебрачных детей от индейских женщин. Это наверняка стоило больших денег. И в итоге его узаконенные наследники получили титулы и звания, а девочки – состояние, чтобы благополучно выйти замуж. Интересно, что именно из таких детей, рождавшихся у представителей разных этносов, и сформировалось нынешнее население Центральной и Южной Америки.

Возвратившись в Америку в 1530 году главнокомандующим, он мог бы просто наслаждаться жизнью. Но нет! Теперь он увлекся географическим изучением Центральной Америки. Ему захотелось остаться в истории в роли исследователя. Губернатор Антонио Мендоса всячески препятствовал его предприятиям, тем более что они были очень тяжелы и дороги.

И тогда Кортес решил жаловаться королю. Отчаянный человек, в 1541 году, через 11 лет после аудиенции у короля, он снова отправился в Испанию. Это была большая и удивительная при его жизненном опыте ошибка. Наверное, в голове его всегда был мир сражений и дерзких побед. Он не знал мира повседневности – придворных интриг и фаворитизма. И забвения заслуг. В Испании его походы и победы были давно забыты. Те, кто отправился в Америку после него, привозили значительно больше золота.

На сей раз Кортесу не удалось добиться аудиенции у Карла V. Его просто не принимали. Традиционная форма опалы! Имеется в виду, что человек должен быть доволен, если его не судят и не заточают.

Но не таков Кортес. По легенде, он сумел прыгнуть на подножку кареты, в которой ехал король. И тот с любопытством спросил, что это за человек. А Кортес ответил примерно так: «Я тот, Ваше Величество, кто присоединил к Вашим владениям земель больше, чем Вы получили в наследство от своих предков». Императору понравилось. Кортеса опять не казнили. Ему милостиво позволили на собственные средства стать участником еще одной завоевательной экспедиции на севере Африки. Император решил дать ему шанс завоевать еще одну страну.

Но экспедиция была неудачной. Кортес потратил огромные деньги, которые казна обещала возместить, но, конечно, не возместила. Он глубоко прочувствовал смысл латинского крылатого выражения sic transit gloria mundi – так проходит земная слава. Его земная слава прошла. Он был по крайней мере богат! А многие из его солдат доживали свой век в нищете. Забытые ветераны – как часто это бывало в истории человечества! Один из них, рядовой участник экспедиции Кортеса Бернар Диас дель Кастильо, оставил удивительные записки. Будучи уже старым, он писал о Мексике: «Каждый из нас отдал бы все, чтобы снова увидеть эту страну». Он был уверен, что многие его товарищи умерли от тоски. Испания перестала быть их любимой родиной. У них появилась другая родина – Мексика. Наверное, мы сегодня недооцениваем совершившуюся тогда встречу миров. Да, были война, кровь и разграбление. Но не только это.

Надо попытаться представить себе людей, которые пересекли океан на утлых, с сегодняшней точки зрения, суденышках, и ступили на землю, на которой до них не бывал, скорее всего, ни один европеец. Им предстояло встретить аборигенов, таких далеких и непонятных, узнать, что такое климат, губительный для здоровья европейцев. И все-таки было сказочное ощущение покорения мира.

Кортес не составлял исключения. Его тоже тянуло в Мексику, которая стала для него родной. Он собирался туда. Но прозаически умер в 1547 году близ Севильи от дизентерии.

А после смерти у него началась вторая, какая-то страшная жизнь. Его прах перезахоранивали восемь раз. Из Севильи в 1566 году он был перевезен в Мексику и торжественно там похоронен. Но времена изменились, настало время мексиканской революции 1854 года. Для местных патриотов Кортес был врагом, завоевателем. Многие, особенно потомки аборигенов-индейцев, пытались полностью уничтожить память о нем. И сегодня осталась только скромная табличка в одном из соборов.

Испания, получавшая из своих колоний так много золота, стремительно двигалась к закату. Когда во многих странах началось бурное развитие промышленности, европейская цивилизация оказалась на пороге капитализма, Испания не испытывала в этом потребности. Она утопала в золоте. И вскоре превратилась из мировой империи в задворки Западной Европы. Тончайший художник Мигель Сервантес изобразил ее в образе безумного Дон Кихота, который не может расстаться с рыцарскими идеалами в наступившую уже новую эпоху.


Герцог Альба. Бич Нидерландов | Главные злодеи истории | Мария Тюдор. Кровавый символ