home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 12

Дэрин

Потеря ориентации, падение – и я со всего размаха рухнула в болотную жижу, уходя в нее с головой. Ледяная вода намочила одежду мгновенно, и холод впился в кожу иглами. Я вынырнула, хватая ртом воздух и ничего не видя. Убрав с лица волосы и протерев от грязи глаза, смогла оглядеться и чуть не взвыла. Везде, куда простирался взгляд, – болото! Это все, что смогла рассмотреть сквозь клочья густого и вонючего тумана.

Кто настраивал эти порталы? Они с ума сошли сюда адептов швырять?! Постанывая от ушибов и еле переставляя ноги, доковыляла до чахлого кривого деревца, надеясь, что там будет суше.

Прикоснулась рукой к черному гладкому стволу и с омерзением одернула руку, задыхаясь. Все эльфы знают, что у деревьев есть душа, и при желании могут ее услышать. Мне повезло с даром. Развивая его, научилась находить общий язык с обитателями леса и деревьями. Они укрывали меня своей тенью, при необходимости могли сделать невидимой для остальных. Вот и сейчас по привычке я потянулась к дереву. Но дух его был гнилым, отравленным, как воздух болота.

– Гнилище, – прошептала потрясенно одними губами, не веря.

Как же так?! Одно из самых гиблых мест. Зубы застучали то ли от холода, то ли от осознания ужаса положения. У меня же ничего с собой нет! Ни одежды – переодеться в сухое, ни воды, ни кристалла связи, чтобы сообщить о себе, ни даже кинжала.

Про живущих в Гнилище существ такие ужасы рассказывают, что вспоминать страшно. Чем мне защищаться? Руками отмахиваться? Меня вообще найдут?! Маг, бросивший бомбу, меня не видел, Декст парализован и неизвестно, когда заговорит. Мамочки! Да даже если и заметят исчезновение, решат, что я в тени, наблюдаю. Спохватятся только после окончания сражения. Меня же съедят к этому времени! Доносящиеся чавкающие звуки внушали сильное опасение.

Стало страшно как никогда. Поневоле потянулась опять к дереву, ища рядом с ним защиту. Преодолевая брезгливость, с трудом подтягивалась по стволу, коченеющими пальцами хватаясь за гладкие ветки, холодные, в какой-то слизи, как змеи. Одна надежда – переждать на нем. При всех своих способностях с агрессивными обитателями болота мне не договориться.

Я понятия не имела, сколько смогу продержаться. Ног в хлюпающих сапогах уже не чувствовала, дыхание вырывалось изо рта облачком пара. В довершение меня чуть не укусила змея, свисающий черный хвост которой я приняла за ветку. Еле успела отбросить. И едва она упала в болотную жижу, как на ней сомкнулись челюсти какого-то животного. Я даже разглядеть толком не смогла. Плоская голова, состоящая из одной большой челюсти. Да эта тварь меня бы пополам перекусила враз!

С чавканьем проглотив змею, неизвестная тварь вновь погрузилась в болотную жижу. А я дрожала от ужаса. Теперь, скорее, на деревце сдохну, чем полезу обратно в болото! Или умру от обморожения. Влажный холодный воздух плюс мокрая одежда, и я уже продрогла до костей.

Я вздрагивала от каждого шороха, а болото жило своей жизнью. То и дело раздавался плеск, звуки борьбы, визг или уханье. Но постепенно тело от холода немело, и моим самым главным страхом стало не удержаться на скользких ветвях и упасть.

Время тянулось неимоверно медленно, малейшая попытка пошевелиться и разогнать кровь приводила к тому, что я соскальзывала. И тут, как будто и без того проблем мало, вдалеке я услышала пощелкивания.

Нет-нет-нет! Только не нарры! С ужасом осознала, что это конец. С любым лесным зверем я бы договорилась, но это тупые злобные монстры. У них две челюсти. Когда они чувствуют добычу, внутренняя выдвигается вперед, и при беге раздается характерное пощелкивание. Что они вообще делают на болоте?! Хотя какая разница, в Гнилище каких только тварей не встретишь, недаром сюда по доброй воле никто не суется.

Впервые в полной мере осознала, что значит безнадежность. Я учила адептов никогда не терять присутствия духа и искать выход, но сама его не находила. На дерево нарры заберутся без труда, а если попробовать уйти болотом, то меня еще до их подхода съедят. Попыталась слиться с деревом, но ощущения при этом были такие, будто с головой погружаешься в нечто мерзкое и склизкое.

Терпела. Холод отуплял сознание, но я не хотела умирать!

Мне оставалось застыть на месте и ждать, слыша, как все ближе и ближе раздаются пощелкивания, и до рези в глазах вглядываться в как назло сгустившийся туман.

Перед глазами уже поплыли синие круги. Вдалеке послышался громкий плеск. Я вслушивалась. Видно ничего не было, но показалось, что там идет схватка, а потом пощелкивающие звуки стали удаляться. Удаляться! Неужели они кого-то съели и ушли?

В душе родилась робкая надежда на благоприятный исход. Я ждала, и ничего не происходило. Нечто крупное бродило в тумане, но нарров не слышно. И вдруг совсем рядом раздались характерные щелчки. Дева Лесная, они сделали круг и пришли за мной!

И вдруг клочья тумана разошлись, являя знакомую фигуру демона. Высший! Боги, никогда не думала, что буду ему настолько рада. Силы вмиг покинули меня. Одеревеневшие пальцы соскользнули с ветки, и я полетела вниз.

Упасть мне не дали, поймав и пинком ноги отшвырнув прыгнувшего за мной нарра.

– Я-я-я.

Хотела сказать, что рада его видеть, но от холода зубы стучали так, что ничего путного не могла произнести.

– Т-т-ты, – передразнил демон в боевой ипостаси, и это было так похоже на Хама, что убедило в его реальности. Кто бы знал, как я ему обрадовалась!

– Д-д-думала… что… г-г-глюки. О-о-о-ой!

Не знала, что демоны такие горячие. Потеряв стыд, прильнула к его огромной груди, обнимая, как печку.

– Т-т-еплый! – попыталась объяснить свое не-адекватное поведение. Ничто на свете не могло теперь оторвать меня от него. Какое счастье, что он в боевой ипостаси! Такой огромный, горячий, сильный. Рядом с ним больше нечего бояться. Я под защитой самого страшного хищника. Даже нарры предпочли исчезнуть.

– Уходим отсюда, – произнес демон.

– В-в-в Ак… Ак…

– Не в Академию, но тоже в неплохое место.

С ним хоть на край света, лишь бы не отпускал!

– Ак… демия к-к-ак? – попыталась узнать новости и отвлечь от того, как в него бесстыдно вцепилась.

– Пала, но держались достойно. Маги впервые заливались слезами, атакуя. Твоих бабочек и жуков надолго запомнят.

Стало так приятно.

– А п-па… п-паук-ки?

Но демон устал от вопросов и, глухо рыкнув, открыл портал.

Дева Лесная, как же холодно. Я тряслась изнутри и стучала зубами. Еще немного, и точно они все сломаются. А бывают эльфийки без зубов? А, они же потом снова вырастут. Через пару десятилетий. Что за глупые мысли? Мой мозг тоже замерз и теперь выдает такую белиберду. А как же пауки? Их оценили в итоге? А-а-а-а!

Я заорала, так как меня, по ощущениям, окунули в кипяток.

– Не дергайся, Цветочек! – уже знакомый голос, без рычания.

Издевается?! Да я сейчас живьем сварюсь!

От возмущения и желания понять, где нахожусь, распахнула глаза. Ну и, конечно, первое, что попало в поле зрения, Хам собственной персоной. Благо уже не в боевой ипостаси, а во вполне себе нормальной. Я даже не заметила, как он стал обычным. Но держал все так же крепко.

– Да не вертись!

Издевается? Он меня сжал так, что я могла максимум крутить головой и гневно шипеть. Потом голос наконец-то вернулся. Разморозился.

– Я же сварюсь!

– Ни за что. Только согреешься.

И правда. То, что вначале показалось кипятком, на деле оказалось просто очень теплой водой. И сейчас она начинала согревать, растворяла холод, прокравшийся в самую глубину тела.

Хам продолжал меня держать. Прижимал к груди и не давал пошевелиться. Потом вдруг ощутила, как хватка исчезла, а высший завозился за моей спиной. Непонятное шуршание, глухой шлепок чего-то о твердое. Не выдержала и вывернула шею, чтобы увидеть мокрую и грязную одежду Хама, лежавшую на каменном полу пещеры. Заодно и зацепилась взглядом за пейзаж.

И правда пещера. Полукруглый потолок, стены все в мельчайших кристаллах, от них шли разно-цветные блики. И рассеянный свет, источник которого я не нашла.

А еще несколько круглых бассейнов, обложенных гладкими светлыми камнями. И каменные лавки с подушками.

– Цветочек, я тебя раздену. И мы перейдем в чистый бассейн. Мало ли какая гадость могла прицепиться к одежде.

Я лишь кивнула. И первой начала сдирать с себя блузку. От нее воняло даже сейчас, когда основная часть грязи смылась.

Нарры! Теперь понятно, почему говорят, что они воняют. Еще бы, если жить в Гнилище! Ох, я теперь по пять раз на дню буду принимать душ. Чувство, что грязь в кожу въелась.

Блузку, штаны и белье Хам одним вонючим комком швырнул к своей одежде.

– И сжечь! – услышала я свой голос, какой-то подрагивающий. – Сжечь, потом еще раз сжечь и в третий раз на всякий случай тоже сжечь. Ох!

Меня на руках перетащили в другой, чистый бассейн. И теперь я уже не сопротивлялась. Тепло, просто блаженное тепло окутало со всех сторон. А еще везде были руки демона, осторожно смывающие с меня грязь, промывающие от тины волосы. В этом царстве горячей воды и пара он все равно оставался самым теплым, даря еще ощущение безопасности, так что я откинулась ему на грудь, позволяя обо мне позаботиться.

Тело оттаивало, а вот ужас пережитого не спешил отпускать. Если бы не он…

– Спасибо. Спасибо, что пришли за мной, – едва слышно произнесла я, но он услышал.

Путешествующие по моему телу руки на мгновение замерли, сжали, а потом демон ухватил за подбородок, запрокидывая голову и заставляя посмотреть на себя.

– Я же сказал, что буду следить за тобой.

И тут меня накрыло осознанием – если бы не его вредный характер, от меня бы даже костей не осталось! Повернулась, обнимая и утыкаясь ему в шею.

– Спасибо!

Не знала, как выразить всю степень благодарности. Только высший мог осмелиться сунуться в Гнилище. Даже нарров расшвырял как котят!

Но демон не испытывал затруднений с выражением благодарности – приподнял мое лицо и взял в плен губы.

Поцеловать спасителя – это святое. Никогда не думала, что мой первый поцелуй будет таким… жарким. У нас с отношениями до брака строго, и поцелуи только с женихом и мужем. У меня совсем не было опыта, а вот у демона явно с избытком.

Даже не подозревала, что это так приятно и туманит голову похлеще пыльцы шассовника, которую применяют для обезболивания тяжелых ран в походных условиях. Тело стало легким-легким, и я цеплялась за демона, как за нечто мощное и незыблемое, доверяясь его рукам, губам и всему, что он со мной делал.

Клубы пара от воды создавали наш собственный замкнутый мирок, где я теряла себя под шквалом его поцелуев. Одним махом он знакомил меня с жадными, нежными, трепетными, властными, подчиняющими… Кажется, его губы, руки были повсюду, сводя меня с ума. Я терялась под лавиной новых ощущений и всех нежностей, что мне шептали вперемешку с поцелуями. Пока высший не познакомил с еще одной стороной отношений между мужчиной и женщиной.

– А-а-а-а! – пронзительно закричала я от обжигающей боли внутри.

– Цветочек, только не говори, что невинна.

– Я эльфийка! – обиженно крикнула в ответ, отталкивая от себя демона, но он сжал в объятиях так сильно, что не могла пошевелиться. Внутри все пульсировало от боли, доказывая необратимость случившегося, и я расплакалась от разочарования.

– Ну что ты, сейчас боль пройдет, – всполошился высший, а у меня слезы текли градом.

– Я не подарю себя мужу-у-у…

– Уже подарила.

Ну да, подарила невинность, и кому? Высшему демону! Я заплакала еще горше.

– Что в такие моменты у вас говорят?

– Я твоя-я-я, – заливаясь слезами, сказала я то, что мечтала произнести для одного-единственного, того самого.

– Ты моя, – довольно подтвердил он.

Все не так. Слезы текли рекой, и я не удивлюсь, если пещеры затопит.

– Я твой, – исправился демон, целуя меня и стирая губами дорожки слез.

Его губы оказывали на меня магическое воздействие, успокаивая, отвлекая и не давая оставаться безучастной.

– Мы не подходим друг другу, – пыталась вразумить его я, намекая, чтобы оставил в покое, но демоны такие демоны.

Он просто стирал попытки смущения. Одними лишь прикосновениями.

– Прекрасно подходим, – убежденно заявил высший.

И взялся это доказывать. Нежно, но в то же время напористо и обстоятельно, как во всем, что они делают. Не давая и шанса его остановить, пока я вообще не забыла, что хотела остановиться.

А потом я лежала на его груди, слушая мерный стук сильного сердца. Губы горели от поцелуев, в теле затухали искорки удовольствия, а мысли испуганно сбежали еще в самом начале. Не хотелось ни говорить, ни шевелиться, ни думать о том, что я наделала. И я малодушно ускользнула в сон, где не было тревог.


* * * | Ревизор в Академии, или Пикантная особенность | Глава 13