home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 14

Второй час я убеждал генерала Багратиона в необходимости создания в каждом пехотном полку по одному дивизиону минометов.

— Ты лучше не о дивизионах мне говори, а дай армии те ружья, что мне показывал, — горячился Багратион. — Из них палить по неприятелю можно издалека и быстро. Как стреляют минометы, я видел и понимаю, для чего они надобны. Но за счёт чего мы дивизионы собирать будем? Штат расписан и утверждён свыше.

— Весь штат дивизиона вкладывается в триста человек, со всеми пушкарями, командирами батарей и ездовыми. Имея в каждом полку такие орудия, мы повысим его обороноспособность, а если надо пробивную способность в наступлении. Миномет может закинуть мину за шиворот противнику.

— Давай так. Ты готовишь один дивизион на весь мой отряд. Он будет главным артиллерийским резервом, будем использовать его в самых горячих местах.

— А если этих горячих мест будет много, нам по одному миномету раскидывать? Эффект от применения минометов наступает, когда разом ведут огонь не менее шести стволов. Наукой доказано.

— О науке ни слова. Даю согласие на два дивизиона и все, а количество возимых мин определяй сам.

— Хорошо, с дивизионами решили. Теперь разведка. Для планирования и выпуска нормальной диспозиции, мне нужны свежие сведения о противнике. Их смогут быстро собирать конные разведывательные разъезды. Две-три сотни казаков с этим справятся. Я обязуюсь рассказать и показать, что и как делать, научить одними словом.

— Ага, у тебя казак ещё и ползать должен!

— Если понадобится, то поползёт, и никуда не денется.

— Ну, знал же, что ты въедливый такой, и сам же тебя начальником своего штаба поставил! Ты меня уже замотал всего. То надо так, а это так. Другие ничего не меняют.

— Ваше высокопревосходительство, я хочу, чтобы мы наконец-то крепко дали Наполеону по лицу. Пусть почувствует силу русской армии. По старинке воевать, обречь себя на поражение. Вы и так отвергли моё предложение по созданию конных подвижных частей, которые бы наносили противнику урон из засад.

— Да отказал. В действии не видел, о пользе судить не могу. Пока воздержимся. Нам скоро выступать, а ты задумал что-то менять.

Нам и вправду выступать скоро. Россия опять намерена вступить в очередную антифранцузскую коалицию, вместе с Пруссией, Великобританией, Швецией и Саксонией.

Наполеон постепенно укреплял и совершенствовал свои войска. Разрабатывал новые схемы разворачивания пехотных подразделений, способы применения конных соединений. Изменения затронули и артиллерийские части. Бонапарт старался привнести в армию все тактические новинки. Французская армия готовилась к наступательной войне, и Наполеон намерен продолжить своё победоносное шествие на восток. Покорение России он считал главной задачей.

Что могла противопоставить Франции Россия? По большому счету ничего существенного, в армии только начали проводить соответствующие реформы, направленные на улучшение боеспособности. Грамотных, инициативных офицеров не хватало, если предлагалось что-то новое и необычное, то, как правило, предложение, изложенное на бумаге, погибало, в недрах военного министерства. Убелённые сединами генералы и фельдмаршалы, пустившись в воспоминания о былых временах, не понимая, что техническое оснащение армий и тактика применения войск претерпели значительные изменения, всячески пытались удержаться за старые приёмы ведения войны. В результате в войска спускались, откровенно вредные директивные документы. Я, как начальник штаба ознакомился с такими «произведениями», и решил их попросту игнорировать. Об этом заявил Багратиону. Генерал просил создавать видимость следования указаниям свыше, но сосредоточить усилия на повышении боеготовности частей.

В качестве эталонного образца организации боевой единицы был взят шестой егерский полк. Мне удалось усилить его одной ротой гренадеров, выполняющих роль тяжёлой пехоты. Выбить одну батарею шестифунтовых пушек, которые находились непосредственно в боевых порядках полка. Все солдаты полка были перевооружены штуцерами. Теперь в полосе обороны или наступления полка, противника ожидал ливень пуль и картечи. Добавьте к имеющемуся вооружению, три дивизиона минометов, которые планировалось использовать на опасных участках, или в местах, где намечался успех. По моим предположениям неприятель будет серьёзно бит, столкнувшись нашим отрядом. По образцу шестого егерского, переформировали весь отряд генерала Багратиона. Сколько нелестных слов пришлось выслушать от коллег-офицеров, не передать. Заверения в том, что так воевать будем успешней, никто не слушал. Только авторитет Багратиона, положил конец тихому саботажу. К моменту выступления все утрясли и несколько раз проверили. Правда, за третий миномётный дивизион выслушал от Багратиона не совсем лестные слова. Отряд князя Багратиона, к выполнению любой поставленной задачи, в целом был готов.

Все лето мы провели на границе России, проводя тренировки, отрабатывая слаженность войск отряда. Провели несколько тактических учений с марш-бросками и длительными переходами. Каждый воин отряда отстрел по паре сотен зарядов из своих ружей. Расчёты миномётных дивизионов довели свои навыки до автоматизма. Остальных артиллеристов я тоже «подтянул» до приемлемого уровня. Темп стрельбы из орудий удалось повысить достаточно. С командирами разных уровней проводили командно-штабные учения, учились грамотно управлять войсками. Не скажу, что было легко. Не все офицеры хорошо усвоили науку полностью, но хоть азам обучить удалось.

В середине сентября 1806 года, войну против Франции начала Пруссия. Повторился вариант с австрийцами. Самонадеянный король прусский Фридрих ВильгельмIII, выдвинул Наполеону ультиматум с требованиями вывода французских войск с территории Германии и роспуска Рейнского союза, образованного в оккупированных землях. Как и ожидалось, Бонапарт ультиматум отверг. Фридрих ВильгельмIIIдвинул две объединенные прусско-саксонские армии на французов, не уведомив союзников о начале боевых действий. В октябре случилось Йена-Ауэрштедтское сражение, в ходе которого Наполеон разгромил войска прусского короля, и через несколько недель занял почти всю Германию, вместе со столицей Берлином.

Продолжая наступление, французская армия двинулась к Висле, а передовые её части, заняли Варшаву. Появление французских войск в Польше, в непосредственной близости от границ России, прямо затрагивало её интересы. Поэтому император АлександрIповелел, в спешном порядке ввести в Польшу войска под общим командованием фельдмаршала Михаила Каменского, указав рубеж обороны по реке Нарев.

В декабре французские войска маршала Даву, нанесли мощный удар под селением Чарново, по русской пехотной дивизии генерала Остермана-Толстого. С большим трудом отбившись от французов, дивизия отошла на соединение с основными силами корпуса генерала Беннигсена, сосредоточенного у населённого пункта Пултуска. Отряд Багратиона был в составе корпуса.

Мы организовали оборону в соответствии с разработанной мной диспозицией, провели инженерную подготовку. Построили редуты и огневые позиции для артиллерии. Окопы для укрытия пехотных частей, отрывались своеобразно. Я придумал небольшой приступок, с которого солдат мог вести огонь по врагу через бруствер, стоя в полный рост. Для перезарядки, солдат опускался вглубь окопа, полностью укрывшись от противника. После выполнения двенадцати приёмов перезарядки, стрелок вновь, по команде занимал место на приступке, и вёл прицельный огонь. Таким образом, организовывался непрерывный обстрел вражеских войск, и потери среди наших солдат значительно сокращались.

Наполеон во главе французских войск двинулся к Пултуску. Намеревался захватить переправы через Нарев, чтобы отрезать русской армии пути отхода из Польши.

Атака следовала за атакой, отряд Багратиона уверенно удерживал позиции. Маневрируя тремя дивизионами минометов, удавалось отбиваться от французов, нанося им значительные потери. А вот у наших соседей с флангов, дела обстояли значительно хуже. В отдельных местах, французы прорвали оборону, и выходили нашему отряду в тыл. Пришлось перебрасывать несколько батальонов и по одному дивизиону минометов на фланги, чтобы обезопасить себе тылы. В доставленной от генерала Беннигсена, сменившего престарелого и больного фельдмаршала Каменского, депеше, нам предписывалось обеспечить прикрытие отходящих войск за реку Нарев. Как мне показалось, наши войска не отступали, а бежали, благо, что русская артиллерия крупного калибра была сосредоточена на другом берегу реки, смогла осуществлять прикрытие отхода.

Жалко было оставлять хорошо оборудованные и выгодные позиции, но в одиночку, отряд князя не совладал бы с таким количеством неприятельских войск. Слишком их много было из расчёта на одного нашего солдата.

Ведя арьергардные бои, за реку Нарев наш отряд ушёл последним. Наполеон не стал преследовать русскую армию, а увёл войска за Вислу на зимние квартиры, зима на дворе.

Заняв новые позиции, наш отряд занялся их обустройством. Мне пришлось рассказывать и показывать, как строятся полевые укрепления, а именно тёплые блиндажи. По всей линии траншей, наших полков возвели блиндажи на пятнадцать-двадцать человек, построили в них примитивные печи. Наши солдаты не мёрзли в палатках, и меньше болели. В тылу каждого полка, я приказал построить бани, чтобы солдаты могли поддерживать хоть какую-то чистоту тела. Ведь грязь телесная, и нестираное обмундирование, это прямой путь к болезням.

Казаков постоянно отправлял в разведку, требовал, чтобы с каждого поиска приводили «языка», нам нужны были сведения о противнике. Удалось установить, что корпуса маршала Нея и Бернадота, расположились отдельно от основных наполеоновских войск в Восточной Пруссии. Доложили высшему командованию. Штаб генерала Беннигсена разработал неплохую диспозицию по окружению и уничтожению неприятельских корпусов. Учли даже моё предложение по организации артиллерийской засады у посёлка Вишки.

В январе русские войска приступили к реализации намеченного плана. Если наш отряд войск занял намеченные позиции точно и в срок, то другие соединения к условленному времени не поспели, что не позволило, загнать французов в котёл Основная часть корпусов выскользнула из уготованной ловушки.

Генерал Беннигсен приказал организовать преследование противника в направлении реки Висла.

Оказалось Наполеон постоянно отслеживал обстановку в театре боевых действий. Он отреагировал молниеносно. Стянул все свои силы в район Плотска, и перешёл в наступление в северном направлении, пытаясь отрезать русской армии пути отхода. По возможности прижать войска генерала Беннигсена к Висле и уничтожить.

План был хорош и дерзкий по смыслу. Часть его содержания, стала известна генералу Беннигсену, благодаря разведке нашего отряда. Моим разведчикам-казакам, удалось захватить офицера с депешей к Бернадоту. Француз долго запираться не стал, рассказал все, что было ему известно.

Ни о каком дальнейшем наступлении русских войск уже никто не помышлял, мы уносили ноги в Восточную Пруссию от наступающих нам на пятки французов.

Заняли позиции возле городка Прейсиш-Эйлау.

— Степан Иванович, ты все проверил? — поинтересовался Багратион, разглядывая подготовленную мной карту наших позиций. — Сражение нам предстоит жестокое, говорят, сам Наполеон, привёл сюда полки. Его присутствием, так воодушевляются французы, что творят чудеса мужества. Идут в атаку, не обращая внимания на губительный огонь.

— На своём участке обороны, все атаки неприятеля мы сможем отбить, а как поведут себя соседи одному Господу известно.

— Я тебя за всех и не спрашиваю. Там есть, кому думать и принимать решения. Прошу, ещё раз проверь все, пусть нормально людей покормят, провизии, слава Богу, в достатке. Что доносят твои казаки?

— Противник находится на удалении дневного перехода. Грабят местное население, отбирают съестное и фураж. Сопротивляющихся крестьян убивают, не взирая, на пол и возраст.

— Ладно, меня вызывает генерал Беннигсен на совет, присмотри за порядком. Из ставки главнокомандующего часто отправляют почту. Не желаешь передать письмо невесте?

Я молча передал Багратиону три письма, писанные в разные дни. У нас с Софией, развивался роман в письмах. Мы клялись друг другу в любви, описывали текущие события. По себе скажу, тоскую я без этой замечательной и взбалмошной девчонки. Дорога она мне стала, на словах не описать. Как вспомню её очаровательные зелёные глазки, сердце начинает стучать учащённое Скорей бы эта война заканчивалась, так хочется увидеть Софию, припасть губами к её руке, а если позволит, то и к губам. На день рождения, отправил Софии брошь с изумрудами в серебряной оправе. Купил по случаю у пожилого польского еврея, уезжавшего в Россию. Но, увы, пока вокруг война, грязь, смерть. Такова офицерская доля служить Отечеству. Так, что будем служить, пока дышим.

Из штаба главнокомандующего Багратион вернулся не в духе, злой, словно черт.

— Войска к отражению противника, за исключением нашего отряда, не подготовлены, — возмущался князь. — Солдаты торчат на открытой местности в палатках, жгут костры, греются. Рядом с позициями разгуливают французские стрелки, обстреливая расположение войск. Никто их не отгоняет. Чёткой диспозиции и плана на сражение ещё нет. Все делается очень медленно. Ну, как ты догадываешься, первую скрипку в этом нестройном оркестре предстоит играть нам с тобой. По словам генерала Беннигсена, острие удара войск Бонапарта направленно на наш участок. Резервов пехоты он нам не предоставил, выделил нам батарею двенадцатифунтовых пушек с людьми и боезапасом. Ты дополнительно озаботься разведкой. Пусть казаки посмотрят в округе.

— Почти все казачьи разъезды вернулись, ожидаю ещё два. Если судить по донесениям, то направление главного удара французов придётся встык, между нашим отрядом и Павловским полком. Тут прикрыть у нас есть чем. А как поведёт себя соседний полк, я не знаю. Лезть в чужой монастырь со своими предложениями нам не позволят.

— Давай я напишу депешу командиру Павловцев, изложу твои предложения, может, успеют что-то предпринять.

В течении часа составили депешу соседям, подробно изложив предложения по укреплению обороны, сославшись на сведения, полученные от на якобы пленного французского офицера. Рисковали с Багратионом. Вдруг Беннигсен захочет пообщаться с пленным? Решили откровенно соврать для пользы дела. Убежал, по недосмотру, не обеспечили нормальную охрану.

26 января 1807 года, Наполеон атаковал русские войска. Главный удар пришёлся в известном нам месте. Павловцы большую часть наших рекомендаций проигнорировали, отгородились от неприятеля жидкой линией рогаток, да и те в первые минуты наступления, французы разбили артиллерией.

Хорошо обученные, экипированные и вооружённые французы с лёгкостью опрокинули передовые части соседей, образовав прорыв. В него устремились пехотинцы французов. Багратион приказал, отработать по прорвавшемуся противнику минометами.

Два дивизиона разом, каждый миномет выпустил по сотне мин, на всю глубину прорыва обработали местность. Такого французы не ожидали, начали пятиться, а потом побежали. Потрёпанные части соседей перешли в контрнаступление и вернули свои утраченные позиции.

Наш черед наступил через час. Обстрел из пушек наши солдаты переждали сидя в глубоких окопах. Попадания ядер точно в окоп, были редкими, потому и потери у нас были не значительными. В ответ Наполеону, наши двенадцатифунтовки, стреляя по моему приказу полуторной порцией пороха, чтобы увеличить дальность, сбили семь пушек.

Выступившую на поле пехоту, встретили ядрами шестифунтовки. Мы их укрыли до поры, в специально отрытых капонирах. Потом повеселились миномётчики, выкашивая пехотинцев десятками за раз. На дистанцию в четыреста метров, подошли единицы, их успешно выбили егеря, и шестифунтовки ударили картечью.

Распорядился всей артиллерии сменить позиции. Казалось в хаотичном движении лошадей и людей не разобраться. А разбираться никому и не надо. Каждый расчёт знал, где у него новая позиция, занимали их чётко и слажено.

У нас немного стихла канонада, а с правого фланга начала усиливаться.

— Степан Иванович, а может, пошлём батарею наших труб к соседям на помощь? — предложил Багратион, — слышишь, стрельба там разгорается.

— Если я правильно понял замысел Бонапарта, то сейчас он наносит отвлекающий удар, чтобы мы сманеврировали войсками и артиллерией, думая, что он там наносит главный удар. Сам же тем временем, ударит опять по нам, быстро переместить большую массу войск, за короткое время, он не смог. Это обманный маневр. В течение часа, он приведёт передовые части в порядок, подтянет резервы, и навалится на наши позиции. Впору нам будет просить помощи.

— Не дадут, и не надейся. С зарядами у нас как?

— К пушкам маловато, а к минометам в достатке. Я собрал два десятка самых метких стрелков, поставил им задачу выбивать офицеров и прислугу пушек. Вы, ваше высокопревосходительство, их не выдёргивайте с передних окопов раньше времени. Они отойдут сами, если будет прямая угроза гибели или пленения, там с ними прапорщик Завьялов.

— Ты этого пьяницу и игрока отправил в первый окоп? Он все дело испортит!

— Пусть игрок и пьяница, зато стрелок отменный. На семьсот шагов в летящий кивер попадает. Справится.

В прогнозе я ошибся. Французы начали немного раньше. Стандартно обработали артиллерией позиции пушек. Облом-с лягушатники, там наших пушек уже нет, они в другом месте, а где не скажем, сами, на своей шкуре испытаете. А с пехотой они явно перестарались. Такого количества ротных колонн на поле боя мне до сегодняшнего дня видеть не доводилось. Их было не много, а очень-очень много. Последовательность артогня была прежней, но поскольку пехоты было в разы больше, пришлось шестифунтовки перевести на стрельбу картечью с полуторным зарядом. Результат не заставил себя ждать, шестифунтовки и минометы, собирали обильные кровавые урожаи на поле боя. Рассмотрел это в подзорную трубу. Меткие стрелки тоже работали успешно. Многие подразделения остались без офицеров. До рогаток пехота не дошла, обратилась в бегство. Настоящее ликование прокатилось по нашим позициям. Ещё бы! Впервые победоносные французы бежали без оглядки, бросая оружие.

Очередная передышка, смена позиций артиллерии, пополнение боезапаса, обработка раненых, и вынос в тыл погибших. Действовали наши солдаты по-суворовски, каждый знал свой маневр, не мешали друг другу.

— Заметил Степан Иванович, Бонапарт не вводил в бой конницу? — спросил подошедший князь. — Немудрено, оттепель, земля раскисла, лошади увязнут, и вместо атаки получится большая мишень для пушкарей.

— Хоть в этом повезло нам. А что там штаб главнокомандующего, никаких директив не присылал?

— Был посыльный. Привёз приказ. Предписано ночью оставить позиции, соединиться с основными силами для отхода. Как думаешь, ещё атака будет?

— Думаю, постреляет артиллерия, может полк или два пошлют в атаку не больше. Посмотрите, все поле усеяно телами французов.

Когда французы открыли огонь из пушек, я был на позиции двенадцатифунтовок. Стал у пушки, начал лично наводить орудие, очень мне хотелось попасть в орудие врага. С третьего выстрела, на месте орудия противника образовался бело-черно-красный гриб, угодило ядро, куда надо. Приказав стрелять реже, но точнее, ушёл в передовую линию. На поле появились первые пехотные колонны французов.

Эту атаку отбили легко, выкосив минометами часть пехоты, а остальная, неорганизованной толпой убежала.

Теперь можно начинать подготовку к отходу, отдать необходимые распоряжения, так как надвигались сумерки.

Не одним французам напакостила оттепель. Нам тоже стало во сто крат тяжелее управляться с лошадьми, буксирующим орудия и перевозившим боезапас. До самого утра войска уходили подальше от французов. Недолгий отдых и снова марш, по непролазной грязи. Только на удалении двухдневного перехода от противника генерал Беннигсен приказал занять новые позиции.

До мая боевые действия русская армия не вела, не позволяли погодные условия. Распутица. Французы также не проявляли активности. Мы проводили в порядок людей и вооружение. Вели разведку. Раненых генерал Беннигсен приказал отправить в Россию.

— Вот знаешь, Степан Иванович, я уже начинаю думать, что нам с тобой уготована судьба, постоянно драться, в авангарде и арьергарде, — задумчиво произнёс Багратион, только, что вернувшись из штаба главнокомандующего. — В сражении под Прейсиш-Эйлау, мы отбивали частые атаки, будучи на острие войск, и отходили последними. И раньше также было, вспомни Аустерлиц. Как думаешь, на нас надеются, или просто им не жалко, когда погибнет весь наш отряд войск?

— Скорей всего надеяться на выучку наших солдат, ну, и завидуют успехам. Ведь по итогам боев в Австрии, мы обласканы Кутузовым, и получили награды из рук брата императора. Не каждый высший офицер отнесётся к такому равнодушно. Появится маленький, но противный, червячок зависти. Нам с вами, чтобы выжить, сохранить себя и наших воинов для будущих битв, ещё больше надо тренироваться и учиться.

— Спорить не буду. Видел тебя в сражении. Ты хоть шпагой и не махал, но руководил войсками правильно, с пользой ощутимой. А всего-то штабным генералом, ты чуть более года, а уже сторонников старых приёмов перещеголял. Хоть ты вредный, настырный и дотошный, но очень нужный армии и мне офицер. Поверишь, иногда думаю. А не будь рядом Головко, когда бы я сложил голову в бою? И становится иногда страшно. Сгинул бы ещё в Швейцарии. Это там, перед Чёртовым мостом, ты меня отправил в безопасном направлении, а сам повёл батальон на приступ по шатающимся брёвнам Ты стал мне как ангел-хранитель.

— Оберегом.

— Не понял, что ты сказал?

— Оберег, это такой предмет, который обеспечивает безопасность обладателя. Есть такое поверье среди запорожских казаков. Мне отец, перед моим уходом в Итальянский поход, передал наш родовой крестик. Он был оберегом у моего деда, потом у отца, а теперь мне достался.

— Так вот почему тебя пули и картечь обходят стороной!?

— Под Аустерлицем не совсем стороной, достало. Но, наверное, он все же помог, зацепило не насмерть.

За четыре с половиной месяца стояния в обороне в ожидании погоды, позиции отряда Багратиона превратились в настоящий укреплённый городок. Для его обустройства, я привлёк инженера-советника при главнокомандующем, полковника Ларсена. Моих познаний в современной полевой фортификации было мало, то, что я усвоил в училище я применял, а на большее знаний недостаточно. Этот датчанин неплохо смыслил в обустройстве полевых укреплений. Книжек, по которым он мог меня поучить, не имелось в наличии, пришлось осваивать, так сказать на практике. Все элементы, я тщательно зарисовывал и описывал в отдельной тетради, назвав её громко «Фортификация». Князь, как обычно, посчитал мои занятия блажью, а когда увидел первые результаты, одобрил. Да и солдатам нужна постоянная загруженность боевой работой.

Занятия с офицерами отряда я проводил раз в неделю. Мы на картах разыгрывали разные сценарии. Я объяснял, что, как и зачем делается, в той или иной ситуации. Не давал я пока пехотным офицерам азы работы с минометами. Это моё детище, и я ещё шлифую его конструктив, способы и тактику применения. Офицеры-артиллеристы пока справляются со своими обязанностями, я продолжаю их обучать отдельно от всех. Артиллерия не пехота. В моем времени говорили: умный служит в артиллерии, шустрый в кавалерии, отчаянный на флоте, а дурак в пехоте. Так вот я хотел в нашем отряде искоренить дураков, научив воевать правильно.

Под конец мая Беннигсен решил окружить и разгромить у городка Гутштадта, отдельно стоящий корпус маршала Нея. По разработанной диспозиции, к операции привлекались девять дивизий, отряд Багратиона оставался в резерве. Его планировалось ввести в бой, в случае благоприятного развития наступления. Однако из-за слабой подготовленности старших офицеров, выполнить своевременное сосредоточение для атаки, смогли только четыре дивизии. Сил для окружения корпуса Нея, было недостаточно. Французы избежали окружения, и после ожесточённого боя отступили. Русские войска возвратились на исходные позиции.

Через пять дней русская армия была атакована мощным авангардом французов под командованием маршала Сульта, вблизи города Гейльсберга. Теперь пришлось отбиваться нам в течение всего дня. Генерал Беннигсен в этом бою был ранен, но, несмотря на это продолжал управление войсками. Получив донесение о движении войск под командованием Наполеона в обход гейльсбергских позиций, Беннигсен отвёл войска к городу Фридланду.

Отряд Багратиона спешно готовил позиции для обороны. По диспозиции, утверждённой генералом Беннигсеном, наш отряд становился центром всей обороны армии. В нашем тылу расположился главнокомандующий со своим штабом. Всяких там штабных наблюдателей и рекомендателей, пытающихся оказать мне «помощь» в строительстве позиций, я откровенно отсылал с вопросами к Беннигсену. Они у него боялись интересоваться, и от меня отставали.

Оборону удалось насытить достаточным количеством артиллерии, выцыганил ещё одну батарею двенадцатифунтовок. Пытался передать свой опыт в другие полки, но ничего не получилось. Непонимание нового и сплошная боязнь взять на себя инициативу, не позволила мне достичь положительного результата.

— Ваше высокопревосходительство, может, вы убедите генерала Беннигсена, отдать распоряжение нашим соседям в обустройстве полевых укреплений, — обратился к Багратиону. — Нас атакует вся армия Наполеона, числом задавят, никакие пушки, минометы и ружья, не смогут в короткое время перемолоть такую силищу! Сидя в укреплениях, мы ещё сможем дать французам сражение, а в открытом поле, кавалерия вырубит солдат, как капусту на огороде. Если внимательно посмотреть на наши позиции, то станет понятно, что мы сами себя загнали в невыгодные условия. С обоих флангов, мы стеснены, за спиной у нас река. Наполеон будет стараться прижать нас к реке и уничтожить. Путь к отступлению один, через городок, по мостам. Уверен, именно к мостам будут рваться французы..

— Думаешь, Беннигсен послушает?

— Вы уважаемый военачальник, отважный воин-генерал. Князь к тому же. Это меня никто слушать не станет, а вас обязаны.

И через день ничего не изменилось, значит, Багратиона выслушали, но не захотели услышать. Значит, итог сражения предрешён, нас разобьют, и будем мы бежать и бежать.

2 июня Бонапарт атаковал, мощно и напористо. Удар пришёлся точно в центр войска Багратиона. Не обращая внимания на огромные потери ещё на подходе к нашим позициям, французы рвались вперед. С двухсот-трехсот шагов французские шеренги выкашивали наши стрелки и минометы, поставленные на максимальные углы возвышения, и казалось остановить эту человеческую лавину неспособно ничто. Но, наверное, есть все же предел человеческой отваге и безрассудству, буквально в пятидесяти шагах от позиций, масса французских войск заколебалась, а потом начала откатываться назад, оставляя за собой трупы солдат. Крики раненых и умирающих доносились с обеих сторон, но мне казалось, французов набили больше.

Не везде с успехом отбили атаку. На флангах, русские войска потеснили, они начали пятиться. Работал, как заведённый Перегруппировка батальонов и полков, смена позиций артиллерии, все слилось воедино. Мне везде надо было успеть, проконтролировать, отправить посыльных с приказаниями. Князь естественно тоже работал. Один бы я не управился. И заметьте, штабных офицеров у нас было в достатке, никого не потеряли, и каждый был загружен, по самое не хочу.

Очередная атака была менее насыщенная пехотой, но обстрелы из орудий усилились. Наполеон, значит, нашёл щель в обороне, и перебросил туда артиллерию, подумал я.

— Ваше высокопревосходительство, — обратился к Багратиону, — похоже, Бонапарт сейчас ударит где-то по соседям, натиск на нашем участке ослаб. — Надо предупредить Беннигсена, не ровен час, окажемся в окружении, если прорвут оборону.

— Отбивайся, я попробую!

Атака и в самом деле была вялой. Нашим метким стрелкам удалось проредить офицерский состав и пушкарей, но не критично. Перед нашими позициями противник отступил. Я прислушался. Канонада нарастала слева. Ага, вот где французский полководец наметил прорыв. Там ведь одни мушкетёрские полки, усиленные гренадерским батальоном, и открытая местность. Срочно пришлось, разворачивать в сторону соседей Архангелогорский мушкетёрский полк, а в тылу, которого располагать Санкт-Петербургский драгунский полк, усилив батареей минометов.

Оказалось, вовремя сделали перестроения. На наш левый фланг, выскочили кирасиры французов на разгорячённых конях. Выскочили, и начали укладываться на землю метким огнём наших воинов.

— За мной, — скомандовал Багратион, сидя на чёрном, как сажа коне, увлекая за собой в атаку, Мариупольский драгунский полк.

Ну, блин, куда этого горячего грузинского парня черти понесли? Не дай Бог, моё присутствие в этом времени, оказало серьёзное влияние на ход событий. Убьют моего покровителя ненароком. Вернётся, попробую поговорить. Надо убедить отказаться от подобных атак во главе кавалеристов.

Так я рассуждал буквально десять минут назад, а сейчас сам рубился с прорвавшимися в наш тыл гренадерами французов. Эти рослые представители французского народа, стремились нанести нам большие потери и захватить штаб. Слаженные действия резервной роты наших гренадеров, не позволили французам даже приблизиться к расположению штаба. В пылу схватки я заметил, как во фланг гренадеров заходили наши конники, а впереди скакал князь Багратион. Слава Богу, живой и здоровый. Совместными усилиями прорыв удалось ликвидировать и восстановить положение войск.

— Ты видел, как мы всыпали французам? — спросил разгорячённый боем Багратион. — Мы вырубили всех, до последнего солдата. Лейб-гвардейский Павловский и Измайловский полк сильно пострадали от артиллерии Бонапарта, в батальонах осталось мало людей, боеспособных офицеров, чуть более десятка на два полка. Командир Павловского полка генерал-майор Николай Николаевич Мазовский погиб. В последней атаке, его раненого по его же приказу, несли впереди наступающих рот. Картечь оборвала его жизнь. Я уйду к ним, там некому организовывать оборону, а ты здесь держись, бей неприятеля. По всем вопросам сносись за штабом главнокомандующего.

— С Богом ваше высокопревосходительство, берегите себя, буду стараться удержать позиции.

До позднего вечера, мы отбивали атаки войск Наполеона. Ближе к полуночи от генерала Беннигсена поступил приказ выводить войска за реку Неман. Начал формировать походные колонны, прикрывать отход подвижными арьергардами. Французы от нас не отставали, проводя постоянные атаки, правда, небольшими силами пехоты. Зато артиллерия французом била по нашим войскам постоянно, нанося нам большие потери. Многие подразделения русской армии, потеряв офицеров и лишившись управления, пытались самостоятельно переправиться через Неман с использованием лодок и плотов. Многие гибли, тонули и попадали в плен. На завершающей стадии, отход войск превратился в настоящее бегство, никем не управляемых людей.

Недалеко от мостов, я приказал развернуть две батареи минометов, и с помощью их огня помогал отступающим войскам перейти реку по мостам, обрабатывал позиции пушкарей Наполеона. Соотношение количества стволов, было явно на стороне французов. И господствующие высоты вокруг города, тоже были в их руках. Можно сказать, неприятель избивал нас почти безнаказанно. Беннигсен приказал мосты сжечь, чтобы не дать возможности французам, организовать преследование разбитых русских войск.

Ещё пять дней отряд Багратиона вёл бои с висевшими на наших плечах французами. Когда войска достигли города Тильзит, и заняли оборонительные позиции, Наполеон прекратил преследование и отвёл свои войска.

7 июля 1807 года был заключён Тильзитский мир, очередная коалиция прекратила своё существование.

Сидя в небольшой комнате дома, расположенного в пригороде Тильзита, я подсчитывал наши потери. Большой кровью обернулся этот поход для отряда Багратиона. Почти треть личного состава потеряли ранеными и убитыми, несколько сотен, по всей видимости, попали в плен. Все шестифунтовые пушки потеряны, часть разбита, а остальные брошены. Двенадцатифунтовки удалось эвакуировать, но боеприпасов к ним, всего по десятку выстрелов на ствол. Минометы вывезти удалось все, неповреждёнными остались всего двенадцать, остальные требовали серьёзного ремонта. Мины тоже вывезли, почти все. Двадцать ящиков пришлось поджечь в здании перед мостом. Взрыв был мощным, я надеялся, что удалось кого-то из французских вояк зацепить, и похоронить под развалинами дома.

Занёс последние данные в «Журнал боевых действий отряда». Я начал его писать в самом начале похода. Зачем? А, чтобы в мирное время можно было провести анализ действий подразделений, найти ошибки в организации обороны и наступления. Полученный опыт, использовать в дальнейшем.

Состояние всей армии я не знал, но думал, что картина выглядит удручающей. Русская армия понесла ужасающие потери в живой силе и пушках. В очередной раз «корсиканец» показал своё нестандартное мышление, и умение правильно руководить войсками.

За этим занятием меня застал князь.

— Считаешь? — поинтересовался князь. — Да и без точных цифр видно, побил нас Наполеон сильно. Чтобы отвлечь тебя от мрачных дум сообщаю, меня представили к ордену Святого ГеоргияІІстепени, а тебя к ордену Святого ВладимираІІ степени. Вернёмся в Санкт-Петербург, приведёшь войска в порядок, дам тебе отпуск. Навестишь свою невесту.

— Спасибо, ваше высокопревосходительство. Давно я не видел Софию.

— Тебе хоть есть к кому ехать. Тебя ждут. А меня, — Багратион резко махнул рукой, и отвернулся к окну.

— Вас, что никто не ждёт?

— Ну, да, ты же все время в войсках, — с грустью сказал генерал, — светские сплетни до тебя не доходят. — Никто не ждёт генерала Багратиона дома. Его дом опустел, когда мы с тобой бились ещё в прошлом походе. Это грустная история. Я её никому не рассказывал, но понимаешь, душа у меня болит, устал я в себе все это носить.

— Можете мне довериться. Сказанное вами в этих стенах, останется достоянием нас двоих.

— Если помнишь, возвращение из Итальянского похода для нас не было триумфальным. Покойный император ПавелI, сильно ненавидел генералиссимуса Суворова и его соратников. Скажу тебе, откровенно, меня, среди многих офицеров, Суворов выделял особенно, считал, что я умею грамотно руководить войсками и смогу сделать карьеру за короткое время. Считал меня Александр Васильевич, своим последователем и учеником. Это обстоятельство, не понравилась самодержцу российскому. Ему хотелось меня как-то унизить, или хотя бы вывести из себя. Поэтому он мне сосватал в жены, очаровательное создание — графиню Екатерину Павловну Скваровскую. Представляешь, мне, далеко не красавцу, милую, юную и обворожительную фею. Я не посмел ослушаться императора, ведь был прямой приказ жениться. Никакой любви и близости между нами не было. Жена не питала ко мне даже уважения. Она получила моё имя, и ей этого достаточно. Чем дальше, тем становилось хуже. Я постоянно находился на службе и в походах, а жёнушка, тем временем занялась греховными делами. Не стал я опускаться до дуэлей с любовниками жены, просто крепко с ней поругался, и предложил сделать выбор. Она его сделала. Два года назад, собрала вещички, и укатила в Европу. Были сведения, что она остановилась в Вене, закрутила роман с представителем императорской фамилии. Якобы даже родила от него дочь. Мне же на прощание оставила письмо, в котором сообщала, что считает себя свободной от уз брака. С большим трудом, мне удалось добиться у представителей церкви, признание нашего брака несостоятельным. Стал я одновременно вдовцом и неженатым. Представляешь, каким было моё душевное состояние? Отвратительным, я стал злым и немного жестоким.

Перед самым походом в Пруссию, я получил письмо от сестры императора — Великой княжны Екатерины Павловны. Эта юная особа, если верить её письму, влюбилась в меня, и желает связать наши судьбы вместе! Переписка держится в тайне, от её брата. Сам понимаешь, представитель августейшей фамилии не может вступить в брак с кем-либо без разрешения императора. Такое разрешение АлександрI, вряд ли даст. И вот теперь я в замешательстве. По слухам Екатерина Павловна самая решительная и деятельная девушка из всех сестёр императора. Она всегда добивается своего. АлександрIочень любит сестру и уважает её Не знаю, как мне поступить. Оттолкнуть сестру самодержца, и попробовать делать вид, что ничего не было, я не могу, совесть не позволит. И обнадёживать девушку, успешным разрешением наших отношений, тоже невозможно. Можно навлечь на нас обоюдный гнев императора.

— Давайте, ваше высокопревосходительство, не будем делать поспешных выводов, и предпринимать опрометчивые шаги. Вернёмся в Санкт-Петербург, постараемся прояснить ситуацию, может, все не так сложно, как вы себе представляете. Не войдя в воду, не узнаешь, как она холодна, говорят мудрецы.

— Не успокаивай меня. Я и так себе места не нахожу. Но, в принципе, твое предложение мне кажется разумным. Может, действительно, не стоит торопиться? Давай пока оставим дела сердечные на потом. Ты мне говорил, что подготовил, какие-то бумаги по совершенствованию организации войск.

— На основании Устава, Артикула и Экзерции от 1804 года, я разработал: «Боевой устав пехоты». «Боевой устав артиллерии», «Устав гарнизонной и караульной службы». Постарался в этих документах воплотить наиболее рациональные, с моей точки зрения, способы организации и боевого применения войск. Ведь, если рассуждать здраво, то выпущенные ранее документы, не что иное, как переписывание старых, без учёта опыта войн с французами, турками и другими нашими противниками. Вооружение и тактика войск, претерпели изменения, а мы пытаемся использовать приёмы управления давно минувших дней. Наполеон уже показал нам, где имеем слабые места. Надо срочно принимать меры, пока не поздно.

— Думаешь, от этих бумаг будет польза?

— Превеликая. Правильно научим солдата воевать, чётко обозначим его место на поле боя. Офицеры более тщательно будут готовить оборону или наступление. Меньше будет неразберихи.

— Почему про конницу ничего не написал?

— Сей вид войск знаю слабо, не могу объективно рассуждать о нем.

— Хорошо, я твои измышления покажу в Генеральном штабе. Ничего определённо обещать не могу. Сам знаешь, там заседают великие и опытные мужи. Когда они рассмотрят твое творение, я не знаю. Лучше готовь распоряжения. Мы через неделю, убываем, к местам постоянного расквартирования.

Оставив одну потрёпанную дивизию для прикрытия границы, армия генерала Беннигсена возвращалась к Санкт-Петербургу.


Глава 13 | Да, были люди в то время! | Глава 15