home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

Loading...


Глава 19

ПОЕДИНОК ЧЕСТИ

Голос был спокойным, но самый резкий окрик не смог бы так испугать Афдаль-хана. Он резко обернулся, потом застыл, словно превратился в камень, и его лицо посерело. Выронив саблю, он медленно поднял руки. Гордон стоял неподалеку, держа у бедра пистолет, который смотрел Афдаль-хану точно в солнечное сплетение. Губы американца тронула чуть заметная ухмылка, но в черных глазах уже разгоралось пламя.

— Это ты, Аль-Борак! — потрясенно выдохнул оракзаи.

Он явно хотел отступить на шаг, но боялся.

— Ты дух или джинн… — забормотал он, как помешанный. — Или сам шайтан перенес тебя сюда. Мои люди осмотрели все щели…

— А я прятался на уступе и смотрел на них сверху, — невозмутимо объяснил Гордон. — Потом они ушли, а я спустился сюда. Убери руки с пояса, Афдаль-хан. Я уже час сижу здесь и мог сто раз тебя пристрелить, но мне хотелось, чтобы Уиллоуби узнал, какой ты негодяй.

— Но я видел вас, — пробормотал ошарашенный Уиллоуби, — вы спали в пещере…

— Вы видели Али-шаха, переодетого в мою одежду, — отозвался американец, не спуская глаз с Афдаль-хана. — Я боялся, что вы откажетесь от этой встречи, узнав, что я еще не вернулся. Вдруг я что-нибудь замышляю? Поэтому я забросил вашу записку в лагерь оракзаи, вернулся, пока вы спали, чтобы оставить моим людям кое-какие распоряжения, и спрятался в ущелье. Я был уверен, что Афдаль-хан не позволит наказать своего дядю. Да и не смог бы. Бабера-Али слишком любят в Хоруке. Значит, оставался единственный способ сохранить благосклонность эмира — заткнуть вам рот. Тогда можно было бы все свалить на меня. Я не сомневался, что, получив записку, он придет сюда.

— Он мог меня убить, — пробормотал Уиллоуби.

— Я держу его на прицеле с того момента, как вы сюда пришли. А если бы он привел с собой людей, я бы застрелил его еще до того, как вы спустились в ущелье. Мне бы вы все равно не поверили. А так… Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Вам ничто не угрожало.

— А так быстро добраться из Хорука…

— Его и не было в Хоруке. Я знал: как только Бабер-Али поймет, что вы живы и прячетесь у меня, он во всем сознается племяннику, и Афдаль-хан не только простит его, но и поможет. Он стоял лагерем в полумиле за холмами со своей гвардией. Я мог его застрелить, но предпочел передать вашу записку.

Черные глаза Афдаль-хана сверкнули, на переносице выступили бисеринки пота.

— И теперь вы собираетесь хладнокровно его застрелить?

Гордон покачал головой.

— Нет. Я дам ему шанс, которого он не дал Юсуф-шаху.

Не убирая пистолета, Гордон приблизился к вождю оракзаи, двумя быстрыми движениями выдернул у него из-за пояса нож и револьвер и забросил их куда-то за валуны. Его собственный пистолет полетел туда же, а в руке, словно по волшебству, появилась сабля, которая до сих пор покоилась в ножнах.

— Возьми свою саблю, Афдаль-хан, — все это время Гордон говорил спокойно и ровно, однако сейчас Уиллоуби уловил в его голосе стальные нотки — едва заметные, как вены на висках. — Здесь нет никого, кроме англичанина, тебя, меня и Аллаха, а Аллах ненавидит предателей!

Афдаль-хан зарычал, как пантера, загнанная в ловушку. Полуприсев, он рывком поднял клинок… и в следующую секунду обрушился на Гордона, как лавина с Гималаев.

У Уиллоуби перехватило дыхание. Казалось, рука Афдаль-хана лишь коснулась рукояти… потом в воздухе что-то сверкнуло, он понял, что сейчас его сабля опустится на голову американца… и удар ушел в пустоту.

Цветистые повествования о поединках Аль-Борака можно услышать в любом караван-сарае. Но одно дело услышать, а другое — увидеть. Впрочем, будь противники вооружены не кривыми гималайскими саблями, довольно тяжелыми и широкими, а более легким оружием, Уиллоуби вряд ли успел бы следить за их движениями.

Афдаль-хан был выше и тяжелее Гордона, к тому же быстр, как голодный волк. Подумать только, этот человек окружал себя десятками стражников и только что трепетал при виде наведенного на него пистолета! Сабля в его руке словно потеряла вес и порой превращалась в размытое полупрозрачное пятно. Но она не могла даже коснуться Гордона. Каждый раз раздавался короткий звон, и клинки разлетались в стороны.

Уиллоуби отметил, что Афдаль-хан почти непрерывно пребывал в движении. Он бросался то вправо, то влево, поворачивался и приседал, потом отскакивал в сторону и снова налетал на своего соперника, словно хотел оказаться во всех местах одновременно. Правда, эта суетливость не мешала ему наносить мощные удары, которые могли бы выбить клинок из руки более слабого противника.

Напротив, движения Гордона были скупыми и точными. Казалось, его тело почти неподвижно. Лишь изредка он переступал или уклонялся, пропуская мимо себя смертоносный клинок. Но его сабля всякий раз оказывалась в том месте, куда метил его неистовый противник.

«Должно быть, мышцы у него из железа», — думал Уиллоуби, непроизвольно морщась от оглушительного звона. Афдаль-хан бил, как кузнец по наковальне, как будто хотел перерубить саблю американца, а когда клинки застывали, скрестившись в воздухе, на запястьях противников вздувались вены. Однако этот дикий натиск не заставил Гордона отступить ни на полшага. Он скорее оборонялся, чем нападал, но именно так и следовало действовать.

Вскоре Афдаль-хан уже задыхался, по его смуглому лицу катился пот, глаза лихорадочно горели. Дыхание Гордона даже не сбилось, словно он действительно стоял на месте.

И оракзаи совершенно обезумел.

— Пес! — тяжело выдохнул он и плюнул в лицо Гордону. Потом занес саблю и прыгнул вперед, как тигр. Этот удар, наверно, мог бы перерубить даже столетний дуб.

И тут Гордон снова подтвердил, что не зря прозван Аль-Бораком — Стремительным. Уиллоуби даже не успел заметить, как он отступил, уходя от удара. Только его сабля сверкнула, на миг поймав лезвием луч солнца. Раздался хруст ломающихся костей, и Афдаль-хан зашатался. С коротким смешком, тихим и безжалостным, как звон сабли, Гордон отступил — в первый раз с тех пор, как начался этот поединок. По широкому лезвию его сабли стекала темно-красная кровь.

Лицо Афдаль-хана мертвенно побледнело; он зашатался, как пьяный, глаза закатились. Он прижал ладонь к левому боку, и между пальцами засочилась кровь. Правой рукой он еще пытался поднять саблю, ставшую для него вдруг непомерно тяжелой.

— Аллах милосердный… — прохрипел он. — Слава Аллаху, господину миров…

Тут ноги Афдаль-хана подкосились, и он упал.

Уиллоуби в ужасе наклонился над ним.

— Господи, да он разрублен почти пополам! И прожить с такой раной почти десять секунд?!..

— Те, кто с детства привыкли бороться за свою жизнь, нелегко ее отдают, — отозвался Гордон, стряхивая с лезвия красные капли. Англичанину показалось, что слышит в его голосе печаль. Огонь, так долго сжигавший душу Фрэнсиса Ксавьера Гордона по прозвищу Аль-Борак, погас, и ярость понемногу утихала.

— Можете возвращаться в Кабул и доложить эмиру, что вражде конец, — сказал он. — Скоро по этой дороге снова пойдут караваны из Персии.

— А как же Бабер-Али?

— Он удрал ночью, когда атака провалилась. Я видел, как он уходил из долины со своими людьми. Осада ему надоела. Люди Афдаль-хана еще в долине, но как только услышат о гибели своего вождя, поспешат разойтись по домам. Вы вернетесь в Кабул, и эмир объявит Бабера-Али государственным преступником. Что касается оракзаи, то мне больше нет нужды с ними воевать, а они будут рады согласиться на мир.

Уиллоуби посмотрел на мертвеца. Гордон обещал, что с гибелью этого человека вражде придет конец, и сдержал слово. По большому счету, его миссия выполнена. Впрочем… Это открытие было для Уиллоуби не слишком приятным: в этой игре он был просто пешкой. А с другой стороны — разве он сам никогда не использовал других людей, чтобы достичь своей цели? Англичанин криво усмехнулся.

— Будь я проклят, Гордон, вы все время меня обманывали! Вы позволили мне поверить, что нас осаждает только Бабер-Али, а Афдаль-хан защитит меня от своего дяди! Вы поставили ловушку на Афдаль-хана, а мной воспользовались, как приманкой. Меня не покидает мысль, что, не придумай я эту комбинацию с письмом и телескопом, вы бы предложили ее сами!

Гордон не ответил.

— Я дам вам эскорт до Газраэля, где больше не осталось оракзаи, — сказал он очень спокойно.

— Черт возьми, дружище! Если бы на протяжении последних сорока восьми часов вы не занимались тем, что спасали мою жизнь, я бы поговорил с вами по-другому! Но Афдаль-хан был негодяем и заслужил то, что получил. Не могу сказать, что мне нравятся ваши методы, но они эффективны! Вам следовало бы попробовать себя на секретной службе. Несколько лет подобных успехов — и вы станете эмиром Афганистана!


Глава 18 ИСТИННОЕ ЛИЦО АФДАЛЬ-ХАНА | Ястреб с холмов |







Loading...