home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Двадцать шесть

Пещеру освещали факелы, демонстрируя подготовку к церемонии Единения. Воздух был густым и сладким, потому что полы устилали ковры из полевых цветов, розовых, фиолетовых и голубых. Фавны давили виноград, чтобы сделать вино. Скалолазы делали то же самое с желудями: из них предполагалось замешать пасту и намазать ее на хлеб, который Моргана стащила с кухни «Сломанного копья».

Старейшины сделали послабление в отношении пользования водой, чтобы беженцы могли смыть с себя грязь, кровь и страдания – насколько это вообще возможно. Стояла атмосфера радостного ожидания, успешного спасения.

Несколько Бивней били в полотняные барабаны, а Фавны отвечали им мелодичными гармониями, извлекаемыми из лир и шарманок. В центре пещеры находилась беседка, увитая цветущими лозами, где, держась за руки, стояли Фавны, которые были намерены соединить свои жизни. Кора взяла на себя роль жрицы: она перешептывалась с Фавнами и над чем-то посмеивалась, пока все прочие рассаживались на камнях и вокруг. Легкий ветерок проникал через полукупольную крышу, и небо за балдахином усеивали звезды.

Нимуэ поглаживала мягкие розовые лепестки на корсаже, чувствуя себя без меча непривычно голой. Вместо этого платье обнажало ее плечи, а переплетенные лианы увивали предплечья и пальцы, словно рукава. На голове у нее был венок из лавра, а по шее спускалась коса из осенних листьев.

Трое детей-фейри взяли Нимуэ за руки и повели к валуну, который чуть возвышался над алтарем. Отсюда она могла хорошо видеть все происходящее. Моргана присоединилась к ней, одетая в тиару из вороновых перьев и лоскутное платье, тоже украшенное осенними листьями.

У всех кланов были свои обычаи и ритуальные танцы для церемонии Единения, и сейчас, в стенах пещеры, можно было воочию видеть их различие. Фавны привлекали внимание к рогам, покачивая головой, чтобы выразить благословение союзу, в то время как Змеи, стоя на четвереньках, рыскали кругами, соприкасаясь головами и плечами, а Бивни ритмично топали копытами и издавали громкие гортанные крики. Над их головами, словно мотыльки, трепетали Лунные Крылья, рассыпая по всему куполу светлячков.

Нимуэ наслаждалась этой красотой, но в душе таилось дурное предчувствие. Кто однажды вспомнит, как было принято танцевать? Что станет с детьми этих фейри, которые будут отмечать дни рождения в стенах холодной пещеры, не имея ни малейшего представления о судьбе родителей? Выжил ли кто-то из Дьюденна? Не умрут ли вместе с ней, Нимуэ, ритуалы и легенды Небесного Народа? Эта мысль была особенно невыносимой.

Ребенок-Змей сжал ее руку и улыбнулся, сверкнув крошечными острыми зубками.

Что за надежду она могла дать им? Такая же бездомная и безродная, как и все здесь. Однако Нимуэ сознавала, что ее судьба неразрывно связана с этими фейри, как и судьбы двух Фавнов в беседке. Могла ли она вверять этому Мерлину их жизни? Человеку, который, по словам Евы, предал собственную кровь? И если это правда, то почему, во имя всех богов, Ленор завещала отдать меч именно ему?

Нимуэ увидела, как с противоположной стороны в пещеру вошел Артур. Он смотрелся неловко и неуместно, бросил быстрый взгляд на Нимуэ и тут же отвел глаза. Однако Моргана заметила это.

– Я ведь предупреждала насчет него.

– Он может делать, что пожелает, – Нимуэ пожала плечами. – Он ничем мне не обязан.

– Не принимай близко к сердцу. Он просто потерявшийся мальчишка, и сам не знает, чего хочет.

Нимуэ не ответила. Она слушала, как старейшина из клана Скалолазов читает древние молитвы, которые Кора переводила вслух.

– Йе-Рей акла неф’рач, – напевал Скалолаз.

– Пусть их души и дух сольются воедино в этом священном месте, да будет у них один голос и одна цель, – вторила Кора.

– Джор’у дэ фоу’эль.

– Мы рождаемся на рассвете, чтобы уйти в сумерках, – проговорили все одновременно.

Старейшина из клана Змей обвязал запястья Фавнов лентой, и пара в унисон произнесла:

– В присутствии Сокрытого, под взорами Богов я соединяюсь с тобой, и мы становимся одним целым.

Старейшины из каждого клана по очереди подходили к паре, читая молитвы, и, когда они закончили, Фавны поцеловались и подняли вверх связанные лентой руки. Раздался звук горна, и сверху на них посыпались листья.

Постепенно вокруг новой пары образовался круг танцоров. Нимуэ улыбнулась и посмотрела на Артура, он ответил ей зеркальной улыбкой. Соскользнув с камня, она подошла к нему. Артур слегка приподнял бровь, и Нимуэ нахмурилась.

– Что?

– Эм… ничего. Ты выглядишь, словно… будто из сна. Или вроде того, – сказал он.

– Оу, – Нимуэ неловко покраснела. – Ну, я просто подумала, что, раз уж ты скоро уезжаешь, мы могли бы… – она замолчала, потом вдохнула и попробовала снова. – Я подумала, что, может быть, на час мы могли бы просто побыть собой. Без разговоров о мече, Мерлине, паладинах и чувстве долга.

Артур кивнул.

– Мне бы очень этого хотелось.

– То есть ты имеешь в виду, что очень хотел бы со мной потанцевать?

– Именно так, – рассмеялся он. – Хотя, боюсь, я буду жалко смотреться рядом с… – он указал на платье из лепестков роз, – такой леди.

– О, ну, не знаю, по-моему, ты выглядишь довольно привлекательным, – Нимуэ схватила его за руку и увлекла в круг танцующих. Довольно быстро веселье захватило их, они танцевали с кубками в руках, и пили, и старались попадать в такт и не отставать от прочих – особенно от проворных Фавнов.

Нимуэ буквально кожей чувствовала, как Моргана наблюдает за ней.

Танцоры прибывали и убывали, как и вино, так что не прошло много времени, прежде чем Нимуэ и Артур попали в более тихий круг. Мягкая песнь лютни направляла их танец. Артур склонил голову, касаясь ее, и в этот момент Нимуэ прижалась губами к его губам. Поцелуй вышел быстрым. Он попытался было что-то сказать, но она приложила палец к его губам, и тогда Артур поцеловал ее в ладонь, а затем притянул к себе и вовлек в новый поцелуй.

Этот был куда дольше. Глубже.

Их окружали пары, целые семьи, но в этот момент они не думали ни о ком другом. Они оторвались друг от друга, Нимуэ прятала глаза, а Артур прижал ее голову к груди. Они мягко покачивались, следуя за ритмом лютни, и после нескольких мгновений, растянувшихся на века, Артур нежно приподнял ее подбородок. Она продолжала смотреть в его серые, волчьи глаза, а он выглядел так, словно что-то осенило его.

– Нимуэ, – он заколебался. – А что, если это ты?

– Если я – что?

– Если моя честь – это ты? – Артур говорил совершенно серьезно. – Если ты – то правосудие, которому я должен послужить?

Нимуэ начала было отвечать, но их внимание отвлек шум у входа в пещеру. Дети рванули вперед, в пещеру ввалился поток новых беженцев, растерянных и измученных. Музыка прекратилась, и все тут же позабыли про Единение, спеша принести вновь прибывшим воду и еду. Спустя мгновение Нимуэ увидела мальчика, с ног до головы покрытого засохшей грязью: он стоял, уперев руки в бока, и бесстрашно разглядывал пещеру.

– Б-Белка? – шепнула она. Шагнула вперед, чтобы убедиться, и крикнула снова: – Белка!

Он обернулся к ней, и чумазое лицо озарила широкая улыбка.

– Нимуэ!

Он бросился к ней в объятия, чуть не сбив с ног, а она принялась вертеть его, ища раны.

– Я пытался остаться, но там повсюду были паладины, и…

Нимуэ снова обняла его и притянула к себе.

– Ох, Белка, ты был таким храбрым!

За его плечом она увидела двух воинов. Первой оказалась длиннорукая женщина, одетая в мантию такого густо-фиолетового цвета, которого Нимуэ никогда прежде не встречала. Женщина прятала лицо под капюшоном, а в руках держала тонкий посох, вырезанный из гладкого дерева, не поддающегося опознанию. Тонкие пальцы заканчивались блестящими черными ногтями, неестественно изогнутыми и острыми, точно ножи. Примечательнее всего был густой пятнистый хвост, выглядывающий из-под мантии. Кончик хвоста нервно подергивался.

Вторым вошедшим оказался высокий рыцарь в кожаных доспехах. Правое плечо закрывал блестящий зеленый наплечник, на бедрах висел широкий меч, за спиной – длинный лук, а голову венчал зеленый шлем с железным забралом и изогнутыми рогами.

– Он тебя спас? Этот рыцарь в зеленом? – спросила Нимуэ. Белка ухмылялся:

– Что, Нимуэ, неужели не узнаешь?

Зеленый Рыцарь стащил с головы рогатый шлем, открывая взмокшее лицо с худыми щеками, высоким лбом и неровной козлиной бородкой. От шока Нимуэ открыла рот, глядя в глаза, которых не видела десять лет.

– Это же Гавейн! – Белка все тряс ее за плечо. Артур нахмурился.

– Что еще за Гавейн?

Ошеломленная, Нимуэ потащила Белку за руку в направлении Зеленого Рыцаря, который даже не сразу заметил, что дети фейри тянут его за перчатки и пояс. Подняв глаза на приближающуюся Нимуэ, он растерянно сощурился, не в силах после стольких лет вспомнить ее лицо.

– Гавейн, это же я, – ее голос дрожал. – Я, Нимуэ.

Его лицо просияло, точно солнце.

– О нет, нет, ты не можешь быть Нимуэ! Точно не можешь! – он громко засмеялся и, обняв, поднял ее над землей. Оба пытались говорить одновременно.

– Ты должен мне все рассказать! Когда ты вернулся? – воскликнула Нимуэ.

– Где, черт возьми, тощая любительница лазать по веткам, которую я оставил? Кто эта прелестная молодая женщина? Это ты обязана все мне рассказать! – перебил он.

Артур мялся рядом, пока Нимуэ не заметила, как ему неловко.

– Гавейн, это Артур. Мы… – она нервно рассмеялась. – Друзья? Трудно сказать однозначно. В общем, мы проделали вместе довольно долгий путь.

Гавейн окинул Артура взглядом.

– Наемник?

– Время от времени, – кивнул Артур.

– И человек, – без улыбки отметил Гавейн.

– Ага. – Артур небрежно поправил меч на поясе. Гавейн задумчиво почесал подбородок.

– Что ж, спасибо, что позаботился о нашей Нимуэ.

– Вашей Нимуэ? – выделил голосом Артур.

– Я своя собственная!

Гавейн протянул Артуру руку.

– Отдохни здесь – столько, сколько потребуется. Мы разделим с тобой то немногое, что имеем.

– Спасибо. – Артур улыбнулся, не разжимая губ, но Гавейн уже обернулся к Нимуэ.

– Нам о стольком нужно поговорить! Идем со мной.

Прежде чем раствориться в темноте с Гавейном, Нимуэ бросила на Артура извиняющийся взгляд.


Проклятая


Двадцать пять | Проклятая | Двадцать семь