home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Двадцать пять

Извилистая дорога в башню матери пугала короля Утера. Всякий раз, как запах ее печенья достигал его ноздрей, руки Утера покрывались гусиной кожей, а в животе все сжималось. Он посмотрел на тонкий бокал, который был вынужден нести на подносе, и задумался, не плюнуть ли в горячую воду, но в конце концов решил не делать этого. Леди Люнет, королева-регент, была чересчур опытна в искусстве отравления, и он бы не пытался переиграть ее на ее же поле.

И все же ее призыв возмущал Утера, хотя ему и была известна причина: три ночи назад он потерял три порта и вдвое больше кораблей – по вине Красного Копья, военачальника викингов, получившего прозвище благодаря железному копью, которое, подобно рогу, венчало его корабль. Копье окунали в смолу и поджигали, чтобы внушить страх противнику. Красное Копье служил Камберу, который величал себя Ледяным Королем и имел дерзость заявлять о своем родстве с Пендрагонами. Несомненно, это снова спровоцирует волну слухов о том, что Утер незаконно занял трон, – несправедливый поклеп, бессмыслица, с которой монархи, по мнению Утера, вечно сталкиваются.

Поскольку руки были заняты, король постучал в дверь ногой, ушиб палец о крепкое дерево и вполголоса обругал мать.

– Как раз вовремя, – хрипло ответили ему изнутри.

Утер вздохнул и попытался удержать поднос одной рукой, отворяя дверь другой. Успешно справившись с этой задачей, он обнаружил мать на обычном месте: у окна башни, откуда она любила шпионить за всем, что происходит снаружи. Она бесконечно похлопывала тесто, стоящее рядом. Башня королевы была выкрашена в белый цвет, в камине жарко плясал огонь, на множестве столов стояли подносы со сладостями, пирожными и пирогами. По ее замыслу, во всем замке не должно было найтись покоев более уютных.

– Мы очень заняты, мама, поэтому, надеюсь, ты не отнимешь у нас много времени.

– Ах, ты занят, не так ли? Но, похоже, не так сильно, как Ледяной Король, – усмехнулась она. Утер заставил себя расслабиться.

– И как только у ничтожного дикаря хватает наглости называться таким именем? Нашим именем!

– О боги, я надеюсь, ты не ноешь так в присутствии придворных! – она оставила в покое тесто и хлопнула себя по коленям, словно готовясь преподать урок. – Ужасно, что принцев никто не учит достойно держать удар. Стоит кому-то задеть их – и они визжат, точно свиньи.

– Верно. Спасибо, мама, – Утер развернулся, намереваясь уйти, но Люнет еще не закончила.

– Тебе в лицо бросили перчатку, свидетельствующую о начале величайшей войны десятилетия, а ты не имеешь ни малейшего понятия, верно?

Король замер у дверей.

– О чем, ради всего святого, ты говоришь?

– Меч Силы, Утер. Меч Первых Королей снова пробудился, и, полагаю, это стало причиной кровавого дождя, что обрушился на замок. Кажется, я припоминаю одного обманщика, который должен был рассказать тебе об этом. Как там его зовут?

– Прекрати! – огрызнулся король, оборачиваясь. В башне стояла тишина, если не считать хлюпающих звуков, издаваемых тестом. Утеру было ненавистно думать, что мать способна заглянуть дальше, чем он, – для того король и держал при себе Мерлина, чтобы противостоять постоянным попыткам Люнет вмешаться. Утер старался стоять неподвижно, дабы не выдать своего нетерпения.

– И кто же рассказал тебе о мече?

– Я решила, что кому-то из нас стоит установить связь с теми, кто способен видеть изнанку мира. У меня свои осведомители, Утер, не переживай, – Люнет одарила сына холодной улыбкой.

Утер сцепил руки за спиной, глядя на маленькие пирожные, подаваемые к чаю. Он окинул взглядом пейзаж за окном – скалы и бушующее море.

– Мы полагали, что меч – всего лишь легенда, – наконец сказал он. – Детская сказка.

– Что лишний раз доказывает, как плохо служил тебе полукровка-друид, – Люнет покачала головой и запустила руки в другую миску. – Полагаю, пророчество тебе известно?

Утер повторил, словно припоминая:

– «Кто завладеет Мечом Силы, станет единственным – истинным – королем».

– Верно. Камберу нужен Меч Силы, и, в отличие от других правителей, которых я могла бы назвать по имени, он, похоже, действительно имеет причины охотиться за ним.

– Разумеется, мы тоже хотим найти проклятый меч, – выплюнул Утер.

– Ну, тогда тебе необходим план, не так ли? Например, было бы неплохо знать, кто владеет им сейчас. Думаю, такими вещами занимается Мерлин… кстати, где он вообще? – Люнет ухмылялась. Утер стиснул зубы.

– Гниет в темнице.

– Ну, это точно делу не на пользу, – заметила Люнет, посыпая сахаром последний поднос с выпечкой. – Мерлин Гниющий легко обращается в Мерлина-заговорщика.

Утер притворно растянул губы в улыбке.

– Шутки тебе не даются, мама.

Леди Люнет вытерла руки полотенцем и перешла к сути.

– Скажи-ка, какую верность Мерлин являл короне?

– Необычайно малую, мама.

– И все же ты позволяешь ему разгуливать по двору, словно старому псу, и опустошать твои винные погреба.

– Не забывай, – Утер обернулся к матери, – что именно ты сделала его советником, когда нам было десять.

– Признаю, меня увлекла сказка о Мерлине-волшебнике. Но это было много лет назад, и с тех пор я многому научилась, Утер. А ты? Короли восходят на престол и теряют его, и все же Мерлин вечно остается при дворе. Так кому он верен? Тебе – или же самому себе?

Утер мог слышать, как грохочут мысли в его голове.

– Да, замечательно, мама, только к чему ты вспоминаешь о Мерлине, когда мы говорим о мече, о Камбере, о наших портовых городах, которые горят?

– Ты слаб, – парировала леди Люнет. – Вот что общего у всех этих событий. И это я еще не упоминала отца Кардена и его Красных Паладинов, которые, по-видимому, могут безнаказанно шагать по твоим землям и выжигать целые деревни.

Его раздражали не только обвинения матери, но и удовольствие, которое она, несомненно, получала, бросая их ему в лицо. Она с болезненной ясностью давала понять, что в ее глазах он ничего не стоит. Не желая доставлять ей еще большую радость, Утер обратил внимание на подносы с разнообразными сладостями, стоящие по всей башне.

– Все они отравлены? – поинтересовался он.

– Разумеется нет.

Утер вздохнул:

– Чего ты от нас хочешь, мама?

– Чтобы ты был чертовым королем! – она раскатала тесто между ладоней. – Чтобы показал двору, подданным и возможным узурпаторам, как поступаешь с бездельниками и предателями! – Люнет вдавила тесто в стол. – Чтобы ты казнил Мерлина.

Это предложение вывело Утера из пучин жалости к себе.

– Казнить Мерлина?..

– Публично, с шумом, чтобы вести об этом дошли до тронного зала самого Ледяного Короля.

Поначалу эта мысль заставила Утера воспрянуть – она казалась осязаемой, реальной, привлекательной. Но столь же быстро место воодушевления занял страх перед последствиями, которые обрушат на него таинственные Повелители Теней.

– Это опасно.

– Так даже лучше. Это докажет всем, что ты не просто тело в шелковых королевских подштанниках, и послужит предупреждением прочим дружкам Мерлина. Пусть Повелители Теней не думают, что с тобой можно шутить. Пусть знают, что век чародеев подошел к концу.

Ее прямота освежала. В отличие от речей Мерлина, слова леди Люнет не нуждались в уточнениях, не несли в себе двойного смысла и не предполагали иной интерпретации. Несмотря на всю свою жестокость, она говорила совершенно откровенно – а Утеру этого не хватало в последнее время.

– И что потом? – спросил он, пытаясь понять, как далеко простираются планы матери.

– Объединись с Церковью против Ледяного Короля. Силы Красных Паладинов помогут отбросить его армию за море.

– С чего бы Красным Паладинам вступать с нами в союз? – настаивал Утер. Леди Люнет покачала головой.

– Да потому, что ты король, черт подери! А Камбер – язычник, и будет легко доказать, что он в сговоре с фейри и предан их Старым Богам. Этого вполне достаточно.

Утер все ждал резкого замечания, удара исподтишка – но его не последовало. Предложение матери казалось здравым, проницательным и сильным. Утер выпрямился, развернув плечи.

– Благодарим тебя, мама.

– Конечно, благодаришь, Ваше Величество, – она склонила голову.

Утер развернулся на каблуках и зашагал к двери, но затем остановился в нерешительности. Подмигнув матери, он внимательно посмотрел на сладости на подносе, ткнул пальцем в сахарное пирожное, но леди Люнет предостерегающе качнула головой. Утер кивнул: значит, этот отравлен. Он указал на коричные конфеты, но мать снова отрицательно покачала головой. Немного расстроенный, король потянулся к соблазнительному прянику, и Люнет, наконец, ответила утвердительным кивком. Король с довольным видом схватил выпечку и легкой пружинящей походкой направился прочь из башни.


Двадцать четыре | Проклятая | Двадцать шесть