home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА 31

Я оставила Сидру на башне с часами и поехала домой к Ангусу. Ему нужно размять лапы, а я дрожала на ступеньках, крича ему поторапливаться. Туман кружился над озером, но колокольчики под ним молчали. Не вернулись ли призраки в могилы?

Меня мучили темные мысли.

Ты принадлежишь миру мертвых.

Ты особенная и даже не подозреваешь об этом.

Нет, нет, нет.  Я принадлежу миру живых.  Я человек, а не призрак, не создание меж двух миров, не неупокоенная мерзость, которая ходит по обе стороны завесы.

Оно боится тебя, поэтому стремится контролировать.

Я больше не могла думать об этом, поэтому в отчаянии вернулась мыслями к Фрее. Её убил человек, чьи низменные инстинкты взяли вверх? Чьи больные удовольствия довели до первобытной жестокости? Тот, кто нарисовал ведьмин знак в тайной комнате?

Её убийца следит за мной?

Поспешив в дом за Ангусом, я приняла душ, переоделась в своё единственное платье и стала беспокойно расхаживать по комнате в ожидании Тейна. Мозг кипел. Я все ещё вышагивала по комнате, продолжая отрицать, когда он несколько минут спустя позвонил в дверь. Он сразу понял, что что-то произошло. Взяв за руки, он развернул меня к себе.

— В чём дело?

Я бросила тяжелый взгляд в сторону окна.

— В этом месте. Я задыхаюсь здесь.

— Ты про дом?

Я кивнула, но дело было не просто в доме. Озеро, лес, город. Предупреждение Тилли, ужасное заявление Сидры и неясные подробности моего рождения. Они довлели надо мной точно наброшенные на могилу камни.

Он внимательно изучил моё лицо.

— Тогда давай подышим свежим воздухом. Может, прокатимся.

Вернуться в темноту, в туман? К призракам?

— Уже поздно…

— Ещё не поздно. Луна едва поднялась.

— Я знаю, что ты беспокоишься обо мне, Тейн, но сегодня я не хочу компании.

— Но ты при полном параде.

Его взгляд упал на меня, и я задрожала. На нем были джинсы и кожаная куртка, придавая его облику мрачную привлекательность и таинственность. Когда я заколебалась, он убедительно понизил голос:

— Ну же. Прогулка пойдет тебе на пользу.

Я посмотрела в его зеленые глаза и поняла, как сильно хочу пойти с ним. Я хотела этого больше всего на свете, потому что устала быть одна. Устала всегда быть начеку. В этот момент я хотела почувствовать себя нормальной двадцатисемилетней девушкой, которая может любить и быть любимой. Не той, что видит призраков. Не на кого охотится зло.

— Мы не будем никуда заезжать. Просто покатаемся. Кроме того, я хочу тебе кое-что показать.

Несмотря на всепоглощающее желание в голове зазвенел предупредительный звоночек. Тилли говорила держаться от него подальше, но если я позволю себе поверить, что Тейн опасен для меня, то мне придется поверить остальному: зло преследует меня и только меня, потому что я хожу по обе стороны завесы. Оно боится меня, поэтому стремится контролировать.

Если я обмолвлюсь об этом Тейну, он, наверное, подумает, что я сумасшедшая. И, возможно, окажется прав.

— Что ты хочешь мне показать?

Он улыбнулся.

— Доверься мне.

И всё-таки я колебалась. Я не должна выходить из дома. Это я прекрасно понимала. Моё место здесь, я должна изолировать себя на освященной земле, приковав к тому, что осталось от правил отца.

— Ну же, — тихо позвал Тейн.

Было время, когда я бы продолжила сопротивляться, но меня накрыла унылость грядущих лет, и я почувствовала, словно тону в одиночестве.

— Только ненадолго.

Он сильнее сжал мою ладонь и пристально посмотрел.

— Верну, как только пожелаешь.

Вопреки здравому смыслу я покинула освященную землю после наступления сумерек, стараясь оставаться начеку с призраками, возможно, даже с Тейном. Луна висела прямо над деревьями, а в глубине леса ухала сова. Ночь была темной и первородной. Полной опасностей и обещаний, и моё сердце забилось в предвкушении.

Тейн приобнял меня, когда мы подошли к машине, и я прильнула к его теплу. Он был живым и сильным. Не привидение и не жертва привидений. Я почти слышала, как бьётся его сердце в этой тишине. Пульсирует кровь в венах.

Мы сели в машину, и он снова улыбнулся, включая зажигание. Я откинула голову на сиденье и посмотрела в окно, когда мы проезжали мимо сосен и нависших теней, которые сжали внешний мир до небольшой полосы, видимой в свете фар. Когда мы выехали на шоссе, Тейн повернул налево, заставив меня гадать, а не едем ли мы в особняк на вершине скалы. У меня не было ни малейшего желания видеться сегодня с Пеллом Эшером. Не после того, как предупреждение Тилли всё ещё эхом отдавалась в моих ушах.

Я повернулась посмотреть на профиль Тейна. Он ехал быстро, даже не думая притормаживать перед поворотами, что приводило меня в нервный трепет и восторг. Я была рада адреналину. Я чувствовала себя живой.

— Куда мы едем?

Тёмный взгляд.

— Увидишь.

Мы ехали дальше, утопающая в тенях сельская местность пролетала за моим окном точно сон. А потом Тейн замедлился и повел машину вверх по холму на кладбище. Проехав кедры, он остановился прямо у ворот. Здесь не было тумана, и меж надгробий не скользило тонких силуэтов. Кладбище выглядело почти сюрреалистичным в своей тишине. Фантастический пейзаж сиял в лунном свете.

Но что-то притаилось. Вдалеке горы казались нависшей тьмой.

— Зачем ты меня сюда привёз?

Тейн тоже смотрел в окно, но повернулся, ища меня взглядом. Мы сидели в его спорткаре в считанных дюймах друг от друга. Защищенные от гор и зла, что приносил ветер. По крайней мере, я хотела в это верить.

— Помнишь, я говорил тебе, что на это кладбище нужно любоваться при лунном свете?

— Помню.

— Не хочешь посмотреть?

Осмелюсь ли я? Как если бы я никогда не ходила на кладбище ночью. В детстве я часто играла на своем кладбищенском королевстве при свете луны. Но «Терновые врата» не «Розовый холм». Здесь земля не освящена. Что-то шептало мне в мавзолее, напало в зарослях. То же самое произошло со мной у скрытой могилы и снова в лесу. Но Тилли права. Поражено не кладбище. А я сама.

Тейн легонько коснулся моего плеча, и я задрожала.

— Так что?

Я кивнула, и мы вышли из машины. Он взял меня за руку, и мы пошли мимо могил и дальше, бок о бок, через покойничьи врата. У меня перехватило дух, когда я подняла взгляд на ангелов, на эти жуткие ослепительные лица. Теперь они смотрели не на восход солнца и горы, а на скользящую поверх деревьев луну. Кирказон и тысячелистник мерцали среди кустарника, а на листьях из-за затяжной сырости сверкали капли росы.

Что-то переменилось в воздухе, во мне, и я вошла в круг ангелов, вознеся лицо к небу, кружась и кружась, закрыв глаза и вскинув руки, как в детстве на «Розовом холме». Я обнимала ночь. Принимала своё отличие. Сбросив бремя папиных правил, одиночество исчезло, мои страхи растаяли, и я позволила себе летать.

Всё началось с низкого гула. Сначала я даже его не заметила. Не осознала и позже, когда в краткий миг освобождения, вероятно, пригласила его в руины этого белого сада, в этот увядающий лунный пейзаж. Или он был там всё это время?

Гул рос и рос, пока что-то внутри меня не среагировало на него, и я почувствовала странный пульс, первозданное сердцебиение, которое исходило от самих гор и земли, пробивая себе путь в самую суть моёго существа.

Тейн коснулся моей руки, и всё моё тело зазвенело, как оборвавшийся провод, который слишком туго натянули. Я никогда не чувствовала себя такой настроенной на ночь. Такой живой.

Он смотрел на меня, освещённый луной. Завораживающий силуэт, воплощающий мои тайные желания, все мои греховные мечты. Те видения снова ко мне вернулись. Мужчина и женщина у водопада, их тела переплелись в порыве страсти, доводя друг друга до грани; голова женщины откинута в чувственном исступлении, пока она объезжает его. Я не могла видеть их лица, даже когда он, развернув её, взял сзади, и завыли ночные твари. У меня возникло ощущение, что это был Девлин и его мертвая жена, и часть меня задалась вопросом: не сумела ли Мариама каким-то образом вторгнуться в мои мысли даже здесь, в горах, даже здесь, с Тейном, или же коварное зло, о котором говорила Тилли, нашло мою слабость.

Это было всего лишь мимолётное беспокойство, потому что мои руки уже обвили шею Тейна, а он привлек меня к себе, впечатывая в своё тело. Он целовал меня снова и снова, его язык оставлял за собой след чёрной магии, которая манила, очаровывала и искушала.

Мы опустились на колени в кругу ангелов Эшеров, на остатках романтического белого сада, и я провела руками по бёдрам, задрала подол платья и откинулась на спину, залитая звёздным светом.

Меня больше не интересовали и не заботили последствия моих действий или возможность осквернения места, которое я когда-то почитала. Во мне ничего не осталось, кроме желания, дикого, звериного голода. Руки Тейна были везде, лаская, играя с моим телом точно со скрипкой, а его губы обжигали мой рот. Я запустила пальцы в его волосы, тянув его всё ниже и ниже, пока его губы, точно пёрышко, не коснулись моего бедра, вызывая дрожь, пока язык точно стрела не проник внутрь, вырывая стон.

Мои стоны перемешались с первобытными звуками, плотские крики призывали существ, полутварей, неописуемых мерзостей, которые выползли из подземного мира, чтобы проскользнуть через дверь, которую никогда не закрыть.

Когда Тейн довел меня до самого края, ночь ожила звуками и движением. Стоны, шепотки и тени выползли из леса и побежали по деревьям. Лунный свет оживил статуи, и теперь их незрячие глаза словно уставились на нас, каменные губы зашептали моё имя снова и снова, словно заклинание, которое разжигало моё безумие.

Тейн сорвал с себя рубашку и опустился надо мной, и на один миг он был совершенно не похож на Тейна, это было нечто тёмное, прекрасное и не от мира сего.

Знакомый медальон висел у него на шее — болезненное напоминание о времени, проведённом с Девлином. Я сорвала его в свирепом порыве и услышала резкий вдох, как будто вырвала что-то из его души. Я ощутила колебание, отстранение, но не могла этого допустить. Я потянула его обратно к себе, яростно выгибаясь к нему, схватив рукой лицо, вонзая ногти в кожу.

Он отстранился с проклятьем на губах.

Я прорезала кожу. Алая ниточка напугала и взбудоражила меня. Я приподнялась и прикоснулась кончиком пальца к крови, отчего Тейна забила сильная дрожь.

Ветер сотряс деревья, а отдаленный вой заставил Тейна поднять голову.

— Что это было?

— Он идёт, — прошептала я.

Тейн вскочил на ноги, обводя взглядом темноту. Я же поднялась медленно, пребывая во власти странной летаргии. Ветер усиливался, колыхая ветви и крутя мертвые листья под ногами. Я инстинктивно повернулась к мавзолею и была готова поклясться, что увидела на крыше ссутулившийся силуэт. Он сидел на корточках, бледные глаза сверкали, хвосты плаща развевались на ветру. А затем лес прорезал грохочущий смех.

У меня перехватило дыхание.

Стоящий за мной Тейн тут же произнес:

— Надо уходить.

Мы не побежали обратно к машине, но и не стали мешкать. Всю обратную дорогу домой я дрожала, глядя в окно, пока по сердцу расползалось осознание ужасной правды.

Тейн проводил меня до двери, но не стал обнимать или целовать. Зачем ему это?

— Там что-то было, — наконец произнес он. — Ты ведь тоже это почувствовала?

Мой взгляд упал на следы от ногтей на его лице, и я задрожала.

— Да.

Он повернулся к лесу.

— Оно было не снаружи. Оно было во мне. — Он поднял руки перед собой. —   Оно и в тебе было.

Я кивнула.

— Что это?

— Тилли назвала это злом.

К моему удивлению, он не стал спорить. Вместо этого поднял глаза на горы.

— Даже в детстве я знал, что это место отличается от остальных. Я чувствовал тьму. Она словно паук, который постоянно пытается пролезть мне в голову. Я убеждал себя, что это просто фантазия или кошмар. Сон наяву. Даже так, я бы никогда не впустил его. Но сегодня вечером что-то изменилось, и я захотел его впустить. Я был рад ему. — Напряженная пауза. — Я знаю, это звучит безумно.

— Хотела бы я, чтобы так оно и было, — слабо произнесла я.

— Почему?

Я отстранилась от него.

— Его впустил не ты, а я.


ГЛАВА 30 | Королевство | ГЛАВА 32