home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



15

На то, чтобы собрать все перья, у меня уходит десять минут. Перьями усыпаны пол и кровати Саши и Миранды. К счастью, я не вижу следов помета. Я намерена расценивать это как удачу.

Я раздумываю о том, как птицы могли попасть внутрь. Окно ведь было закрыто. У меня есть два объяснения. Первое заключается в том, что они залезли в дыру на крыше. Она в углу, ее трудно заметить. Второе – и более логичное – кто-то из девочек забыл закрыть дверь и птицы залетели внутрь. Потом, должно быть, зашел еще кто-то и закрыл дверь, не подозревая о том, что запирает птиц в коттедже.

Я выношу горстку перьев за коттедж и думаю, что есть и третье объяснение. Кто-то нарочно поймал птиц и запустил их внутрь. Их было трое, как на моем браслете. Символично.

Я мотаю головой. Глупости. И кому такое придет в голову? Подобная мысль мне кажется слишком мрачной, как и идея, что за мной следили в душе. Кто подозреваемый? Какой у него мотив? Я говорю себе, что смысл имеют только самые невинные версии.

И все-таки, вернувшись в коттедж, я начинаю сомневаться. Что-то здесь не так. Камера, душ, птицы… Ужасный день. Я чувствую, что мне надо пройтись. Может быть, даже забраться куда-то. Физическая нагрузка поможет прочистить голову.

Я открываю ящик, чтобы достать ботинки. И сразу вижу лист бумаги из ящика Вивиан. Пальцы у меня дрожат. Я говорю себе, что у меня стресс, но я знаю правду.

Я нервничаю из-за страницы и фотографии.

Я снова смотрю на женщину и снова узнаю ее взгляд. Мне интересно, о чем думала Элеонора Оберн, когда делали снимок. Она боялась, что сходит с ума? Она видела призраков?

Я откладываю фотографию и принимаюсь рассматривать карту. Лагерь. Озеро. Набросанный резкими штрихами лес на том берегу. Мой взгляд притягивает крестик, грубо разметивший бумагу. Вивиан не зря поставила его. Там что-то находится.

А узнать, что именно, можно только сходив туда.

Этим я и собираюсь заняться. Я и прогуляюсь, и начну серьезный поиск информации. Двух зайцев убью. Так себе метафора, конечно.

Я собираю запасы и упаковываю их в рюкзак. Солнцезащитный крем, гель для рук. Телефон. Бутылка воды. Карта. Я закрываю молнию и выхожу на улицу. Смотрю в камеру, надеясь, что Тео и Френни увидят мой взгляд.

Перед уходом заворачиваю в столовую, чтобы наполнить бутылку, взять банан и батончик мюсли – на случай, если проголодаюсь. Снаружи стоят две женщины и один мужчина. Все понятно, повара курят в перерыве между обедом и ужином. Одна из них вяло машет рукой. В мужчине я узнаю парня с козлиной бородкой, пялившегося на меня утром. На бейджике написано, что его зовут Марвин.

Сейчас Марвин таращится на озеро вдали. Там в разгаре урок плавания – и куча девушек в купальниках разной степени скромности. Он видит, что я смотрю на него, и на его лице появляется улыбка. Такая масляная, что мне хочется достать из рюкзака гель для рук.

– Смотреть закон не запрещает, – говорит он.

Марвин мгновенно оказывается на первом месте в списке подозреваемых в подглядывании за мной. На самом деле, он в этом списке единственный. Впрочем, едва ли его можно в этом подозревать. Когда я пошла в душ, Марвин работал в столовой. У него, конечно, был шанс, но маловероятно, что его никто не заметил.

Кроме того, возможно, за мной вообще никто не подглядывал.

Это не исключено.

– Не запрещает, Марвин, – я делаю особое ударение на его имени, чтобы он понял, что я его знаю. – Но эти девочки тебе в дочери годятся.

Марвин бросает сигарету, наступает на нее и заходит в здание. Женщина начинает смеяться. Вторая кивает мне, благодаря без слов.

Я двигаюсь дальше к озеру с рюкзаком на плече и вижу Миранду, которая ошивается у спасательной вышки. Ее бикини почти ничего не прикрывает.

Сегодня дежурит Чет. Теперь понятно, что тут забыла Миранда. Чет прекрасно выглядит – очки «Рейбан», свисток. Миранда пялится на него и слишком громко смеется над какой-то его фразой. Накручивает прядь волос на палец и рисует ногой круг на песке. Похоже, с тем парнем покончено. Но хорошо бы ее не увидела Минди. Подозреваю, что флирт с Четом – точно не в правилах хорошего тона лагеря «Соловей».

Неподалеку Саша и Кристал лежат на большом пляжном полотенце. Они растянулись поперек, так и не раздевшись, и листают книжки комиксов. Я подхожу к ним.

– Вы оставили дверь в коттедж открытой?

– Нет, – говорит Саша. – Так можно запустить насекомых, а они распространяют болезни.

– Даже щелочки не было?

– Нет, – отзывается Кристал. – А что?

В коттедже нет и следа воронов, так что и рассказывать бессмысленно. Еще напугаю Сашу. Я решаю сменить тему:

– Вы почему не купаетесь?

– Не хочу, – говорит Кристал.

– Не умею, – отвечает Саша.

– Я могу тебя научить, если захочешь.

Саша морщит нос, по нему забавно двигаются очки.

– Вот в этой грязной воде? Нет уж, спасибо.

– А вы куда собрались? – спрашивает Кристал, поглядывая на рюкзак.

– На каноэ поплавать.

– В одиночку? – уточняет Саша.

– Да.

– А это точно хорошая идея? Каждый год во время походов на каноэ и каяках погибает в среднем восемьдесят семь человек. Я специально проверила.

– Я хорошо плаваю. Со мной все будет нормально.

– Наверное, будет лучше, если вам составят компанию.

Кристал со вздохом закрывает книгу:

– Мисс Википедия пытается сказать, что мы хотим пойти с вами. Нам скучно, и мы ни разу не плавали на каноэ.

– Ага, – говорит Саша. – Я про это.

– Я думаю, что это плохая идея. Я собираюсь надолго, кроме того, я хочу пройтись пешком.

– Ой, я никогда не была в походе, – говорит Кристал. – Пожалуйста, мы можем отправиться с вами?

Саша хлопает глазами, и ее ресницы дрожат:

– Пожа-а-алуйста?

Я собиралась пересечь озеро, найти место, отмеченное на карте Вивиан, а дальше действовать по обстановке. Саша и Кристал мне только помешают. Но меня мучает чувство долга. Френни сказала, что девочки должны познавать новое, это цель лагеря. И это правда, несмотря на то, что я на нее ужасно злюсь.

– Хорошо, – говорю я. – Надевайте спасательные жилеты и помогайте с каноэ.

Девчонки быстро собираются, берут грязные жилеты, натягивают их на себя и помогают мне снять каноэ с реек. Оно тяжелое и жутко неудобное, так что мы почти его роняем. До озера мы его доносим с трудом и смотримся, наверное, очень смешно. Кристал держит спереди, я сзади, а Саша идет посередине, внутри каноэ, так что видны только ноги, спешащие к воде.

Видимо, наша возня слишком привлекает внимание. Миранда даже отлипает от Чета. Она подходит к нам и спрашивает:

– Вы куда?

– На каноэ кататься, – говорит Саша.

– И в поход, – добавляю я, все еще надеясь их разубедить.

Вместо этого Миранда устремляет на меня суровый взгляд:

– И меня не позвали?

– А что, ты хочешь присоединиться?

– Да не особо, но…

Она не заканчивает предложение, но смысл ясен. Ей не хочется оставаться одной. Я знаю, что это неприятно.

– Переодевайся, – говорю я. – Мы подождем здесь.

Теперь нам нужно два каноэ. Пока Миранда бежит в коттедж за шортами и кроссовками, мы с Кристал и Сашей тащим к воде еще одно. В итоге мы с Сашей оказываемся в паре, а Миранда садится вместе с Кристал. Мы отталкиваемся веслами и плывем вглубь озера.

У нас гребу в основном я. Я сижу сзади и погружаю весло с разных сторон. Саша сидит спереди и держит весло на коленях, опуская его в воду, когда нужно поправить курс.

– Там глубоко?

– Местами – очень.

– Метров тридцать?

– Возможно.

Саша широко распахивает глаза и свободной рукой затягивает жилет.

– Но ты же хорошо плаваешь?

– Хорошо. Но не как некоторые мои знакомые.

Мы пересекаем озеро за полчаса. Мы замедляемся, когда в воде начинают отражаться сосны, которые растут вдоль берега. Выглядят они мрачновато. Под гладью воды заметны остатки затопленных деревьев. У них нет листьев, они добела отмыты временем. Их ветки тянутся к свежему воздуху и никак не могут его получить. Между скрюченными сучками плавают рыбки грязно-коричневого цвета. Озеро обмелело из-за засухи, и самые высокие деревья царапают днища каноэ. Звук такой, будто покойник пытается выбраться из гроба, скребя по крышке ногтями.

Перед нами из озера появляется все больше деревьев. Вернее сказать – призраков деревьев. Голые и высохшие, они будто застряли в чистилище между водой и землей. У них нет коры, листьев, веток. Они превратились в унылые палки.

Мы минуем это кладбище деревьев и подходим к берегу. Здесь все совсем не так, как на другой стороне. Мы сразу видим подъем, который позднее приведет в горы. Деревья нависают над водой. Сосен больше всего. Они переплетаются ветками, создавая бледную зеленую стену, колеблющуюся от ветра с озера.

Справа торчит гора булыжников, частично скрытая водой. Выглядят они странно: так, будто по одному скатывались с гор и в итоге собрались здесь. За ними утес, на котором не осталось земли. По нему карабкается плющ, а на голом камне виднеются минералы. Верхушку утеса облюбовали деревья, часть из которых наклонена вниз, как будто собирается прыгнуть.

– Я что-то вижу, – говорит Миранда, показывая на ветхое строение дальше по берегу.

Я тоже его вижу. Это бывшая беседка, сейчас – покосившийся деревянный домик со щербатыми стенами. Его потихоньку покрывают сорняки. Пол провалился. Крыша покосилась. Я не уверена, но, возможно, это тот самый крестик на карте Вивиан.

Я начинаю грести к нему, Миранда следует за мной. Достигнув берега, мы вылезаем из каноэ, бросаем весла и снимаем жилеты. Потом мы тащим каноэ вглубь суши, чтобы их не унесло прибоем. Я беру рюкзак и достаю карту.

– Что это? – интересуется Саша.

– Карта.

– А куда она нас приведет?

– Я пока не знаю.

Я хмурюсь при виде леса. Он плотный, темный, тихий и полон теней. Я понятия не имею, куда нам нужно двигаться. На карте Вивиан нет деталей, да и в ее точности я сомневаюсь.

Я провожу пальцем от крестика (который может быть беседкой, а может и не быть) до треугольничков. Мне кажется, что это скалы. А это значит, что нам нужно двигаться на северо-восток, чтобы дойти до них. После этого мы пойдем на север и упремся в крестик.

Маршрут задан. Я открываю приложение-компас, скачанное перед отъездом. Кручу телефон, пока он не указывает на северо-восток. Потом срываю немного полевых цветов, и мы вчетвером отправляемся в лес. Миранда, Саша и Кристал послушно следуют за мной.


Пятнадцать лет назад

– Пошли, – сказала Вивиан.

– Куда?

Я лежала на кровати и читала уже зачитанную книжку «Милые кости», которую привезла с собой. Я отвлеклась и увидела, что Вивиан стоит у двери коттеджа. На шею она повязала красный платок, а на голову надела мягкую соломенную шляпу Эллисон.

– На поиски приключений, – сказала она. – Искать зарытое сокровище.

Я послушно закрыла книгу и выбралась из кровати. Впрочем, это было совсем не удивительно. Я уже успела усвоить, что Вивиан получала все, что хотела.

– Но Эллисон понадобится ее шляпа, – сказала я. – Ты же сама знаешь, как она относится к ультрафиолету.

– Эллисон и Натали не идут с нами. Мы вдвоем, детка.

Она даже не сказала мне, куда именно мы идем. Я просто последовала за ней. Сначала мы добрались до каноэ, потом переплыли озеро. Всю дорогу я мучилась с веслом.

– Давай угадаю. Ты в первый раз в каноэ, – сказала Вивиан.

– Я плавала на лодке. Это считается?

– Не уверена. Ты плавала в озере?

– В пруду в Центральном парке. Мы туда ходили с Хизер и Мариссой.

Я почти рассказала ей про то, что мы раскачали лодку, и Хизер свалилась в воду, но потом я вспомнила утонувшую сестру Вивиан. Вивиан не рассказала мне, как, когда и где это случилось, но я не хотела поднимать эту тему, даже в шутливом разговоре. Я молчала, пока мы не причалили к травянистому берегу, на котором росли тигровые лилии.

Вивиан сорвала несколько штук, чтобы сделать букет. Когда мы зашли в лес, она стала отрывать по лепестку и бросать их на землю.

– Всегда оставляй след из хлебных крошек, – сказала она. – Чтобы найти путь обратно. Френни научила меня этому в первое же лето. Мне кажется, она боялась, что я потеряюсь.

– Почему?

– Я очень часто уходила.

Я даже не удивилась. У Вивиан был огромный внутренний мир. Вряд ли бы он поместился в узкие рамки жизни в лагере, ограничивающие нас уроками тенниса и кружком по лепке. Я уже заметила, что она везде скучает.

Вивиан уронила очередной лепесток, и я обернулась посмотреть на линию, которая тянулась за нами, обозначая проделанный путь. Лепестки походили на маленькие рыжие следы, по которым можно вернуться домой.

– Две правды и одна ложь, – провозгласила Вивиан, отрывая очередной лепесток и бросая его на землю. – Сначала я. Первое. Однажды в метро мужик показал мне свои причиндалы. Второе. Под матрасом у меня фляжка с виски. Третье. Я не умею плавать.

– Второе, – сказала я. – Я бы заметила, если бы ты втихую пила.

Я подумала про мать и ее запах. Когда она встречала меня из школы, от нее исходил особый аромат. Мятная жвачка не помогала. Да даже если бы помогла, я уже успела научиться различать, что после выпитого глаза у нее тускнеют.

– Ты очень наблюдательная, – сказала Вивиан. – Вот почему я хотела, чтобы ты это увидела.

Мы подошли к большому дубу. Его прочные ветви раскинулись широко и сформировали навес. На коре был выцарапан знак X, большой и отчетливый, как имя на крышке ящика в «Кизиле». У основания дерева была навалена куча листьев. Под ней явно было что-то спрятано.

Вивиан смахнула их в сторону. Под листьями оказалась старая гнилая деревянная шкатулка. Лак от времени стерся, поэтому вода и солнце сделали свое. Кое-где крышка сгнила, кое-где высохла, представляя собой дикую смесь оттенков.

– Круто, правда? – сказала Вивиан. – Она вроде как древняя.

Я пробежала пальцами по крышке, ощущая ряд неровностей. Сначала я решила, что это просто след времени, но потом заметила две бледные буквы, вырезанные на дереве. Я с трудом их различала. Пришлось наклониться. Мне в нос ударило запахом гнили и плесени.

ЧК

– Где ты ее нашла?

– Прошлым летом на берег вынесло.

– Пока ты тут бродила?

Вивиан ухмыльнулась, явно довольная собой:

– Ну конечно. Она лежит тут бог знает сколько времени. Я притащила ее для истории. Открывай уже.

Я подняла крышку. Дерево оказалось мягким и сырым, и я испугалась, что она распадется у меня в руках. Изнутри шкатулка была обита, вероятно, зеленым бархатом. Сказать точнее я не могла – остались лишь жалкие кусочки.

Внутри лежало несколько пар ножниц. Это были старые ножницы, с украшенными кольцами для пальцев и тонкими лезвиями – словно ноги у аиста. Я подозревала, что они сделаны из серебра, хотя сейчас потемнели до цвета машинного масла. Винтики заржавели. Я подняла пару и попыталась их открыть. Они не поддались. Возраст и отсутствие ухода сыграли свою роль.

– Как ты думаешь, кому они принадлежали?

– Больнице, может быть. На дне есть название. – Вивиан взяла шкатулку, закрыла крышку и перевернула ее.

Ножницы загремели, как разбитое стекло.

– Видишь?

На дне было написано три слова: Собственность «Тихой долины».

– Интересно, как они сюда попали.

Вивиан пожала плечами:

– Да их несколько десятков лет назад выкинули в озеро.

– А ты у Френни спрашивала?

– Да ты что. Я хочу, чтобы это осталось в тайне. Про шкатулку никто не знает, кроме меня. И тебя.

– Почему ты мне ее показала?

Я склонилась над шкатулкой, и мне на лицо упала прядь волос. Вивиан потянулась и заправила ее за ухо.

– Я твоя старшая сестра на лето, помнишь? – сказала она. – А старшие сестры делятся секретами.


предыдущая глава | Моя последняя ложь | cледующая глава