home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



2

Итак, Моду Фалль умер. Анссату. Это снова и снова подтверждают крики и плач вокруг меня. 11 так будет до завтра — до похорон. Боль моя становится все острее, нервы напряжены до предела.

Шумный поток вливается в мой дом, люди едут со всех концов страны. Радио успело повсюду разнести печальную весть.

Суетятся женщины, ближайшие родственницы. Они должны отнести в больницу для последнего омовения благовония, одеколон, вату. Ссмиметровый отрез белоснежного перкаля, единственное одеяние, подобающее почившему мусульманину, аккуратно уложен в корзину. Не забыта и «зем-зем» — чудодейственная вода из святых мест, благоговейно хранимая в каждой семье.

Я сижу в черной шали, обложенная подушками, и машинально наблюдаю за происходящим. Напротив меня в новую, специально купленную корзину кладутся первые пожертвования. Рядом со мной вторая жена Моду, и мне это неприятно. На время похорон се привели ко мне — таков обычай. Лицо у нее осунулось, спине круги пролегли под огромными, прекрасными глазами. Ей так трудно держать их раскрытыми, веки сами собой смежаются, будто пряча от нас ее тайны, ее печали. Эта девочка, чьи сверстницы беззаботно веселятся, вкушают радости первой любви, сломлена горем.

Пока мужчины на служебных и собственных машинах, автобусах, грузовиках и мотоциклах провожают Моду к его последнему пристанищу (сколько потом будет разговоров об этих пышных похоронах), женщины суетятся вокруг нас, вдов. Они устраивают что-то вроде шатра, натянув над нами кусок материн. Затем несколько женщин — их выбрали заранее — приближаются к нам и бросают на нашу шаткую крышу монетки, отводя злую судьбу; тем временем наши золовки готовятся делать нам прически.

Близится тот самый момент, которого так страшится каждая сенегальская женщина. В предвидении его она преподносит бесконечные подарки семье мужа, а иной раз одними подарками не отделаться, ей приходится жертвовать собой и покорно служить не только мужу, но и его деду, бабушке, отцу, матери, сестрам, братьям, дядьям, теткам, двоюродным братьям и сестрам и даже его друзьям. Она не вправе распоряжаться своей жизнью: золовка не коснется головы жадной, неверной или негостеприимной жены.

Но мы с честью выдержали испытание, и со всех сторон нас осыпают похвалами. Наконец-то мы вознаграждены за долготерпение, за щедрость, за подарки. Паши золовки одинаково славят тридцать лот супружества и пять. Они не делают никаких различий между матерью двенадцати детей и всего троих. Я с раздражением отмечаю, как они стараются нас уравнять и как радуется этому вторая теща Моду.

Мужчины возвращаются с кладбища, омывают руки в тазу, поставленном у дверей дома, и по очереди подходят к нам, вдовам, сидящим в окружении родственников. Они выражают нам свои соболезнования, перемежая их похвалами в адрес покойного.

— Моду, тебя любили и старики, и молодежь...

— Моду, львиное сердце, защитник угнетенных...

— Моду, ты был красив и в европейском костюме, и в кафтане...

— Моду, достойный брат, муж, мусульманин...

— Да простит Аллах его прегрешения...

— Да дарует он ему небесное блаженство...

— Да будет земля ему пухом...

Здесь друзья детства, которые когда-то играли с ним в футбол или стреляли из рогаток по воробьям. Здесь его одноклассники, однокурсники. Здесь его товарищи по профсоюзу.

Не переставая раздаются скорбные слова соболезнований, а тем временем неутомимые руки раздают присутствующим печенье, конфеты, орехи кола — первые дары небесам за упокой души умершего.


предыдущая глава | Такое длинное письмо | cледующая глава