home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 20: Тропа войны.

На следующий день я оставил Люси с Сережкой в доме отшельника посреди леса. Оставил им карту, сам постарался запомнить на этой карте все, что только было можно. Оставил им большую часть запасов пищи, несмотря, что в доме имелись хорошие запасы. Велел им, в случае если начнет заканчиваться еда или в доме станет невозможно оставаться уходить на Мехзавод. За сим посчитал свою миссию выполненной и отравился в обратную сторону. Нужно было спешить, что есть сил и я спешил.

Вместе со мной отправился кот кваз Дизель. Если в прошлый раз он ни в какую, ни хотел уходить из обители отшельника, то в этот раз его не получилось оставить. Мои попытки отогнать изуродованного споровым голоданием кота не увенчались успехом. Взмахов и криков он не испугался, а бить его у меня не поднялась рука. Так и пошел этот зверь следом за мной, то исчезая среди деревьев, то появляясь за моей спиной вновь.

Дизеля не остановила даже река, вставшая на пути. Когда я, переночевав у нее, вытащил припрятанную в кустах на пути к жилью Бирюка лодку и прикончил пустыша что терся поблизости, он смело влез в транспорт и, устроившись на носу, заурчал глядя на меня. Его взгляд как бы говорил: Отчаливай. Как только мы переплыли речку, и лодка ткнулась носом в противоположный берег, котяра тут же выскочил длинным прыжком и, не замочив ног, пустился в ближайшие кусты.

Не обращая на зверя кваза внимания, отправился в ближайший поселок затариваться всем необходимым. Гранаты внешников, конечно были хороши, но дополнительно не мешало попробовать сделать взрывчатку. Я никогда не практиковал ее кустарного производства, но одно время, в армии, дружил с буйно–помешанным подрывником–сапером. Этот товарищ, пока не подорвался, успел рассказать и даже показать мне довольно много из того что не в каждой саперской школе преподадут.

Провозился долго, но соорудить взрывчатку так и не вышло, не хватало ингредиентов, да и память подводила. Все же не один год с тех пор прошел. Пришлось ограничиться горючей смесью, временно налитой в пластиковые канистры. Ну да ничего. Не получится взорвать, так спалю это кубло, к чертям собачим. Выжгу, что бы зараза больше не плодилась. Только сначала пленников нужно как–то освободить. Глядишь, и поможет мне кто из них. Еще надо Блонду не спалить. С ней все же следует поговорить по душам.

И с элитником следует разобраться прежде атаки на хутор. Пусть в этом случае хуторяне будут оповещены о моем приходе, но иначе ситуация повторится и я вновь получу бушующего неуправляемого элитника. Он сожрет там всех и не факт что у меня получится спастись после такого самому, не то, что спасти хотя бы кого–то из пленников.

Помимо горючей смеси набрал продуктов питания на несколько дней. Война войной, но и о еде забывать нельзя, особенно с таким организмом потребляющим прорву калорий как у меня. Думаю, доведись мне поголодать несколько дней и я усохну, что какой–нибудь доходяга ползун. Проверять же так это или нет на самом деле, желания никакого нет.

Затарившись таким грузом, что простому человеку не унести каким бы сильным и выносливым он не был, отправился к месту предстоящих событий. Двигался не спеша. Иногда пытался по поведению Дизеля угадать есть ли рядом зараженные, но кот не так часто появлялся в поле зрения, что бы быть надежной системой сигнализации. Чаще всего приходилось надеяться только на себя.

Стычки, конечно, были, но ничего слишком уж опасного. Я вообще старался избегать лишних встреч, и вступал в бой, только уж если не было другого выбора. Так и дошел до предместий хутора муров охраняемых Тимошкой. Там вообще была санитарная зона. Всюду следы и запах сильной твари. Никаких посторонних зараженных. Оставалось только не попасться ручному питомцу муров. Для этого я старательно обрабатывал следы и места лежек для наблюдения за хутором. Не должно было остаться и тени моего запаха. Беспокойство вызывал кот, но это лакомство для зараженных почуяв элитника будто испарилось и не появлялось поблизости.

Наблюдение за хутором дало понять, что данные полученные от Ватрушки вполне правдивы. Банда была не слишком большой и в целом плохо вооружённой для этого мира. Но это было делом времени. Оружие со временем наберут, обзаведутся приличным источником боеприпасов. Муры собирались тут обосноваться прочно и надолго. Они запасались всем необходимым, но к возведению настоящих долговременных укреплений, можно сказать, еще не преступили.

Другой бы на моем месте ушел, дал знать Заводу о происходящем и отстранился от дела, но я так не мог и остался. Черту под решением подвело появление Блонды. Я видел, как она выволокла из дома в чем–то провинившуюся перед ней рабыню. Под дружный хохот муров Катерина пристегнула ее наручниками к петле на специально предназначенном для этого столбе, так что у девушки до земли доставали только кончики пальцев ног. После она под все тот же несмолкающий хохот стала ее пороть кнутом, да так что он взрезал кожу и плоть точно нож. Девушка сжалась, заплакала, но Блонде было ее не жаль. С неподдельной гримасой злости на лице, она била ее еще и еще.

Помня ее поведение в элитном поселке, я уже понимал, что это возможно не совсем та Катерина, что была рядом со мной. Точнее не совсем та Катя, что я привык видеть. Похоже, с девушки воспитанной в лучших традициях развитого социализма из–за пережитого слетело все наносное. Больше не было той девушки, что собиралась затеять скандал из–за синяка под глазом Занозы, с которой даже знакома не была. Все воспитание и все правила общества прежнего мира остались Катерине, а передо мной была Блонда порожденная Ульем и тем, что она в нем пережила.

Выяснив все, что было нужно, я отправился готовить ловушку, в которую собирался заманить Тимошку. Нужно было постараться, что бы тварь ничего не заподозрила и обязательно вошла в зону полного уничтожения. На такое дело было не жалко целой связки гранат внешников и большей части горючей смеси. Но просто раскидать их по предполагаемому месту засады, было мало. Пришлось натянуть несколько растяжек и протянуть к скрытой лежке дополнительную линию активации.

Кот так и не появился, да и не смог бы я объяснить ему, как приманить элитника к ловушке. Поэтому в сумерках пришлось прокладывать кровавую тропу самому. Набрал в шприц собственной крови. Набрызгал в ловушке и сделал несколько капель крови в других местах. По моему мнению, тварь в итоге должна была прийти к самому сильному источнику запаха. Оставалось надеяться, что этот Тимошка не настолько умный, что бы догадаться о ловушке. Он все же ручной, мог чего–то нахвататься от людей, а мог и наоборот, остаться тупым по сравнению с дикими развитыми тварями.

Не знаю, был ли Тимошка глупее обычного элитника или умнее, но на ловушку он повелся и явился. Вот только явился он не один и сделал это только следующим утром. С ним было четверо муровских бойцов и Ксенос. Среди бойцов оказалась и Блонда, что примечательно с собакой Дианой, которую я списал со счетов и на которую не рассчитывал, как и на саму Катерину. Появилось опасение, что Диана может испортить все ловушку или в ловушку может попасть Катя, но положение спас Дизель.

Он появился богом из машины, но увидев, что тут происходит, предпочел задать такого стрекача, что за ним бы и сам черт не угнался. На его появление и бегство контролируемая тварь отреагировала. Она повела носом, дернула головой, но Ксенос удержал ее на следу без каких–то особых проблем. Зато в Диану, словно бес вселился. Ее, оказалось, удержать очень проблематично, она разлаялась на весь лес и принялась рвать поводок из рук Блонды. Девушка пыталась всеми силами ее успокоить, но ничего не получалась. В итоге собака не дала девушке идти за группой и даже немного оттащила в сторону. В итоге девушка отстала на десяток шагов от группы. После этого группа остановилась, что бы ее подождать. Все снова могло пойти далеко не так как мне надо. Если они войдут ловушку все, то Блонда погибнет, а ее немедленное убийство в мои планы по–прежнему не входило.

Пришлось импровизировать, и я покинул укрытие, но не атаковал, а зайцем от волка рванув прочь от врага. Разумеется, все это заметили. Ксенос пустил вперед своего монстра. Все бросились за мной, стреляя на ходу. Блонда замешкалась с собакой и отстала еще сильнее. Наконец Тимошка активировал ловушку. Он влетел в самый ее центр и зацепил сразу несколько растяжек активаторов. Западня сработала на славу. Тимошка, попал в зону сплошного поражения сразу нескольких гранат. Если быть точным его накрыло двумя гранатами и моим самопальным напалмом. Раздалось такое, что я и описать не смогу. Не услышь я это собственными ушами и не видь происходящего, то не поверил бы, что эти звуки может издавать живое существо. Оно, мгновенно обгоревшее и полыхающее, вырвалось из моментально вспыхнувшего столба огня и закрутилось, заметалось, стало кататься по земле в попытке загасить огонь, но это было бесполезно. Там в итоге оно и затихло, но за агонией мне следить было некогда.

Монстр хорошо опередил всех и бойцы муров не успели попасть в зону гарантированного поражения, но Ксеносу и еще одному досталось. Ксеносу горючее вещество попало на лицо, пусть его и было не много, но после такого мур был уже не бойцом. Ему выжгло глаза и часть лица, после чего он потерял сознание. Второму пострадавшему муру спалило всю нижнюю половину тела. Он почти сразу умер от обилия ожогов.

Блонда, наконец, выпустила из рук поводок и спряталась за дерево, поливая огнем из пулемета лес в той стороне, где мелькнул я. Последний мур не стал проявлять героизма и бросился бежать. Я тут же подстрелил его, пока он не покинул зону эффективного огня моего не особо дальнобойного оружия. После пришлось залечь, поскольку землячка перенесла огонь почти точно в то место, откуда я стрелял. Патронов она не жалела.

— Катя, как ты там?! — крикнул я из укрытия.

— Самурай?! Ты что ли?! — крикнула она в ответ.

— Я! — не стал высовываться и только благодаря этому не словил не самую короткую очередь.

— Что же ты не выходишь?! — крикнула она отстрелявшись.

— Уж больно горячо встречаешь! — крикнул в ответ и перекатился в укрытие понадежнее, за большой валун.

Прогремела еще одна очередь. На этот раз покороче. Видимо вспомнила об экономии патронов. Просвистели пули. Несколько пуль клюнули камень.

— Выходи не бойся! Я хочу тебя подольше убивать!

— Что так?! Прошла любовь?!

— Какая любовь?! Не бывает ее! Приткнулась к сильному мужику, а он меня бросил полудохлую! Хорошо хоть Ксеносу приглянулась! А то ведь скормил бы этому уроду! Теперь я мур! — в этот раз она не стреляла.

— Да я уж вижу, что ты мур! — откликнулся я.

— Так выйдешь?! Или сбежишь?!

— Я пока подумаю! Ты же не торопишься?! — на секунду задумался, не применить ли мне к ней свой дар, но отмел этот вариант.

Слишком сложно было рассчитать силу заряда, что бы вырубить, а не убить или просто не взбодрить.

— Я-то нет, а вот тебе бы стоило!

— Может и стоит, но мне бы хотелось узнать, за что ты ту бабу!

— Какую?!

— Ту на хуторе!

— Так ты видел?!

— Видел! И как свежаков ты в поселке валила, видел! — я очень хотел от нее еще большей агрессии и добился ее.

Моему камню досталась очередь серьезной длинны.

— Они бы все равно обратились!!! — прокричала землячка бросив стрелять.

— И что?! Ты от этого перестала быть убийцей?!

— А ты?! Ты не убийца?! Скольких убил ты?!

Я достал из кобуры штурмовой револьвер и проверил барабан. Он был снаряжен легкими пулями. Броник не пробьют, но с ног сметет легко, и ребра переломают. На Блонде броник. С виду он тяжёлый. Это отлично. Может так ее получится взять живой с большей долей вероятности. Уж больно поговорить охота, но не тут. Сюда действительно вот–вот прибегут ее новые друзья–товарищи. Так что пора заканчивать этот балаган с криком на весь лес. Но перед этим придется еще немножко попубликанить.

— Ты знаешь, получается, я соврал тебе! — проигнорировал ее вопрос я.

— В чем же?! — она выстрелила, но не из пулемета, а сменила его на что–то короткоствольное.

— Я сказал что здесь не случится того из–за чего у меня был срыв, а все повторилось!

— Это что же повторилось?! — еще один выстрел по камню.

— Я не говорил тебе! Мне еще в Африке побывать пришлось! Всякого навидался от детей с автоматами до выпотрошенных беременных женщин! И ничего держался, пока не завел себе любовницу из местных! Это не поощрялось, но и не запрещалось! — я не просто так болтал, отвлекал ее, хотел, что бы внимание рассеялось, что бы расслабилась хотя бы чуть–чуть.

— В черную свой болт совал?! Фу! — сразу пара выстрелов.

Источник голоса вроде стал ближе. Наверняка подбирается ко мне, что бы прикончить. Не утерпела. Расслабилась от того что я не стреляю в ответ. Может надеяться выстрелить первой, если я высунусь, а может вообще думает что у меня на нее рука не поднимется. Ошибается наивная девочка. Я должен, а значит, сделаю это.

— Что за фу?! А как же заветы интернационала?! — сделал вид, что по–прежнему не заметил ее маневра.

— Иди ты! — и снова предсказуемый выстрел. — Что было дальше?! — выстрел.

Кажется, повелась окончательно, но может подыгрывать.

— Отлично все было! Какое–то время! Трахались как кошки! Своя в доску была! Понимала меня даже не с полуслова, а с мысли! Ну как с тобой примерно! Я уже думал, как мне ее в Союз вывезти, когда в Африке все кончится, но в один прекрасный день она меня из автомата перечеркнула! Мы дом один штурмовали, а она в нем оказались! Вот так совпадение! Пришла информацию про нас сливать! Пособница врага! Ну как ты! Я же говорю, все повторяется!

— После того как ты меня кинул подыхать, я пособница врага! — похоже я по настоящему вывел ее из себя. — Да лучше бы ты меня пристрелил! Какая же ты тварь! Они меня кровью повязали! Я теперь мур и мне никуда от этого не деться! Меня в любом стабе на кол посадят или еще чего похлеще придумают! Мне деваться некуда! — ее выстрелы потонули в грохоте моего единственного выстрела.

Слыша, что она со злости стреляет в камень, и уверенный что она будет целиться в камень и дальше, я приготовился и начал движение на словах «Они меня кровью повязали!» и метнулся в сторону, выстрелив из МРШ в столь близкую мишень. Катенька подошла совсем близко. Еще немного терпения, пара тройка шагов и она бы расстреляла меня в упор. Но благодаря этому и я не промазал. Легкий алюминиевый патрон попал точно, куда я хотел, в грудную пластину бронежилета. Вроде и бронежилет был достойного класса и грудная самая прочная из всех, но пуля, не предназначенная для этого, пробила ее. Девушка падая, а после и упав, силилась выстрелить, но не смогла. Или что–то повредило у нее или от шока, но главное не смогла.

Я быстро поднялся с земли, подскочил к бывшей подруге и ногой выбил из ее рук оружие. Она была вполне жива. Возможно учитывая усиленную регенерацию иммунных, ее еще можно было спасти, но выхаживать ее я не собирался. Для чего? Она теперь враг.

Сел рядом с девушкой со скорбным выражением лица.

— Что же бронежилет такой плохой? — спросил ее.

— Иди… — она хотела указать направление, но вместо этого горлом пошла кровь.

— Не стоит, — покачал головой.

— Не–на–ви–жу, — выдавила она из себя.

— Не могу сказать того же, — покачал головой, — Прощай, — вздохнув достал нож и собирался расчетливым ударом сбоку загнать его так что бы ни попасть в пластины бронежилета.

Собирался ударить между ребер в сердце, но рука не поднялась. Скривив гримасу, плюхнулся на задницу рядом с ней. Несколько раз всадил нож в землю, выплескивая злость на себя.

— Сла–бо? — на ее окровавленных губах даже полуулыбка появилась.

— Слабо, — процедил сквозь зубы я, вбрасывая нож в ножны.

— Убей меня, а то ведь я тебя потом не пожалею, — почти нормально предупредила девушка.

— Помолчи уж, — снова скривился, доставая флягу с живцом, — Пей, давай. Мне тебя еще волочь на своем горбу далищу, — сунул горлышко фляги ей в губы.

Отказываться от живца Блонда не стала. Следом я вколол ей полную дозу лайт спека. Решил, что лишним это не будет. Лайт спек должен помочь пережить ей ранение. Говорят, на нем безногие до стабов доползают. Правда может, немножко или сильно преувеличивают.

Под стоны девушки стащил с нее бронежилет, разодрал одежду и наложил повязки. Я не медик, но эвакуировать раненых с поля боя и оказывать первую медицинскую помощь нас учили на совесть. Можно смело сказать, что знания вбивались в голову и это не будет ошибкой. Старший инструктор медицинской службы старшина контрактной службы Загребло лупил нерадивых солдат по каскам без жалости.

Рана оказалась достаточно серьезной, но не гарантированно смертельной. Пуля попала под молочную железу чуть правее середины груди. Бронежилет хоть и не выдержал, но сильно притормозил и деформировал пулю. Она разворотила плоть и сильно повредила кости, но в легкое точно погрузилась не глубоко. При своевременной помощи, девушку спасли бы даже на старушке Земле, а тут при наличии покоя и живца она быстро встанет на ноги. Главное пулю вытащить. И что бы у нее внутри там ничего не порвалось. Все же кровь ртом, это не к добру.

Закончив с ранами, подобрал ПМ, из которого Блонда в меня стреляла. Шустрым кабанчиком метнулся к Тимохе. Неестественный химический огонь пока шла наша перепалка с перестрелкой, спал, но догорал мой самопальный напалм и в нескольких местах занялся лес. Тушить я ничего не собирался, даже то, что было можно. Просто убедился, что с пышущей жаром туши взять ничего не смогу. Поковыряв споровый мешок ножом, понял, что там все сгорело. Да и нет уверенности, что в монстре вообще хоть что–то было. Слышал, что в неволе у тварей в споровом мешке мало что заводится. Возможно, у этого подневольного и была только пара споранов с грязной паутиной. А Блонде жемчужинка, пусть и черная, сейчас бы не помешала. Впрочем, как и раствор гороха с живчиком.

Попутно без сожалений и жалости добил напомнившего о себе стоном Ксеноса. На его счет у меня сомнений не возникло. Вернулся к Блонде, присел, взвалил не слишком тяжёлую девушку на себя. Уже с ней на плечах, поднялся на ноги и метнулся за Печенегом с выжатым насухо коробом, сбегал и подобрал еще опару уцелевших стволов. Обыскивать муров не стал. Нужно было торопиться. Вскоре могли появиться новые друзья Катерины, и нужно было убраться как можно дальше. Хорошо хоть Дизеля искать не пришлось. Довольно сильно израненный, сберегая поджатую переднюю лапу, он выбрался из кустов. Кот каким–то образом избавился от собаки, может даже убил, кустами обошел Блонду и не удивлюсь, если он собирался атаковать ее сзади. Кто знает, что в голове этого кваза.

— Где Диана? — спросила девушка, приметившая кота, и уплыла в забытие вызванное лайт спеком.

Со своим грузом за спиной и раненой на плечах ломился через перелески и поля напрямик точно молодой лось в период гона. Сильно рисковал нарваться, но времени ныкаться по кустам не было. Блонда получила серьезные раны и муры наверняка где–то сзади. Дорогой пришлось трижды отстреливаться от зараженных, но зато потом повезло. Я наткнулся на машину. Она стояла на грунтовке между двух заросших высокой травой полей. На кузове машины красовалось несколько приобретённых уже в Улье вмятин. Лобовое стекло валялось осколками в салоне. На капоте наличествовали следы когтей. Старенькая отрухлявевшая еще до Стикса копейка не внушала своим видом ощущения надежности, но завелась пусть и не с первой попытки. На этой таратайке рванул прочь, но не к селу на реке, в котором бывал уже не раз, к одинокой многоэтажке.

Подъехать прямо к одинокой девятиэтажке, не вышло. Из–за дороги и элементарной конспирации пришлось бросить машину и тащить Катерину в многоэтажку на себе. Там наскоро обезопасившись в одной из квартир на нижних этажах, взялся за операцию. Я ни разу не хирург, но где же его взять–то? Сюда бы хотя бы Люси, но и на дорогу к лесному домику времени не было. Вот и пришлось самому делать, что и как сумею. Обколол ее обычным обезболивающим. Добавлять еще спека не решился, пусть он и лайт. Вытащил деформированную пулю, благо засела не глубоко. Убрал несколько осколков кости, повредивших легкое. Что–то там зашил, но даже не был уверен в том, что именно это было. Наложил швы на рану. В конце наложил тугую повязку и заставил девушку напиться живца. Теперь оставалось только надеется на лучшее. В принципе тут люди выживают с оторванными конечностями и выпущенными кишками, но далеко не всегда. Так что и Блонда теоретически могла погибнуть, хотя и кровь ртом больше не шла и дыхание, вроде, было ровным.

Операция после тяжёлых суток вымотала меня до конца. Так, что я не чудом не уснул прямо там, где ее проводил. Было это на чьей–то пропыленной кухне. Прямо на кухонном столе. Ощущения были такими, что я двое суток вагоны разгружал, но все же заставил себя поработать еще немного. Перенес Катерину и все свое имущество в другую квартиру. В этот раз выбрал помещение гораздо выше. В новом убежище снова навел иллюзию безопасности и самообманувшись этой иллюзией придремал рядом с Блондой. Дремал сидя на стуле, вооруженный и экипированный. Не решился расслабляться до конца. Не думал, что меня смогут выследить муры, но запросто могли появиться твари.

Когда за окном начало темнеть, меня разбудил Дизель. Сначала убедился, что Блонда жива, несмотря на все мое дилетантство, потом уже задумался над тем, что беспокоит четвероногого кваза. В первые секунды думал это зараженные, но почти сразу понял, что меня обкладывают люди. Хотя это только если настоящих конченых муров можно назвать людьми. Ну, а кто это еще мог быть? Не эльфы же приняв меня за орка, каким–то образом взяли след, и пришли сюда.

Пока я рыскал по квартире и выглядывал врага, очнулась Блонда. Когда я вошел, она лежала на постели и просто смотрела на дверь в спальную комнату. Правда от меня не ускользнуло, что она пыталась встать, пока меня не было. Наверняка хотела дотянуться до трофейного оружия, сваленного в углу. Вот только у нее явно ничего не вышло. Слишком слаба еще была.

— Очнулась? — зачем–то спросил я.

— Лучше бы нет, — простонала она.

— На тот свет еще успеешь. Твои дружки пришли, — я прошел к окну и выглянул из–за занавески.

— Ну, тогда конец тебе, — сказала она со злорадством. — Посмеялась бы да в грудь как будто лом воткнули.

— Ну, тут уж сама виновата. Зачем такое дерьмо на себя нацепила, — отпрянул от окна высмотрев не только нескольких крадущихся муров. — Как они нас нашли?

— Я откуда знаю?

— Ладно. Другой вопрос. Ты со мной?

— Да ты… — она хотела сказать явно нечто не цензурное, но слишком глубоко вздохнула и зашипела от боли.

— Простой ведь вопрос, — я присел на край кровати.

— А ты мне ствол дать не побоишься? — отошла она от боли.

— Зачем тебе? Ты с койки не встанешь, — я достал ее же ПМ и без видимых сомнений вручил.

— Вот так вот? — не поверила она.

— Я же тебе говорю. Все просто. Я готов тебе поверить снова. А ты?

— Ну и козлина же ты. Я готова тебя грохнуть.

— Я тоже думал что готов. Шел за тебя мстить, а потом увидел, что ты творишь и понял, что тебя надо убивать, что это мой долг. Настроил себя на это, но как видишь, не сумел. Ты пока полежи. Подумай о жизни. А я пойду, начну перестрелку, — поднялся и, забрав все оружие кроме пустого Печенега и ПМа из рук Кати, собирался выйти.

— Постой, я должна сказать. А то потом может такой возможности и не представиться — остановила она меня.

— Говори, — я замер картинно глядя в сторону двери и в глубине души ожидая девяти миллиметровой пули.

— Я едва выжила после того, — начала она свою исповедь. — Не знаю, на что польстился Ксенос, но он решил меня выходить. А я поняла, что жить хочу. Предложи мне до этого предстоящую жизнь или смерть я бы точно выбрала смерть, но выбирать легко, когда смерть перед тобой не стояла. Ксенос выхаживал меня честно. Возле койки сидел, точно сиделка. Потратил на меня жемчужину. Красную. Он там главным стал на какое–то время и ему никто не смел перечить. А потом он сказал, что я должна все отработать. Теперь я его. Буду рабыней, ну или буду с ним добровольно. Я думала сбегу и решила к нему подмазаться, — девушка вздохнула. — Подмазалась, но он смотрел, а потом велел убить нескольких свежаков. Не иммунных они должны были вот–вот обратиться. Уже все признаки были на лицо. Я сделала милость, не дала им стать тварями ведь так же хуже, — попыталась она оправдать себя в моих глазах. — Потом был новый случай и еще. А потом он велел убить иммунного. Иначе бы Тимошка живьем сожрал. Тот парень сам попросил, что бы я его пристрелила и я пристрелила. Потом был второй. А потом я поняла, что у меня руки по локоть в крови, что я и есть тот самый проклятый мур, только что людей сама не ловила и на органы не потрошила. Ксенос объяснил, что мне теперь только с ним. В стабы мне дорога заказана. По крайней мере, во все, где не любят муров, и есть ментаты, — она замолкла.

— А бабёнку ту за что? — мне нужно было идти, но я должен был спросить.

— Да сучка она. Пригрела я ее. Защищала. А она мне в лицо сказала, что я мур поганый и подстилка мурская, ну я и взбесилась. Правду она, конечно, сказала, но для меня это было еще обиднее, — призналась подруга.

— Ну, понятно, — кивнул и пошел к двери.

— Осуждаешь? — спросила она меня, когда я уже был на пороге.

— Я бы сам поступил иначе, но ты не я, — сказал и вышел.

Я успел к нужному месту с запасом. Подождал их на лестничной клетке. Они обложили дом со всех сторон, но брать меня собирались не штурмом через окна. Мы сидели высоковато, примерно в середине здания, тут нужно было либо спускаться с крыши, либо использовать штурмовые лестницы. Похоже, у них попросту не было таких специалистов и оборудования. А будь они, пришлось бы гораздо хуже. Правда, шли они тихо как грамотные охотники за двуногой дичью. К дому их, оказалась, привела Диана, но дальше подъезда собаку не пустили. Благодаря этому легко заметили и обошли мою примитивную сигнализацию.

Первые выстрелы прозвучали, когда муры поднялись до 3 этажа. Я взялся за МАШ и бил только наверняка. Благодаря конструкции лестницы с небольшой дырой между пролетами это было не трудно. Сразу положил троих и не дал им закрепиться. С их стороны возникла заминка, но после муры заняли квартиры на втором этаже, смогли укрыться на лестнице и стали подавлять меня огнем из всего своего разнообразного и при этом совершенно не богатого стрелкового арсенала. Не пожалел гранату внешников. Крику было море, но до вопящего Тимохи, сгоревшим заживо людям было далеко. Самому мне пришлось прятаться от дыма за дверью одной из квартир, открыв для вытяжки двери в другие. Искашлялся весь и даже бегал к окну продышаться, но помогло.

Огонь от гранаты внешников охладил пыл муров, а после того как пожар стих со мной даже решили поговорить.

— Стронг! Ты там не сдох! — прокричал незнакомый голос, напоминающий своей хрипотой урчание перерожденного.

— Это кто там?! — откликнулся я.

— Я Троглодит! Я тут главный! — был ответ.

Я припомнил, что это было имя кваза мура, коего я видел в элитном поселке сразу после его перезагрузки.

— Ну, я тебя поздравляю! — ответил на это я.

— Сам не представишься?!

— Самураем меня зови!

— Так вот ты кто! — разговор на время стих.

Я нырнул в одну из квартир, что бы проверить, не нашлось ли у них альпиниста. Была возможность, что мур решил потянуть время пока меня обходят. Мур время не тянул и никто меня не обходил.

— Сдаваться будешь?! — спросил через некоторое время Троглодит.

— Троглодит, ты дурак? — спросил я в ответ.

На этом разговоры словами закончились, и снова заговорило оружие. Муры умудрились занять третий этаж, но я не посчитал это большим достижением. Во время этого их штурма успел пристрелить двоих на лестнице и еще одного перелезающего со второго этажа на третий по стене. Четвертый свалился вниз и даже выжил. Просто сломал ногу. Таким Макаром они кончатся раньше, чем выдавят меня на крышу, но я был уверен, что так долго этот бой не продлится и оказался прав.

На звуки выстрелов и прочий шум явился мой старый знакомец. Это был тот самый искалеченный, но не убитый гранатой внешников элитник. Он не восстановился полностью, но где–то успел знатно откормиться, а, следовательно, регенерировать. По сравнению со здоровыми элитниками он был калекой, но даже искалеченный элитник это машина смерти. К тому же был этот товарищ не один. Его сопровождало больше десятка лотерейщиков и топтунов, служивших как верные пехотинцы командиру.

Помня, чем дело кончилось в прошлый раз и, чуя запах совсем недавно примененной гранаты внешников элитник сразу к дому не полез и своих пехотинцев сходу внутрь не бросил. Ну а может, я преувеличиваю его разумность и то место ему просто попалось первым. В общем, так или иначе, монстр напал на место, где муры припарковали свои машины. Там оставили нескольких охранников они даже успели пострелять. Я опознал характерную трель крупнокалиберного пулемета и порадовался, что его не успели применить по мне. Достать бы, конечно, не достали, но жизнь осложнили крайне серьезно.

Муры осаждавшие дом как–то сразу стушевались и стали отходить к месту стоянки. Я проводил их выстрелами и перебил столько сколько смог. Перебил бы больше, но меня отвлек шум в квартире с Блондой. Метнулся туда и увидел, что виновницей торжества является Диана. Псина взбежала по лестнице, нашла хозяйку, а вместе с ней и Дизеля. Собака загнала кота кваза на шкаф, и ни в какую не хотела слушаться хозяйку.

— Я вас пристрелю, — даже не слишком громко предупредил я животных и те, кажется, поняли, что дело по серьезному пахнет керосином.

Дизель остался сидеть на шкафу, а Диана осталась караулить кота под ним, но никто больше не шумел и меня это вполне удовлетворило. Можно было убираться из комнаты и заняться мурами с зараженными. Сомнений в том, что твари придут, и к дому не было. Просто не было понятно захочет ли элитник подставляться под гранату внешников снова. В лучшем для меня раскладе он должен был пожрать муров и убраться от греха, но отчего–то мне казалось, что он хотя бы попробует меня сожрать.

— Что там? — спросила все же севшая на кровати и притянувшая к себе пустой Печенег Катерина.

— Все хорошо. Пришел Троглодит. Подтянулся элитник со свитой, — представил отчет в оптимистичном тоне я.

— И это хорошо, — покачала она головой.

— Ты главное не высовывайся. Муров маловато, что бы взять нас тупым штурмом, а с элитником я знаю, что делать, если полезет, — сказал тоном уже куда серьезнее.

— Не слишком самоуверенно? — спросила она.

— Не слишком, — сказал я уходя.

— Троглодит может отражать пули, но не долго, — предупредила меня в спину Блонда.

— Спасибо, — поблагодарил я, не оборачиваясь.

Успел я уже к возвращению прореженных и преследуемых заражёнными муров. Одни твари весело преследовали вторых, а вторые улепетывали что было мочи и даже не обратили внимания, на мои выстрелы, подкосившие несколько целей поудобнее. Позади всех двигался элитник. Преследовали муров лотерейщики и топтуны. Они не отвлекались на пожирание, а повинуясь командам вожака, только забивали добычу. Жрал он сам. Жрал быстро, почти на ходу и оставляя после себя только ошметки экипировки. От самих муров не оставалось даже костей.

Надо отдать должное некоторым мурам. Кое–кто отстреливался, и часть зараженных даже завалили, но это им не помогло. Да и валил я таких едва не в первую очередь. Лишь не многие успели занырнуть в окна первого этажа или подъезды дома. Кто–то даже попытался рвануть по лестнице ко мне, но Машка свинцовым веником смела таких шустрых вниз и там оставила лежать марионетками с оборванными нитями.

К самому дому элитник своих тварей не пустил, они даже немного отступили, прихватив с собой трупы муров. Укрывшись от огня муров и моих выстрелов монстры жрали, но уходить не собирались. Я понимал, что закончив с перерывом на обед, они предпримут новую попытку. Правда, сделать они этого не успели. На шум явилась свора из молодого элитника и пары матерых руберов. Втроем они накинулись на не восстановившегося элитника с его лотерейщиками и покончил с ними.

Лотерейщиков разорвали тут же, а вот элиту, что была значительно крупнее всех троих, убили не быстро. Значительная часть муров решила воспользоваться моментом драки и ринулась в разные стороны. Кто–то из них рванул к машинам, а кто–то понадеялся на свои ноги, но не ушел никто. Кого–то я пострелял как в тире, а кого–то настигли покончившая с раненым троица. Воспользовавшись моей отвлеченностью муры, оставшиеся в доме, снова пошли на штурм и сумели занять четвертый этаж. У меня в запасе оставалось еще 5 этажей, но на 6 находилась Блонда.

Троглодиту, похоже, надоело терять людей и вести войну на множество фронтов. Он решил покончить со мной лично. Кваз поднялся в полный рост и безоружный попер на меня. Я выстрелил в него раз, но странным образом угодила в стену. Я выстрелил снова, но с тем же эффектом. Кваз применил свой дар и защитился от пуль, а потом прыгнул, пытаясь сбить меня с ног точно заражённый. Прыжок был и снизу вверх на приличную высоту и в длину. Красивый и довольно длинный прыжок над узким проемом меж лестниц. Успев рассудить, что раз его не берут пули, а гранатой уже не достать, то стоит попробовать дар, вскинул руку и встретил его молнией. Троглодит ударился о перила лестницы, но был еще жив и попытался зацепиться. Я выстрелил в него снова, и в этот раз пуля сработала стандартно. Или время действия дара истекло, или его действие прекратилось от моего удара молнией. Тело, не смогло пролететь через узкую щель меж перилами и застряло, там перекрыв обзор мне и противникам.

Я решился на контратаку. Обезглавленный противник оказался деморализован, и его сопротивление стало совершенно никуда не годным. Уже через минуту у меня в противниках остались только молодой элитник с парой руберов, но воевать с ними я не собирался. Прихватив в дополнение к своим пару трофейных стволов рванул на верх к Блонде, а они внизу уже крушили все, что могли в небезуспешной попытке добраться до Муровских трупов. Лишь бы здание выдержало этот вандализм.

— Что там? — взволнованно спросила девушка, встречая меня.

— Лезем на самый верх, — сказал я вместо ответа и принялся помогать ей, попутно все как можно щедрее забрызгивая репеллентом.

Дизеля пришлось брать под мышку, а Диана пошла за нами сама. При этом беспокойный кот норовил вырваться, а вот собака присмирела и шла, поджав хвост. Видимо до нее дошло, что там за шумы в низу. Она, конечно, в свое время успела привыкнуть к Тимошке, но по запаху поняла, что тут иные заражённые. Для этих собака самое вкусное из имеющихся блюд.

Мы затихарились в ванной в одной из квартир на девятом этаже и сидели там все вчетвером. Собака с кошкой заключили временное перемирие и сидели еще тише нас опасавшихся даже дышать слишком глубоко. Особенно тихо вели себя, когда внизу перестали крушить стены в поисках мяса. Я сидел, сжав зубы и жалея, что не взял у Клуба штурмовую винтовку внешников. У меня уже патрончиков к Машке было маловато и слабоваты эти патроны были против элиты пусть и молодой. Да и против руберов не факт что помогут. Руберы там не молодые, а заматеревшие. Вот с винтовкой внешников можно было попробовать завалить их. Конечно, и с ней шансов на выживание меньше чем ноль, но хоть одну бы тварь забрал с собой, а может и двух бы, если бы успел вторую подорвать гранатой внешников. Хотя бы даже и вместе с собой.

В воцарившейся тишине было слышно, как твари лазают по стенам дома, точно котята по настенному ковру. Кто–то из этой троицы залез на крышу и походил над нами. Монстры явно искали, чем тут можно поживиться еще, но из–за репеллента, помноженного на близкий источник сильного манящего запаха от остатков сожранных тел, нас не нашли. Потом монстры спустились по стене до ее середины или даже меньше, спрыгнули на землю с высоты и, по всей видимости, сразу же убрались прочь.

Вылезти мы себе позволили только выждав полчаса после того как все стихло окончательно. Дом был разворочен изрядно. В некоторые квартиры, словно снаряд попал, всюду валялись обломки стен и перекрытий, но строение стояло прочно, и кое–как вниз спуститься было всё–таки можно.

— Я думала, ты собирался грохнуть и элитника, — призналась Блонда, когда я помогал ей спускаться по лестнице между обломков.

— Были варианты, но не против трех таких тварей, — в ответ и я был честен.

— И как же? Как Тимошку? — продолжила она.

— Наподобие, — я не стал углубляться.

Сначала занялись трупом убиенного элитника. Выпотрошив его, тут же заставил Катерину съесть красную жемчужину. Жемчужина была очень кстати в связи с состоянием Блонды. Еще две чёрных, немало гороха, кучу споранов, и ворох плохонького янтаря пошли в мои закрома. Одну жемчужину оставлю себе, а остальное пожертвую в фонд подрастающего Воробья. Сам он себе такое добро еще не скоро заработает, а финансы на жизнь мальчишке вместе с Люси понадобятся.

Мы беспрепятственно добрались до места, где муры оставили машины. Сюда они приехали на Урале и Гусаре, пикапа, что я видел в элитном поселке, не было. У грузовика была изуродована кабина. Из него явно кого–то доставали и этот кто–то отстреливался. Гусар совсем не пострадал, и кровь у него была только на крыше. Проверив армейский автомобиль, я понял, почему его не потащили к дому. К Корду у них оставалась всего одна неполная лента, вот и решили обойтись. Решили оставить на случай встречи с крупными заражёнными. Пригодилось, но не помогло. Судя по всему, элитник или кто–то из его подручный выдернул стрелка из люка и сэкономил мне немного патронов.

По дороге к дому я видел приметы описанные Ватрушкой в попытке спасти жизнь, но тогда мне было не до этого, а теперь я обязан был довооружиться. От муров оружия досталось плачевно мало и мои запасы сильно подрастратились. Гусар с Кордом, пусть даже с одной неполной лентой, по–прежнему аргумент и я его использую, но нужна при штурме хутора обязательно будет нужна стрелковка.

Отыскав схрон, я вытащил сверток из промасленной ткани и брезента. Развернув ткань и увидел собранный и готовый к использованию РП-46 с коробкой на 200 патронов. Ручной пулемет образца 46 года ранее я видел только в музее советской армии и никогда им не пользовался. Использовать незнакомое оружие в предстоящем бою я не собирался, но он использовал патроны того же калибра что и Печенег Блонды. Хороший калибр. 7,62 на 54 мм. Я бы сказал, что он мой второй любимый после 12,7 на 55 мм, который жрет моя драгоценная Машка. Жаль только что навалом у Ватрушки это всего коробка на 200 патронов для меня. Приврал маленько муренок.

Пришлось потратить время на переснаряжение оружия другие мелочи, но к рассвету мы все же управились. Блонда хоть и не слишком активно, но помогала. Потом, наконец, тронулись на Гусаре. Я уже сроднился с этой машиной и решил оставить ее себе. Было бы хорошо доработать ее на Мехзаводе, а то мурская кустарщина это какой–то колхозный тюнинг, а не нормальная защита. Но с Блондой туда ни ногой. Поди, объясни их СБшникам, что Катьку нужно оправдать. Уверен, что услышу ответом на свои просьбы нечто вроде: Закон суров, но он закон. И в принципе они будут правы. Значит, придется искать других механиков. Хотя если не соваться во внутренний город и не привлекать к себе внимание СБ, то можно и попробовать. Но как его не привлечешь, если уже привлек его кучу. Привел им ксера, познакомился с несколькими значительными людьми в стабе. По–моему, этого уже вполне достаточно для самого пристального внимания.

Но об этом думать было слишком рано. Нужно было еще окончательно решить вопрос с мурами и дорогой не допустить, что бы Дианка с Дизелем друг друга разодрали. Как все успокоилось, в них снова проснулась вечная вражда кошачьих и собачьих. Если честно, я их обоих из машины вышвырнуть хотел, но при Блонде постеснялся.

Добрались до хутора уже по светлому и еще на подъезде поняли, что спасать и атаковать там не кого. Хутор был разрушен до основания. Нормальных людей не было. Только одинокий лотерейщик пытался отыскать. Он бродил от дома к дому и ничего не находил, так что я его убил что бы не мучился. Изучая развалины, мы поняли, что даже в погребах никто не смог укрыться. Все погреба расковыряли и всех оттуда достали.

Мне сразу представилось как молодой элитник и два его рубера по следам машины приходят сюда, а хутор защитить не кому. Тимошку с Ксеносом убил я, а муры уже полегли под одинокой высоткой. Несколько оставшихся бойцов встретили тварей из всего, что было и пытались продать свои жизни подороже, но твари хоть и пострадали, выжили все. Они обрушивались на огневые точки и в своей злости не только убивали стрелков, но и оружие приводили в совершенную негодность. Иностранный пикап с пулеметом был превращен в такую груду хлама, что его и опознать теперь было не возможно. После них мы даже патронов по нормальному собрать не смогли, хотя я хотел.

Увидев все это, Блонда села и заплакала.

— Что? — спросил я.

— Ничего, — буркнула она.

Мне оставалось только пожать плечами. Отчасти в смерти этих людей был виноват я, но убиваться горем я не собирался. Не случись все, так как случилось, муры продолжили бы свое черное дело и отлавливали тех, кому повезло оказаться иммунным и выбраться из города. Блонда окончательно стала бы одной из них, ведь не даром Ватрушка упоминал, что в какой–то момент ее даже за старшую на хуторе оставляли. Пленники погибли бы не тут так под ножами мурских вивисекторов. А может и на ферму бы попали. На мой взгляд, такой вариант был бы еще хуже.


Глава 19: Дорога. | Мир большой охоты | Глава 21: Лесная драма.