home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 17: Две судьбы.

Вечерело. Небо обещало еще один аномальный закат над ульем. Я, жалея, что черт меня дернул забраться в город недалеко от свинофермы, а не в другом месте, крался мимо очередного дома стараясь не попасться на глаза зараженным. Пришлось нырнуть в бетонную яму с окошком в подвал, что бы не привлечь внимание кусача пробиравшегося встречным курсом в сопровождении двух топтунов и нескольких лотерейщиков.

— Солдат помогите мне, — донесся до меня измученный женский шёпот из–за решётки подвального окна. — Вы не галлюцинация? — через решётку ко мне потянулась грязная рука.

— Тихо, рядом твари, — шикнул я на девушку.

— Ой, — увидев мое лицо, она шарахнулась прочь, но нашла в себе силы вернуться. — Вы не зомби?

— Не обращай внимания на лицо. Я нормальный, а ты не шуми, — покачал головой, вспомнив как выгляжу.

— Хорошо, — рука исчезла, и стало тихо, точно там было пусто.

Кусач и бегуны скрылись из виду, и я склонился к решётке.

— Как ты там? — спросил у темноты.

— Пить ужасно хочу и не ела со вчерашнего вечера. Воду пью, а жажда не проходит. Голова чугунная. Я ослабла совсем, — донеслось в ответ, и за прут решётки схватилась рука.

— Не можешь выйти? — снял фляжку с живчиком и протянул. — На, глотни. Тебе должно помочь.

Девушка жадно присосалась к горлышку фляжки.

— Спасибо. Что это было? Странный вкус? — спросила она, выхлебав грамм триста.

— Лекарство, — закрыл я пока эту тему и спросил, — Так что мешает выйти?

— Там в подвале мои брат и парень. Они обратились в зомби, и мне пришлось от них запереться здесь, — обреченно сказала она.

— Где вход в подвал? — спросил, решившись помочь иммунной.

— Из любого подъезда, — ответила она.

— Их там точно только двое? — уточнил на всякий случай.

— Точно. Мы заперли подвал, а потом они обратились. А ведь их точно не кусали. А меня укусили, но я не обратилась.

— Тебя как зовут?

— Люся.

— А меня Люся зови Самураем. Я тебя сейчас спасу. Ты сиди тихо и ничего не бойся. Как стукну три раза в дверь, то открывай.

— Я буду ждать, — сказала девушка с надеждой.

— Жди, — выбрался из бетонной ямы и стал не торопясь обходить дом, что бы попасть к той его стороне, где располагались подъезды.

Первый подъезд встретил меня парой пустышей и дверью, в подвал запертой на навесной замок. Оставил все как есть и пошел во второй подъезд. Тут тоже все было заперто, правда, изнутри, но пустышей пока я исследовал подъезд, не встретилось. Может, и были твари на этажах выше, но они меня пока не интересовали. В третьем подъезде дверь была открытой, и не было пустышей, что я посчитал добрым знаком. Хотя не забыл, что Люся говорила, будто подвал заперт.

Светя фонарем, стал спускаться с готовым к бою АПБ, но не спустился, а отпрянул назад, рассылая пули налево и направо. Пустышей в подвале было далеко не двое. Скорей уж их было 20 или 25. К тому же не все были пустышами. Среди этой толпы встречались и заматеревшие бегуны, почти перебравшиеся на следующую стадию.

Магазин пистолета с глушителем опустел, прежде чем кончились прущие на лестницу зараженные. Перезаряжаться времени совершенно не было. Одно потерянное мгновение и твари вцепятся в горло. Даря себе несколько секунд, вскинул руку и ударил пятью молниями, отбрасывая и уничтожая ближайших монстров. После вскинул Кедр с глушителем. Стрелял он гораздо громче АПБ, но все же достаточно тихо, что бы ни привлечь кого–то с улицы или верхних этажей. Удалось закончить бой без потерь, если не считать трату боеприпасов. Подобрал пистолет, перезарядил его. Увидел ползущего вниз по лестнице ко мне со второго этажа зомби с перебитым позвоночником. Убил его, пробив голову тычком острия меча.

Наконец спустился в подвал, обшаривая все темные углы лучом фонарика. Нашел закрытую дверь и направился к ней. Толкнул дверь и она открылась. Попал в захламленное помещение без попавшей в затруднительную ситуацию девушки. Пришлось искать другую дверь. Когда нашел ее, то она тоже уже была открыта, но это была именно та самая дверь. В общую часть подвала выглядывала настороженная чумазая мордочка девушки едва перешагнувшей порог своего совершеннолетия.

— Я так рада, что вы пришли, — зашептала она.

— Тихо. Не говори ни слова. Идем за мной, — махнул ей рукой и направился на выход.

Ругать девчонку за ошибочные сведения не стал. Она с парнями, скорее всего действительно закрыла за собой дверь и это была дверь второго подъезда закрытая изнутри подвала. Вот только кто–то до или после скорее уже после открыл дверь в подвал в третьем подъезде. Она просто об этом не знала. Хорошо хоть осторожности не потерял.

Оставаться в одном доме с таким источником мяса, в какой я превратил подвал, было глупо, и посему я повел девчонку в дом, стоявший через двор. Из этого дома как раз видно подъездные двери и я буду в курсе, если кто–то появиться в этой столовой. На середине пути сделали короткую остановку, и я без пояснений набрызгал девочку репеллентом. Просто пояснил ей, что так надо сделать обязательно.

Нашли подходящую квартиру с прочной железной дверью на четвертом этаже с открытой дверью и заняли ее. Я надеялся, что эта дверь случись, что сможет подарить нам несколько лишних мгновений. Когда мы ее нашли, она была открыта и не пострадала, так что мы могли, заперлись изнутри на несколько запорных устройств.

Помимо этой во всем подъезде нашлась еще только одна квартира с дверью настежь. Она была этажом ниже, не подходила для наблюдения и дверь в ней была слабенькая, но нуждалась в проверке. Посему пришлось оставить Люсю в пустой квартире приводить себя в порядок, а самому спускаться на этаж ниже. В квартире не очень была не только жестяная дверь. Судя по всему, до перезагрузки в ней жили небогатые люди склонные к асоциальному образу жизни и злоупотреблению алкогольными напитками. Как только я вошел, услышал непонятные шумы и знакомое урчание с кухни. Скользнув взглядом по стареньким детским вещам на вешалке, направился туда. На кухне заставленной батареями пустых бутылок у большого старого холодильника топтался пустыш. То была женщина в распахнутом халате на голое тело. Эта дама видом своих голых телес у человека слабоватого душевно могла надолго отбить желание к телесным контактам с противоположным полом. Непотребный вид это тело начало приобретать задолго до обращения.

Заметив меня, баба оставила холодильник и, заурчав радостнее и громче, потопала к новому источнику пищи. Тратить на нее пулю было настоящим расточительством, но менять пистолет на оружие ближнего боя, не было времени. АПБ тихо хлопнул и пустышка, приобретя дырку в голове, повалилась на пол, дрыгая ногами. Перешагнул через тело и направился прямиком к холодильнику смотреть, что там заинтересовало эту тварь.

Распахнув дверцу, ощутил вонь, перебившую даже ту вонь, что исходила от пустышки, но стало совсем не до брезгливости. В холодильнике лежал, свернувшись калачиком полумертвый ребенок. Именно нормальный, но едва живой ребенок, а не пустыш ползун или кто–то еще. Мальчик провел в холодильнике немало времени и был вынужден ходить под себя. Поначалу он делал это в какие–то банки и бутылки, но потом совсем обессилил. Выбраться же он никак не мог. Пацану было лет пять, ну может шесть на вид и при всем желании он ни за что не справился бы с пустышкой, которая, скорее всего, была его матерью.

Понятно, что негоже давать детям алкоголь, пусть и слабый, но ситуация была не та что бы выбирать. Ребенку немедленно был нужен споровый раствор, а безалкогольного рецепта я не знал. И времени на его выдумывание с экспериментами не было совершенно. Отбросив сомнения, раздвинул пальцами пацаненку потрескавшиеся губы и капнул в рот живца. Ребенок проглотил напиток и приоткрыл глаза. Мутные и растерянные.

— Мама, не ешь меня, — едва слышно прошептал он.

— Все хорошо парень. Попей, парень, — капнул еще немного живца в приоткрытый рот.

Ребенок проглотил и эту порцию.

— Еще. Пить, — так же тихо попросил он.

Дал мальчику сделать еще несколько глотков. Ребенку заметно полегчало, но он не ожил волшебным образом. Судя по всему, ему пришлось провести в холодильнике несколько дней. Возможно, сидел там с самой перезагрузки, а точнее с момента, когда его мать обратилась и возжелала сожрать своего иммунного отпрыска. Так бы и умер, если бы стечение обстоятельств не привело меня сюда.

Подумал, не стоит ли его уколоть чем–то из аптечки, но понял, что не стоит. Забрал мальчика и поднялся с ним на руках к квартире на четвертом этаже и пнул ногой дверь. Через минуту она открылась. Девушка посмотрела в глазок и разглядела меня с ребенком на руках.

— Он из квартиры на 4 этаже? — забеспокоилась девушка.

— Оттуда, — я прошел в квартиру. — Закрой дверь. Парня нужно помыть и переодеть. Он истощен и у него споровое голодание. Его нужно отпаивать живчиком.

— Что за споровое голодание? — девушка заперла дверь и проследовала за мной в ванную комнату.

— Такое как было у тебя. Я поил тебя живчиком из фляжки, — распахнул дверь в ванную и вошел.

— Что за… — начала она, но я не дал договорить.

— Все расскажу и покажу. Сейчас нужно заняться парнем.

— Его зовут Сережа, — узнала ребенка девушка.

— Это пока. В этом мире парню будет нужно новое имя, — уложил парня в ванную и снова напоил живчиком. — Раздевай его, — велел, отойдя и не сводя взгляда с не открывавшего глаза паренька.

— Хорошо, — девушка взялась за работу без брезгливости. — А ты кто? Ты довольно странно выглядишь? Я сначала приняла тебя за зомби. Это болезнь?

— Можно и так сказать, — сказал глядя на ее спину. — Давай пока ты занимаешься парнем. Я все тебе расскажу сначала. Тогда ты поймешь и кто я такой, а заодно и все остальное. Слушай все до конца. Если будут вопросы, то спросишь после. Хорошо?

— Хорошо, — девушка принялась раздевать ребенка.

— Ты уже не в своем мире и мы не из одного мира. Говорят, что есть мульти вселенная с множеством миров подчас почти не имеющих отличий, но иногда отличия существенны. Правда это не столь важно, потому что все мы были скопированы с нас настоящих и перенесены вместе с кусками наших миров. Эти куски миров называются кластерами. Они часто или всегда имеют многоугольную форму и похожи на соты в ульях. Поэтому этот мир называют Ульем. Есть и другое название, Стикс, но его мало используют, и откуда оно я не знаю. Может это связано с греческой мифологией, а может и еще с чем. Не важно, — перевел дух. — Попадая в этот мир и при переноске, мы все попадаем в туман с кислым запахом и все заражаемся вирусом. Весь этот мир пропитан заразой и избежать ее возможно только попав в этот мир в защите органов дыхания и не снимая ее никогда. Марлевая повязка тут не поможет, но думаю, что может помочь противогаз. После заражения проходит какое–то время, и большинство зараженных становится зомби или кем–то похожим на них. Лишь немногим везет оказаться иммунным вроде меня или тебя. Где–то такие встречаются один на 30, а где–то не найти одного и на сотню. При этом мало оказаться иммунным. Нужно еще, что бы тебя ни сожрали зомби или монстры, в которых они развиваются. Не погибнув, таким образом, нужно найти живчик или снова умрёшь. Живчик готовят из крепкого алкоголя, воды и споранов. Спораны добывают из немного развитых зараженных со споровым мешком и спораны это первое что появляются в нем. Потом появляется горох. Горох тоже нужен. С его помощью развивают дары улья. Это своего рода магия или сверхспособности. Они бывают самые разные. Как полезные так и не очень. Еще есть жемчужины ими можно не только развивать дары, но они могут дать и новые дары. Правда, иногда съев жемчужину человек, может в той или оной мере стать похож на зараженного. Мне, как видишь, не повезло, и я изменился, — решил, что для первого раза хватит и смолк.

— Звучит как бред, — Люся раздела парня и моча тряпку водой из бутылки стирала ей с него грязь и все прочее.

— Вокруг нас бред и происходит, — вздохнул я. — Чистота важна. У тварей обоняние иногда лучше слуха и зрения. Если будешь пахнуть как человек, то тебя найдут скорее. Нужно поддерживать себя в чистоте, что бы ни пахнуть потом и другими человеческими запахами, и при этом использовать что–то перебивающее естественный запах. Полной гарантии, что тебя не унюхают, это не даст, но почуять такого человека гораздо труднее. При этом стандартный парфюм не годится. Нужны невкусные запахи. Можно пахнуть резиной или еще чем–то гарантированно не съедобным и понятным.

— Ты меня, поэтому набрызгал? — она на секунду отвлеклась.

— Поэтому, — кивнул я.

— Мыться вообще полезно, — вздохнула она. — Его бы покормить, но не твердой пищей. Я сварю бульон, если будет возможность.

— У тебя будет такая возможность, но сейчас отмой его и найдем другое место. Тут сильные запахи, а что бывает в таких случаях, я тебе уже говорил. Пока можешь дать ему еще живчика. На организмы иммунных он действует очень хорошо. Помнишь, как тебе полегчало?

— Но у меня была еда и вода, а он, похоже, голодал и мучился жаждой.

— Говорят на одном живчике, поставив капельницу из него, можно тяжёлого раненого вытащить. В этом мире руки и ноги отрастают.

— От этого живчика отрастают конечности?

— Я сам не видел, но говорят так. Правда большинство предпочитает не ждать, вроде как дело это не быстрое, а обратится к знахарю, который может помочь встать на ноги за несколько дней или недель. Знахарями здесь зовут людей с особыми умениями.

— Отнеси его на диван, и укроем, — велела девушка, закончившая с мытьем, а точнее с вытиранием мокрыми тряпками.

Я послушно выполнил ее просьбу. Только положил пацана, она тут же накрыла его каким–то пледом.

— Живчик готовят из споранов? — уточнила она.

— Да.

— А спораны добывают из зомби?

— Я же так и рассказывал.

— В принципе я могу поставить ему капельницу. У меня медицинское образование и я успела поработать в больнице. Нужно только найти подходящее оборудование, — сказала девушка задумчиво.

— Везет мне на умных девок, — вздохнул я.

— Что? — не расслышала она.

— Ничего. Просто в живчике алкоголь и вода? Они не повредят? Я просто сам подробностей не знаю и к медицине отношение имею очень слабое.

— Водопроводную воду колоть не будем и вместо простого алкоголя можно использовать медицинский спирт. Дайте ему еще живчика и нужна одежда. Я тут детских вещей не видела. На себя шмотки едва нашла, — она кивнула на вещи, которые успела сменить, пока меня не было.

Вещи не особо шли девушки и были великоваты, но были вполне практичны. На ближайшее время сойдет, а после сможет обновить гардеробчик, в любом из магазинов.

— Если так, то может сработать, — пожал плечами.

— Расскажите мне процесс приготовления.

— Берем крепкий алкоголь. Примерно грамм сто на один споран. Когда споран растворяется, остаются белые хлопья, которые ядовиты. Их можно процедить из алкоголя или сначала разбавить граммами 400 воды, а потом процедить. Говорят, что все готовят чуть по–разному, но я готовлю так, — рассказал, поя парня живцом.

— Яд? Как процеживаешь? — она осеклась. — Ой. Как процеживаете?

— Люся переходи на ты. Я не так стар. А процеживаю живчик через марлю. Кто–то цедит через неплотную ткань.

— Плохая фильтрация. Для внутривенного применения нужно фильтровать получше, — она снова задумалась.

— Это, наверное, лишнее. Парень вон уже глаза открыл, — я показал на мальчишку хлопающего глазками и с испугом смотрящего на нас.

— Вы меня не съедите? — спросил он дрожащим голосом глядя при этом на меня.

— Нет, мальчик не съем. Я добрый, — постарался улыбнуться подобрее и обратился к Люсе. — Закутай его во что–нибудь, и пойдем отсюда пока на запахи никто любопытный не пришел. И нести его придется тебе. Мне нужны свободные руки.

— Хорошо. Понесу, — легко согласилась она.

Мы вышли из квартиры, потом из дома и переместились на несколько десятков домов вдоль края города. Оказалось, что дальше начинался частный сектор. Это был не другой кластер с приклеенной к городу деревней, а обычный частный сектор, примыкавший к городу. Туда мы не полезли и решили занять одну из квартир в ближайшем к частному сектору доме.

Пока, то да се стемнело. Забились в ванную и зажгли свет. У меня при себе была небольшая лампа на батарейках и с присоской, что бы лепить лампу к стене. Ее вполне хватало для освящения небольшой ванной комнаты. Здесь же разогрели, что смогли и приготовили бульон из консервов для мальчишки. Тот приходил в норму семимильными шагами и выглядел все здоровее и здоровее. Вот только он осоловел от живчика с алкоголем. Глядя на довольного и пьяненького ребенка я передернул плечами. Если без алкоголя в живце для него никак не обойтись, то нужно обойтись самым малым его количеством.

Решившись, тут же взялся за дело. Тихо сходил на кухню, нашел там рюмку и вернулся с ней в ванную комнату. Налил в нее две трети водки. Получилось примерно грамм 30 – 40.

— Что делаешь? — спросила Люся, поглаживая уснувшего ребенка.

— Мой живец для него слишком крепкий. Попробую развести не сто грамм, а меньше. Не будем же мы спаивать ребенка, — ответил ей, уже доставая коробочку со споранами. Один бросил в рюмку и отставил ее в сторону. — Теперь нужно ждать, когда раствориться. Давай отнесем Сережку в спальню.

— Это безопасно? — забеспокоилась девушка.

— Тут нигде не безопасно, — вздохнул я. — Третий этаж, окна будут закрыты и занавешены, а мы будем рядом. Сейчас я ему большей безопасности обеспечить не смогу. Если хочешь, можешь лечь с ним.

— Нет, — она замотала головой, так что хвост грязных волос заметался из стороны в сторону. — Я хочу посмотреть, как готовится живец и мне надо привести себя в порядок.

— Делай, как знаешь, — забрал спящего ребенка и сам отнес в местную спальню уже максимально возможно подготовленную к относительно безопасному отдыху.

Уложив и укрыв пацана, вернулся к сидящей над рюмкой девушке. Она подняла на меня глаза и вымученно улыбнулась.

— Пока ждем, можно пару вопросов? — поинтересовалась она.

— Валяй, — не в силах отказать в знаниях новичку устало махнул рукой.

— Какие у заражения общие симптомы? — новый вопрос девушки медика не привел меня в тупик, но заставил задуматься.

— Насколько я слышал и насколько могу судить по собственному опыту, симптомы могут быть самыми разными. Кто–то после переноса теряет сознание, но после приходит в себя и становится иммунным. При этом потерявший сознание может очнуться уже зомби или стать зомби несколько позже. Видел случаи, когда люди не теряли сознания, но чувствовали себя очень плохо и после обращались. Говорят, что некоторые могут пробыть в сознании и чувствовать себя совершенно нормально до самого обращения. При этом у некоторых из них могут обостриться психические расстройства. Вполне возможны вспышки немотивированной агрессии, потеря ориентации в пространстве, даже галлюцинации.

— А что по срокам?

— Тут тоже все разнится. Зависит как от кластера, так и от индивидуальных особенностей организма. Обращение может занять от нескольких часов до нескольких дней.

— Значит, мы еще можем обратиться? — девушка посмурнела.

— Это маловероятно. Вы оба иммунные, — ответил как можно увереннее.

Наконец, споран растворился в алкоголе. Позволил девушке самой процедить раствор. После перелили получившуюся жидкость в полулитровую бутылку и долили водой до полного. Я понюхал содержимое. Как по мне алкоголем даже не пахло. Его и в моем живце для взрослого было не много, а уж в этом находились сущие капли. Увы, проверить крепость было нечем, и соответственно подтвердить достоверность своих выводов лабораторно я не мог.

После Люся приготовила живец для себя по аналогичному рецепту и осталась мыться ограниченными запасами воды, а я направился в спальню, где занял приволоченное из другой комнаты кресло. Теперь оно стояло в углу позволяя контролировать окно и вход в спальню. Позволил себе снять шлем и бронежилет. Положил их к оставленному здесь ранее рюкзаку. Нельзя сказать, что бы общий вес снаряжения слишком уж тяготил меня, но без него все же было значительно легче и удобнее. Это было бы глупо отрицать.

Вскоре появилась Люся. Она была в халате и с головой обмотанной полотенцем. Все это девушка нашла здесь же в квартире, но сейчас ей было не до брезгования вещами с чужого плеча. Глядя на нее я молча протянул руку к рюкзаку и достал из кармашка репеллент. Протянул его ей.

— Вот это у тебя теперь будет вместо парфюма, пока не доберемся до нормального места, — сказал при этом.

— Это репеллент? — поинтересовалась она.

— Он самый. Запах смолы, опилок и хвои. Достаточно приятный запах и вполне естественен там, где мы будем ходить, — пояснил я.

— Мы пойдем в лес, — догадалась девушка.

— Это самый короткий и относительно безопасный путь, — не стал секретничать я.

— Ты хотел идти там один? Мы пройдем там с Сережкой? — Люся забеспокоилась.

— Успокойся. Я ходил этой дорогой и провожу вас, по крайней мере, часть пути. Если придется расстаться, то дам вам часть своего снаряжения и вооружу. Все расскажу и покажу. Не пропадете.

— Ты нас бросишь? — она разволновалась еще сильнее.

— Не брошу, но у меня там есть опасное дело, и я могу погибнуть. Тогда ты пойдешь с Сережкой сама.

— Погибнуть? Там сильные зомби?

— Нет. Там плохие люди. Точнее там были плохие люди и теперь они, скорее всего, ушли, я их не найду и отведу вас к мету с названием Мехзавод. Там безопасно. А после примусь искать этих людей.

— Зачем?

— Как зачем? — не сразу понял, к чему она спросила, но сообразив, пояснил. — Среди них будет человек, убивший мою близкую подругу и я должен отомстить.

— Их будет много?

— Может он и совсем один будет, но в это я не верю. Он или нашел единомышленников, или ушел оттуда, — решил сменить тему и отправить девушку на отдых. — Ты спать планируешь? У нас завтра будет сильно не легкий день.

— А ты?

— Подремлю сидя.

— Ты же сказал завтра тяжёлый день.

— А куда деваться?

— Я могу покараулить.

— Тебе завтра пацана весь день караулить.

— Ты что–то говорил про новое имя для него, — вспомнила она, забираясь на кровать с ногами.

— Это местный обычай, — отмахнулся я.

— И в чем он заключается? — Люся поправила одеяло на мальчике и укрыла собственные ноги.

— Я или кто–то другой должен окрестить парня новым именем. Вот и весь обычай, — на секунду задумался. — Вы с ним жили рядом? — зачем–то спросил, хотя это и так было понятно.

— Да. Я хорошо его знала. И мамку его знала. Она много пила, но была хорошей женщиной. Это все из–за смерти мужа. Она не смогла пережить, — зачем–то начала мне рассказывать Люся.

— Теперь тебе придется позаботиться о нем, — без сожаления повесил на ее хрупкие плечи этот груз.

— Я позабочусь, — сказала Люся позевая.

Прошло несколько часов, я задремал в кресле с Машкой в руках. Все было спокойно, как вдруг девушка взвизгнула и вскочила. Сережка отскочил от нее ошпаренным котенком и заскулил в дальнем углу испуганным зверьком. Я вскочил и завертел головой, не понимая, что происходит. Слышалось урчание свойственное зараженным, и урчала Люся. Про себя проклиная все на свете, потянул из ножен меч. Собирался покончить со спутницей отчего–то обратившейся через столь долгое время.

— Самурай ты чего? — донесся испуганный голос Люськи до моего слуха в последний момент.

— Мне показалось, что ты превратилась в зомби, — облегченно выдыхая, вернул оружие в ножны.

— Странно, — она за озиралась. — А где Сережка?

— Серый выходи.

— Люся, ты меня не съешь? — спросил он дрожащим голосом.

— И тебе тоже показалось, что она зомби? — спросил у парня я.

— Да, — парень вдоль стены направился ко мне, а не к ней.

— Мне снилось, что я пустыш, — она уселась на диван и на секунду спрятала лицо в ладонях. — Неужели я во сне превратилась в зараженного? Такое возможно? — спросила, уже убрав ладони от лица.

— Не знаю, — поднял на руки пацана и усадил его в кресло. — Ты как? — этот вопрос адресовал уже ребенку.

— Испугался, — честно с детской непосредственностью признался мальчик.

— Бывает, — потрепал мальчонку по волосам. — Ничего не бойся. Мы пока поговорим с Люсей, — оценивающе посмотрел на девушку. — Ты как?

— Живца хочу, — она потянулась к своему, но передумала. — Твоего.

Протянул ей свою флягу.

— Пей, — дождался, когда отопьет. — Ты, в самом деле, урчала. Я принял тебя за пустыша. Что это за сны такие?

— Не знаю, — она была готова разреветься. — Второй раз уже такое. В первый раз я была одна и думала просто сон.

— Успокойся, — я протянул руку за флягой. — Слезами делу не поможешь. Что тебе снилось? Кошмары?

— Да, — она часто–часто закивала. — Оба раза на меня напали зомби. В первом сне они зажали меня в угол, и тогда я превратилась в пустыша, что бы они меня не сожрали. Когда проснулась, вроде бы тоже урчала, но я думала, мне показалось.

— Теперь ты тоже превратилась, что бы тебя ни съели? — у меня появилось предположение, и теперь я его подтверждал.

— Да, — закивала она.

— Серега закрой глаза и ничего не бойся, — сказал ребенку я.

— Хорошо, — понятливый мальчишка закрыл глаза ладошками.

Я поднялся, доставая меч и шагая к Люсе.

— Что такое? — с испугом спросила девушка.

— Мне придется тебя убить, — добавив металла в голос, сказал я.

— Не убивай Люсю! — вскрикнул парень и бросился на защиту, но в следующую секунду отскочил прочь.

Девушка урчала точно пустыш. Она и была сейчас пустышом самым натуральным. Но она не атаковала, а отползала по кровати от мены. И надо отметить, что получалось у нее куда шустрее, чем у обычного свежеиспеченного зараженного.

— Сережа не бойся, — сказал я, убирая меч и беря ребенка на руки.

— Она нас съест, — хлюпая, сказал мальчик.

— Не съест. Люся не настоящий зомби. Она умело притворяется, — постарался его успокоить я.

— Но я же превратилась, — от дальней стены донесся еще один всхлипывающий голос.

— Превратилась, — согласился я. — Хлебни живца и успокойся. Похоже у тебя такой странный дар.

— Какой? — не поняла она.

— Ты превращаешься в пустыша, когда тебе очень страшно. Испугалась, что я тебя зарежу?

— Да.

— Прости меня за это, но иначе проверить или опровергнуть было бы труднее. А сейчас все успокаивайтесь. Нам нужно отдохнуть. И помолчите пока я осмотрюсь, — кое–как оставив никак не хотевшего отрываться от меня мальчишку, отправился на осмотр.

Обошел квартиру, послушал у двери и украдкой выглянул во все окна. Вроде все было тихо. На балкон выходить и осматриваться не решился. Этим можно было привлечь внимание какой–нибудь глазастой твари. Тогда может и отстреляюсь, если тварь будет не слишком бронирована и живуча, но точно придется уходить в ночь, что в этой ситуации не слишком хорошая идея.

Когда вернулся, девушка и ребенок сидели на кровати, обнявшись и не в силах уснуть несмотря что не было меня довольно продолжительное время. Они смотрели на меня лупая глазенками. Вроде немного успокоились, не пищит никто и на том спасибо.

— Не спиться? — спросил я, стоя в дверях.

— Да. Не можем уснуть, — ответила девушка.

— Надеюсь, ты не обижаешься на меня за то, что я сделал?

— Нет, — вздохнула она, — но было страшно.

— Тебе придется научиться контролировать свой страх,

иначе тебя кто–нибудь подстрелит. Не специально, а попросту по ошибке. Я хоть и похож на зараженного, но хотя бы не урчу. А когда люди услышат твое урчание, то могут начать стрелять раньше, чем разберутся.

— Я понимаю, что это опасно. Еще мне кажется, что я слабею после превращения, — вздохнула она.

— Использование любого дара отнимает силы. Если перенапряжешься, то можешь попросту лишиться чувств.

— А какой у тебя дар? — заинтересовалась Люся.

— Я могу бить молнией из руки, — не слишком охотно ответил ей.

— Ух ты! — восхитился Сережка. — Покажи, — попросил он кажется, забыв о происходящих с нами бедах.

— Лучше пойдемте в ванную. Если уж вам не спиться, то покажу, как готовится горох, — развернулся и собрался идти.

— Я не люблю горох. От него пукаешь, — высказал свое мнение ребенок.

— Серёжа. Это не тот горох. Ты сейчас все увидишь. Пойдем, — девушка подняла ребенка закутанного в одеяло и понесла следом за мной к светившемуся дверному проему в ванную комнату.

Эта лампа, не считая моего фонарика, сейчас была единственным источником света во всей квартире. Во–первых, не было электричества, а ламп на батарейках у меня было всего несколько. Во вторых на свет, пробивающийся сквозь занавески, могли явиться заинтересованные люди или зараженные. Вот и обходились самым минимумом нужным для глаз Сережи и Люси.

Дождавшись девушку с ребенком, стал у них на глазах и с комментариями готовить раствор гороха. Сделал две порции. Одну для Люси, а вторую для Сережки. Себе делать раствор не стал, поскольку совсем недавно принял жемчужину. Когда закончил, разлил по кружкам и раздал их спутникам.

— Пейте, — сказал им.

— А ты? — спросила Люська.

— Мне пока стоит воздержаться. Я недавно принял жемчужину. А вы пейте. От этого ваши дары будут развиваться.

— Не уверена, что мне стоит развивать свой дар, — вздохнула девушка.

— Любой дар стоит развивать, даже если он на первый взгляд кажется совсем бесполезным. Никто не знает, что станет с твоим даром при развитии, — менторским тоном продекламировал я.

— У меня какой дар? Я буду превращаться или стрелять молниями? Лучше молнии. Быть зомби мне не понравится, — протараторил Сережа с возбуждением.

— Какой ты сладенький, — прежде чем я успел ответить, девушка чмокнула Сергея в щёчку. — Так бы и съела тебя.

— Мама так же говорила, — ребенок шмыгнул носом и провел под ним указательным пальцем. — А потом она стала зомби и захотела меня съесть по правде, — хмуро добавил парень после этого.

— Еще неизвестно, что у тебя будет за дар. Это может быть практически что угодно, — ответил я глядя на вытянувшееся лицо девушки, не ожидавшей такой серьезности от ребенка.

— И лазерные лучи из глаз как у супермена? — парень сразу повеселел.

— Думаю, возможно, и такой, но не обещаю, что будут именно лучи из глаз, — чуть заметно улыбнулся я. — Пейте и спать, — поторопил ребят.


Глава 16: Ничего себе поездочка. | Мир большой охоты | Глава 18: Чужая среди чужих.