home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 1: Апокалипсис сегодня.

Обычно похожим образом в фильмах и книгах начинается зомби апокалипсис. Сначала появился припахивающий кислым туман. Ощущение от него было таким, точно нюхаешь растревоженный муравейник с брызгающимися кислотой муравьями. При этом еще и батарейку языком замыкаешь. Такой же вкус во рту с пощипыванием.

Когда я уходил из дома на работу, тумана не было. Он появился, когда мы въехали в маршрутке в офисную часть города. Меня, да и всех остальных пассажиров, вместе с водителем, в тот момент точно пыльным мешком по голове стукнули. Низкорослый водитель резко затормозил, едва справился с управлением и умудрился удариться носом в клаксон. У мужика пошла кровь, и он доходчиво, но не совсем цензурно сказал, что дальше автобус не идет. Кто–то из пассажиров пробовал возмущаться, но я указал ему на туман за окном. Дальше собственного носа ничего видно не было. Человек вроде осознал происходящее, но продолжал что–то бурчать себе под нос.

Водитель открыл двери маленького автобуса, и большинство из нас вывалились из общественного транспорта. Кто–то остался, а кто–то пошел дальше пешком. Разумеется, я присоединился ко второй категории. Самочувствие стало каким–то непонятным, но это был не повод отлынивать от работы. В месте, о котором мне запрещено вспоминать, да и в местах, о которых вспоминать можно бывало и похуже.

Пока брел на работу видел всякое. Попадались люди потерявшие сознание. Были и те, кто находился в полубессознательном состоянии, потерял ориентацию или не понимал что происходит. Им пытались оказать помощь, но не всегда успешно. На моих глазах столкнулись две машины. Один водитель серьезно пострадал. Второй стал вызывать скорую, но сотовая связь не работала. Наблюдая со стороны, тоже хотел было попробовать позвонить, но и у меня телефон не ловил. Дешёвый, но хороший телефон, отечественный, способный поймать связь там, где западные аналоги пасуют. Это по некоторым другим показателям, вроде отсутствия фронтальной камеры, он значительно уступал, а ловил, пожалуй, лучше всех. А еще формой он был похож на кирпич, за что так и был прозван в народе.

На наше общее счастье подоспел милиционер. Он умел оказывать первую помощь не хуже, а может и лучше меня, так что лезть со своей помощью к нему не стал. Милиционеров этому обучают на специальных курсах, а не только на уроках или занятиях первой медицинской помощи.

Буквально через несколько десятков метров оказался свидетелем драки. Попытался разнять драчунов, но они дружно повернули кулаки против меня. Пришлось вспоминать приемы самообороны. Разбросанные по тротуару парни вроде одумались, даже извинились. После разошлись в разные стороны. Вроде оба были трезвыми, но глаза странные. Посчитал что, скорее всего наркоманы. Встречаются такие, несмотря на всю жёсткость отношения партии к подобным субъектам.

Обратил внимание, что вместе с появлением тумана пропало уличное и внутреннее освящение. Ни горела, ни одна лампочка, запитанная от общей системы электроснабжения. Система всеобщего оповещения молчала как немая, и это беспокоило еще сильнее. Людям спокойнее, когда они знают о происходящем вокруг хоть что–то. А неведение порождает еще больше страхов. Подчас совершенно беспочвенных.

Я, как и многие, подумывал о том, что война все же разгорелась и на нас напали, несмотря на все заверения вечного мира и на огромную мощь социалистической коалиции. Но при этом я как человек, служивший и многое повидавший, осознавал, что нападение какое–то странное и понимал что наш приткнувшийся в Сибири город хоть и велик, но не несет особой стратегической важности. Обычный торговый город, поставленный для облегчения сухопутной торговли с нашим социалистическим соседом и побратимом Китаем.

Тут уж скорей дело могло быть в какой–то аварии на заводе, но он стоял достаточно далеко и насколько я знал, не мог породить чего–то подобного. Хотя кто его знает, что именно за химикаты там применяются и как это может аукнуться для всех нас. Производили на местном заводе обычную резину. Покрышки для машин, какие–то уплотнители и другие детали из того же материала. Насколько известно, ничего секретного.

Пока дошел до работы туман стал редеть, и непонятное самочувствие сменилось вполне понятной мигренью. Я думал это от тумана и косвенно предположение подтвердил очередной человек с плохим самочувствием — охранник на входе в офис. Он сидел на посту с остекленевшим взглядом и, казалось, ничего не соображал, но при этом не терял сознания. Второй наш охранник суетился вокруг него и не знал что делать. Предлагал ему воды и хватался за стационарный телефон, но тот не работал от слова совсем.

— Может чем–то помочь? — поинтересовался я.

— Ты знаешь, что с ним? — спросил Виктор.

Имя я прочитал на бейдже рядом с должностью.

— Нет, — честно признался я.

— Телефоны не работают, а у нас тут таких, — охранник кивнул на напарника, — полно. В офисе люди валятся больные пачками. Я с улицы троих упавших приволок так они еще хуже. Как бы не померли, — мужчина указал за стойку охраны на диван и только теперь я обратил внимание на двух мужчин и женщину полулежавших там.

— На улице тоже что–то непонятное твориться, но таких плохих вроде не видел. Хотя люди теряли сознание, — пожаловался я.

— Да им вот буквально только что поплохело. Сначала на улице прохожий брякнулся. Мы его с напарником втащили. Потом пока напарник бегал смотреть, как дела в офисе я заволок бабенку. Потом пришел Серега и ему тоже плохо сделалось. А последнего подобрал перед самым твоим приходом.

— Совсем беда, — с пониманием покачал головой.

— Ну, хоть туман вроде рассеивается. Значит машины проедут. Сейчас помощь оказывать начнут, — Витек показал за толстое стекло витрину отделявшее нас от улицы.

— Рассеивается, — согласился я. — Значит, ничем помочь не могу?

— Пожалуй, нет, — вздохнул он. — Ты же Николай, клерк с третьего этажа? Не врач? — спрашивал с надеждой, но знал, что к медицине я отношения не имею.

— Не врач, — покачал я головой.

— Ну, я хоть обязательные медицинские курсы и заканчивал, но тоже не представляю что делать. Может это отравление какое? Туманом, например, этим? — Виктор оставил напарника в покое и плюхнулся на стул за стойкой.

— Если бы туман, то и мы бы отравились, — логично предположил я.

— Точно, — вздохнул охранник, переводя взгляд с напарника на чуть живых подобранных прохожих.

— Поднимусь на свой этаж. Посмотрю что там, — предупредил мужчину.

— Иди, — отмахнулся от меня он.

Лифт без электричества, разумеется, не работал, и пришлось подниматься по лестнице. Впрочем, мне не привыкать. Живу в пятиэтажке, что лифта не имеет и как множество таких же по Союзу зовется домом физкультурника. Юморист какой–то прозвал. Не иначе.

На этаже не было и половины нашей братии и, разумеется, никто не работал. Кому–то было совсем плохо, кому–то чуть лучше, но казалось совершенно здоровых нет. Обошел всех. Некоторым заглянул в затуманившиеся глаза. Посадил на стул неадекватного мужика стаявшего у стены и зачем–то бившегося об нее головой. Попробовал подбодрить нескольких чувствовавших себя плохо, но осознающих происходящее коллег. Тихо выругался, совершенно не понимая, что происходит. Очень было похоже на какую–то химию, но на мне и Викторе противогазов не было, тогда почему мы не траванулись. Должны были хапнуть не меньшую дозу.

Решил идти к шефу на четвертый этаж, но с лестничной клетки выглянула светлая головка секретарши шефа Катерины. Мы увидели друг друга одновременно. Она замерла глядя на меня, я смотрел на нее с непониманием. Простояли пару минут.

— Что? — наконец не выдержал я.

— Ты нормальный! — вскрикнула она и бросилась ко мне на шею.

Девушку прорвало на слезы, и она быстро измазала мне рубашку потекшей тушью.

— Успокойся, не время для слез, — отстранил я девушку.

— Шеф с ума сошел. Он загрызть меня пытался, — рыдающая девушка продемонстрировала руку с несколькими серьезными укусами.

В одном месте так чуть клок мяса не был вырван.

— Это шеф? — не сразу поверил я.

— Да, — всхлипнула она.

Тут рядом с нами зашевелился и попытался встать мой коллега Василий. Я оставил Катерину и бросился к нему.

— Ты как Вася? Тебе лучше? — стал ему помогать.

В ответ Василий как то противно, почти тошнотворно, заурчал. Потянулся ко мне руками и раскрытым ртом. При этом его глаза были бессмысленно тупыми, несколько затуманенными, но не совсем мутными. Вдобавок в глазах лишнего черноты и ярко выделяются неестественно увеличившиеся сосуды. Кожа болезненно бледная из уголка рта течет слюна. Вася выглядел как свежеиспеченный зомби, но он был определенно жив, а не мертв. Вася не только урчал, но и дышал и сосуды, раз увеличены, значит, есть кровяное давление. А у мертвеца оно откуда?

— Он тоже! — вскрикнула Катерина, отскакивая к стене.

Я легко увернулся от рук коллеги и отошел назад.

— Вася ты чего? — спросил, не веря собственным глазам.

Утробное урчание не прекратилось и тело с бессмысленным взглядом продолжило движение на меня.

— Шеф так же урчал! — оповестила меня Катерина.

— Вася, я тебя ударю, — предупредил, сжимая кулаки, поднимая руки и отступая готовый к схватке.

Василий не останавливался. Прямой удар кулаком в подбородок. Голова мотнулась назад и вернулась в первоначальное положение. Еще один крепкий удар в челюсть. Снова не помогло. Тогда схватил коллегу за тянущуюся ко мне руку и провел бросок. Тело рухнуло на пол с хрустом чего–то сломанного, но тут же стало подниматься. Вдобавок он успел вцепиться пальцами в рукав рубашки. Я дернул своей рукой, ударил по его руке, но смог освободиться, только оставив в его лапе клок прочной ткани. Силы у Василия было явно куда больше чем раньше и хватка как у матерой сторожевой собаки.

Когда я сумел отшвырнуть Васю подальше, стал подниматься еще один наш коллега, и ему тоже не стало лучше. Второй, так же как и Вася утробно урчал. Окинул взглядом зал с сотами рабочих мест. Вроде никто не поднимался и бросать беспомощных людей в опасной ситуации нельзя, но я понимал, что это не обычные сумасшедшие. Возможно, их заставляет себя так вести отравление какой–то химией. Если так то к ним обязательно присоединяться новые. А от толпы мне не отмахаться. В рукопашную так уж точно. Значит все же придется оставить беспомощных и спасаться самому. Спасать нужно тех, кого можно иначе не спасешь совсем никого.

— К лестнице! — велел Катерине и стал быстро отступать следом за ней спиной вперед.

Вася уже снова поднялся, и теперь к нам медленно двигалась пара не то зомби, не то сумасшедших. Выскочив на лестницу, закрыл дверь, и быстро вытащив из брюк ремень, связал ручки. Теперь не порвав прочный кожаный ремень, дверь точно не откроют и нам не навредят. Значит, мне не придется убивать своих соотечественников. Снова.

— Смотри, что там, — испуганная Катерина показывала на окно.

Дернул и толкнул для проверки дверь. Подошел к девушке и замер с открытым ртом. На улице творилось нечто невообразимое. Мы словно попали в фильм ужасов про монстров. Четвероногий монстр похожий на тигра рвал людей когтями и клыками. Монстр только походил на гигантскую сибирскую кошку, но если это и был, в самом деле, тигр, то я не представлял, что с ним сотворили, что бы он стал таким. Шерсть, если когда–то она и покрывала тело монстра полностью, то слезла почти везде. Вместо нее на коже виднелись какие–то пластины наподобие костяных щитков. Там же где шерсть осталась она походила на не пойми что и вообще, то могло быть вовсе не шерстью. Когти чудища втрое превосходили когти нормального тигра. Его челюсти были шире чуть ли не вдвое, и в образованную ими пасть мог положить голову не один человек, а сразу два. Клыки тоже соответствовали. Длиннее пальцев взрослого мужчины и вроде даже росли не в один, а сразу в два ряда. И мышцы, бугрящиеся под кожей местами несимметричными узлами, внушали не столько уважение, сколько ужас и желание сбежать.

Предпочтение в убийстве этим монстром отдавалось тем, кто пытался убежать. Те, кто просто лежал на тротуаре или сидел в обморочном состоянии в транспорте в основном погибали случайно, как и медленно поднимающиеся и столь же медленно бредущие живые зомби. Зверь не бил их специально, но не брезговал наступить, если попадались на дороге или отшвырнуть лапами, если мешались. Слышались приглушенные стенами и окном крики. Монстр гигантскими прыжками настигал немногочисленные способные передвигаться и мыслить жертвы и убивал одним мимолетным движением. Видимо пожирать он их собирался, как убьет всех способных бегать.

— Колек! — на лестнице появился охранник Виктор.

Он выскочил с первого этажа на лестницу с морально устаревшим и снятым с вооружения даже у милиции ПМ в руках. Подобное оружие осталось только у охранных контор, да и то у частных. Охранник держал оружие, но не стрелял и доселе я выстрелов не слышал. Я бросился к нему и помог удержать дверь. К нам ломились напарник Виктора и двое затащенных им с улицы прохожих. Третий прохожий немного поотстал, но вскоре должен был доковылять и присоединиться к нашему совсем не спортивному состязанию.

— Коля, блин, — охранник вытащил из чехла на поясе длинный железный фонарь и вставил его в дверные ручки. — Все как у Ромеро в этих их западных ужастиках. Мертвые восстали.

— Мне кажется, они не мертвы, — покачал я головой.

— Настоящие зомби, — он ткнул стволом пистолета в полупрозрачное и искажавшее видимость дверное окошко. — Прямо как в тех фильмах с американщины.

— Что делать будем, Витя? — вернул я разговор в деловое русло.

— Не знаю, Коль, — он покачал головой, но тут же разродился идеей, — Может, через пожарную лестницу попробуем уйти?

— Можно попробовать, но там, на улице не только эти зомби, — счел нужным предупредить я.

— А кто еще? — насторожился охранник.

— Посмотри в окно, — указал не на стеклопакет, а на Катерину, вытянувшуюся вдоль стены и выглядывающую украдкой.

Мужчина направился к окну.

— Партия прости, — Виктор едва не закатил глаза, когда увидел что происходит на улице прямо у нас под боком. — Что это за урод? — спросил он у меня.

— Я-то откуда знаю, — пожал плечами. — Надо что–то делать, — указал на увеличившихся числом и напирающих все сильней на завязанную мной дверь больных. — Окно выдавят и все.

— Они походу тупые, но могут выдавить и случайно, — согласился Витя.

— Попробуем через второй? — внес рациональное предложение.

Второй этаж у нас был отведен под архив, и в нем работало совсем немного народа. А выход на пожарную лестницу был на каждом этаже. Пожалуй, это действительно был лучший вариант.

— Попробуем, — кивнул Виктор.

— Сколько патронов, — указал на пистолет.

— Два полных магазина, — не стал скрывать он.

— Если что отстреляемся, — кивнул я.

Открыли двери на второй этаж и вошли. Нас тут же встретила уборщица баба Валя. Точнее это была уже не та баба Валя, а существо, которым она стала из–за химии или болезни. Обезумевшая старуха, утробно урча как прежде встреченные мной живые зомби, с черепашьей скоростью кинулась в нашу сторону. Я огляделся в поисках других врагов и положил руку на поднятый охранником пистолет.

— Не трать патроны. Еще сгодятся. Да и этим может быть можно как–то помочь, — сказал и двинулся навстречу старушке.

— Не глупи, — сказал сзади Виктор.

— Я все же попробую, — сказал, уже хватая уборщицу за руку.

Баба Валя этому только обрадовалась и хотела меня схватить другой рукой. Я нанес ей удар носком туфли под колено, выбивая опору, и провел загиб руки за спину. С ногой все получилось, и уборщица грянулась бы плашмя, если бы я сам ее не удержал своим загибом. С завернутой за спину рукой получилось плохо. Старухе было плевать на боль, и она тянулась ко мне зубами несмотря ни на что. Я хотел схватить ее за шею и немного придушить сгибом локтя, но вместо этого старушенция вцепилась мне зубами в предплечье. Было чертовски больно и, понимая, что иначе не справиться, отпустил сломанную руку бабы Вали, перехватил шею в захват, после чего раздался характерный хруст сломанного позвоночника.

— Тебя покусали! — вылупил глаза Виктор.

Я же молча смотрел на дрыгающую ногами бабушку, тщательно мывшую полы на этом и нашем этаже каждый день. Я с ней здоровался каждое утро и прощался когда она уходила. Улыбчивой и жизнерадостной была баба Валя и вот я ее убил.

На шум показались другие живые зомби. Они вышли всей толпой из–за стеллажей с массивом бумажного архива. Всякую бюрократическую макулатуру прошлых лет хранили здесь, в общем зале, и ее было очень много. Если сдать в прием макулатуры, то хватило бы выполнить годовую норму целому пионерскому отряду.

— Их придется убивать, — вздохнул я, насчитывая пять женщин с характерными для болезни чертами.

— Тебя покусали, — повторил охранник тише.

— Да и черт с ним. Кровью не истеку, — отмахнулся я. — Ты главное патроны не трать. Они могут позже сильнее понадобиться, — принял решение и направился к старому еще деревянному, а не фанерному столу, стоявшему на прочных ножках.

— Кто там? — крикнул знакомый голос.

— А кто там? — вопросом на вопрос ответил Виктор, направивший ствол ПМа наискосок перед собой в пол, но готовый в любой момент начать стрелять.

Опрокинул стол со стационарным проводным телефоном и какими–то бумагами столешницей вниз. Беспощадно выламывая ножку стола, еще раз окинул все взглядом и убедился, что живых зомби не прибавилось. Так же пять женщин. Все разного возраста. От откровенной старухи до достаточно молодых женщин. Они, похоже, в свойственной всем живым зомби манере мерзко урчали и медленно брели к нам. Если сравнить их скорость со скоростью обычного не спешащего пешехода, то второй выигрывал раза в два. Мы бы могли от них убежать, да вот только как? Такие есть наверняка на всех этажах и на других этажах их больше. Значит, придется прорываться здесь и придется их убить, несмотря на возможную ответственность перед законом и обязательные угрызения совести.

— Я Вика Арсенева! — снова донесся до нас голос девушки.

— А ты где Вика? — спросил Витек.

— В кладовке! Где швабры!

— Жди! Мы тебя вытащим!

Я как раз отломал одну ножку ранее соединенную со столом прочным болтовым соединением. Пожалуй, ее проще и быстрее было открутить, чем отломить, но раскручивать болт и гайку сцепляющие детали стола было совершенно не чем. Я клерк, а не ремонтник и ключи с пассатижами при себе постоянно не ношу.

— Держи, — вооружил ножкой Катерину и взялся за вторую.

— Колян, она рядом! — забеспокоился Виктор о самой старой и самой близкой к нам из работниц архива.

Старуха псевдо зомби приблизилась уже на несколько метров. Ей оставалось только обойти массивный стол с громоздким отечественным ПК. Компьютер в работе был ничуть не хуже зарубежных аналогов, вот только у наших они отчего–то получались минимум в два раза массивнее и места требовалось соответственно. Разумеется, речь идет про простые дешёвые ПК. Есть модели гораздо компактнее. Особенно это касается моделей созданных для нашей доблестной армии.

— Все нормально, — отозвался я.

Вторая ножка поддалась значительно быстрее, и я взмахнул этой импровизированной дубиной на пробу. В начале, там, где ножка опиралась на пол, она была достаточно тонкой и хоть имела квадратную форму, держать ее было удобно. Плавно расширяясь, в конце, в месте крепления к столешнице, ножка становилась в полтора раза толще. В целом она походила на квадратную бейсбольную биту.

Шагнув вперед, встал между Виктором и зомби. Схватил ножку–биту двумя руками за толстый и тонкий конец, а потом, разбежавшись в несколько шагов, толкнул импровизированным бампером медленную бабулю с несвойственным человеку поведением. У меня получилось ее неплохо оттолкнуть, но старуха успела сжать руку. Она пыталась схватить меня, но ей достался только достаточно тонкий и короткий галстук. Дернулся назад и гладкая материя выскользнула из крепкой хватки, но и тварь устояла.

Со злости ткнул старуху толстым концом ножки стола в живот, но это не возымело никакого эффекта. Пришлось перехватить свое оружие и, используя как дубину ударить зомби по голове. Череп явственно хрустнул и заметно вмялся, но бабулька была еще жива. Добавил во второй раз и в третий. Наконец, зомби свалилась на пол, заскребла ногтями, несколько раз дернула ногами и окончательно успокоилась.

— Ты блин, — охранник, стоявший за моим плечом, был поражён.

— Витя, ты бы тоже взял что–нибудь. Оставь пистолет для кого–нибудь пострашнее, — сказал я, утирая пот.

— Сейчас, — охранник заозирался по сторонам.

— Катя держись за мной. Если что поможешь, — я сорвал с шеи галстук и отбросил его в сторону.

Еще не хватало, что бы меня придушили на этой удавке.

Виктор быстренько, быстрее меня, оторвал ножку от стола и встретил новых зомби вместе со мной. Пришлось забивать всех четверых и поучаствовать всем. Баба лет тридцати на вид умудрилась свалить с ног Катерину и рвалась к ее горлу. Пришлось стаскивать мертвячку с девушки. Она неожиданно развернулась и вцепилась зубами мне в запястье. Повалил бывшую работницу архива на пол и стал лупить ножкой от стола. Катя тут же присоединилась и помогла.

— Вы оба покусанные, — снова выпучил на нас глаза охранник.

— Давай после об этом, — скривился я, рассматривая укус. — Где там эта Вика? Вика ты где?!

— В кладовке! — донеслось откуда–то из–за стеллажей.

— Выходи! — велел Виктор.

Сзади послышалось урчание. Мы, не сговариваясь, обернулись и увидели толкающихся в дверном проеме живых зомби. Их было так много, что они мешались друг другу, и поэтому произошла задержка. Похоже, они все же прорвались с третьего этажа, а может, пришли и с этажа выше. На первом этаже столько полюбивших людскую плоть не было, но в принципе могли подтянуться с улицы. Так что могли прийти и оттуда. Это в том случае если неверны сразу несколько вариантов.

— Быстрее Вика! — крикнул Виктор, доставая пистолет.

— Давайте к выходу! — крикнул я, показывая на коридор.

Бросились мимо стеллажей к коридору. Там к нам присоединилась девушка Вика, знакомая, но не близко работница архива. Она держалась рукой за пораненное предплечье. По всей видимости, ее тоже покусали. Увидев толпу зараженных, она заметалась и собиралась броситься обратно.

— Пожарная лестница! — схватил ее за плечо и поволок мимо кабинетов и туалета по коридору.

Добежали и уперлись в запертую на навесной замок дверь на балкон. Дверь была железная, а окна из ударопрочного пластика и открывались в них только узкие форточки.

— Где ключи? — спросил у Вики.

— Не знаю, — всхлипнула та.

Коридор был уже перекрыт. Помещение быстро заполнялось живыми зомби, несмотря на всю их медлительность. Виктория от ужаса вскрикнула. Катя постаралась спрятаться за моей спиной и сделаться незаметной. О том, что бы сломать какую–то часть запорного устройства или выстрелить в замок не было и речи. Быстро тут ничего не сломаешь, а стрелять в добротный навесной замок опасно рикошетом. Искать ключи тоже было некогда. Они, скорее всего в специальном шкафчике на стене, где лежат всегда. Но там уже эти и себя за то, что забыли про такой важный момент, кроме мути в голове, оправдать нечем.

— Ключи там, — махнула в сторону выхода на лестницу, ящика на стене и зараженных Катерина.

— Дебилы, — ругнулся на себя и нас Витя.

— Туалет! Давайте туда! — я указал рукой на дверь.

Все не раздумывая ни секунды, наперегонки с медлительной толпой зомби, бросились туда. Витя достиг двери первым, но не успевал заскочить. Четверка лидеров немного вырвавшихся вперед оказалась слишком близко. Тогда охранник отбросил ножку стула. Он вскинул свой пистолет, держа его обеими руками, занял стойку для стрельбы, стоя как в тире. ПМ в свойственной ему манере грохнул, потом еще раз, еще и еще. Витя не потратил ни одного патрона зря. Все легли точно в головы и четверо зомби упали с простреленными лбами. Ближайший мертвяк грохнулся прямо к ногам боевитого охранника.

За спиной Виктора заскочили в стандартное помещение с пятью кабинками, пятью писсуарами, пятью же умывальниками и единственным окном, в котором, как и в предыдущем открывалась только форточка шириной сантиметров в десять. Девушек пропустил вперед, потом вбежал сам. Последним в туалет запрыгнул Витя. Захлопнули дверь перед самым носом новых зомби. Я привалился к ней спиной и глянул на старый деревянный стул, стоявший под вентиляцией. Похоже, местные курильщицы поставили и дымили в забранное решеткой маленькое окошечко, что бы ни сработала пожарная сигнализация.

— Витя, стул! — указал рукой на предмет.

Охранник понял меня без лишних слов и через несколько секунд мы подставили стул под поворотную ручку пластиковой двери, так что если попытаться открыть, то ручка упиралась в спинку стула. Я сел на этот стул. За спиной уже слышалось многоголосое урчание. Кто–то и не один царапался ногтями в дверь. Мы все тяжело дышали и смотрели друг на друга выпученными глазами.

Виктория отмерла первой, она подошла к умывальнику и покрутила ручку смесителя. Вода не пошла. Не было ни холодной, ни горячей. Тогда девушка осела на пол с подогнувшимися ногами, спрятала лицо в руках и разрыдалась в голос, громко. Катя подошла к ней, опустилась на колени, обняла сзади, положила голову на плечо и девчонки зарыдали дуэтом. Только Катя в отличие от Вики плакала тихо, почти совсем беззвучно.

Я перевел взгляд с них на Виктора. Тот тяжело дышал и смотрел на меня. В его руках был пистолет, но пока ствол направлен в пол. В глазах мужика жалость и обреченность, смешанные с толикой безумия. Я посмотрел на свою дважды покусанную руку. Снова глянул на девчонок, что тоже обе были покусаны и понял, что говорил взгляд Виктора. Он собирался разделаться со всеми нами, пока мы не обратились.

Я сам не чувствую приближения смерти и почти на 100% уверен что не обращусь. Вон и рана оставленная работницей архива ставшей живой зомби больше не кровоточит, как и вторая что свежее. Обычные следы от обычных человеческих укусов. Я не верю, что вот так умру и не хочу так умирать. Нужно что–то делать. Витек сейчас попросту опасен. Он напуган не меньше нас и вдобавок накручивает себя. Вон у него глаза стали еще сильнее на выкате и бешено вращаются. Похоже, башню у него с пагона вот–вот сорвет окончательно.

— Витя, браток, ты, где служил? — решил попробовать его отвлечь и привести в чувства.

— ДШБ, морпех, — коротко ответил он с какой–то хрипотцой.

— Ты чего хрипишь? Голос сорвал? Вроде не кричал? — обратил внимание я.

— Не кричал. Не знаю что–то с горлом, — кивнул он. — А ты где сам служил? — в его взгляде вроде появилась какая–то осмысленность или просто стало немного поменьше безумия.

— А я в ВДВ. Удачно получилось, — постарался улыбнуться как можно натуральнее, но уверен, что вышло не очень.

— Что удачно? — не понял охранник.

— Ну что мы тут с тобой. ВДВ и ДШБ, вместе мы что–нибудь да сделаем. Что–нибудь придумаем и вырвемся отсюда.

— Вырвемся? — он посмотрел на меня с недоумением.

— Ну, а как же? Обязательно вырвемся, — отыгрывая уверенность, хлопнул себя ладонями по ляжкам.

— Да как же мы вырвемся? — он вздохнул с неподдельной грустью. — Вы же вот–вот обратитесь и кинетесь на меня.

— С чего ты решил? — спросил посерьезнев.

— Ну как же? Вы все трое покусаны. Обязательно обратитесь. Так во всех фильмах было, — его взгляд наполнился уверенностью.

Девочки, слышавшие нас, разревелись еще сильнее. Им совсем не хотелось обратиться в зомби и так же не хотелось получить пулю.

— Насмотрелся этой пурги из САШ. Девочек вон напугал, — угрюмо посмотрел на охранника. Потом обратился к девушкам. — Ни в каких зомби мы не обратимся. Все будет хорошо.

Придется с Витькой что–то решать. А это будет ох как не просто. Но ведь пристрелит же. Обязательно пристрелит. По глазам и выражению лица видно, что не переубедить. Он практически полностью неадекватен. Вон снова во взгляд безумие возвращается. Это совсем не нормально. Похоже, крыша у парня решила потечь в самый неудачный для нас момент. Уверен, что он уже прикидывает, не пора ли нас кончать. Он не крепче меня, но этот проклятый ПМ и его умение стрелять. Я совсем недавно, буквально только что, видел, как он умеет стрелять. Упокоил четверых зомби четырьмя точными выстрелами в голову. Не одного лишнего патрона не потратил. Ни одной лишней секундочки. Витек бы пригодился нам очень сильно, но как его убедить, что мы не обратимся? Как его убедить не стрелять. Как его вернуть в нормальное, адекватное, состояние?

— Витя? — снова заговорил я.

— Что Коля? — спросил в ответ он, не убирая руки с пистолета.

— Ты же не будешь в нас стрелять? — сказал, прекрасно понимая, что еще сильнее испугаю девчонок, но деваться было некуда.

— А вы на меня не кинетесь? — нервно хохотнул он.

— Конечно, нет, — искренне улыбнулся я, как бы случайно демонстрируя вооруженному мужчине пустые ладони.

Может он постесняется стрелять по безоружному.

— Коля вас покусали, — с нажимом сказал Виктор. — Я должен убить вас пока вы меня не сожрали, — добавил вооруженный герой.

Вика, услышавшая это, громко вскрикнула, так что ее явно услышали живые зомби за дверью. Они сильно оживились и усилили свои потуги войти в помещение, давшее нам временную защиту и приют. Кто–то заскреб снаружи по пластику ногтями, да так, что явно царапины на прочном пластике остались. Катя оторвалась от Виктории и повернулась к нам, растирая не унимающиеся слезы по лицу и громко всхлипывая.

— Тихо! — чуть прикрикнул Виктор, направив пистолет на девушек.

Ствол охранника качнулся от одной дамы к другой, но и это не возымело эффекта. Девчонки ревели, считая, что теперь уже дважды, а то и трижды, обречены. А наш вооруженный герой уже щелкнул предохранителем и патрон у него в патроннике. Досылать не надо.

Я бросился на него прямо из положения сидя с изворотливостью и злобой самого натурального хорька. Виктор дернул ствол в мою сторону. Грянул выстрел, но я не почувствовал боли. Видимо охранник все же промазал, а в следующую секунду я уже вцепился в него клещом, и мы боролись за один на двоих пистолет и жизнь теперь возможную только для одного. Отвел пистолет в сторону, и он снова выстрелил. Ударил товарища по несчастью лбом в лицо. Сам получил удар куда–то под ребра.

Не щадя собственных пальцев саданул его вооруженную руку об пол и пистолет оказался на кафеле. Он еще раз ударил меня в бок. Я ударил в ответ. Мы кувыркались по полу туалета и молотили друг друга безжалостно. В какой–то момент он оказался сверху и смог зажать меня. Я прикрывался руками, как мог, но все же получил беспощадный удар кулаком в голову. Сознание поплыло, и следом прилетел еще один удар едва не выключивший для меня свет. Это был еще не конец боя, но следует признать, что я определенно проиграл. В реальном бою поплывший боец равно мертвый.

Раздался еще один выстрел. Тело сидевшего на мне охранника перестало вести себя агрессивно и, опрокинувшись вперед, ткнулось головой в стенку кабинки, куда я упирался макушкой. С трудом столкнул с себя обмякшего Виктора. Он упал на бок и остался лежать. Перед моим затуманенным взором стояла Катя. По ее щекам по–прежнему катились слезы, она всхлипывала, в ее руках был пистолет, который она выпустила. Пистолет упал на пол с достаточно громким стуком. Я уставился на лежащий на полу ПМ.

С трудом сел. В глазах все плыло и пришлось их прикрыть, что бы собраться с мыслями. Не знаю, сколько времени просидел, пытаясь успокоить вращающийся мир, но вроде не долго. Голова гудела, но бросила кружиться. Открыл глаза и, глядя на все еще плачущую и стоящую надо мной Катю поднялся на ноги.

— Катя успокойся. Ты ни в кого не превратишься, — я взял ее за плечи и развернул, так что бы ни было видно тел Вики и Виктора.

Охранник все же попал, но не в меня. Его пуля оставила аккуратненькую дырку в затылке девушки. Хорошо хоть череп не разворотило. У Виктора пуля, кстати, череп тоже не разворотила. Видимо у пули ПМа для подобного было недостаточно мощности даже при стрельбе в упор, но в этом вопросе я не мог считаться специалистом. Как–то вот не доводилось разносить головы из устаревших пистолетов. В тех войсках, где служил оружие, было гораздо солиднее. Чего стоили только автоматы калибра 12,7.

Вместо ответа зарёванная блондинка, всхлипывая, указала на покусанную руку и разодранный чулок на стройной ножке. Именно в том месте красовался второй укус псевдо зомби, которого я раньше не видел. Похоже, ее покусали уже в потасовке в архиве.

— Катя успокойся. Все хорошо. Ты разве себя плохо чувствуешь? — спрашивал чрезвычайно серьезно.

Так обычно взрослый спрашивает у ребенка, но спросил зря. Голова раскалывалась и у меня самого. Раскалывалась и до потасовки с охранником. Еще и тошнило, тоже до этого. А теперь после явного сотрясения все усилилось. Мог бы и предположить что Катерине хоть и лучше, но самочувствие тоже далеко не идеальное и даже не удовлетворительное.

Увещевания не помогли, а истерику нужно было прекращать. Оставалась некоторая надежда, что как наступит тишина, живые зомби забудут про нас и уйдут. Переборов себя и убедив, что этот случай исключительный отвесил Кате звонкую пощёчину. Девушка обмерла и вдруг полезла драться, с тщательно ухоженными и подточенными ногтями способными заменить иной кошке когти. Я отшатнулся назад, не рассчитал, еще она навалилась, и мы упали на кафельную плитку. Девушка оказалась на мне, но я тут же схватил ее за руки не давая вцепиться когтями в лицо.

— Тихо ты! — получив несколько глубоких царапин, кое–как сумел прижать ее руки к телу, а ее саму к себе.

— Пусти, — потребовала Катя, немного поизвивавшись без какой–либо пользы для дела ее свободы.

— Царапаться не будешь? — спросил я.

— А ты не дерись. Если вокруг конец света это еще не значит что можно бить девушку, — ответила она.

— Тут как подумать, — сказал тихо, почти прошептал, и выпустил девушку. — Кать, нам нужно выбираться отсюда, — оповестил ее.

— Как? Окно не открывается, а за дверью эти, — она снова принялась растирать по лицу слезы, но это была уже не та истерика и она даже не всхлипывала. Ну, разве что изредка.

— Ты главное успокойся, — мой взгляд остановился на вентиляционной решётке, но там мог пролезть разве что крупный кот. — Мы обязательно что–нибудь придумаем, — в подтверждение своих слов поднялся и пошел к окну, но оно действительно не открывалось, и выбить прочный стеклопакет было хоть и можно, но совершенно не просто. — В крайнем случае, будем прорываться. Я возьму пистолет, — подошел и подобрал оружие. — Ты возьмешь ножку от стола, — кивнул на лежащую рядом деревяшку. — Деваться все равно некуда. Здесь мы слишком долго не высидим, а они уходить даже не думают. Умрем от голода и жажды, если раньше не вынесут дверь.

— От жажды не умрем. Воды полно, — поправила меня блондинка.

— Откуда? В кранах пусто. Ты же видела, как Вика хотела напиться. Воды нет, — для весомости указал рукой на кран.

— В кранах пусто. В сливных бачках воды полно. Мы учили на уроках ОБЖ. Учитель говорил, что в случае аварии и отсутствия водоснабжения, так можно продержаться до подвоза воды аварийными службами. Главное не израсходовать ее не по делу, — опровергла Катерина миф о беспросветной глупости всего рода светловолосых женщин.

Я об этом тоже знал и скорее всего именно с тех же уроков, но как–то забылось за ненадобностью, и теперь не вспомнил, пока Катерина не сказала. Молча встал, вошел в ближайшую кабинку, открыл сливной бачок и, призрев брезгливость, напился из него. Вода была чистой, такой же, как бежала из кранов, но просто место, где она находилась, невольно вызывало соответствующий настрой. В иных обстоятельствах совершенно точно бы не стал пить из бачка, но уж очень хотелось напиться. Во рту и горле прямо засуха была. Я такого нестерпимого желания пить, даже в армии, находись в «интересных местах» не испытывал.

Выйдя из кабинки, принялся снимать с Виктора ремень с висящей на нем кобурой. Катя при этом отвернулась и смотрела на дверь. Справившись с ремнем, отбросил в сторону пустой чехол от фонаря и нацепил ремень на себя. Вложил пистолет в кобуру. После тут же достал его обратно и проверил. Патрон дослан, в рукоятке магазин с последним патроном. Вынул его и заменил на полный. Пожалел, что у охранника к пистолету и кобуре прилагался единственный запасной магазин.

Проводил взглядом в кабинку и встретил им же свою подругу по заточению. Она выходила и снова старалась не смотреть на трупы. Понятно, ей, было, неприятно находится рядом с ними.

— Ну что попробуем, — сказал утвердительно, уже все решив.

— Да ты рехнулся? — возмутилась девушка. — Нас там разорвут на части.

— А ты что предлагаешь? — зашел с другой стороны.

— Я предлагаю не заниматься суицидом, — огрызнулась Катя. — Давай подождем. Может они уйдут.

Задумался и согласно кивнул.

— Давай подождем. Только нужно вести себя тихо. Возможно, если мы не будем шуметь, то они разбредутся, — озвучил я свое решение.

Девушка молча кивнула, и я, стараясь соблюдать тишину, принялся убирать трупы. Понадеялся, что сидеть будем, не слишком долго, и вода из всех бачков нам не понадобится. Засунул тело хрупкой и довольно легкой Вики в одну кабинку, а Виктора, что, разумеется, был куда тяжелее, определил в другую. Заодно снял с мужчины куртку от формы охранника. Одел ее на себя поверх офисной тонкой рубашки. Как–то в ней одной в довольно прохладном туалете было не совсем удобно. Уж лучше одеть вещь с трупа, чем заболеть в такой ситуации.

Снова сел на стул спиной к двери. Ручка несколько раз дергалась, словно кто–то пытался открыть дверь по человечески, так что это совсем не было лишним. Катя молча уселась ко мне на колено. Села аккуратно как гимназистка на стул в своей гимназии. Я постарался расслабиться, но скребущиеся за дверью псевдо зомби к этому как–то не особо располагали. В окопе скорее расслабишься, чем в такой ситуации.


Мир большой охоты | Мир большой охоты | Глава 2: Пух и все–все–все.