home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 4

Альта Грасия, провинция Кордова,

Аргентина, август 1952

До родительского дома Эрнесто добрался две недели спустя – разочарованный, разбитый долгой дорогой, измученный и больной.

Разочарованным он ощущал себя в силу очень многих причин, а вот измученным и больным он чувствовал себя потому, что на пути домой он подхватил странную инфекцию. По крайней мере ничем иным как болезнью свое состояние он объяснить не мог. Эрнесто бросало то в жар, то в холод, ежечасно случались приступы, во время которых его немилосердно тошнило, мучительно стучало в висках и очень сильно потели ладони. Почти непрерывно его тело сотрясала крупная дрожь, и казалось, что все внутренности скручиваются в тугой жгут.

Впрочем, значительно ухудшившееся физическое состояние было не самым страшным бичом, настигшим Эрнесто. Случались моменты, когда его глаза застилал багровый туман, а сознание – беспричинная ярость; неудержимо хотелось рвать, бить и крушить все подряд, и контролировать эти вспышки бешенства удавалось с огромным трудом. Однажды он едва не набросился с кулаками на флегматичного водителя грузовика, который подвозил его до ближайшего городка; в другой раз испытал страстное желание голыми руками растерзать стоявшую в одиночестве на автобусной остановке пожилую женщину.

Эта необъяснимая жажда насилия пугала Эрнесто больше всего остального. Что, если однажды его сознание не выдержит постоянного напряжения, и он просто отключится, а придя в себя, обнаружит рядом мертвое тело? Что вообще с ним происходит и чем, в конце концов, могут быть спровоцированы все эти кровожадные порывы?

Будучи без пяти минут дипломированным врачом, Эрнесто раз за разом перебирал в памяти полученные в университете знания, пытаясь определить, что за диковинная хворь его одолела, но странные симптомы не подходили под описание ни одной известной ему болезни.

К тому времени, когда он добрался до родной Кордовы, Эрнесто был окончательно истощен – так, словно много дней страдал от голода и обезвоживания… а также от серьезного психического расстройства.

При виде бледного и измученного Эрнесто донна Селия всплеснула руками, уложила своего первенца в кровать и, как в детстве, принялась за ним самоотверженно ухаживать. Чтобы хоть немного унять сотрясающую сына дрожь, она укутала его ворохом теплых одеял и принялась поить горячими куриными бульонами и всяческими укрепляющими настойками и сиропами. Однако сложно подобрать правильное лечение, если не знаешь, от какой именно болезни лечишь. Как ранее и сам Эрнесто, ни донна Селия, ни вызванные со всей округи местные врачи не имели ни малейшего представления о том, что это за недуг.

Дни проходили за днями, а лучше Эрнесто не становилось. Скорее, наоборот, его состояние постепенно ухудшалось. Он несколько раз ловил себя на том, что вставал посредине ночи и в одиночестве бродил по темному дому, замирая у дверей, за которыми спали его младшие братья и сестры, – и боролся с мучительным желанием ворваться внутрь, схватить спящего и одним движением разорвать своей жертве горло – так, чтобы на руки густым потоком потекла горячая кровь…

Эрнесто сам попросил мать позвать к ним бабушку Паолу. В детстве именно ее таинственные заговоры и травяные отвары помогли ему справиться с недугом там, где оказались бессильны прописанные врачом лекарства; он надеялся, что и сейчас она сможет ему помочь. В противном случае Эрнесто всерьез рассматривал вариант отправиться с большим камнем на шее исследовать илистое дно местной реки; в его глазах это была единственная возможность оградить свою семью от опасности, которую он теперь для них представлял.

– Абуэла, – слабо улыбнулся Эрнесто, когда сухонькая старушка вошла в его спальню с пучком горящих трав в руке, и ощутил знакомое с детства чувство облегчения: бабушка здесь, а значит, совсем скоро ему станет легче.

Однако вместо того, чтобы, как раньше, тут же обнять и пожалеть внука, бабушка Паола застыла в дверях и смотрела на Эрнесто с откровенным ужасом. Ее сухие пальцы разжались, и тлеющие травы посыпались на пол.

– Великие ориши! – прошептала она, трясущейся рукой вытащив из-под рубашки связку висящих на шее амулетов. Не отрывая взгляда от Эрнесто, на ощупь выбрала один, поднесла к губам и поцеловала. – Огун, Шанго и Орунмила, храните нас! Как такое могло произойти? – неверяще воскликнула она. – Кто сделал это с тобой, Тэтэ?

– Сделал что, абуэла? – потянулся к ней с постели Эрнесто, но, обессиленный, упал обратно на смятые простыни. – Что со мной случилось? – со всевозрастающим страхом прошептал он.

Бабушка медленно подошла к кровати и настороженно посмотрела на Эрнесто, словно разглядывая и оценивая нечто, видимое лишь ей одной. Нерешительно провела сухими пальцами по его впалой, заросшей густой черной щетиной щеке, дотронулась до спутанных, слипшихся от пота волос на макушке и сначала нерешительно, а потом все более и более уверенно стала гладить по голове, как делала всегда, когда он еще был маленьким, испуганным мальчиком.

– Ах, что же тобой случилось, Тэтэ… – уже не спросила, а сокрушенно вздохнула она и обреченно покачала головой.

И Эрнесто, взрослый двадцатичетырехлетний мужчина, объехавший весь Южноамериканский континент, побывавший в шкуре и странствующего врача, и молодого повесы, задорно смеявшийся с высоты баррикад мятежной Боготы прямо в черные дула винтовок, а затем назло тюремщикам во все горло распевающий революционные песни, со стыдом понял, что его глаза застилают совершенно непривычные, беспомощные слезы.

– Я не знаю, – прошептал он.

Эрнесто и правда не знал, что с ним случилось, но какая-то частичка внутри него, странная, загадочная, для которой не было названия и которую он не успел толком разбудить, точно знала, что случилось что-то страшное и непоправимое. И от этого осознания хотелось совсем по-детски заплакать.

– Я не знаю, что произошло, абуэла, – всхлипнул Эрнесто и уткнулся лицом в сухое плечо бабушки. – Я чем-то заболел. Но не пойму чем. И не знаю, как вылечиться.

Бабушка Паола продолжала гладить Эрнесто по волосам, а сама, чуть покачиваясь вперед-назад, задумчивым, остановившимся взглядом смотрела в пустоту прямо перед собой, словно пыталась решить непростую задачу.

– Абуэла? – робко позвал ее Эрнесто. – Абуэла, ты сможешь мне помочь?

– Я постараюсь, Тэтэ, – тяжело вздохнула бабушка Паола и поцеловала его в лоб. – Я очень, очень постараюсь…


* * * | Чужой Дозор | * * *