home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Целенаправленная практика

У целенаправленной практики есть несколько отличий от обычной, в чем-то «наивной» практики – когда мы постоянно повторяем те или иные действия и надеемся, что этого достаточно, чтобы со временем совершать их лучше.

Стив Оур, преподаватель музыки из Университета Уичито, однажды озвучил мне типичный диалог[12] ученика и его учителя, который пытается выяснить, почему тот получает не лучшие оценки.


Преподаватель. В журнале отмечено, что вы занимаетесь по часу в день, но экзамен по фортепиано сдали только на три. Почему так?

Ученик. Даже не знаю, что со мной стряслось. Еще вчера я был уверен, что сыграю все без проблем.

Преподаватель. Сколько раз вы отыграли партитуру?

Ученик. Десять или двадцать, точно не помню.

Преподаватель. А сколько раз вы отыграли ее без ошибок?

Ученик. Э-э, не знаю. Наверное, пару раз.

Преподаватель. Ну, хорошо. А как именно вы занимались?

Ученик. Да просто играл, и все.


Это типичный пример «наивной» практики. «Я просто играл». Просто махал битой в надежде попасть по мячу. Просто слушал последовательности цифр и пытался их запомнить. Просто смотрел на примеры по математике и старался их решить.

Целенаправленная практика, как следует из названия, предполагает более вдумчивый, спланированный и сконцентрированный подход.

Важная особенность целенаправленной практики – наличие четко сформулированных и определенных целей. Тот самый ученик из диалога выше добился бы куда большего успеха, если бы ставил перед собой реальные цели – например «сыграть партитуру до конца и на нормальной скорости без ошибок три раза подряд». Без этого очень сложно понять, двигаешься ты вперед или стоишь на месте.

В случае Стива мы не ставили долгосрочных целей, потому что не знали, сколько цифр в принципе может запомнить человек. Вместо этого мы поставили перед ним конкретную цель: каждый раз запоминать больше цифр, чем на предыдущем занятии.

Стив, как вы помните, занимался бегом и отличался бойцовским характером. Он любил соревноваться, хотя бы даже с самим собой, и с самого первого дня изо всех сил старался запомнить больше цифр.

Суть целенаправленной практики – в преодолении долгого пути крохотными шажками. Представьте, что вы – непрофессиональный игрок в гольф и хотите сократить свой гандикап на пять ударов (то есть проходить то же количество лунок за меньшее количество ударов). Эта цель слишком неконкретна, и она никак не поможет вам стать лучшим игроком. Чтобы добиться успеха, эту цель нужно разбить на этапы и ответить на вопрос: что именно я должен сделать, чтобы сократить гандикап? Одним из этапов может стать увеличение числа ударов, в результате которых мяч оказывается на фейрвее – большом травяном участке, с которого удобно делать другие удары. Такая цель звучит уже более конкретно, но и это не предел. Подумайте, что необходимо для увеличения количества успешных ударов? В первую очередь вам придется понять, почему многие ваши мячи приземляются не на фейрвее, и разобраться с этой проблемой, например следить, чтобы мяч пореже отклонялся при ударе влево. Этого можно добиться, просто посоветовавшись с тренером. Самое главное – разбить общую цель «стать лучше» на конкретные и реалистичные задачи.

Целенаправленная практика требует концентрации внимания. В отличие от ученика, описанного Оуром, Стив Фалун с самого начала был сосредоточен на своей задаче и с ходом эксперимента все больше и больше концентрировался на запоминании цифр. Особенно заметно это при прослушивании записи нашего сто пятнадцатого занятия, которое пришлось примерно на середину эксперимента. К тому моменту Стив стабильно запоминал последовательности из 30 с лишним цифр. С 40 цифрами дело обстояло хуже: иногда ему удавалось повторить такую последовательность, иногда нет. Его это раздражало, и в тот день он был полон решимости одолеть-таки этот барьер. Мы начали занятие с 35 цифр. С этим Стив справился без особых проблем. По ходу дела он то и дело подбадривал себя, а перед тем как я перешел к последовательности из 39 цифр, и вовсе выдал небольшую мотивационную речь. По-моему, он был настолько сосредоточен на своей цели, что даже сам не понял, что говорит вслух.

– Сегодня важный день, – твердил он. – Я ведь еще ни разу не ошибся, верно? Верно! Сегодня у меня все получится!

Пока я зачитывал 39-ю цифру, Стив молчал. Но, только начав произносить вслух запомненные цифры, вспоминая их небольшими группами, он преобразился – начал стучать по столу, хлопать в ладоши. В какой-то момент, правильно вспомнив очередную группу цифр, он даже воскликнул:

– Точно-точно, так там и было!

Наконец он безошибочно одолел все 39 цифр, и мы перешли к следующему рубежу. Стив опять принялся подбадривать себя:

– Давай, приготовься! Это важный этап! Запомни все – и дело с концом!

Я зачитал 40 цифр (опять в тишине), и Стив начал вспоминать – опять с восклицаниями и вскриками.

– Да-да! Все верно! Не останавливайся! – подбадривал он сам себя.

На этом занятии Стив несколько раз успешно повторил 40 цифр – правда, не больше.

Конечно, не все концентрируются на задании, вопя во все горло и колошматя по столу, но суть не в этом. Пример Стива доказывает: сложно добиться успеха, не отдаваясь поставленной задаче на все сто.

Целенаправленная практика невозможна без обратной связи. Для успеха необходимо знать, все ли вы делаете правильно, а если нет – как это исправить. В примере Оура ученик получил отзыв на свою работу с большим опозданием – когда ему поставили тройку за экзамен. При этом во время самих занятий никакой обратной связи у него не было – никто не указывал ему на ошибки и не говорил, в чем он был неправ. В итоге студент даже не понимал, что играет с ошибками. («А сколько раз вы отыграли ее без ошибок?» – «Э-э, не знаю. Наверное, пару раз».)

Во время нашего эксперимента Стив знал, как идут его дела – когда он запомнил цифры правильно, а когда ошибся. Что более важно, он и сам постоянно оценивал собственные успехи и знал, какие группы цифр вызывают у него наибольшие затруднения. Если он ошибался, то всегда мог назвать цифры, из-за которых это произошло. Если запоминал все верно, мог отделить «легкие» группы цифр от «сложных». Понимая свои слабые стороны, он целенаправленно работал, придумывая способы борьбы с ними.

Не важно, в какой области вы пытаетесь добиться успеха, – обратная связь необходима абсолютно всем. Без оценки со стороны невозможно понять, в чем и когда вы ошибаетесь, как это исправить и насколько далеки вы от достижения своих целей.

Целенаправленная практика требует от человека преодолеть себя. Выход за пределы зоны комфорта – чуть ли не самая важная составляющая целенаправленной практики. Ученик Оура даже не думал об этом, предпочитая, судя по его словам, бессистемно повторять уже освоенный материал. Такой подход попросту не работает!

Наш эксперимент был разработан так, чтобы не давать Стиву расслабляться. Он постоянно увеличивал объемы своей краткосрочной памяти, а я в ответ постоянно предлагал ему все более длинные последовательности на грани его возможностей. Увеличивая число цифр после правильного ответа и уменьшая после неправильного, я постоянно поддерживал Стива на предельном для него уровне и одновременно подталкивал его к тому, чтобы запомнить «всего еще одну цифру».

В этом скрывается суть любой тренировки: если вы не выходите за пределы собственной зоны комфорта, вы не развиваетесь. Пианист-любитель, окончивший в детстве музыкальную школу и 30 лет исполняющий один и тот же набор композиций, играет на фортепиано ничуть не лучше, чем 30 лет назад – даже несмотря на то, что у него за плечами 10 000 часов занятий. Скорее всего он играет даже хуже, чем в подростковом возрасте.

Этот феномен особенно показательно проявляется в случае с врачами[13]. Исследования многих медицинских областей показали, что врачи с 20–30 годами опыта по объективным параметрам демонстрируют худшие результаты, чем специалисты, закончившие институт два-три года назад. Все дело в том, что врачи, каждый день добросовестно исполняющие свои обязанности, не чувствуют необходимости улучшать или даже просто поддерживать свои навыки. Они никогда не выходят за пределы зоны комфорта. В 2015 году я принял участие в консенсусной конференции, посвященной разработке новых способов повышения квалификации для врачей, которые помогли бы им не терять старые навыки и развивать новые. Более подробно этой темы мы коснемся в пятой главе этой книги.

Мой любимый пример в этой области – Бенджамин Франклин и его навык игры в шахматы[14]. Франклин был первым известным гением Америки: как ученый он писал труды о природе электричества и книги для широких слоев населения. Кроме того, он был издателем альманаха «Бедный Ричард», основателем первой общественной библиотеки, известным дипломатом и изобретателем в числе прочего бифокальных очков, громоотвода и чугунной печки. А еще Франклин обожал играть в шахматы и одним из первых в Америке начал серьезно ими заниматься. Известно, что он принимал участие в первом шахматном турнире страны и в целом играл в шахматы на протяжении 50 лет – и с возрастом все больше и больше. Будучи в Европе, Франклин сыграл партию с Франсуа-Андре Даниканом Филидором, лучшим шахматным игроком тех времен. И, несмотря на свой собственный знаменитый совет ложиться пораньше и пораньше вставать, Франклин частенько садился за шахматный стол в шесть вечера и играл до восхода солнца.

Бенджамин Франклин обладал блестящими интеллектуальными способностями и провел тысячи часов за шахматами, соревнуясь в том числе с лучшими игроками мира. Был ли он сам выдающимся шахматистом? Нет. Он играл чуть лучше среднего и никогда не мог одолеть ни сильнейших, ни просто хороших шахматистов Европы. Самого Франклина такое положение вещей приводило в отчаяние. Однако он не мог понять, почему же с годами он так и не стал лучше играть в шахматы. А мы понимаем: он просто никогда не выходил за пределы зоны комфорта. Франклин вел себя точно так же, как пианист, играющий на протяжении 30 лет одни и те же песни. А это рецепт не успеха, а лишь стагнации.

Выйти из зоны комфорта – значит попытаться сделать то, чего вы раньше не делали. Иногда это легко и просто, иногда – не очень. В таких случаях нам часто кажется, что мы никогда не продвинемся вперед, что мы достигли своего потолка. Но, если вы найдете способ пробить этот потолок, эффективность ваших занятий станет куда выше.

Как правило, для этого нужно стараться не сильнее, а просто по-другому. Другими словами, это вопрос техники. В случае Стива первый потолок наступил, когда он дошел до 22 цифр. Он разбивал их на четыре группы по 4 цифры, которые запоминал, используя разные трюки, и одну группу из 6 цифр: ее он просто твердил про себя снова и снова. Но за пределы 22 цифр у него выйти не получалось – Стив просто не мог запомнить пять групп по 4 цифры и не запутаться. В конце концов его осенило: нужно разбить последовательность на группы из 3, 4 и 6 цифр. Комбинация из четырех групп по 4 и 3 цифры и одной группы из 6 цифр позволила ему запомнить ряд из 34 цифр. Когда мы достигли и этого потолка, Стив вновь изменил свою тактику, и так продолжалось на протяжении всего эксперимента: он доходил до определенного уровня, «застревал» на нем, придумывал новый подход и использовал его до тех пор, пока на его пути не возникало новое препятствие.

Самый лучший способ преодолеть любой барьер – это подойти к нему с неожиданной стороны. Именно поэтому порой полезно заниматься под присмотром инструктора или тренера, которые уже сталкивались с такими препятствиями и знают, как их обойти.

А иногда препятствие оказывается и вовсе чисто психологического характера. Однажды к знаменитой скрипачке и преподавателю Дороти Делэй пришел за советом студент. Ему предстояло исполнить на музыкальном фестивале произведение, которое он никак не мог сыграть с нужной скоростью. Дороти поинтересовалась, насколько быстро он хочет исполнить эту вещь, и ученик ответил, что его цель – сыграть не хуже знаменитейшего скрипача Ицхака Перлмана. Тогда Делэй нашла запись исполнения Перлманом этого произведения и засекла скорость, с которой тот играл. Затем она настроила метроном на медленный ритм. Студент без проблем исполнил произведение на такой скорости, после чего Дороти ускорила метроном. Так повторялось несколько раз, пока после очередного безупречного исполнения Дороти не остановила ученика и не показала ему настройки метронома: как оказалось, он отыграл даже быстрее Перлмана[15].

Мы с Биллом Чейзом использовали этот подход, когда Стив пару раз намертво упирался в очередной потолок. В первом случае я зачитал очередную последовательность цифр чуть медленнее обычного, что позволило Стиву запомнить куда больше цифр. После этого он понял, что проблема не в количестве цифр, а в том, как быстро его мозг их обрабатывает – вернее, применяет к ним изобретенные Стивом мнемонические правила. Так Стив пришел к выводу, что для дальнейшего успеха ему нужно поработать над скоростью, с которой он «переносит» цифры из краткосрочной памяти в долгосрочную.

Во втором случае я внезапно продиктовал Стиву группы на 10 цифр длиннее его рекорда. К огромному удивлению Стива, он запомнил большую часть цифр в этих группах. Мало того, в сумме ему удалось повторить больше цифр, чем когда бы то ни было, хоть и не без ошибок. Это убедило Стива, что возможности его памяти куда шире, чем он думал, и проблема не в том, что он достиг предела своих способностей, а в том, что он путает между собой группы цифр в одной строке. Чтобы исправить это, он стал более вдумчиво разбивать ряды цифр на маленькие группы, и вскоре проблема исчезла.

Чем бы вы ни занимались, рано или поздно вы достигнете своего потолка, когда перестанете понимать, что нужно делать, чтобы расти дальше. Это естественно. А вот непреодолимых препятствий практически не бывает: за долгие годы исследований я исключительно редко сталкивался со случаями, когда человек действительно не мог преодолеть какой-то барьер. Как правило, куда чаще люди просто сдаются и оставляют всякие попытки справиться с возникшими трудностями.

Важная оговорка: хоть двигаться вперед и расти над собой можно всегда, не всегда это просто. Целенаправленная практика требует огромного сосредоточения и усилий, это тяжелый труд. Поэтому неизбежно встает вопрос мотивации: а зачем люди вообще прибегают к целенаправленной практике? Что ими движет? Мы еще вернемся к этим жизненно важным вопросам чуть позже.

В случае Стива действовало несколько факторов. Во-первых, ему за это платили. С другой стороны, никто не запрещал ему за те же деньги на занятиях попросту халтурить, так что только финансовой мотивацией дело не ограничивалось. Так почему же он все время толкал и толкал самого себя вперед? Насколько мне известно, главной причиной было удовлетворение, которое Стив начал получать, как только увидел, что его память на самом деле становится лучше с каждым занятием. Ему попросту было это приятно. А вскоре, достигнув определенного уровня, он и вовсе стал знаменитостью: о нем стали писать газеты, у него брали интервью, приглашали на телевидение. Конечно, Стиву нравилась такая позитивная реакция на его работу. Аргументированная позитивная реакция – необходимый элемент для поддержания мотивации. Такая реакция может идти как изнутри – когда вы сами радуетесь тому, как изменились, – так и извне, от других людей. Как бы то ни было, оценка усилий по достоинству – важнейший фактор, без которого человек вряд ли продолжит прикладывать усилия к развитию своих навыков.

В случае Стива сработало и то, что ему нравилось преодолевать себя – это стало ясно, как только мы узнали, какой он спортсмен. Перед забегами Стив тренировался так же, как и остальные бегуны, с одним маленьким отличием: для него была важна не победа, а улучшение своих собственных результатов. Кроме того, благодаря любви к бегу он знал, каково это – тренироваться постоянно и упорно, неделя за неделей и месяц за месяцем. Стив регулярно участвовал в трехчасовых забегах, так что его вряд ли испугали бы наши часовые занятия по три раза в неделю. Позднее, уже закончив работать со Стивом и некоторыми другими участниками эксперимента, я принимал в свою исследовательскую группу только тех, кто привык к постоянным тренировкам, – спортсменов, танцоров, музыкантов, певцов. И никто из них меня не разочаровал.

Итак, подведем итоги. Вот основные принципы целенаправленной практики: осознанно выходить за пределы зоны комфорта, ставить перед собой четкие цели и иметь под рукой план по их достижению, отслеживать свои успехи и неудачи, сохранять энтузиазм.

Если вы хотите сделать себя лучше и добиться новых высот, эти простые правила помогут вам начать. Но впереди вас ждет еще много работы.


Стандартный подход | Максимум. Как достичь личного совершенства с помощью современных научных открытий | Ограничения целенаправленной практики