home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



3

Миссис Эллис уже более получаса расспрашивала Виолетту, стоя вместе с ней у входной двери своего дома. Миссис Эллис была дородной женщиной невысокого роста, с перманентной завивкой, заставлявшей усомниться, настоящие это волосы или же парик. Скрестив руки на выпирающей объемистой груди, она впивалась взглядом своих маленьких, глубоко посаженных глаз в Виолетту с суровым выражением лица, которое нисколько не соответствовало слащавому голосу. Миссис Эллис жадно вслушивалась в слова соседки, как будто хотела выудить из них как можно больше информации и как будто эти мало что значащие сведения могли помочь ей докопаться до тщательно скрываемой правды. Бедная миссис Эллис! Она никогда не докопается до правды, ибо попросту не сможет ее разглядеть, даже если столкнется с ней нос к носу. Виолетта призвала на помощь все свое терпение и любезность…

— Со своей дочерью Одри? Вы говорите, что едете во Францию со своей дочерью Одри? Она уже давненько не появлялась здесь, у нас.

— У нее очень много работы в Лондоне, в галерее Тейт.

— Да-да, конечно. Я об этом помню. А как там поживает тот очень симпатичный парень, который приезжал вместе с ней?

Выдержать подобное испытание было трудно даже для Виолетты.

— Дело в том, что рядом с Одри всегда крутится какой-нибудь очень симпатичный парень. Она ведь тоже очень симпатичная и милая. — Виолетта попыталась сымитировать фальшиво-любезный голос миссис Эллис, но так, чтобы та этого не заметила.

— Да-да, конечно. Хотя сейчас ей, наверное, уже за тридцать.

Миссис Эллис была, в общем-то, женщиной неплохой, но очень уж скучной. Она, как и Виолетта, уже овдовела, но, в отличие от соседки, ограничивала общение с другими людьми тем, что пару раз в неделю вечером пила кофе в компании какой-нибудь из своих подруг. Опять же, миссис Эллис отличалась занудством, и главным ее занятием была болтовня. Поскольку ее собственная жизнь явно не сложилась, женщина больше всего любила поговорить о несчастьях и проблемах других.

— Да, это верно. Но, как это ни удивительно, Одри удается выглядеть очень-очень молодо. Ей не дашь и двадцати четырех лет, — стала хвалить свою дочь Виолетта.

— Так обычно бывает с женщинами невысокого роста. Одри ведь всегда была миниатюрной.

— И остается такой и сейчас. Вы и сами это увидите.

Виолетта натянуто улыбнулась. Она опасалась, как бы миссис Эллис не заметила возникшей между ними напряженности. Впрочем, ее соседке, возможно, этот разговор и не казался напряженным. Как бы там ни было, Виолетте не терпелось расстаться с ней и вернуться в дом, находившийся, можно сказать, в двух шагах.

Хотя Виолетте и пришлось подвергнуться бестактным расспросам миссис Эллис, но зато она сумела убедить ее присмотреть за Мисс Марпл. А вот относительно Лорда договориться не удалось. Соседка согласилась кормить кошку и время от времени открывать окна в доме Виолетты, чтобы его проветрить, однако она, по ее словам, была слишком стара для того, чтобы возиться с собакой, а потому Виолетте пришлось обратиться за помощью к Тиму. Тот пообещал, что сделает все возможное, однако он не был уверен, что сможет наведываться в «Винди-Коттедж» каждый день. Виолетту это не очень устраивало, и она решила, что попытается найти более подходящий вариант. Итак, получалось, что на миссис Эллис рассчитывать не приходится, на Тима, каким бы надежным он ни был, тоже, и, конечно же, Виолетте даже в голову не пришло обратиться за помощью к сыну. Она посоветуется с Одри, и они вдвоем что-нибудь придумают. Как бы там ни было, Виолетта не собиралась бросать любимого пса на произвол судьбы только ради того, чтобы отправиться в увлекательное путешествие в долину реки Луары.

Когда женщина вошла в дом, ее дочь была уже там. На кухонный стол Одри положила сверток, упакованный в прозрачный целлофановый пакет и украшенный красной ленточкой, от которой пахло духами с запахом розы. Любимыми духами Виолетты. Одри, по всей видимости, заходила в местный парфюмерный магазин, и, кроме того, там ее надлежащим образом проконсультировала любезнейшая миссис Пенворт.

— A-а, ты вернулась! — раздался голос Одри. — Я тебе кое-что принесла. Мне показалось, что тебе это понравится.

Одри вошла на кухню и, подойдя к столу, оперлась на него руками.

— Ну конечно понравится, — сказала Виолетта. — Это мой любимый запах. Тут, видимо, не обошлось без советов миссис Пенворт.

Виолетта взяла сверток в руки и стала разглядывать с искренним восхищением.

— Э-э… да. — Одри слегка покраснела. — Она рассказала мне, что тебе нравится. — Затем девушка вдруг резко сменила тему: — То, что я увидела там, в магазине, — настоящее чудо. Ты ведь видела садик из цветов и трав?

Одри было немного совестно из-за того, что она так нелюбезно вела себя по отношению к миссис Пенворт. В конце концов, та ведь пыталась ей помочь, да и особой бестактности в ее расспросах, в общем-то, не было. Наверное, в крохотном городке все жители ведут себя так же. Поэтому, выйдя из парфюмерного магазина, Одри через некоторое время вернулась и купила духи с запахом розы. Духи с ароматом ландыша она решила подарить Джоанне.

— Ну конечно я его видела. Это самое первое, с чем я подробно ознакомилась в Бартон-он-де-Уотере. Ты же знаешь, как сильно я люблю цветы.

— Да, разумеется.

В парфюмерном магазине миссис Пенворт Виолетта наверняка чувствовала себя как рыба в воде. Теперь это было очевидно. Одри подумала, что, возможно, она похожа на мать больше, чем это можно было предположить. Когда Одри вошла в парфюмерный магазин, ей показалось, что она перенеслась на сто лет назад. В магазине все бросалось в глаза: стеллажи из потемневшей от времени древесины, слегка пожелтевшие льняные с узкими кружевами салфетки на полках, забавные, видимо, изготовленные когда-то очень-очень давно, флакончики, расставленные по всему магазину декоративные вазы с засушенными цветами, от которых исходил удивительный аромат. Чисто, опрятно, без излишеств. А еще мини-сад. Этот сад наводил Одри на мысль о сне, в котором человек оказывается среди тысячи различных оттенков и тысячи дурманящих запахов и в котором мелодичный звук струящейся воды уносит его в свежую, благоухающую долину. Наверное, Бартон-он-де-Уотер переносил Одри в мир, в котором она чувствовала себя расслабленно и вольготно — то есть так, как она не чувствовала себя уже давным-давно. Вероятно, после недавних резких и болезненных перемен в ее жизни спокойствие и гостеприимство такого городка, как Бартон-он-де-Уотер, подействовало на нее успокаивающе. Впервые за… за черт знает сколько времени Одри почувствовала себя свободной: ей не нужно было ничего делать до полудня, и это ей, в общем-то, нравилось. Можно жить не так лихорадочно, как привыкла Одри. Ей вдруг стало жаль, что совсем скоро нужно ехать в долину Луары: девушке ужасно захотелось остаться в Бартон-он-де-Уотере, сесть в автомобиль и поездить по Котсволдс[4] — до тех пор, пока ей не станет знаком каждый золотистый валун, каждый красивый храм, — а затем вернуться в Челтнем, чтобы еще раз взглянуть на «Виллоу-Хаус», побродить среди деревьев… Однако пока что все это придется отложить. Одри решила хоть раз в жизни пустить все на самотек — что будет, то будет.

— Ты уже нашла кого-нибудь, кто присмотрит за Лордом и Мисс Марпл?

Виолетта в этот момент как раз включала электрический чайник, чтобы приготовить чашечку чая. Одри подумала, что у матери это своего рода рефлекс — вернувшись домой, включить чайник и приготовить себе чай.

— Я договорилась только насчет Мисс Марпл. Миссис Эллис не возражает против того, чтобы приходить сюда по утрам, кормить кошку и проветривать дом, однако она говорит, что возня с собакой — совсем другое дело и она для этого слишком стара.

— Понятно. И что ты собираешься делать?

— Еще я поговорила с Тимом, но он не может гарантировать, что будет приходить сюда каждый день.

Виолетта четкими отработанными движениями насыпала немного чая в заварочный чайник. «Она делала это бесчисленное количество раз и еще будет делать много-много раз. Она, наверное, совершает эти движения уже автоматически», — подумала Одри.

— Ага. А кто такой Тим?

Виолетта замерла с чайной ложкой в руке, уставившись на дочь с таким видом, как будто не могла поверить, что Одри не знает, кто такой Тим. Затем попыталась ответить на вопрос, однако в ее голосе все же чувствовался упрек.

— Тим — это мой новый садовник. Он недавно поселился в нашем городке и заведует здесь фермой самообслуживания.

Произнеся эти слова, Виолетта резким движением закрыла коробочку с чаем.

— Я и понятия не имела, что у тебя новый садовник. По правде говоря, я даже не знала, что к тебе приходят какие-то садовники.

Произнеся эти слова, Одри увидела, как лицо матери неожиданно еле заметно изменилось, и поняла бы, что данная тема является для Виолетты болезненной, даже если бы вдруг оглохла и не услышала, как та громко хлопает дверцами шкафов и гремит фарфоровой и стеклянной посудой. Мать явно очень сильно рассердилась. Резко задвинув ящик и скрестив руки на груди, она — не успел еще стихнуть грохот разлетевшихся по всему ящику ложечек — посмотрела на Одри с мрачным выражением лица и сказала:

— Это была одна из ваших рекомендаций. Но ты, я вижу, об этом даже не помнишь.

Произнесенные матерью слова застали Одри врасплох. Когда Сэм организовывал продажу фамильного дома, Одри решила держаться от всего этого в стороне. Однако она, похоже, слишком уж отстранилась. Одри раньше Виолетты узнала о намерении Сэма уговорить мать продать дом и даже не попыталась помочь ей не поддаться на его весьма сомнительные уговоры.

— Извини, я действительно об этом забыла. Я думала, что ты не послушалась нашего совета.

Виолетта, слегка смягчившись, отвернулась и налила кипяток в заварочный чайник.

— Ну и ладно. Тим приходит сюда пару раз в неделю. Остальную работу я делаю сама. Моих цветов он вообще не касается.

— Так ты его к ним и подпустишь!

Одри попыталась произнести эти слова шутливым тоном, чтобы снять возникшую напряженность. Ей было очень жаль, что она рассердила мать, невольно напомнив ей о том, что после смерти отца вела себя отчужденно и эгоистично.

— Не только Тима, но и вообще никого не подпущу! — ответила Виолетта нарочито самоуверенным и властным тоном. Ей не хотелось нарушать дружескую атмосферу, которая установилась в их с дочерью отношениях благодаря предстоящей поездке. Одри выпрямилась, делая вид, что встала по стойке «смирно». — Но-но, не надо притворяться, юная леди. Твоя мать никогда не вела себя, как сержант. Мне просто не нравится, когда кто-то тянет руки к моим цветам. Разве это причуды?.. А сейчас мы выпьем по чашечке чая и решим, что же нам делать с Лордом.


предыдущая глава | Одинокие сердца | cледующая глава