home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА 8



Вадим не любил день вступительных испытаний. Слишком шумно. Слишком многолюдно. У него складывалось ощущение, что вся эта толпа, складывающаяся из невероятного количества юных, а от того совершенно бестолковых соискателей места в Артенийской Академии — живой организм который невозможно контролировать. А всего, что майор Аверин не мог контролировать, он старался избегать. Ну, или хотя бы держаться от этого на максимальном отдалении.

Зная эту особенность своего подчиненного, генерал старался занять его каким-нибудь, ну очень важным делом. Например, посадить в приемную комиссию. Или вовсе выслать куда-нибудь.

Сегодня же ему предстояло проводить собеседования на заключительном этапе. То есть с теми ребятами, которые показали достаточные для поступления результаты. Конвейер. Нудная, и по сути никому не нужная работа. Но как же… знакомство с собственным курсом. Святое действо с точки зрения начальства. А по мнению Вадима — пустая трата времени.

Что толку говорить? Человек познается в делах. Узнать кто из его будущих курсантов, на что способен, он сможет только после того как понаблюдает за ними в стрессовой ситуации.

Умением устраивать мини-учения, порой приближенные чуть ли не к боевым условиям майор славился на всю академию. Курсанты за глаза обзывали его Садистом, Извергом и Маньяком. Поначалу. А потом в основной своей массе проникались симпатией к этому непростому человеку. Нет, конечно, многие его побаивались. Но все без исключения уважали. За мужество, стойкость и честность.

Вадим Аверин тоскливо вздохнул. Как же он не хотел сейчас здесь находиться. Но ничего не поделаешь. Работа такая.

Поздороваться. Представиться. Поинтересоваться именем будущего курсанта. Поинтересоваться о том, с чего вдруг в его или в ее светлую голову пришла идея о поступлении в данное учебное заведение. Выслушать достаточно пространный и местами путанный ответ. Задать еще пару вопросов, если ответ на предыдущий был хотя бы более или менее вразумительным. Выдать дежурную улыбку. Поздравить с поступлением и мягко намекнуть, что администрация Академии в лице куратора всегда готова помочь, если вдруг перед курсантом возникнет проблема, с которой сложно справиться в одиночку.

По случайному ли стечению обстоятельств или по указанию генерала, но все трое «проблемных» детишек попали к нему в числе первых. И он решил не терять времени зря.

Джейсон Риз произвел на него благоприятное впечатление. Достаточно обаятельный молодой человек. Красивый. За таким явно девушки бегают и штабелями у ног укладываются. Но в принципе это единственный откровенный недостаток. Хотя это еще вопрос: можно ли считать привлекательную внешность недостатком?

В остальном же… Сдержанный. Осторожный. Можно даже сказать, излишне недоверчивый. Характер чувствуется. Остроумен. Но настроен по отношению к преподавателям академии немного враждебно. Хотя и пытается это скрывать. В общем, неплохой парень. Толк из него выйдет. Но приручать его, вероятно, придется долго. Хотя… если в ближайшее время заведет пару-тройку достаточной близких друзей, может это будет не так уж сложно?

Далее шли дамы. Хотя была бы его воля, ни одну девицу он бы даже на порог военной академии не пустил бы.

В женщине заложено природой быть матерью и хранительницей очага. Они должны ждать своих мужчин, которые на орбитальных станциях и рубках боевых кораблей хранят их мирную жизнь. А вот на передовой, да и вообще на военной службе им не место. Но это было личное мнение майора, и он его не афишировал. Чтобы не прослыть законченным шовинистом и ретроградом.

Так как, в Федерации существовало равноправие полов, никто не мог помешать прекрасной половине человечества выбирать армейскую стезю. А соответственно майору Вадиму Аверину приходилось каждый год возиться с курсантами женского пола. И это его тяготило.

Нет, он не был женоненавистником. Просто дамами у майора всегда складывались сложные взаимоотношения. Он их не понимал. И считал, что эти прелестные создания думают по-другому, живут чувствами, когда необходим трезвый расчет, А уж от логики они бесконечно далеки. Хотя и признавал за ними многие таланты, которых лишены мужчины. Например, распознавать эмоции, гасить их и провоцировать необходимые. Была на их базе у Фаэта женщина-психолог. Вроде бы ничем непримечательная. Обычная. А казалось, одним только своим присутствием рядом успокаивает и внушает уверенность.

Вера Скольник ему не понравилась. Совсем. Хотя она была достаточно эффектной. Идеальная кожа. Красивые золотистые волосы. Фигура соответствует всем канонам современной моды. Средний рост. Пышная грудь. Узкая талия. И умение показать себя — подчеркнуть достоинства и скрыть недостатки.

Вадим девочку оценил. И вынес неутешительный для нее вердикт: «Стоит недорого». Его отталкивали женщины, которые привыкли всегда получать то, что им хочется. А больше всего на свете он не любил людей неразборчивых в средствах обретения желаемого. Холеная, привыкшая нежиться в лучах мужского внимания. Она первым делом прощупала почву на предмет того, чтобы обратится в случае чего именно к Вадиму. И даже как бы невзначай намекнула на благодарность. И на личную благодарность в том числе. Вадим дал понять зарвавшейся дуре, что он думает по этому поводу и, похоже, немного сбил спесь. По крайней мере, она покинула его кабинет слегка растерянной и даже смущенной, что для такого типа женщин нехарактерно.

И, наконец, третий «трудный ребенок». Еще одна женщина на его голову. Диана Вирэн. Та самая героиня истории с захватом заложников. Хотя какая она женщина? Пигалица мелкая, которой впору еще в куколок играть, а не в солдат.

Девочка явно не понимала, куда попала. Или не хотела понимать. Но он был совершенно уверен, что толка из нее не выйдет. По крайней мере, на военном поприще. Может там — в мире театра и балетных па ей и будет место, но здесь — нет. Судя по всему, она жила в своем собственном мире. В прошлой жизни. И не было у нее никакого желания учится в Академии. Ее принудили к этому обстоятельства. Она с ними временно смирилась. И все! Помани ее сцена — уйдет и не обернется. В этом он почему-то был твердо уверен.

Если среди остальных ребят были и те, кто попал в Академию не по велению сердца, то они хотя бы в той или иной степени могли ассимилироваться с реалиями Военной Академии. А она — нет. И поэтому ей здесь не место.

Аверина захлестнула волна раздражения. Пришла. Заняла чье-то место. А ему придется возиться с бесперспективным курсантом.

Но это была всего лишь одна сторона медали. А другая… девчонка ему нравилась.

Она была чудо, как хороша. Одета достаточно скромно. Но со вкусом. С такой, в отличие от той же Скольник не стыдно появиться в приличном обществе.

Кукольное личико, не изуродованное тонной косметики, как нынче модно у молодежи. Гордая осанка. Не совсем понятное ему сочетание нежной чувственности и шарма без малейшего намека на сексуальность. Перед ним сидел красивый ребенок. Наивность и невинность в одном флаконе.

«Вот бы жениться на такой… ясноглазой», — пронеслось у него в голове. Но мужчина тут же одернул себя. Эта его подопечная. И он морального права не имеет смотреть на нее, как на девушку.

С остальными курсантами, поступавшие на общих основаниях, никаких сюрпризов не было. Обычные ребята. Были среди них и те, кто посильней, и те, кто послабей.

Вот, например, Рей Андерс. Всю жизнь занимается карате. И к своим восемнадцати годам добился неплохих результатов. Спокойный. Уравновешенный. Пожалуй, еще и упертый. Если пойдет на принцип, звездолетом не оттащишь. Хороший мальчишка. А Пол Бурэ — посредственность. Абсолютная. Учебный бал средний. В спорте особых достижений нет. Увлечений — почти не имеет. Принципов, как это ни печально — тоже. Но над этим можно работать. И майор Аверин решил приложить все силы, чтобы воспитать из своих подопечных — гордость Федерации.

К концу дня Вадим чувствовал себя полностью измотанным. Усталость давала о себе знать, и меньше всего ему хотелось идти на торжественный прием в честь нового поколения курсантов. Но как начальник курса он там быть обязан. Все-таки его «детишки» развлекаются.

Единственное, что он себе позволил — это ОЧЕНЬ медленно переодеваться в парадный мундир. А потом неспешной походкой идти в зал Собраний. Как всегда, перед ежегодным традиционным приемом из него вынесли все стулья и аппаратуру и теперь это было огромное е помещение в котором толпилось пять десятков курсантов в новой, только что выданной форме. По периметру зала тянулись столы, накрытые легкими закусками и безалкогольными напитками.

На широком постаменте возвышался длинный стол со стульями. На столе напротив каждого стула стояла табличка с именем и должностью.

Вадим хмыкнул. Как всегда, девяносто шесть. Начальник Академии, тридцать начальников курсов и преподаватели. Все места, кроме принадлежащего майору, были уже заняты.

Как раз к появлению Вадима наступил небольшой перерыв. Играла тихая музыка. По залу носились пьяные от счастья первокурсники, сталкиваясь друг с другом, смеясь и болтая. Ребята постарше вели себя чуть более сдержанно. Но бесшабашное веселье младших всегда заразительно.

С трудом протолкавшись сквозь эту толпу, он занял свое место рядом с Майком, поймав укоризненный взгляд ректора.

— Где тебя носило? — весело поинтересовался приятель.

— Да так…

— Ты многое пропустил.

— Например? — мужчина иронично вздернул бровь. — Речь генерала не меняется год от года. Слышал я ее, дай бог памяти, раз пять. Могу наизусть рассказать.

— Да, нет. Я не о том. Твои ребята так зажигали! Верестов и Беров посинели от зависти. После того, как твои Риз и Вирэн показали на что способны, их воспитанники выглядели, скажем так… более чем посредственно. Хотя, тут все так смотрелись, даже выпускники наши. Ой, гляди, они снова в центр выходят.

— Кто?

— Вадим, не спи! Я тут перед тобой минут пять распинаюсь, а ты мимо ушей всю информацию пропускаешь. Риз и Вирэн, видимо танцами занимались. Да, причем, так, что иные профессионалы рядом с этой парочкой выглядят довольно блекло. В этом зале они всем нос утерли. Сейчас, видимо, грядет еще одно показательное выступление.

Курсанты торопливо расступились, освободив центр зала. Надо было отдать этой парочке должное. Они блистали. И вместе смотрелись просто отлично. Тоненькая и хрупкая Диана, которой удивительно шла парадная форма. И атлетически сложенный Джейсон, кажущийся на ее фоне особенно мужественным.

Грянула музыка и ребята с невероятной для простого смертного скоростью закружились в танце. Легко, непринужденно, с непередаваемым изяществом и грацией профессионалов.

Вадим покачал головой. Он тоже в свое время заканчивал военную академию. И в программу обучения были включены танцы. Он даже считался не самым плохим танцором среди сверстников. Но двигаться так бы не смог, даже если бы от этого зависела его жизнь. Эти двое, надо отдать им должное, действительно творили нечто невообразимое. Хотя глупо ждать от Вирэн чего-то другого. Ученица академии классического балета и должна быть в этом лучшей.

Вот только… разве это главное достоинство курсанта? Умение кружиться по залу? Танцы — это, кстати говоря, факультатив — предмет, который не влияет на итоговую оценку.

Ведь для военных есть гораздо более важные умения. Вадим почувствовал, что начинает злиться. Выругавшись просебя он постарался успокоиться. Да что такое с ним происходит?! Он повернулся к Майку. Тот как прикованный следил за Вирэн и Ризом, и на его лице застыла выражение совершеннейшего восторга.

«Надо же, — усмехнулся про себя Вадим. — Не знал, что он такой любитель танцев».

Но вот музыка смолкла и слово вновь взял ректор. Майкл наклонился к своему другу:

— Вадим, расслабься. Ты сидишь словно шест проглотил. Что случилось?

— Ничего. Скучно просто, — соврал он. — Танец как танец. И что ты в этом нашел?

— Эх, Вадим-Вадим. Где твое чувство прекрасного?

— Чувство прекрасного мне не нужно, — отрезал майор. — А у нас тут военная академия. И мы слава богам не оцениваем курсантов по их умению перебирать ножками.

— Ну, не скажи, — усмехнулся лейтенант. — Я так, очень даже оцениваю. У ребят неплохие задатки. Это я тебе как инструктор говорю. Шаг легкий, движения плавные. Растяжка, опять же. Отличный материал для будущих рукопашников.

— Риз — да. Но девчонка?! Издеваешься? — Вадим изумленно смотрел на друга. И тот похоже действительно говорил серьезно.

— Ну, это будет непросто. Я имею в виду, сделать из нее бойца. Но вбить навыки самообороны на среднем уровне — так… пара пустяков.

— Не смеши меня. По мне так, это пустая трата времени. Из этой маленькой балерины даже ты не сотворить вторую Валькирию.

Майк внимательно посмотрел на него и, махнув рукой, отвернулся. Вадим пожал плечами и погрузился в привычное сонное оцепенение всегда охватывавшего его во время официальных приемов.


ГЛАВА 7 | Серебряная клетка | ГЛАВА 9