home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА 22




— Консуэлла, какого черта вы себе позволяете? — прорычал Вадим, когда за ними закрылась дверь. — Вы понимаете, что творите?!

— И что же? Позвольте поинтересоваться.

— На глазах у курсантов пререкаетесь со старшим по званию.

— Я пришла получить объяснения. Почему группа не явилась на занятие? А вы говорите мне, что они просто не захотели. Я в недоумении. Не много ли вы позволяете своим воспитанникам.

— Не много. Это их право. Получать образование. Если группу по каким-то причинам не устраивает преподаватель, мы обязаны провести служебную проверку. И в случае если вскроются какие-либо нарушения, принять соответствующие меры.

— Я сомневаюсь, что не устраиваю всех.

— На ваш урок не пришел ни один курсант.

— Это ваша протеже, — с истеричными нотками в голосе взвизгнула она. — Это Вирэн подстроила. Старшина ведь может влиять группу. Ну, она у меня попляшет!

— Знаете, сержант, — процедил Вадим. — Меня не так легко вывести из себя, но вам это удалось. Дважды. Поздравляю. Нужно иметь редкий талант, чтобы добиться этого в столь ограниченные сроки. Я буду ходатайствовать об отстранении вас от преподавания не только в Артене, но и вообще.

— И на каком же основании?

— Предвзятое отношение и явные угрозы в адрес курсанта. А к Вирэн я запрещаю даже приближаться. Вы и слова ей не скажете, иначе…

— Вы не имеете права! Я буду жаловаться!

— Вперед. Но я вас предупредил. Надеюсь, вы проявите здравомыслие и не станете усугублять свое и так, не простое положение.

Консуэлла ничего на это не ответила. Просто развернулась на каблуках и ушла. А майор еще несколько минут простоял у двери, не находя в себе сил войти. Мужчина боялся, что сорвется и выместит свое раздражение на ком-то из курсантов. А еще раздумывал о том, разозлился бы он так, если бы эта идиотка угрожала не Вирэн, а, например, Ризу, Андерсу, Морье или Польскому. И по всему выходило, что нет. Выделять кого-либо из курсантов… что может быть хуже? Только влюбиться в свою воспитанницу.

— Боже, о чем я думаю? — простонал Вадим, запустив руку в густую каштановую шевелюру. — Я отношусь ко всем своим подопечным одинаково. Абсолютно одинаково! А эта пигалица меня совершенно не интересует. Она — моя работа и все. Я просто защищаю своих ребят, как делал это всегда.

Когда майор все же решился войти в зал, его глазам предстала прямо-таки идиллическая картина. Курсанты старательно выполняют упражнения, а старшина бегает между ними и направляет.

— Продолжайте. Не нужно останавливаться, — сказал он, когда парни и девушки дружно повскакивали со своих мест и попытались выстроиться в шеренгу.

И ближайшие пятнадцать минут Вадим просто смотрел, как его группа занимается. Это было очень интересно — просто наблюдать, как раскрываются характеры ребят. Риз вполголоса отпускал шуточки, чтобы отвлечь Морье, который встал с ним в пару. Бедняга Тео чуть не плакал от боли, но упрямо продолжал выполнять упражнения. Андерс выкладывался по полной, и раза два попросил Дану позаниматься с ним вечером. Скольник и Мей ныли, мол, сколько можно повторять одно и тоже? Рабле работал явно вполсилы. А вот Польский вел себя странно. Постоянно дергал девушку. Прямо-таки требовал к себе повышенного внимания. Ему постоянно было что-то непонятно. Он прикасался к ней, пусть и мимолетно, всякий раз, когда она находилась в зоне досягаемости, отчего Диана постоянно дергалась и сжимала кулаки, видимо всеми силами сдерживая себя, чтобы не дать ему по шее. Но он, действительно старался.

— Вирэн, а сколько длится стандартный комплекс растяжки?

— Часа полтора, — отозвалась девушка. — А теперь наклоны.

— Нет, полтора часа — это много. У меня столько времени нет. Так что закругляемся. На сегодня хватит. Но, думаю, все вы поняли, что вам есть куда стремиться.

По залу разнеслось многоголосое «Да, сэр».

— Что ж… прекрасно. Так же мне кажется, что основами самообороны большинство все же владеет. А кое-кто продвинулся значительно дальше этого. Но одно дело знать, что нужно делать, и совсем другое быстро сориентироваться и действовать в опасной ситуации. Ведь иногда секундное промедление может стоить вам жизни. Ребята, я не сторонник теоретического подхода к обучению. Поэтому мы поиграем в «нападение». Суть игры проста. Я разделю вас на пары. Один нападает. Другой защищается от превосходящего по силам противника. Всеми возможными способами. Для защищающихся запретов не существует. Почти. Но просить помощи у своих сокурсников вы не можете. Их тут как бы нет. Не забывайте об этом. Для нападающих. Парней не бить ниже пояса. Девушек настоятельно не рекомендую бить по лицу, груди или в живот. Девушек, вообще, бить не рекомендую. Итак, первая пара. Бурэ защищается. Андерс нападает. Рей, ты должен повалить противника на пол и обездвижить. Требование, как к профессионалу. Проделать это за одну минуту. Время пошло.

Рей справился быстрей почти в два раза и даже не запыхался. Джейсу же, получившему аналогичное задание пришлось потратить чуть больше времени, чтобы уложить на обе лопатки Павла Лисина.

Снежные устроили настоящее светопреставление, и Вадим ни капельки не пожалел, что поставил их в пару. Все же они оба за восемнадцать лет жизни должны были неплохо изучить сильные и слабые стороны друг друга. Ведь не могли они, будучи детьми вообще не драться. Такого просто не бывает. Даже он со Стасом, и то пару раз сцепился. А тут близнецы. И действительно. Опыт потасовок был виден невооруженным глазом. Михаил с легкостью повалил сестру. Все же наличие большей массы играло в его пользу. Но вот зафиксировать брыкающуюся девушку у него никак не получалось. А под конец, когда она извернулась и принялась его щекотать, чуть было не поменялся с ней местами из нападающего превратившись в жертву. Морье позорно проиграл Ивлеру.

А вот Талин, Брес и Антонов благополучно отбились от Астории, Брауна и Мельник. Тогда как Рабле и Рид смогли не просто дать отпор своим противникам, но и даже обездвижить их.

— А теперь выходят Скольник с Бруксом. И правила игры немного меняются…

— Разрешите обратиться, сэр, — манерно протянула Вера.

Вадима явственно перекосило. Но мужчина все же нашел в себе силы кивнуть и посмотреть на подопечную относительно благожелательно.

— Я не могу сейчас тренироваться. У меня болит плечо. Видимо я потянула связку. На разминке совершенно не соизмеряли нагрузку и реальные возможности.

Скольник бросила многозначительный взгляд на старшину, явно намекая, кто именно виноват в этом прискорбном происшествии. Но майор на провокацию не поддался и лишь вежливо поинтересовался:

— Сильно болит?

— Очень.

— Это плохо. То, что вы до сих пор не научились соотносить нагрузку с возможностями организма, разумеется. Вам ведь не пять лет. И даже не пятнадцать. Мозги в голове должны уж быть. Ладно. Идите в медицинский блок. Пусть вам окажут помощь. И попросите доктора отчет о вашем состоянии скинуть мне.

— Не стоит беспокоиться. Вряд ли там что-то серьезное.

— Я и не думаю, что там у вас что-то серьезное. Никаких признаков болевого шока у вас нет. Но порядок есть порядок. Препятствовать в квалифицированной помощи курсанту, получившему травму, преподаватель не имеет права. Однако я очень не люблю симулянтов. Дураков, кстати, тоже не люблю. Но это так… к слову. Если медсканер не выявит у вас отека и воспаления, вызванного растяжением связок, то в ваше личное дело будет занесен прогул занятия. Но что же вы стали? Идите-идите. Спаркс с Бруксом в центр. Брукс, задание — снять с девушки китель. Футболку под ним не трогаешь.

Для того, чтобы раздеть Энн Константину потребовалось около двух минут. Но такая заминка была вызвана лишь тем, что он пытался проделать это максимально корректно. То есть избегая лишних прикосновений. Тогда как Марк Трой излишней щепетильностью не страдал. Поэтому Тара Мей лишилась кителя значительно быстрей.

— А теперь наша последняя пара. Вирен, Польский, в центр. И снова немного меняем правила. Китель снять должна она сама. Можно использовать шокер, который выставлен на минимальную мощность, но не более трех раз. Время — две минуты.

Диана похолодела. Вот же сволочь этот Аверин. Три раза получить шокером, пусть и минимальным зарядом! Садист. Стоит рядом. Можно сказать, почти касается своим плечом ее. И судя по выражению лица, плевать ему, что ей сейчас будет очень больно.

А ведь самое паршивое даже не это. Вот почему именно ей достался Польский? Он же после сегодняшнего разговора изображать джентльмена не станет. Скорее, даже наоборот.

— Польский, возьмите шокер вон на том стеллаже, — сказал Вадим громко, а потом слегка склонившись к уху Дианы быстро прошептал. — Сделай вид, будто бы испугалась. Подпусти ближе. Резко выбросив ногу, попытайся выбить шокер. И это твоих однокурсников здесь нет, а я есть.

Девушка удивленно посмотрела на своего куратора, но он лишь одарил ее насмешливым взглядом и отошел на два десятка шагов — почти к самой стене.

«Нет, этот тип точно больной на голову — прокрутилось у нее в голове. — Сначала подставил. Потом вроде как протянул руку помощи. Но он хотя и совершенно неадекватный, но обаятельный. Этого не отнять, как не крути».

— Готовы? Тогда вперед!

Девушка сделала два осторожных шага назад. Польский победно усмехнулся:

— Ты же не думаешь, что я тебя пожалею? — тихо, почти шепотом произнес он, направляя на нее шокер, но бить почему-то не спешил. — Даже и не надейся. Я немного не в том настроении. Но мне не хочется прослыть садистом. Поэтому ты сейчас снимаешь китель и бросаешь его на пол. Быстро! Иначе получишь подряд все три заряда.

Диана краем глаза поймала свое отражение и отстраненно отметила, что у маэстро Захарова на «Пантомиме» получила бы «отлично». Они с Польским сейчас представляли просто идеальную модель для скульптурной композиции «Разбойное нападение». Парень просто фонтанировал уверенностью и радостью от того, что девушка сейчас в полной его власти. Сама же Дана казалась напуганной и потерянной. До тех пор пока он не приблизился еще на один шаг.

А потом все произошло настолько быстро, что никто кроме Аверина и самой Дианы не успел ничего понять. Девушка резко выбросила правую ногу вперед, больно ударив Александра по пальцам. Тот, разумеется, выпустил шокер. Дана же с писком: «помогите» молнией метнулась к майору.

— Побег засчитан, — меланхолично произнес он. — Молодец. А теперь я предлагаю вам сесть в круг и разобрать ошибки.

Курсанты послушались. И своих подопечных задумчивым взглядом, Вадим насмешливо протянул:

— Лично я считаю, что лучшая защита — это нападение, только если ты сильнее. Если же нет, мне бы хотелось напомнить вам, что при столкновении с заведомо более сильным противником бегство — лучшая стратагема. Оно не является поражением. Это шанс остаться целым и невредимым. Но начнем разбирать ошибки. Пожалуй, разумнее всего начать с конца. Вирен.

— Я же сбежала, — растерянно произнесла она.

— В принципе, да. И по традиции победителей не судят. Но ошибка все же была. Кричать надо было. Громко, а не пищать мышкой. И кроме «Помогите» еще и «Пожар», «Потоп» и «Землетрясение». Понятно?

— Да, сер.

— Хорошо. Теперь Мей и Спаркс, вас по идее изнасиловать хотели. Нужно кричать, пытаться убежать, вызвать службу спасения. Ваши коммуникаторы снабжены такой опцией. А вы стали и ручки опустили. Несколько неадекватное поведение. Не находите? Антонов, Талин, Брес, справились достаточно хорошо. Ходите на факультатив к лейтенанту Кейну? Продолжайте в том же духе. Снежная, отлично держалась, но сбежать не просто не смогла, но даже и не подумала об этом. Почему?

— Вариант с побегом даже не рассматривался. Брат быстрее и сильнее. Догнал бы мгновенно и повалил бы еще быстрее. А так у меня был шанс. Просто воспользоваться им в полной мере не получилось.

— Но попытка была хорошая. Теперь Морье. Скорость реакции и координация за гранью добра и зла. Зайдешь ко мне сегодня в восемь. Попробуем составить индивидуальную программу для решения этой проблемы. Бурэ, Лисин, вы чем думали, когда с Андерсом и Ризом связывались? Зачем позволили втянуть себя в драку? Когда на вас нападают профессионалы, уходите в глухую оборону. Тогда шанс немного продержаться у вас есть. Вы могли бы выполнить условия задания, но не сообразили, как это сделать. Так… на сегодня мы закончили. Можете отдыхать.

Вечером все Дана, Рей и Джейс обосновались в блоке девочек. В блоке парней Близнецы и Тео смотрели какое-то телешоу. Они и остальных звали, но вокальные конкурсы ребята не любили. Поэтому сейчас парни играли в шахматы, устроившись на полу. А Дана сидела на кровати и листала на планшете критические статьи о новом фильме знаменитого режиссера Тошио Хару «Жизнь длинною в танец». История легендарной балерины Марии Браяр — недостижимом идеале всех балерин. Отзывы, были достаточно противоречивы. Одни хвалили. Другие ругали. Как всегда, в общем.

Девушка с жадностью глотала строчки, вышедшие из-под пера очередного «ценителя искусства», с интересом разглядывала постеры, но заставить себя посмотреть этот фильм она не могла. И не только потому, что еще год назад, когда только начались съемки они договорились пойти на него всем классом. Заводила-Дэн потребовал от каждого из них клятвенного обещания, что отдельно от коллектива смотреть этот фильм никто не станет. Вот только их уже не было. Никого. И не смогут они прийти в старый кинозал, расположенный недалеко от их Академии. Не смогут потом купить в соседней кафетерии мороженное. Не смогут шумно, перебивая друг друга делиться впечатлениями. Потому что их больше нет. Никого из них. А смотреть фильм без ребят было почти что предательством.

Еще Дана не решалась на этот шаг понимая, что картина вероятнее всего окончится смертью главной героини. Не зря же она заявлена, как драма. Реальная Мария Брайер покончила с собой в тридцать шесть лет, потому что из-за травмы не могла больше танцевать.

А остаться равнодушной к трагедии Великой Примы девушка вряд ли сможет. Потому что понимает, пусть и не до конца, причины такого поступка. Ведь «танец длинною в жизнь» — судьба каждой балерины. А вот «Жизнь длинною в танец» — лишь тех, кто дышит музыкой и только ей.

И Диане было страшно. Невероятно страшно понимать: кроме балета и в ее жизни нет ничего. Ну, или ничего равного царству Терпсихоры. Да и живет она сейчас, ходит, улыбается и загружает себя учебой, понимая, что вернется в балет. Может не сразу, может это будет нелегко, но вернется. Пусть это будет даже самая плохая труппа в какой-нибудь глуши. Не важно. Главное — иметь возможность танцевать. А если нет? Если все ее надежды пойдут прахом? Не вскроет ли она себе вены, как потерявшая рассудок Мария Браяр?

— Ты боишься? — тихо спросил Рей.

— Что? — Девушка подняла глаза на приятеля.

— Ты хочешь посмотреть этот фильм, но боишься. Почему?

— Ой, ну что за глупости?! — попыталась отмахнуться она. — Я просто думаю, стоит ли он того? Пока схожусь на том, что нет. Слишком много мыла. Не люблю слезливые мелодрамы.

— Зачем ты обманываешь? — морщась, словно от зубной боли спросил Джейсон. — Мы же не дураки. И успели неплохо тебя узнать.

Дана принужденно улыбнулась, отбрасывая планшет на подушку и вставая. Не то, чтобы она не хотела делиться с друзьями… все же эти двое самые близкие ей люди. Ближе у нее и нет никого. Просто, зачем загружать их еще и этим? Они и так неоправданно много с ней возятся.

— Ребят, все в порядке. Просто вспомнила свою школу.

— Скучаешь?

— Скучаю. Но не забивайте этим головы. Пройдет.

Парни переглянулись и Джейс сказал:

— Не пройдет. Особенно если будешь делать вид, что все в порядке. Это ведь не так. Диана, мы все знаем.

Девушка оцепенела:

— Знаете? — голов был хриплым, будто чужим, но она быстро взяла себя в руки и улыбнулась. Они не могут ничего знать. Мало ли на свете девушек с именем Диана Вирен? Как минимум, пара десятков наберется. А соотнести, пусть и освященный в прессе, теракт с курсантом Артенийской Военной академии достаточно сложно. А Джейсон, скорее всего имел в виду что-то другое. Ностальгию по балетному классу или что-то в этом роде.

— Андорский театр.

Девушка пошатнулась, словно бы ее ударили. А Рей зашипел на приятеля:

— Ты с ума сошел? Нельзя же так!

— А как можно? — в ответ рявкнул тот. — Не могу я не это смотреть на нее и делать вид, что ничего не происходит. Пока не понимал, что к чему — еще держался. Но теперь, уволь.

— Я не виновата, — затравленно глядя на парней, она сделала шаг назад, потом еще и еще. — Я не виновата.

— Ты этого добивался? — Рей с укоризной уставился на приятеля, а потом ласково, как к ребенку обратился к Диане. — Конечно, не виновата. Мы знаем. Успокойся. Ладно? Нам не хотелось тебя пугать. Джейс — идиот. Хотя, в чем-то и прав. Это… непросто… смотреть на то, как ты мучаешься и даже поделиться переживаниями не можешь.

— Как вы узнали?

— Включили мозги. Да не смотри ты на нас так, будто бы мы монстры какие-то. Противно. Честно.

— Как вы узнали?!

— Ты прокололась на фуэте. Да и на остальном, если честно, тоже. Слишком чисто выполняешь элементы. Но главный прокол, все же, фуэте. По легенде ты — посредственная балерина. И из школы тебя исключили как раз поэтому. Вот только эталоном мастерства партии Одиллии является тридцать шесть фуэте. Тридцать два признано нормой. А ты с легкостью раскручиваешь шестьдесят четыре. И делаешь это на пяточке размером с ладонь. Тебя просто не могли исключить за профнепригодность. Потом были кое-какие оговорки. И не сказать, что много, но этого хватило. Про школьную форму и отсутствие у тебя собственных платьев. Про родителей, точнее их отсутствие. Мы сопоставили факты. Залезли в сеть, и нашли там все, включая твою фотографию. Мелкая, да сядь ты на кровать. И перестань дрожать. Мы не собираемся тебя выдавать. Никому. И все сделаем, чтобы защитить. Я, собственно это и хотел сказать, когда затевал этот разговор. Прости, наверное, действительно слишком резко получилось.

— Спасибо. За поддержку, ребят.

— Эй, малышка, — Рей сел рядом и заглянул ей в глаза. — Ты чего? Все же хорошо.

— Все плохо. Неужели не понимаешь? Если вы догадались, то и остальные…

— Нет. Мы не просто искали, но и примерно понимали, что должны найти. При этом потратили уйму времени. А даже если кто-то о тебе узнает узнает. Что с того? Думаешь, мы не сможем при необходимости его или ее заткнуть?

— А мы сможем?

— Конечно, — уверенно заявил Джейсон. — В крайнем случае, Аверина попросим.

— Угу. Так он и побежит мне помогать.

— Он же начальник курса.

— И что? Забыл, как этот тип ко мне относится?

— Нежно и трепетно, — с самым невинным видом выдал парень. — Ради кого он сегодня сжульничал? А еще я видел, как он на тебя смотрел.

А Диана не выдержала и толкнула его локтем в бок. Завязалась легкая потасовка результатом которой стал упавший с кровати Джейс, которого они, смеясь скрутили в четыре руки.

— Так не честно! — возмущался он. — Рей, ты — предатель!

— Прости, друг, но мне не хотелось оказаться на твоем месте. Кстати, мы сегодня тот фильм смотреть будем?

— Нет, — решительно ответила девушка. — Он слишком грустный. Настроение и так оставляет желать лучшего. Оставим до лучших времен. Ладно?

— Конечно, — в один голос ответили парни.


ГЛАВА 21 | Серебряная клетка | ГЛАВА 23