home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА 16



В понедельник сразу после завтрака после у них должен был состояться первый урок «Основ хореографии». И он оказался самым большим разочарованием, которое постигло курсанта Вирэн в Артенийской Военной академии. Нет, она ожидала, что уровень преподавания здесь ниже, чем в Тание, и что сам зал будет хуже, и что им будут давать действительно лишь основы. Она ожидала чего угодно, но не того, что предстало перед ее глазами в этот понедельник.

Такого ужаса она себе даже вообразить не могла. Самые страшные кошмары, вроде учебной тревоги, меркли по сравнению с этим. Ведь там, где есть сама возможность, полностью отдавшись музыке, плести кружево изящных па, рассказывая в них волшебную историю любви и ненависти, смирения и дерзости, жизни и смерти, нельзя оставаться чем-то недовольной. По крайней мере, не сейчас, когда на вес золота каждое мгновение, подаренное танцу.

Консуэлла Энхарт — их преподаватель вызывала у Дианы, да и, наверное, не только у нее, шок. Тонна косметики на лице, превращающего его в маску, пусть и безупречную. Фальшивая улыбка и манера растягивать гласные были не слишком приятным, но вполне терпимыми. А вот зашкаливающий нарциссизм не вызывал ничего кроме брезгливого недоумения. Сержант Энхарт показала им, как эталон и вершину к которой они вряд ли смогут даже приблизиться запись собственного выступления. С ним она, сама, еще будучи курсантом победила на каком-то конкурсе.

По мнению Даны, а судя по выражениям лиц, с ней были согласна почти половина группы, мастерство данной особы оставляло желать лучшего, как, собственно, и мастерство ее партнера. Движения резкие, смазанные, подчас совершенно неуклюжие, ошибок уйма. Поддержки, вообще, за гранью добра и зла. Как они умудрились не свернуть себе шеи, оставалось для девушки большим вопросом. И к ЭТОМУ им предстояло стремиться? Девушке так и хотелось, схватившись за голову, закричать: «Боже, куда я попала?»

Но это, как оказалось еще полбеды. Им предстояло ближайшие четыре месяца изучать танцы в ТЕОРИИ! А к практике, которая должна была длиться месяц, курсанты допускались только после сдачи зачета. И, нет, ни в коем случае, сдать зачет раньше, нельзя. И, вообще, с первого раза его у нее не сдал еще никто.

— Вы же пришли сюда учиться. А если не желаете, или считаете, что все уже знаете, можете забирать документы из Артена и идти в другую академию, — резко бросила она Джейсону, просто поинтересовавшемуся, можно ли получить вопросы к зачету заранее. — Но какого бы высокого мнения о своих умственных способностях вы ни были, лично я, вообще не уверена, что вам под силу будет сдать зачет даже на неделю раньше установленного времени.

Дальше было одно и сплошное издевательство. Потому что изучение теории в понимании сержанта Энхарт должно было происходить следующим образом. В своих планшетах стилусом, а никак не с помощью сенсорной клавиатуры они записывали под диктовку нечто очень похожее на методическое пособие по хореографии для преподавателей средней школы. А на следующем уроке им предстояло дословное воспроизведение данного текста. О том, что курсанты должны выучить лекцию наизусть, она не поленилась сказать дважды. После чего объявила, что не потерпит от учеников никакой отсебятины.

А на перемене этот с позволения сказать преподаватель, сделал комплимент Вере Скольник, которая «весьма изящно» двигалась по классу и отчитал Диану за то, что та слишком прямо держит спину. Такая нарочито-правильная осанка… это, видите ли, моветон.

— В каком дремучем захолустье ее учили? — выдохнула девушка, выходя в коридор. — Причем, не только танцевать. Методика преподавания у нее также на уровне позапрошлого века.

— Даже представить себе не могу, — усмехнулся Джейсон, приобнимая подругу за плечи.

— У меня идеальная осанка!

— Успокойся.

— Да, как тут можно успокоиться?! У меня идеальная осанка!

— Не кипятись, мелкая, — улыбнулся Джейсон. — Ты — совершенство, а она просто дура. Одно радует, мы будем не так часто ее видеть.

— О, да… — подкатил глаза к потолку Рей. — Всего два академических часа в неделю на протяжении шести месяцев. Я застрелюсь! Причем, еще на теории.

- Почему? — спросил Тео.

Морье недоуменно посмотрел на троицу друзей и смущенно улыбнулся, увидев на их лицах одинаковое возмущенно-недоверчивое выражение.

— Ты на уроки танцев ходил когда-нибудь? — спросил у него Джейс.

— Давно. В начальной школе еще. Но не сложилось. У меня слуха нет. Вообще. Ритм, хоть убей, не улавливаю. А что?

— Ничего. Ты, возможно, эти полгода переживешь. А вот мы… вряд ли. Потому что изучали танцы с детского сада. И я сильно сомневаюсь, что эта… сможет научить меня чему-то новому. Потому что мои учителя были, ни в пример, лучше. По крайней мере, они не заставляли нас практиковаться в письме под диктовку и заучивать наизусть пособия сомнительного содержания. И как она попала в преподавательский состав академии?!

Стоявшие рядом близнецы Снежные, дружно кивнули, выражая абсолютную солидарность.

— Да ладно вам, — влез вездесущий Вадим Талин. — Не такой уж это и ад. Развлечение и только. В сравнении с той же физ. подготовкой. Или историей.

Его поддержала пара ребят, но как-то вяло, без энтузиазма. Да, мол, физ. подготовка штука тяжелая, но и это не сахар. Только Вера Скольник сияла. В последнее время ей доставалось слишком мало внимания от преподавателей. А она к такому не привыкла. Да и тот факт, что выскочку, наконец, поставили на место, не мог не греть душу.

Диана хмурилась недолго, неунывающий Джейсон принялся рассказывать байки из своей школьной жизни. Рей заразительно смеялся и вставлял ехидные комментарии. Так что настроение девушке они подняли за несколько минут. И в целом день прошел нормально. Они посидели на истории, чудом не заснув. Затаив дыхание слушали лекцию по тактике эскадренного боя. И даже с удовольствием помчались на физ. подготовку. Сегодня у них было плаванье. То есть с удовольствием помчались все кроме Даны и Тео. Они оба плавать не умели совершенно и предстоящего урока немного побаивались.

Но все обошлось. У самого входа их перехватил Майк и потащил в самый дальний угол огромного бассейна. А потом бдительно следил, чтобы они правильно выполняли упражнения. Так что к концу занятия они хоть и плохо, но на воде, все же, держаться начали.

Потом был обед. И снова лекции. За два часа до ужина занятия на сегодня закончились. И большинство ребят, включая ее приятелей село за учебники. А Диана опять оккупировала спортивный зал. Надела наушники, включила аудио-воспроизведение заданного параграфа по этике и начала разминаться, потом стала к станку. Ей давно уже не нужна была музыка. Тело помнило само, что и как нужно делать. Через сорок пять минут с этикой было покончено и пришла пора культурологи. А после девушка позволила себе отдых — всего пять минут. На большее времени не было. Сегодня еще необходимо было сделать письменное задание по логике и сесть за грамматику Вернийского. Вряд ли сегодня удастся вырваться в зал до сна.

Но пока она здесь и готова приложить все силы. И пока на повестке дня вариация Китри из «Дон Кихота». Нужно не просто станцевать. Необходимо добиться филигранного исполнения, и при этом вжиться в роль. Ведь балет — не гимнастика, где необходимо просто выполнить ряд акробатических этюдов без помарок и попадая в ритм. Балет — это искусство. Здесь за каждым движением, каждым взглядом, каждым вдохом стоит мысль, которую нужно донести до зрителя.

Танец — ежевечерняя награда за то, что она нашла в себе силы прожить этот день. Танец — сама жизнь. Но в полной мере это дано ощутить лишь тем, кого поцеловала Терпсихора.

Музыка… есть в ней, наверное, какая-то магия. Потому, как стоит ей зазвучать, мир исчезает, а на смену ему приходит сказочная история. И вот уже нет в зале Дианы Вирэн — упрямой девочки, изо всех сил цепляющейся за осколки собственной жизни. Дамы и господа, перед вами озорница Китри. Дерзкая красавица, влюбленная в своего Базиля.

Из волшебного мира грез ее выдернули тихие аплодисменты. В дверях стоял Александр Польский. Диана беззвучно выругалась, но все же нашла в себе силы нацепить на лицо дружелюбное выражение.

— Ты прекрасна, — сказал он с самой обворожительной улыбкой, скользя оценивающим взглядом по ее фигурке.

— Спасибо, — ответила девушка осторожно. Интуиция просто кричала: это не к добру, что бы он ни задумал.

— Нет, я серьезно. Ты очень красива. А двигаешься… глаз не отвести.

— Вера будет ревновать.

— И что? Я ей ничего не обещал. Не говорил даже, что она мне симпатична.

— А мне выходит, говоришь?

— Да.

— Спасибо за комплимент, конечно. Я польщена. Правда, — усмехнулась девушка. — А теперь на чистоту. Чего ты хочешь, Польский?

— Зови меня Алексом.

— Ладно. И чего же ты хочешь, Алекс?

— Всего и сразу. Должность старшины. Видишь ли, иначе мне не интересно — скучно. Тут же совершенно нечем заняться.

— А как же лекции? Ты же сюда учиться пришел.

— Лекции… не смеши меня, малышка Ди. У меня были хороши репетиторы. Лучшие, я бы сказал. Родители никогда не скупились на моем образовании. Хотя и спрос с меня был соответствующий. И это принесло свои плоды. Я хоть сейчас готов сдать все экзамены вплоть до третьего курса.

— Займись физической подготовкой.

— Займусь. Куда деваться? Свободного времени у меня останется слишком много. Но я все равно стану старшиной. Ваша троица продержится недолго. Максимум пару месяцев. И то, если Аверин будет к вам более чем лоялен. Но вероятность того, что Ледяной Адмирал начнет вас прикрывать, крайне мала. Хотя, идея создать альянс была недурна. Гениальна, я бы даже сказал.

— Ты нас недооцениваешь. Но даже если меня снимут с должности… как видишь, я иллюзий не строю. Что с того? Ну, назначат Джейсона или Рея.

— Нет. И ты скоро поймешь, что я прав.

— Ладно. Допустим. Ты — старшина, а нас ждут репрессии. Но мы можем заслужить твою благосклонность, сдавшись прямо сейчас. Я права?

— Ты нечто невероятное, — он растянул губы в снисходительной улыбке. — Такая маленькая и такая колючая. Мне это нравится.

— А иди ты куда подальше, Польский.

— Не дури, Ди, — почти ласково сказал он. — Тебе лучше со мной дружить.

— А ты только дружить хочешь? — наигранно изумилась она. — Не знала, что теперь это так называется. И хватит на меня пялиться. Нет у меня груди. Нет!

Парень засмеялся.

— Ты забавная. Рядом с тобой хочется улыбаться. И, конечно, я хочу не только дружить.

— Очень мило, но вернемся к вопросу наших взаимоотношений. У тебя уже есть девушка. А я второй не буду. Это же себя не уважать. Алекс, очнись! Мы в Артене. Здесь две трети — курсанты мужского пола. Нет резона соперничать за внимание парня с кем-то вроде Скольник. Проще другого найти.

— Мое внимание будет всецело отдано тебе. А Вера… как бы помягче выразиться? Никак, наверное. Она… шлюха. Причем, дешевая. Готова быть с любым, кто может ей хоть что-то предложить. Сначала ее целью был Аверин. Но он на ее симпатичное личико не повелся, после чего красотка переметнулась ко мне. Я хоть и не такая выгодная партия, как Адмирал, но тоже ничего.

— Ты так спокойно об этом говоришь.

— Не она первая, не она последняя. Знаешь, сколько я за свою жизнь таких повидал? Много. Но что поделаешь? Я единственный наследник всего состояния своей семьи. В общем, бедность мне не грозит. И знаешь, что? Ты об этом не знала. Тебя не интересовало, сколько денег уже лежит на моем счету, и сколько из них я могу потратить на женские капризы. К тому же тебя можно и родителям показать. Отцу ты понравишься. Да и с мамой, думаю, вы найдете общий язык. Она пианистка.

— Очень мило, Алекс, но есть одна проблема. Ты мне не нравишься.

— Это ерунда. Познакомимся поближе — понравлюсь. Тебе будет со мной хорошо.

И видимо, чтобы доказать это он шагнул к ней. Девушка вздрогнула и в ее глазах загорелся огонек страха. Здоровый парень и девчонка, которая раза в два меньше его. И отбиться у нее нет ни единого шанса, если он решит применить силу. А в голове всплыл тихий голос Дэна, который однажды решил дать ей пару уроков самообороны. Ей тогда лет пятнадцать было. Или даже меньше. К ней пристал какой-то мальчишка, когда она гуляла в городе. Одноклассник это увидел и пришел на помощь. А потом долго объяснял, в чем была ее ошибка.

«Снежинка, — говорил он. — Ты очень хорошенькая. Вырастишь, совсем красавицей станешь. А мужчины не всегда слышат отказ той, которую они хотят. Поэтому любая девушка должна помнить. Если оказалась в ситуации, когда тебя фактически прижали к стенке, не паникуй. Проку от этого не будет. Не плачь. Слезы редко останавливали насильников. Не пытайся вырваться. Сил, скорее всего не хватит. Но и ледяной статуей не застывай. Кричи. Громко. Чтобы привлечь внимание. И бей. Пах. Солнечное сплетение. Основание шеи».

Вот только меры эти очень уж радикальные. Сначала нужно попробовать решить это миром. Ну, или хотя бы до скандала не доводить. А Польский тем временем приблизился практически вплотную и провел ледяными пальцами по ее щеке. И хотя прикосновение его было почти невесомым, можно даже сказать, нежным, Диану передернуло, и она непроизвольно сделала шаг назад.

— Очень глупо с твоей стороны. Если мне захочется, твоя жизнь превратится в ад. Пять лет ада. Как тебе?

— Не страшно.

— А вот это ложь, моя маленькая.

— Во-первых, Польский, я не твоя и твоей не буду. Даже не мечтай. А во-вторых, я уже ничего не боюсь. Ни жизни. Ни смерти. А бояться тебя — это вообще смешно. Но если ты еще раз подойдешь ко мне со своими сомнительными предложениями, тебе несдобровать.

— Или что ты сделаешь? Побьешь меня?

— Рапорт напишу. Обвинение сексуальном домогательстве — не то, что сможет прибавить тебя баллов в погоне за должностью старшины.

— Возможно. Но где доказательства? Твое слово против моего. Мне ничего не будет. В самом крайнем случае, ждет меня «мужской» разговор с Авериным, где он в вежливой форме посоветует с истеричками не общаться. А вот ты после этого необдуманного шага в глазах группы упадешь ниже некуда.

— Испугал! Польский, очнись. Мне плевать на мнение группы. И я буду даже рада скинуть обязанности старшины на Рея. Джейс менее серьезный и роль заместителя ему подходит больше. Но тебя будут ждать настоящие проблемы. Самое меньшее из которых — замечание, занесенное в личное дело. А теперь, шел бы ты куда подальше.

— Это глупо. Воевать со мной.

— Польский, ты не понял? Отвали!

— Ты или будешь моей, или вылетишь из Артэна.

— А не много ли ты на себя берешь?

— Нет. В самый раз. И, так уж и быть, я проявлю щедрость и дам тебе время подумать. Я, наверное, был недостаточно деликатен. Слишком прям и напорист. Это моя ошибка. Признаю. Поэтому я готов пойти на маленькую уступку тебе. Не принимай опрометчивых решений. Подумай. У тебя неделя, малышка Ди. Но если я не получу согласия на свое предложение, ты об этом пожалеешь.

— Сомневаюсь.

— Посмотрим, моя прелесть, — улыбка парня вдруг показалась девушке похожей на оскал хищника. — Посмотрим.

После чего он развернулся и вышел из зала. А Диана обессилено опустилась на пол. В ее голове бешено пульсировала одна единственная мысль: «Что же делать? Что же мне делать?»

Девушка закусила губу. Еще одна проблема. Как будто бы всего того что уже с ней случилось, судьбе было мало. А ведь единственного, чего она хочет сейчас — это покоя. Так нет же неприятности все льются и льются на ее голову.

Теперь вот поклонник нарисовался.

В то, что Польский по мере сил и возможностей, начнет портить ей жизнь, она почти не сомневалась. Такие как он не прощают пренебрежения и отказов. Но не соглашаться же было на его «щедрое» предложение. Он не Джейс или Рей. Ребята действительно согласны с ней просто дружить. Этот же будет играть в «отношения». И требовать всех причитающихся ему бонусов от поцелуев, до постели.

И если первое еще можно было пережить, то второе вызывало стойкое отторжение. Те так. Не с ним. Возможно, девушка и могла бы сделать этот шаг, если бы руку ей протягивал Джейсон, ставший за то короткое время, что они провели в Артене почти родным. И хоть Диана и не была в него влюблена, но отказать ему она бы не смогла. Не посмела бы. Просто боясь потерять самого близкого ей человека.

И пусть это было бы скорее в благодарность за поддержку, а не по велению сердца, так сказать. Но только ли любовь сводит людей вместе? Ведь нет. Довольно часто их толкает друг к другу одиночество и желание согреться в чьих-то объятьях. Любовь приходит потом, стирая в нашей памяти первопричину нашей влюбленности.

Проблема же Даны(или Польского, который столь необдуманно заявил о своих притязаниях) заключалось в том, что девушка ничего не могла получить от этих отношений. Да и, признаться, не хотела получать. Во-первых, друзья, у нее уже есть. И они готовы ее самозабвенно опекать. Значит, в защите она не нуждается. Помощь в учебе ей также не требуется. А Польский, хоть и был симпатичным, умным и даже обаятельным, когда сам того желал, но при всех своих достоинствах, не будил нежных чувств. Да и, вообще, шантаж и угрозы стоят последними в списке способов понравиться девушке.

Но если уж на то пошло, нежных чувств в ней никто не будил. Почти что сестринская привязанность к двум ее приятелям не в счет. Нет, она, разумеется, мечтала иногда, что встретит кого-то, кто ей очень понравится. И у них будут настоящие отношения. Со всеми вытекающими в виде жарких взглядов и не менее жарких ночей. Но это будет когда-нибудь. Не сейчас.

Да и что такое влечение Диана Вирэн понимала смутно. Ее единственной страстью был балет, а единственным любовником — танец. Наверное, именно из-за этого ей и не давались романтические персонажи. Мадам Желис однажды вышла из себя и закричала на воспитанницу:

— Колода ты бесчувственная! Дура! Ну, неужели ты не можешь хоть каплю чувства вложить в свой танец? Жизель его любит. Понимаешь ты? Любит! Всем сердцем, всей душой. Вопреки даже его предательству. И любовь эта в каждом ее движении, в каждом взгляде. Да что стоит вся твоя техника, если ты не можешь подарить зрителю волшебство, ради которого он и приходит в театр? Гнать тебя надо из академии! Гнать!

Тогда за маленькую балерину, которую от истерики отделял один только шаг, в который уж раз, заступился маэстро Горский. Он был в два раза старше мадам Желис и поэтому счел возможным сделать своей более молодой коллеге замечание:

— Марго, вы перегибаете палку. Прекратите обвинять ребенка в том, в чем она не виновата. Чтобы принести на сцену волшебство любви, в ее пламени нужно сгореть хотя бы однажды. Но всему свое время. Вы же не станете требовать, от младенца, который едва научился ходить, чтобы он умел танцевать на пальцах. Вот и от нее не требуйте огня, который еще не успел разгореться. Время этой девочки еще не пришло. Но придет.

— Когда? — раздраженно прошипела мадам Желис. — Хотела бы я знать. И что мне делать с ней сейчас. Скоро Смотр, а она совершенно не готова.

— Для Смотра, если он так вас беспокоит, я бы рекомендовал поменять номер. Время еще есть. И если с «Жизель» ваша ученица не справляется, пусть попытает удачу с «Лебединым озером». Думаю, вариация Одиллии подойдет ей как нельзя лучше. А по поводу любви и способности дарить свои эмоции зрителям… все приходит со временем. Сейчас вы должны научить танцевать ее тело. Душа ее научится всему без вашего участия. Все же не забывайте, что Вирэн на год, а то и на два младше своих одноклассниц. Значит, время у нее есть.

Диана была согласна с мнением учителя. Со временем все должно было прийти. У других ведь так и происходило. А чем она отличается от остальных девочек? Ничем. Вот только предсказание маэстро отчего-то не спешило сбываться. Дана и не думала терять голову или сгорать от страсти. А будить ее чувственность никто не спешил. Те, к кому она испытывала хоть отголосок симпатии, были влюблены в других. Рей в свою Кейт. Джейс сейчас бредил недоступной Каролиной. Тео не замечал никого кроме Марии Снежной. А Михаил… он шел в комплекте с Мари и никаких особых эмоций у Дианы сам по себе не вызывал. Искать же свой идеал девушка не спешила. На это у нее просто не оставалось ни времени, ни сил.

Но через какое-то время самообладание вернулось к девушке, и нашла в себе силы подняться на ноги. Все же нежеланный поклонник — не самое страшное, что может случиться в жизни. Да и что он может ей сделать? Пакостить по-мелочи. И все. А уж это — сущая ерунда. Но ребят предупредить надо. Лучше уж быть готовым к неприятностям. После чего она тряхнула головой и зло пробормотала:

— Вот же придурок этот Польский. Все настроение испоганил. Но это же не повод сворачивать занятие? Нет, не повод!


ГЛАВА 15 | Серебряная клетка | ГЛАВА 17