home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement





IX. В которой появляется некая девица Пингвуазо

Пока дочь Гранариуса с волнением следила за этими событиями, Жюль Соваль, с легкой руки своей тетушки, которая мечтала найти ему богатую невесту, вел светскую жизнь в квартале Маре[672]. Прекрасным августовским вечером госпожа Соваль заставила племянника отправиться к господину Пингвуазо, бывшему торговцу игрушками из пассажа Якоря; сей господин удалился от дел, имея сорок тысяч ливров годового дохода, загородное имение в Буасси-Сен-Леже и единственную дочь двадцати семи лет, за которой родитель давал четыреста тысяч франков (плод девятилетних сбережений), загородное имение и только что купленный особняк на Вандомской улице в Маре[673], не говоря уже о надеждах на наследство. Обед, естественно, был устроен в честь прославленного натуралиста, для которого Пингвуазо, коротко знакомый с главой государства, хотел добиться креста Почетного легиона. Пингвуазо искал зятя, который остался бы жить в его доме; но он желал заполучить зятя знаменитого, который мог бы стать профессором, публиковать книги и быть героем журнальных статей.

После десерта тетушка взяла племянника Жюля под руку, увела в сад и недолго думая осведомилась:

– Что ты думаешь об Амелии Пингвуазо?

– Что она чудовищно уродлива, что у нее нос крючком и все лицо в веснушках.

– Да, но какой прекрасный особняк!

– Огромные ступни!

– Дом в Буасси-Сен-Леже, парк в тридцать гектаров с гротами и речкой.

– Плоская грудь.

– Четыреста тысяч франков приданого.

– И вдобавок дура!..

– Сорок тысяч ливров годового дохода в наследство, и плюс пятьсот тысяч франков, которые папаша еще успеет накопить для нее.

– Она неуклюжая.

– Богатый Человек непременно становится профессором и членом Института.

– Ну что же, юноша! – сказал Пингвуазо, – говорят, вы там в Ботаническом саду творите чудеса и мы будем вам обязаны большим открытием… Я, между прочим, люблю ученых! я ведь не какой-нибудь тупица. Я выдам свою Амелию только за человека даровитого, даже если буду знать, что он беден и у него долги…

Речь совершенно недвусмысленная и противоречащая всем буржуазным устоям.


VIII. Поль и Виргиния животного царства [644] | Сцены частной и общественной жизни животных | Х. В которой мадемуазель Анна воспаряет до выводов самых возвышенных