home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



2

Мы принесли большую картонную коробку, которую любезно предложил нам клерк, в кабинет Тома. На обратном пути Том остановился у магазина канцелярских принадлежностей и купил шесть пачек бумаги для ксерокса. Четыре пачки он уложил поверх бумаг, две засунул сбоку. На лестнице ручки коробки начали рваться, и нам пришлось нести ее остаток пути, поддерживая за дно.

Мы поставили коробку на пол рядом с ксероксом. Том открыл крышку машины, и она тут же довольно заурчала. Я взял из коробки одну из папок и открыл ее. Там лежали листы бумаги различных цветов и размеров, некоторые были покрыты текстом, отпечатанным на пишущей машинке, без полей, от края до края, другие же исписаны почерком, который я уже видел однажды в подвале «Зеленой женщины».

«Когда мы вышли из бара, было около двух утра. Она была слишком пьяна, чтобы идти прямо. Я должен арестовать тебя за появление пьяной в общественном месте. Ты ведь не коп, а? Нет, дорогая. Я ведь уже сказал тебе, я владею одним из больших отелей в нижнем городе. Каким? „Отелем разбитых сердец“. Я уже была там. Я, наверное, должна тебе кучу денег за проживание. Я знаю это, дорогая, мы позаботимся об этом. Она захихикала. Вот моя машина. Черная юбка задралась на ее бедрах, когда она влезала внутрь. Бедра были тощие. Мы подъехали к „ЗЖ“, и она сказала: В такой дыре? Не волнуйся, внутри тебя ждет настоящий трон».

Я посмотрел на Тома, который листал содержимое другой папки.

– Невероятно! – сказал я. – Он описывает все в таких деталях, даже вставляет диалоги. Это как книга.

Тому было явно не по себе от того, что он читал. Он закрыл папку.

– Все изложено в хронологическом порядке. Каждое убийство занимает страниц двадцать. Как ты думаешь, сколько у нас всего страниц – около тысячи?

– Что-то вроде этого, – сказал я, глядя на папки.

– По меньшей мере пятьдесят убийств, – заметил Том. – Думаю, он позволил Фонтейну раскрыть некоторые, самые живописные.

– Кому ты собираешься послать копии? – спросил я.

– ФБР. Изабель Арчер. Новому шефу, Гарольду Грину. И кому-нибудь из «Леджер». Джеффри Боу?

– Это станет для него настоящим подарком. Ты не собираешься называть себя?

– Конечно, нет. Я просто обеспокоенный гражданин, который нашел эти бумаги в мусорном баке. Думаю, взволнованный гражданин вполне способен позвонить мисс Арчер прямо сейчас.

Он подошел к столу и набрал номер. Я сидел на диване, прислушиваясь к репликам Тома. Осознав, что продолжаю держать в руках папку, я положил ее на стол.

– Я хочу поговорить с Изабель Арчер. Это важно для ее работы.

– Да, я подожду.

– Мисс Арчер? Я рад, что имею возможность с вами поговорить.

– Мое имя? Флетчер Немон.

– Я не знал, что об этом и подумать, поэтому решил вам позвонить.

– Я не хочу связываться с полицией, мисс Арчер. Это дело касается полицейского.

– Ну, хорошо.

– О'кей. Это было прошлой ночью. Я видел одного детектива. Не знаю, как зовут, но до этого я еще видел его в новостях. Так что я точно знал, что он детектив. Он входил в один старый кинотеатр на Ливермор.

– Поздно ночью.

– Нет, в какое время, сказать не могу. В общем, после того, как он вошел внутрь, я услышал выстрел.

– Нет. Я поспешил убраться оттуда.

– Уверен.

– Уверен, уверен. Это был выстрел.

– Ну, я не знаю, что вы должны делать. Я думал, вы знаете свое дело. А сейчас мне надо уходить.

– Нет. До свидания.

Он положил трубку и повернулся ко мне.

– Что ты думаешь по этому поводу?

– Думаю, что через пять минут она будет там с бензопилой и сварочным аппаратом.

– Я тоже уверен в этом. – Он вынул содержимое папки и выровнял листы, похлопав ими по столу. – Мне надо два-три часа, чтобы снять все копии. Хочешь поболтаться здесь или у тебя есть дела?

– Думаю, мне надо поговорить с Джоном.

– Хочешь, чтобы я поехал с тобой?

– Ты у нас начальник. А грязная работа выпадает на мою долю.

Я шел по жаре вдоль зеленых улиц к дому Рэнсома. Седьмая улица, Омдурман-плейс, Балаклава-плейс, Виктория-террас. Кирпичные дома, увитые плющом. Каменные дома с причудливо украшенными входами, крыши мансард и изящные фронтоны. Шелестели Фонтанчики на лужайках, носились детишки на велосипедах. Все это было похоже на мир без страшных тайн и жестокости, на мир, в котором никогда не лилась кровь. На аккуратно подстриженной лужайке перед домом Алана Брукнера стояла табличка «Продается».

Белый «понтиак» стоял напротив дома Джона, там, где я увидел его первый раз, вернувшись в город. Оглядев залитую солнцем Эли-плейс, я подошел к двери Джона и позвонил в звонок.

В окошке слева от двери появилось лицо Джона, который смотрел на меня с хмурым любопытством – так смотрят на продавца энциклопедий, который пришел к порогу вашего дома после того, как вы уже купили книги. К моменту, когда он открыл дверь, выражение лица его сменилось на чуть более приветливое.

– Тим! Что ты здесь делаешь?

– Подвернулось кое-что еще.

– Новые исследования? Работа над книгой?

– Могу я зайти на минуту?

– Да, конечно, – Джон отступил на шаг назад, пропуская меня внутрь. – Когда ты прилетел? Только что?

– Вчера днем.

– Тебе не надо было останавливаться в отеле. Пойди забери оттуда вещи и возвращайся сюда, можешь оставаться, сколько захочешь. Только что получил информацию о домах, продающихся в Перигоре, можем посмотреть ее вместе.

– Я остановился не в отеле, а у Тома Пасмора.

– У этого высокомерного задаваки...

Джон провел меня в гостиную. Когда я сел на диван лицом к картинам, он сказал:

– И чего тебе не сиделось дома?

– Спасибо, что прислал Вюлларда, – сказал я. Он не стал перевешивать картины, чтобы скрыть его отсутствие, и то место, на котором висел Вюллард, казалось голым.

Джон стоял рядом с диваном и растерянно глядел на меня, пытаясь догадаться о моем настроении и намерениях.

– Знал, что тебе очень нравится эта картина. К тому же, как я сказал, мне тяжело было бы смотреть на нее теперь.

– Не сомневаюсь в этом, – сказал я.

Он снова посмотрел на меня как на продавца энциклопедий, затем выдавил из себя улыбку и присел на подлокотник кресла.

– Ты приехал, чтобы поблагодарить меня за картину?

– Я хотел кое-что тебе рассказать.

– Звучит почему-то зловеще, – Джон обнял себя за согнутое колено, продолжая улыбаться. На нем была темно-зеленая рубашка, выцветшие джинсы и мокасины без носков. Он был похож на биржевого маклера во время уик-энда.

– Прежде чем мы перейдем к делу, я хочу знать, как Алан.

Прежде чем перейдем к этому таинственному делу? Ты боишься, что потом я могу не захотеть с тобой разговаривать?

Я напомнил себе, что Джон Рэнсом в конце концов очень умный человек.

– Вовсе нет, – сказал я. – Возможно, ты захочешь говорить со мной день и ночь.

– День и ночь, – Джон подтянул ногу поближе. – Давай попытаемся сохранить этот тон, – он театрально вскинул голову. – Итак, Алан. Старый добрый Алан. Ты ведь, кажется, не видел его, когда он лежал в Центральной?

– Я заехал на пять минут по пути в аэропорт.

Джон удивленно поднял брови.

– Ну что ж, тогда ты, значит, знаешь, как он был плох. С тех пор – с тех пор, как я перевез его в Голден-мэнор – ему стало значительно лучше. Там о нем прекрасно заботятся – ну еще бы, если учесть, сколько это стоит.

– Ему там нравится?

Джон покачал головой.

– Думаю, да. Он знает, что о нем позаботятся, если с ним что-нибудь случится. И все женщины там сходят по нему с ума.

– Ты часто его навещаешь?

– Наверное, раз в неделею. Это достаточно для нас обоих.

– Думаю, это правильно, – сказал я.

Джон прищурил глаза и закусил нижнюю губу.

– Так что ты хотел мне рассказать?

– Через день-два этот город снова будет сходить с ума. А в полицейском управлении снова произойдут большие потрясения.

Джон нервно сплел пальцы, а потом махнул в мою сторону рукой, сияя от восторга.

– Ты, негодяй, ты нашел эти бумаги? Ведь все дело в этом?

– Я нашел эти бумаги, – сказал я.

– Тогда ты прав! Этот город действительно сойдет с ума. И сколько же человек убил Фонтейн? Ты посчитал?

– Это был не Фонтейн. Это был человек, который убил Фонтейна.

Рот его медленно приоткрылся. Он смотрел на меня, пытаясь понять, насколько это серьезно.

– Ты ведь не хочешь сказать, что считаешь, будто Алан...

Он даже не догадался спросить меня о результатах баллистической экспертизы.

– Алан не попал в Пола Фонтейна, – сказал я. – Алан попал в меня. За домами на той стороне улицы кто-то прятался. У него было что-то вроде боевой винтовки. Алан, ты, я – мы не имеем к этому никакого отношения. Он был уже там, когда мы подошли к дому. Он был в гетто вместе с Фонтейном. Может быть, даже видел, как тот звонит мне. И следовал за ним до дома.

– Значит, тот человек в Огайо опознал на фотографии не того?

– Нет, он опознал того, кого надо. Я просто неправильно его понял.

Джон прижал ладонь к щеке и несколько секунд смотрел на меня, не произнося ни звука.

– Не думаю, что хочу знать эту историю во всех подробностях, – сказал он наконец.

– Нет, теперь это и неважно. И я не видел сегодня тебя, а ты – меня. To, что скажу тебе я, а ты скажешь мне, никогда не выйдет за пределы этого дома. Я хочу, чтобы ты понимал это.

Он кивнул, немного растерянный, но готовый слушать дальше.

– О'кей. Так кто же это был?

– Майкл Хоган, – сказал я. – Человек, которого ты знал под именем Франклина Бачелора, сменил имя на Майкла Хогана. Сейчас он лежит мертвый в подвале кинотеатра «Белдам ориентал» с пистолетом в руке и словами «Голубая роза» рядом с телом: Они написаны черным маркером.

Джон медленно кивал, вбирая в себя мои слова.

– Изабель Арчер проникнет в кинотеатр и найдет его тело. А через пару дней она и еще несколько человек, включая представителей ФБР, получат копии его бумаг. Почти половина написана от руки, так что не останется никаких сомнений в том, что все это сделал Хоган.

– Ты убил его?

– Послушай, Джон, – сказал я. – Если я и убил детектива в Миллхейвене, то никому не стану об этом рассказывать. Правильно? Но я хочу, чтобы ты понимал, что все сказанное здесь сейчас останется между нами. Не выйдет за стены этой комнаты. Поэтому мой ответ – да. Я застрелил его.

– Bay, – Джон смотрел на меня горящими глазами. – Это потрясающе, просто фантастика. Но ведь вся история выплывет наружу.

– Не думаю, что тебе бы этого хотелось.

Джон внимательно смотрел на меня, словно пытаясь прочесть мои мысли. Он опустил ногу с подлокотника. То, что он прочел на моем лице, ему явно не нравилось. Глаза его погасли, и теперь он пытался выглядеть невинной жертвой.

– И почему же это я не захочу, чтобы все выплыло наружу?

– Потому что ты убил свою жену, – сказал я.


предыдущая глава | Голубая роза. Том 1 | cледующая глава