home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



2

Джойс Брофи держала перед нами открытой массивную дубовую дверь. На ней было темно-синее платье, напоминавшее вечерний наряд для беременных.

– Боже, а мы уже волновались, что это вас задержало, – сказала она, кривовато улыбаясь.

Джон разговаривал с каким-то сгорбленным человечком лет семидесяти, серое лицо которого прорезали глубокие морщины. Я подошел к Алану.

– Нет, нет, мистер, вы должны познакомиться с моим отцом, – сказала Джойс. – Давайте покончим с формальностями, прежде чем вы войдете в зал. Всему, знаете ли, свое время.

Сутулый старик в мешковатом сером костюме, улыбнувшись, протянул мне руку.

– Да, сэр, – сказал он. – Это важный день для нас всех.

– Па, – сказала Джойс. – Познакомься с профессором Брукнером, профессором Рэнсомом и другом профессора Рэнсома...

– Тимом Андерхиллом, – сказал Джон.

– Профессором Андерхиллом, – подхватила Джойс. – А это миссис Рэнсом, мать профессора Рэнсома. Мой отец – Уильям Тротт.

– Зовите меня просто Билл, – старик улыбнулся еще шире и схватил левой рукой руку Марджори. – Некрологи были очень хороши, не так ли? Мы все очень постарались.

Никто из нас не видел сегодняшних утренних газет.

– О да, – сказала Марджори.

– Хочу выразить соболезнования вашему горю. С этой минуты вы должны постараться расслабиться и испытать хоть какую-то радость от прощания. И помните, что мы всегда рядом, чтобы помочь вам.

Он отпустил наконец наши руки.

Марджори потерла ладони.

«Зовите меня просто Билл» попытался изобразить сочувственную улыбку и отступил на шаг назад.

– Моя девочка отведет вас в часовню Вечного покоя. Когда начнется служба, мы пригласим ваших гостей.

Произнеся эти слова, он повернулся на сто восемьдесят градусов и с удивительной для его комплекции скоростью удалился в глубь длинного темного коридора.

«Зовите меня просто Джойс» с улыбкой наблюдала за ним несколько минут, затем сказала:

– Сейчас он включит первую часть музыкальной программы, которая будет фоном для ваших тихих размышлений. Мы уже приготовили стулья, и когда появятся ваши гости, вы должны сесть в левой части первого ряда – там места для членов семьи. – Она подмигнула мне. – И близких друзей.

Прижав правую руку к животу, «Зовите меня просто Джойс» махнула левой в сторону коридора. Джон встал рядом с ней, и они вместе двинулись в эту сторону. Из стереоколонок донеслись звуки органной музыки. Алан шел по коридору, словно лунатик, Ральф гордо шествовал рядом.

– Так значит, человек рождается снова и снова? – продолжал расспрашивать он. – А какова расплата?

Я не слышал, что пробормотал в ответ Алан, но вопрос Ральфа вернул его к действительности, старик поднял голову и пошел побыстрее.

– А я и не знала, что вы один из профессоров, работающих с Джоном, – сказала Марджори.

– Это было совсем недавнее повышение, – ответил я.

– Мы с Ральфом гордимся вами, – Марджори похлопала меня по руке. Мы вошли вслед за другими в огромный зал, наполненный мягким неярким светом и звуками органа. По обе стороны главного прохода, ведущего к подиуму, заставленному венками и вазами с цветами, стояли ряды складных стульев. На платформе за подиумом лежал на покрытом черным сукном столе отполированный бронзовый гроб. Крышка гроба была сдвинута, открывая белое изголовье, на котором покоилась голова Эйприл Рэнсом.

– Ваши брошюры лежат вон там, – «Зовите меня просто Джойс» махнула рукой в сторону стоявшего у стены прямоугольного стола из красного дерева, на котором были кувшин с водой, пластиковые стаканчики и сложенные стопочкой желтые брошюрки.

Все присутствовавшие, кроме Алана Брукнера, оторвали взгляд от Эйприл Рэнсом и посмотрели на желтые книжечки.

– Мы обычно рекомендуем «Хотя я иду по равнине».

Алан продолжал смотреть на тело своей дочери.

– Она выглядит прекрасно даже с этого места, – сказала Джойс и потянула Алана за собой. Джои пошел за ними, все остальные следом. Джойс подвела Алана к гробу, мы все встали вокруг.

Вблизи гроб Эйприл казался большим, как лодка. Тело ее было открыто до талии, на которой лежали сложенные крест-накрест руки. Джойс Брофи наклонилась поближе и расправила складочку на белом жакете Эйприл. Когда она выпрямилась, Алан Брукнер склонился над гробом и поцеловал дочь в холодный лоб.

– Если вам, ребята, что-то понадобится, я буду внизу, в офисе, – сказала Джойс, повернулась и пошла к выходу. Только сейчас я заметил, что на ногах ее были надеты грязные стоптанные кроссовки.

«Зовите меня просто Джойс» явно перестаралась и намазала губы Эйприл слишком яркой помадой. Щеки ее также покрывал неестественный румянец. Белокурые волосы были уложены так, чтобы скрыть шрамы от вскрытия. Смерть искривила морщинки вокруг губ и глаз Эйприл. Она выглядела, словно пустой дом.

– Ну разве не красиво, Джон? – сказала Марджори Рэнсом.

– Хм-хм, – пробормотал Джон.

Алан коснулся напудренной щеки Эйприл.

– Бедная моя девочка, – сказал он.

– Все это так... ужасно, – сказал Ральф.

Алан отошел от гроба и двинулся к первому ряду складных стульев.

Рэнсомы сели слева. Ральф скрестил руки на груди, и я сразу понял, от кого унаследовал этот жест Джон Рэнсом.

Джон уселся через стул от своей матери и через два – от меня. Алан сидел с другой стороны ряда, внимательно изучая желтую брошюрку.

Несколько минут мы молча прислушивались к неподвижно висящей в воздухе органной музыке.

Я вспомнил описание похорон моей сестры. Пришедшие оплакать Эйприл Андерхилл собрались в часовне Холи-Сепульхры. По словам моей матери, она выглядела «красивой и умиротворенной». Моя живая сестренка, которая была такой жизнерадостной и все же иногда пронзительно печальной, с ее непослушными волосами, с вечным хлопаньем дверью, ненавистью к скуке, была опустошена настолько, что выглядела умиротворенной? В таком случае она оставила все мне, передала в мои руки.

Мне хотелось разорвать прошлое на части, расчленить его на окровавленном столе.

Я встал и прошел в дальний конец зала. Затем достал из кармана брошюрку и стал читать слова на обложке.

Хотя я иду по Долине теней и смерти,

Я не стану бояться зла~

Я снова сел на стул в последнем ряду.

Ральф Рэнсом встал, прошептал что-то жене, похлопал по плечу сына и направился в дальний левый угол часовни. Подойдя достаточно близко, чтобы можно было говорить не повышая голоса, Ральф сказал: «Хей!», словно только сейчас заметил, что я перебрался в последний ряд.

Затем он махнул рукой в сторону стола с кувшином и брошюрками, в дальнем конце которого стоял кофейный автомат.

– Как вы думаете, в этой штуке есть кофе?

Но на самом деле Ральф хотел задать мне вовсе не этот вопрос.

Мы подошли к столу. Кофе практически не имел вкуса. Несколько минут мы стояли в конце зала, наблюдая, как трое других смотрят или не смотрят на Эйприл Рэнсом, покоящуюся в огромной бронзовой лодке.

– Мне сказали, вы знали моего мальчика во Вьетнаме, – начал Ральф.

– Мы встречались там несколько, раз.

Теперь он мог наконец-то задать свой вопрос. Глядя на меня поверх пластикового стаканчика, Ральф сделал большой глоток и поморщился – кофе был горячим.

– А сами вы случайно не из Миллхейвена, профессор Андерхилл?

– Пожалуйста, – сказал я, – зовите меня просто Тим.

Я улыбнулся ему, и Ральф улыбнулся в ответ.

– Так вы – мальчик из Миллхейвена, Тим?

– Я вырос примерно в квартале от отеля «Сент Элвин».

– Так вы – сын Эла Андерхилла. Господи, ведь я знал, что вы напоминаете мне кого-то, и, когда мы ехали в машине, понял наконец, кого – Эла Андерхилла. Вы похожи на него.

– Да, немного.

Он посмотрел на меня, словно измеряя дистанцию между мной и отцом, и покачал головой.

– Эл Андерхилл. Я не думал о нем уже лет сорок. Думаю, вызнаете, что Эл работал на меня, когда я владел отелем «Сент Элвин».

– После того, как Джон сказал мне, что когда-то вы были владельцем отеля, я понял, что так оно и было.

– Нам очень не хотелось отпускать его. Я знал, что у него семья.

Я знал, через что ему пришлось пройти. Если бы он мог бросить пить, все было бы совсем по-другому.

– Он не мог остановиться.

Ральф Рэнсом был человеком гуманным – он не стал вспоминать о серии краж, приведшей к увольнению моего отца. Наверное, он не стал бы красть так много, если бы мог обходиться без выпивки.

– Все дело в вашей сестре, не так ли? Ведь именно это его подкосило?

Я кивнул.

– Ужасные события. Я помню все, словно это было вчера.

– Я тоже, – сказал я.

– А как поживает Эл сейчас? – спросил он через несколько секунд.

Я сказал ему, что мой отец умер четыре года назад.

– Очень жаль. Я любил Эла. Если бы не то, что случилось с вашей сестрой, он прожил бы достойную жизнь.

– Если бы не это, все было бы по-другому, – я начинал испытывать раздражение – когда мой отец попал в беду, этот человек уволил его, и теперь мне не нужно было его никчемное сочувствие.

– Это и связывало вас с Джоном – то, что ваш отец работал на меня когда-то?

– Нас связывало многое другое, – раздражение, которое я испытывал к этому седоволосому нарциссу из кантри-клуба, медленно перерастало в гнев.

– О, да, – сказал Ральф. – Конечно, я понимаю.

Я думал, что после этого Ральф вернется на место, но у него на уме было что-то еще. И когда я услышал, что именно, гнев мой почти совершенно испарился.

– Это были странные дни. Ужасные дни. Вы, наверное, были слишком малы, чтобы помнить. Здесь, в городе, был коп, который убил четырех или пятерых человек и написал над их трупами эти самые слова – «Голубая роза». Одна из жертв даже жила в моем отеле. Нас всех это просто потрясло. И чуть не разрушило наш бизнес. Этот сумасшедший, Уолтер Драгонетт, как мне кажется, просто имитировал те убийства.

Я поставил на стоя пластиковый стаканчик.

– Знаете, Ральф, меня очень интересует все, что тогда произошло.

– Все было примерно как сейчас. Весь город был взбудоражен до предела.

– Не могли бы мы выйти отсюда на несколько минут?

– Конечно, если вы хотите, – Ральф вопросительно поднял брови – это была не совсем его манера поведения – и почти на цыпочках двинулся к выходу.


* * * | Голубая роза. Том 1 | cледующая глава