home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



5

Когда они вернулись в номер, Андерхилл снял свою черную шляпу с большими полями и черное пальто, а Майкл спустился вниз и заказал то, что показалось ему самым лучшим вином, которое могли предложить в “Форшеймере”, – “Шато талбот” тысяча девятьсот семьдесят четвертого года, – и “спрайт” для Андерхилла. Всем хотелось чего-нибудь такого, что могло бы смыть вкус ужина с языка.

– Ты налил кетчуп даже в капусту, – сказала Мэгги Тиму.

– Я просто спросил себя, что сделал бы Конор Линклейтер, если бы был сейчас с нами.

– Кому мы позвоним в первую очередь? – спросил Майкл. – Дебби или одному из парней?

– Как ты думаешь, мог он писать ей?

– Вполне возможно, – ответил Майкл и начал набирать номер Дебби Туза.

Трубку взял подросток лет тринадцати, который спросил:

– Вам нужна моя ма? Ма-а-а, там тебя мужчина.

– Кто это? – спросил через несколько секунд усталый женский голос. Пулу слышно было, что в комнате на другом конце провода работает телевизор.

Майкл представился и кратко объяснил цель своего звонка.

– Кого-кого вы ищете?

– Виктора Спитални. Нам сказали, что вы дружили с Виком, когда оба учились в Руфус Кинг Скул. Секунду она молчала. Потом еще раз спросила, кто он. Майкл снова назвал свое имя и повторил всю историю.

– А откуда вы узнали мое имя?

– Я только что побывал у родителей Виктора.

– Родителей Виктора? Джордж и Маргарет? Что ж, я не вспоминала об этом несчастном парне наверное лет десять.

– Так вы ничего не получали от него с тех пор, как Вик ушел в армию?

– И еще задолго до этого, доктор. Он ведь ушел из последнего класса школы. А забрали его, когда я уже с год встречалась с Ником, за которого вышла потом замуж. Три года назад мы развелись. А чем вызван ваш интерес к Виктору Спитални?

– Он как-то пропал из виду, и я пытаюсь выяснить, что с ним случилось. А почему вы только что назвали его “этим несчастным парнем”?

– Потому что именно таким он и был. Я встречалась с ним, а значит, не считала, что он так плох, как думают остальные. Наверное, он был довольно ласковым парнем, но... Вик не был совсем уж пропащим парнем, здесь был по крайней мере еще один человек гораздо хуже его. Он был немножко стеснительным, любил возиться со своей машиной. Но бывать у него дома я просто ненавидела.

– Почему?

– Язык старого Джорджа вываливался изо рта, как только я переступала порог дома, он все время старался задеть меня. Уф... И приходилось смотреть, как он обращается с Виком, – отец все время норовил смешать его с грязью. В конце концов я решила, что с меня хватит этого всего. А потом Вик ушел из школы. Все равно он обычно заваливал половину предметов. И его призвали в армию.

– И с тех пор вы не получали от него вестей?

– Я ничего от него не получала, но много слышала о нем. Когда Вик дезертировал, об этом было во всех газетах. Фотографии и все такое. Как раз перед тем, как мы с Ником поженились. Я вдруг увидела Виктора на первой странице “Сентинел”, на второй полосе. И все такое о побеге Виктора после того, как убили того парня – Денглера. В тот вечер это даже передали по телевизору, но я все еще не верила. Вик не мог сделать ничего такого. Все это показалось мне очень запутанным. И когда приходили те военные, которые вели расследование, я так и сказала им, что они, видимо, что-то неправильно поняли.

– А что же, по-вашему, случилось?

– Я не знаю. Но думаю, что, скорее всего, Виктор мертв. Привезли вино и “спрайт”. Андерхилл наполнил бокал Мэгги, сам глотнул воды и поднес бокал Майклу как раз в тот момент, когда тот закончил разговор с Дебби Туза. Вино немедленно отбило противный вкус колбасы.

– За ваше здоровье, – сказала Мэгги.

– Она не думает, что Спитални дезертировал, – задумчиво произнес Майкл.

– Его мать тоже так не думает, – откликнулась Мэгги. Майкл удивленно посмотрел на девушку. Наверное, она получает информацию о людях с помощью какого-то собственного внутреннего радара.

Билл Хоппер, один из товарищей Спитални по старшей школе, заявил, что ничего не знает о Викторе, никогда не любил его и ничего не хочет о нем знать, потому что Вик Спитални – позор своих родителей, да и всего Милуоки. Билл Хоппер придерживался мнения, что Джордж Спитални, с которым он вместе работал на “Глакс”, был чертовски хорошим мужиком и заслужил лучшего сына. Он некоторое время продолжал в таком же духе, затем посоветовал Пулу оставить его затею и повесил трубку.

– Билл Хоппер говорит, что наш парень был придурком и ни один нормальный человек не любил его.

– Не надо даже быть таким уж нормальным, чтобы не любить Спитални, – сказал Андерхилл.

Пул отпил еще вина. Тело его неожиданно сделалось тяжелым, как мешок с песком.

– Интересно, есть ли смысл вообще звонить второму парню. Я уже знаю, что он мне скажет.

– Разве не ты первый выдвинул теорию, что рано или поздно Спитални обратится к кому-нибудь за помощью. И именно поэтому мы здесь, в Милуоки.

Пул потянулся к телефону и набрал номер Симро. Начиная разговор, Майкл чувствовал себя так, будто читает в десятый раз один и тот же параграф в учебнике.

– А, Вик Спитални, – сказал Мак Симро. – Нет, я не могу помочь вам найти его. Я ничего о нем не знаю. Он ведь просто уехал отсюда. Его призвали в армию. Вы ведь это знаете, так? Вы же служили там с ним. А как вы узнали мое имя?

– От его родителей. У меня сложилось впечатление, что оба они уверены, что Виктор мертв.

– Неудивительно, – ответил Симро. – Знаете ли, я считаю, это очень хорошо, что вы ищете Виктора. Вернее, что его вообще кто-то ищет. Но я никогда не получал от него даже открытки. Вы говорили с Дебби Макжик? Теперь она Дебби Туза.

Пул сказал, что она тоже ничего не получала от Виктора.

– Что ж, наверное, это не удивительно, принимая во внимание обстоятельства, – в голосе Симро послышалось смущение.

– Вы думаете, он все еще чувствует себя виноватым из-за того, что дезертировал?

– Не только это. Я думаю, эта история так и не распуталась до конца, правда?

Пул согласился, что скорее всего нет, спрашивая себя, на что намекает его собеседник.

– Кто станет проверять? Ведь для этого пришлось бы отправиться в Бангкок, правда?

Майкл сказал, что да, и так он и сделал.

– Итак, это было просто совпадение, да? Или как? Мне всегда это казалось очень странным. Единственный парень, который был еще хуже, чем он, не единственный парень, который тоже был неудачником, и даже в еще большей степени.

– Не уверен, что я понимаю, о чем это вы, – признался наконец Пул.

– Да о Денглере, – сказал Симро. – Это выглядело очень странным. Я тогда думал, что он, должно быть, убьет его там.

– Спитални знал Денглера до того, как они попали во Вьетнам?

– Да, конечно. Все знали Денглера. Все подростки нашего возраста. Вы, наверное, представляете себе, как бывает обычно у всех на языке парень, чья одежда скорее напоминает лохмотья и все такое. На Денглера смотрели как на мусорную корзину.

– Только не во Вьетнаме, – сказал Майкл. – Там все было иначе.

– Что ж, Спитални ненавидел Денглера. Когда стоишь немногого, всегда ненавидишь того, кто еще ниже.

Пул чувствовал себя так, будто только что вставил палец в розетку.

– Поэтому, когда в газетах написали, что Мэнни Денглер погиб, а Вик убежал, я подумал, что за этим наверняка кроется нечто большее. Так подумали все, кто знал Мэнни Денглера. Но никто не ждал, что получит от него открытку. Я хочу сказать...

Когда Пул повесил трубку, Тим Андерхилл смотрел на него глазами, напоминающими два светящихся блюдца.

– Они знали друг друга, – сказал Пул. – Ходили в одну школу. Денглер был единственным, кому доставалось еще больше Спитални, если верить Маку Симро.

Андерхилл удивленно покачал головой.

– Я никогда даже не видел, чтобы они разговаривали друг с другом, кроме одного раза.

– Спитални договорился встретиться с Денглером в Бангкоке. Он заранее задумал убить его. Они договорились о месте и времени встречи. Совсем как с теми французскими журналистами спустя четырнадцать лет.

– Это было первое убийство Коко.

– Но без карты.

Потому что оно должно было выглядеть как уличная потасовка.

– Черт побери! – сказал Пул, набирая еще раз номер Дебби Туза. На этот раз подросток громко закричал:

– Мам!!! Что это за мужчина?

– Я сдаюсь. Кто же вы? – сказала Дебби, взяв трубку. Пул объяснил, кто он и почему звонит еще раз.

– Да, конечно Вик знал Мэнни Денглера. Все его знали. Мало кто разговаривал с ним, но все знали в лицо. Припоминаю, что Вик любил подразнить его иногда. Это было жестоко, и мне это не нравилось. Я думала, вам все об этом известно. Именно поэтому все и показалось мне тогда таким запутанным. Я все пыталась понять, что могли эти два человека делать вместе. Мой муж, Ник, думал, что Вик убил Денглера, но все это глупости – Вик не мог совершить ничего такого. Пул договорился с Дебби вместе позавтракать на следующий день.

– Спитални прибыл к нам во взвод и обнаружил там Денглера, – сказал Андерхилл Мэгги. – Но для Денглера все было по-другому – теперь его все любили. Он поговорил с ним об этом или попытался посмеяться? Что он сделал?

– Это Денглер, скорее всего, поговорил с ним, – возразил Майкл. – Сказал, что многое изменилось с тех пор, как они вместе ходили в школу. Давай сделаем вид, что никогда не встречались раньше. В каком-то смысле они ведь действительно никогда не встречались раньше – Спитални никогда не встречал нашего Денглера.

– А когда они вышли из пещеры, – вспомнил Андерхилл. – Ведь Денглер произнес тогда что-то вроде: “Не беспокойся об этом. Что бы там ни было, это было очень давно”. Я-то думал, что он говорит о...

– Я тоже – о том, что сделал внутри, в пещере, Биверс. Я думал, что он уговаривает Спитални не вспоминать об этом.

– А он говорил о Милуоки.

– Он имел в виду и то, и другое, – сказала Мэгги. – С начала до конца и обратно, вспомните. И он знал, что Спитални не сможет справиться с тем, что случилось с ними в пещере. Он с самого начала знал, кто такой Коко. – Неожиданно Мэгги зевнула, закрыв глаза, как котенок. – Извините меня. Слишком много впечатлений для одного дня. Думаю, мне лучше пойти лечь.

– Спокойной ночи, Мэгги, – сказал Андерхилл. Пул подошел вслед за Мэгги к двери, чтобы тоже пожелать ей спокойной ночи, и, повинуясь внезапному порыву, вышел вслед за ней в коридор.

Мэгги удивленно подняла брови:

– Собираетесь проводить меня до номера?

– Кажется, да.

Мэгги пошла по коридору в сторону своей двери. Здесь было намного холоднее, чем внутри.

– Завтра займемся Денглерами, – сказала Мэгги, вставляя ключ в замок. В огромном тускло освещенном коридоре девушка казалась особенно маленькой. Майкл кивнул. Взгляд, которым ответила ему Мэгги, стал как бы глубже. Пул неожиданно представил себе, как он обнимает Мэгги, как ее теплое упругое тело прижимается к нему. Затем он вдруг почувствовал себя кем-то вроде Джорджа Спитални, когда тот пялился на Мэгги Ла.

– Завтра – Денглеры, – повторил он.

Мэгги как-то странно посмотрела на него. Он не мог сказать точно, не почудилось ли ему, что глаза ее как-то посерьезнели. Впрочем, Пул так страстно желал в этот момент дотронуться до Мэгги, что, возможно, ему все это показалось.

– Хотите зайти? – спросила Мэгги.

– Не хочу мешать вам укладываться, – сказал Майкл.

Девушка улыбнулась и исчезла за дверью.


предыдущая глава | Голубая роза. Том 1 | cледующая глава