home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



ГЛАВА 3

— Когда–то я любил Джанеллу, — сказал Ник. — Она была пилотом и умела делать надписи в небе.

— Вот оно что. — Фиби отхлебнула кофе. — Значит, та надпись предназначалась тебе.

— Ага, ты тоже видела? — вздохнул Ник. — Как, наверное, и половина города. Она вывела над парком Золотых Ворот: «Ни за что, Ник».

Фиби быстро глотнула, чтобы снова не рассмеяться. За обильным ужином они успели поговорить на множество отвлеченных тем, но Ник неизменно начинал рассказывать о бросивших его женщинах. Его истории были одна фантастичнее другой. Правда, Фиби не верила ни единому слову и хохотала так, что бока заболели.

И благодаря этому всю хандру как рукой сняло. Вечер оказался неожиданно приятным. Впервые после смерти Прю ей удалось от души посмеяться. Ее свидания проходили подобном образом лишь до того, как сестры стали Зачарованными.

Ник вел себя вполне скромно. Он спрашивал, нравятся ли ей блюда, и рассказывал о своих неудачах, будто приглашая ее тем самым рассказать о своих. Но ничего не выходило.

И, если не считать рукопожатия при знакомстве, за все это время Ник ни разу не прикоснулся к ней. Даже не взял за руку в тот момент, когда метрдотель провожал их к столику. И не дотронулся до нее кончиками пальцев, когда она передавала ему солонку или тарелку с хлебом. Он демонстрировал таким образом уважение к воздвигнутым ею границам. То есть уважение к ней самой.

«Он мне нравится, — подумала Фиби. — Жаль, что он не во вкусе Пейдж».

— Я хочу поблагодарить тебя за этот ужин, Фиби, — нарушил повисшее молчание Ник. — Надеюсь, ты не поймешь превратно мои слова, но это было очень… приятно.

— И я того же мнения, — ответила она и подняла бокал. — За все приятное.

— За все приятное, — откликнулся Ник, чокаясь с ней. — Надеюсь, тот, кого ты ждала, тебя простит.

— Простит, — ответила Фиби уверенно и почувствовала неожиданные угрызения совести. За все это время она ни разу не вспомнила о Коуле.

Рядом с Ником Фиби чувствовала себя легко и беззаботно, поэтому на время забыла о своей собственной жизни. И совсем не думалось о несостоявшемся свидании.

— Он точно меня простит, — повторила Фиби. — Потому что у нас не шапочное знакомство, а настоящая любовь.

— Любовь? — откликнулся эхом Ник и пристально посмотрел на нее с каким–то непонятным выражением. — Поздравляю. Вы, наверное, счастливы.

— Да, и еще долго будем.

— Как же его зовут?

— Его зовут Коул! — раздалось прямо у нее над ухом.

— Коул! — воскликнула Фиби и вскочила на ноги, к собственному удивлению ничуть не смутившись. — Дорогой, это замечательно! Ты все–таки приехал!

— Все–таки, — повторил он тихо, глядя ей прямо в глаза. — И, кажется, теперь уж точно не вовремя.

Только тогда Фиби заметила, как он рассержен. В его человеческом облике будто бы проступили прежние демонические черты. Кажется, Коул все неправильно понял.

Он был прямым и открытым человеком старых добрых времен, не скрывавшим своих чувств. А значит, страшно ревнивым.

Фиби села, не касаясь спинки стула, будто в ней были иголки. Она наконец поняла, что произошло. Коул приехал домой и сразу же заподозрил худшее! Но ведь он никогда не сомневался в ней и не думал, что она может изменить!

— Объясни, что ты хочешь этим сказать, — произнесла Фиби, глядя в его холодно блестевшие глаза.

Ник поднялся, желая уладить недоразумение.

— Хорошо, что вы все–таки пришли, — сказал он. — Меня зовут Ник. Ник Джеррард. Мы с Фиби оба поняли, что у нас сорвались свидания, и решили хоть как–то разогнать тоску. Кроме того, не пропадать же двум заказанным ужинам.

Он протянул Коулу руку через стол. Тот посмотрел на нее и демонстративно спрятал руки в карманы. Фиби почувствовала исходившие от него волны ярости. Да, в такие моменты он был не подарок.

— Конечно, — сказал Коул наигранно безразличным тоном. — Вы решили объединить два ужина в один. Интересно, кому это пришло в голову?

«Ну вот, — подумала Фиби. — С меня довольно».

Она поднялась на ноги и махнула рукой официанту. Волны антагонизма, исходящие от Коула, в атмосфере ресторана могли быть скоро замечены.

— Какая разница, кто придумал? — спросила Фиби ледяным тоном. — Ты сам во всем виноват. Разве не ты предложил пойти сюда?

— По–моему, я имею право знать. — Коул подвигал челюстью.

Фиби улыбнулась сладко и в то же время ядовито.

— А я имею право на приятный вечер.

Подошел официант и подал счет на маленьком серебряном подносе. Прежде чем Ник успел опомниться, Фиби взяла бумажку и попросила официанта:

— Подождите минутку.

Она сняла со спинки стула сумочку и достала свою кредитную карточку.

— Что происходит?! — воскликнул Коул. — Неужели это ты его угощала?

— Мы договорились, что каждый платит за себя, Ник, — сказала Фиби, оборачиваясь к нему. Она вовсе не собиралась его обидеть. Он хотел доставить ей удовольствие, и в том, что ужин закончился подобным образом, не его вина.

— Но при сложившихся обстоятельствах, — продолжала Фиби, — позволь мне одной оплатить счет.

— Фиби, — пролепетал Ник беспомощно. — Я…

— Спасибо, — оборвала она, положила счет вместе с кредитной карточкой на поднос и сказала официанту: — Оставьте ее на столике у входа.

— Как скажете, леди, — ответил тот. Неприятная сцена настолько выбила его из колеи, что обязательный для этого заведения французский акцент куда–то исчез. Он повернулся на каблуках и поспешил ретироваться.

Фиби накинула ремешок сумочки на плечо. Тяжело вздохнула и посмотрела Нику прямо в глаза.

— Благодарю тебя за чудесный вечер. Я уже давно так не смеялась. А время от времени нужно смеяться. И знай, что я надеюсь… — Она сделала паузу. Коул, стоявший у нее за спиной, издал угрожающий звук. — Надеюсь, что этот вечер будет значить для тебя столько же, сколько надпись в небе.

К ее облегчению, Ник улыбнулся:

— Мне тоже было очень приятно с тобой. Твой возлюбленный — просто счастливчик, — сказал он, видя яростный блеск в глазах Коула. Ситуация была и так довольно тяжелой, но, если бы Ник разозлился так же, как Коул, она стала бы еще хуже.

— Надеюсь, он это осознаёт, — продолжал Ник негромко и перевел взгляд на Фиби, — и благодарит судьбу. Рад был с тобой познакомиться, Фиби. Всего хорошего. — И, не сказав больше ни слова, он направился к выходу.

— Ну, — подвела итог Фиби, повернувшись к Коулу, когда Ник скрылся из виду, — можешь гордиться собой.

Потом обошла его и тоже направилась к выходу.

— Как это понимать? — воскликнул он, бросаясь за ней. — Это что, одна из ваших бабьих штучек? Уж не собираешься ли ты меня таким образом проучить?

Фиби взяла со столика свою карточку и копию счета и только тогда ответила:

— Ты ошибаешься, Коул.

Она открыла дверь и, выйдя наружу, поежилась. Снова наползал туман. Он окутывал улицу, словно влажный хлопок, и постепенно поглощал ее.

— Что все это значит? — допытывался Коул, выскакивая следом. — Я все–таки вырвался пораньше — и вдруг застаю тебя ужинающей с другим. Как же еще это можно понимать? Ах да, я даже не подумал над возможными объяснениями.

— Ник уже все объяснил, — сказала Фиби. — И довольно логично. Просто ты не обратил внимания.

Она попробовала поставить себя на место Коула. И все–таки смогла найти оправдание своему поступку.

— Фиби, мы должны были провести вечер вместе! — кричал Коул, не отставая ни на шаг. — И я опоздал не по своей вине. А ты наверняка даже не позвонила сестрам. Вместо этого приняла предложение первого встречного.

Фиби вспыхнула. Она остановилась посреди улицы и медленно повернулась к Коулу.

— Как ты смеешь говорить такие вещи? Как ты можешь даже предполагать подобное? Между прочим, мои сестры предпочли остаться дома вдвоем.

Коул недоверчиво рассмеялся.

— Ты собираешься убедить меня, что Пейдж может усидеть дома? Ни за что не поверю! Ты сама всегда утверждала обратное.

— Да, это так, — согласилась Фиби. — Но я ошиблась. Разве я не могу ошибаться? Вот ведь и ты сейчас ошибаешься. Ты увидел меня за столиком с Ником и заподозрил в том, чего не было. И кажется, ты кое о чем забыл.

— О чем же? — спросил Коул все так же резко, но по его голосу стало ясно, что ее уверенность несколько поколебала его.

— О том, что любимым нужно доверять.

— Дело не в доверии, — возразил Коул. — Просто…

— Никаких «просто», — отрезала Фиби. — Все дело как раз в доверии. А если тебе его недостает, то ты, наверное, вовсе не такой, каким я тебя считала.

Повисла гнетущая тишина. Они глядели друг на друга, тяжело дыша и выпуская пар изо рта.

— Ты на что намекаешь? — спросил Коул наконец. — Тебе же известно: все это время я был на людях.

— Мне ничего не известно, — возразила Фиби. — И в любом случае это тебя не оправдывает. Или ты мне веришь, или нет. Дискуссия окончена. Я еду домой.

И, не проронив больше ни слова, она развернулась и зашагала прочь, оставив Коула стоять с раскрытым ртом посреди улицы.


ГЛАВА 2 | Правда и ее последствия | ГЛАВА 4