home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 35

Нынче в Нью-Йорке только и слышно, что о новых дамах, достойных внимания. Последней из них стала миссис Портия Тилт, чей муж сколотил состояние на угле или чём-то подобном, и которая устраивает множество званых вечеров. Дорогой читатель, вы знаете, что я всегда был скептиком, и буду следить за происходящим своим скептическим взглядом.

Из колонки светских новостей «Нью-Йорк Империал», среда, 28 февраля 1900 года.


Каролина знала, что ей суждено вновь встретиться с Лиландом, хоть ей и трудно было представить, как вообще судьба снова сведёт их вместе. К счастью, мысли о человеке, в её воображении едва не сделавшем ей предложение во Флориде, она держала при себе, и нужды объясняться перед кем-либо не было. Также она старалась не слишком заострять внимание на своём нынешнем положении, кардинально изменившемся за неделю. Она снова носила простое черное платье, но украшенное высоким воротником-стойкой и небольшой вышивкой на груди. Несколько дней Каролина прожила в одной из разваливающихся гостиниц в старом городе, но теперь имела отдельную комнату в шикарном доме одной женщины, расположенном недалеко от рабочих кварталов. Хотя теперь Каролина ничуть не чувствовала себя шикарной.

– Мисс Брод!

– Да? – Каролина невинно взмахнула ресницами, зная, что изобразила то услужливое кроткое выражение лица, с которым частенько ходила в дни, когда служила горничной у леди. Её голос внезапно снова стал девичьим голоском женщины, ещё не научившейся требовать того, что желает получить. – Что случилось, миссис Тилт?

– Мисс Брод, не бойтесь меня так! – Портия Тилт была уже немного пьяна, и это не шло на пользу её кричаще накрашенному лицу. Она милостиво улыбалась Каролине лишь потому, что теперь чувствовала себя более могущественной. Очевидно, что переселенке с Запада, которой Каролина ни минуты не уделила во время случайной встречи в «Шерриз», весьма по вкусу отдавать распоряжения той, чьё имя упоминалось во всех газетах. – Я всего лишь хотела сказать, что вы можете поиграть с гостями в бридж, если пожелаете. Вам придется занять денег под будущее жалованье, если вы захотите сделать ставку, но, возможно, вы хороший игрок и сорвете куш.

Каролина моргнула широко посаженными болотно-зелеными глазами. Она слегка растерянно кивнула и отвела взгляд, чтобы посмотреть, что творится за дверью из атласного дерева. За антикварными французскими карточными столиками сидели люди, лишь недавно бывшие ей ровней. Они разоделись в лучшие наряды, придя на встречу к этой дамочке Тилт, так же, как и прежде, когда знакомились с наследницей Брод. Каролина сразу же узнала высокий дребезжащий смех миссис Карр, хотя заранее знала о присутствии этой дамы в городском особняке Тилтов, поскольку сама писала ей приглашение. Миссис Карр никогда не отказывалась от приглашений, и это стало одной из причин, по которым Каролина в своей новой роли личного секретаря миссис Тилт порекомендовала её в качестве гостьи. Неизвестная в обществе женщина должна искать друзей во всех возможных местах, тактично посоветовала хозяйке Каролина, хотя слишком близкое общение с разведенными женщинами не пойдет миссис Тилт на пользу по мере роста её репутации. Необходимость делиться жизненным опытом причиняла Каролине боль, но она больше ничего не могла предложить взамен.

– Нет, спасибо, – спокойно отказалась она. – Пожалуй, не в этот раз.

Миссис Тилт пожала плечами, лишь подчеркнув своё безразличие к страданиям Каролины покачиванием объемных красных атласных лент, прикрепленных к кружевным рукавам платья. Над её ничем не примечательным лицом вились желтоватые кудряшки, в которых играл свет свечей. Личный секретарь миссис Тилт занимала свое место всего третий день и уже ненавидела всё связанное с работой. На самом деле она питала отвращение к тому, чем занималась, и опасалась, что остальные почувствуют её пренебрежение. Это и являлось истинной причиной того, что она предпочла не играть в бридж сегодня, хотя и предложение занять деньги в счёт жалованья само по себе было унизительным. Лонгхорн обучил её этой игре, и она была по-настоящему ловким игроком, но сама мысль о жалости Люси Карр казалась Каролине невыносимой. Поэтому она осталась стоять за дверью, когда миссис Тилт вошла в гостиную и заняла место рядом с Тристаном. Он мельком взглянул на Каролину, отчего та попятилась назад в коридор, где могла остаться незаметной, одновременно украдкой наблюдая за происходящим в карточной комнате на втором этаже. Именно Тристан предложил Каролине занять место личного секретаря, и он же заразил этой мыслью миссис Тилт. В эту секунду хозяйка повернулась к продавцу и, оставив красный отпечаток губной помады на его щеке, опустилась на соседний стул с высокой спинкой, обитой новым жаккардом цвета свежей травы. Этим жестом миссис Тилт отметила свою территорию, поняла Каролина, совершенно не возражая, хотя сама и позволила Тристану дважды себя поцеловать. Теперь она видела, что Тристан вел себя как иллюзионист, способный очаровывать женщин одним движением руки, и эта магия перестала действовать на Каролину, едва лишь она узнала его секрет. Она приняла его поцелуи только наедине с ним, повторила про себя Каролина, и Лиланд вряд ли когда-нибудь об этом узнает.

В подсвечниках – размером поменьше, чем в особняке Лиланда, – горели свечи, освещая собравшихся мерцающим светом, а сладковатый запах сигаретного дыма разливался в воздухе. Каролина закрыла глаза, и на неё нахлынули воспоминания о том, как она принимала достойное участие в обществе этих же людей в точно так же пахнущих комнатах. Кожа Каролины запылала под воротником от того, что ей приходится прятаться в коридоре в подобном доме, расположенном слишком к западу от центра, чтобы иметь какое-то значение в обществе. Более того, в доме женщины, смело прикасавшейся к любовнику низкого происхождения, совершенно не задумываясь о последствиях, в доме, купленном на миллионы богатого мужа. Подобное поведение уместно разве что где-нибудь на ранчо в Неваде.

Мимо прошёл слуга, несущий в карточную комнату графин белого вина, и Каролина потянулась, чтобы коснуться его руки.

– Уэбстер Янгхэм предпочитает красное. – Она заметила, как этот лакей ранее случайно налил великому архитектору белого вина, и знала, что тот не примет следующего приглашения, если его вкусам не угодят. Янгхэм был облеченным многими званиями джентльменом, и все они были заслуженными – по крайней мере, так всегда говорила миссис Карр. Слуга кивнул и удалился. Минуту спустя он вернулся с бутылкой красного вина.

– Наливайте с правой стороны, – добавила Каролина, пока человек ещё не зашёл в карточную комнату. Слова вырвались у неё почти механически, и она немедленно разозлилась на себя, а также на Тристана и Портию Тилт за то, что они вынудили её оказаться в таком положении, что она должна столь раболепно относиться к чужим пожеланиям. Каролина горько вздохнула и поспешила прочь от раздражающего зрелища. Миссис Тилт она в ближайшее время не понадобится, а в комнате грустить можно не хуже, чем в коридоре. Жалость к себе, которую сейчас чувствовала Каролина, клокотала и переполняла её изнутри, и если бы какая-то птичка сейчас прочирикала, что теперешняя жизнь Каролины более удобна, нежели была у Холландов, или что она вообще могла оказаться на улице, девушка пристрелила бы её.

Она шла вперед по деревянному полу, не заботясь о том, чтобы ступать легко в своих туфельках на высоких каблуках. Она слишком хороша, чтобы прятаться от кого-то, вести себя тихо или следить за неприкаянными слугами, не получившими должных указаний. Каролина почти произносила эти слова вслух, когда услышала своё имя, произнесенное с интонацией, которую прежде считала знаком почтительности и уважения.

– Мисс Брод, – поприветствовал её Лиланд Бушар.

– О. – Каролина остановилась, и её лицо погрустнело. Она полностью сознавала, как просто уложены её волосы – расчесаны на прямой пробор и скреплены на затылке в пучок – и как выглядит платье, которое её новая хозяйка сочла более подходящим для секретаря, чем одно из купленных Лонгхорном именно для Каролины. Она слегка присела в реверансе и попыталась поздороваться.

Наверное, она казалась странной – Каролина очень хорошо понимала, что выглядит потрясенной и ужасно некрасивой – но по взгляду Лиланда об этом было совершенно невозможно догадаться. Он широко улыбался, и если бы Каролина не была столь несчастлива от того, что Лиланд застал её в стесненных обстоятельствах, то ей бы пришло в голову, что он рад встрече.

– Мы не виделись с самой Флориды. Вы от меня скрывались?

– Вы имеете в виду, что не читали газет? – беспомощно прошептала Каролина.

Лиланд рассмеялся:

– Я никогда не читаю газет.

– О. – Каролина кивнула. Конечно же, не читал, подумала она и от этого прониклась к нему ещё большей симпатией. – Дело в том, что я была не расположена появляться в обществе, – солгала она.

– Нет, я думаю, дело не в этом. Вы бледны и выглядите усталой. Вы больны? Вам следует отдохнуть. Телу нужен отдых, вы же знаете. Вы, дамы, чересчур перетруждаетесь. – Крупные мужественные черты его лица внезапно обеспокоенно смягчились. – Поездка была долгой, – добродушно добавил он.

В его голосе было что-то такое, что Каролине захотелось собрать как можно больше в огромный чан и самой туда нырнуть.

– Да, – эхом отозвалась она, хотя для неё поездка оказалась недостаточно длинной. – Что привело вас сюда? – продолжила она, зная, что вопрос не прозвучал ни утонченно, ни вежливо. Но ей только что пришло в голову, что список гостей составляла она сама, и никогда не внесла бы в него имя Лиланда.

– У нас с Янгхэмом кое-какие общие дела, и он назначил мне встречу здесь, – пожал плечами Лиланд и пригладил свои пшеничные волосы. Каролину обожгла пронзительная боль при виде его красоты. – В другой раз я бы не пришёл. Вы же знаете, я не люблю играть в карты. Но я скоро надолго уезжаю, и поэтому ограничен во времени.

Каролина посмотрела на него по-детски грустными глазами:

– Куда вы поедете?

– Сначала в Лондон, потом в Париж. На Всемирной выставке в апреле состоится множество гонок и демонстраций новых автомобилей, а вы же, безусловно, знаете, что я не способен пропустить подобное. – Лиланд широко улыбнулся, а когда Каролина прикрыла глаза, добавил: – Скажите, вы точно уверены, что не больны?

– Да, я всего лишь…

– Мисс Брод!

Застигнутая врасплох пара, столь хорошо поладившая во Флориде, подняла глаза, чтобы увидеть появившуюся из льстиво освещенной карточной комнаты миссис Тилт. Она пошатывалась на ходу, но говорила членораздельно. Каролина знала, что значит подобный тон. Именно так высокопоставленные могущественные люди разговаривали со своими подданными, и Каролина была уверена, что Лиланд тоже это понял.

– Миссис Тилт, – ответила Каролина, выпрямляя спину. Она сжала губы, что выгодно подчеркнуло в тени её высокие скулы. Без особых усилий она обрела былую беспечную надменность, и заговорила так, как привыкла в последнее время: – Спасибо вам за прекрасный вечер, но, боюсь, мне нехорошо, и я расхотела играть в карты. Мистер Бушар так добр, что предложил проводить меня вниз и остановить для меня извозчика.

Рот миссис Тилт открылся в форме буквы «О», но она была настолько поражена, что не смогла вымолвить ни слова, пока Каролина делала книксен, брала Лиланда за руку и спускалась по лестнице в конце коридора. Они остановились в вестибюле, где Каролина указала на шубу из выдры, принадлежавшую миссис Карр, а одевшись, снова оказалась на холоде.

Пока они молча ждали, что по мостовой загрохочут колёса экипажа, Каролина отчаянно пыталась придумать, что сказать или сделать, чтобы обрести уверенность, что они с Лиландом встретятся снова. Но у неё не было постоянного местожительства за исключением того, которое она только что покинула, и никаких приглашений на светские приёмы, на которых она могла надеяться скоро увидеть его. Молчание так и висело в воздухе, когда рядом наконец остановился экипаж, и Лиланд помог ей забраться внутрь.

– Я уезжаю в пятницу и боюсь, что до отъезда у меня не будет времени увидеть вас. Но вы же сообщите мне, что чувствуете себя лучше?

Каролина машинально утвердительно качнула головой.

– По крайней мере, пошлите мне телеграмму, – сказал он. Он взял её ладонь и крепко сжал в своей руке.

– Непременно, – пообещала она, неохотно отпуская его руку. – До свидания, мистер Бушар.

Тишину рассек звук кнута, и лошадь двинулась вперед в ночь. Каролина закрыла глаза и попыталась представить себе, что всё ещё находится рядом с Лиландом, а не едет закутанная в украденную шубу в экипаже, неспособная даже сказать, куда её следует отвезти.


Глава 34 | Зависть | Глава 36