home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



2

Мы все закипаем при разных температурах.

Ралф Эмерсон

Очнулась я на чем-то мягком и теплом. Пахло свежесрубленной сосной, ванилином и блинами. Где-то сбоку тихо переговаривались голоса.

— Ну и что теперь будем делать? — прошептал Вик. — Осталось четыре дня. Куда податься — неизвестно. Где искать этого самого пятого Дракона — опять неизвестно! Не знаю, как ты, а я хочу жить!

— Мы можем к дяде обратиться, — тоже шепотом ответил Норри. — Можно схитрить. По проклятию дракон должен быть членом семьи. Это не обязательно родные брат или сестра Светы. Можно заключить с Лерри брак, и тогда он станет пятым Драконом.

— Ага, — хмыкнул Вик. — А как заставить Лерри удовлетворять остальным условиям проклятия? Ты уверен, что твой дядя — недостающее звено? Я вон даже не знаю, кто из нас кто. Это раз. А во-вторых, что станет с твоим народом, если Лерри погибнет? Много у вас наследников?

— Угаснет род, — грустно произнес юноша.

— Браво! Давай лучше что-нибудь иное придумаем. Гвин сказала, что он сам нас найдет.

— Да вот прямо сейчас! — рыкнул Норри.

— Тише!.. — простонала я. От снотворного голова словно налилась свинцом, вдобавок ко всему гудела и болезненно реагировала на громкие звуки. — Имейте совесть, пожалейте бедного раненого дракона!

— Ты уже почти здорова, — заметил с улыбкой Витька, подавая мне стакан воды. О! То, что доктор прописал. Я с жадностью припала к сосуду. — Есть хочешь?

— Очень!

— Мы заказали плотный ужин на четверых, — вставил Норри. — Лада сейчас принесет.

— А где мы?

Я огляделась. Помещение напоминало стандартный номер таверны. Вот только было чистенькое, свежее и обито совершенно новыми сосновыми досками. Кроме моей кровати в комнате было еще три узкие койки, большой сундук, стол и два крепко сбитых стула.

— В таверне, — озвучил мою догадку Вик. — Как нам и советовала Гвиневера, мы решили податься на человеческие земли. Соотнесли число маячков на карте с прогнозами. В общем, теперь мы в Арлетте. Летели по воздуху и как можно дальше. Надеюсь, здесь мы в безопасности. Карнификус обещал запутать следы.

— А что Мортифор хотел с нами сделать, не узнали?

— Нет, — покачали головой братья.

Тут вошла Ладиина с нагруженным подносом в руках. Если бы не вампирская сила, девушке пришлось бы очень туго.

— Садитесь к столу, — произнесла она. — Я сделала все так, как вы и приказали, просто взяла еду и отнесла вам.

— Отлично! — улыбнулся Вик, подхватывая у нее поднос.

— Когда уже мы к моему жениху поедем? — уперла руки в бока Ладиина. — Почему мы кружим по материку без какой-то цели?

— Мы уже едем к твоему суженому. Скоро. Четыре дня уже осталось, — успокоил ее Вик.

— Ладно, — вздохнула Лада и, взяв яблоко, села на кровать около окна. — Он хоть богат?

— Очень.

— Красив?

— Импозантен, — уклончиво ответил Вик.

— Ну ладно, — успокоилась Ладушка.

Я взяла свою порцию рагу и принялась за еду. С окончанием взросления мой аппетит нормализовался, зато братья продолжали есть как лоси. За окном начинало смеркаться, небо заволакивали тучи, словно в предвестье грозы. Если разразится ненастье, это в принципе будет нам на руку. Вот только непонятно, чего Мортифор на нас так вызверился? Или моя смерть давно уже числилась в его планах?

— Норри, а до тебя не доходили никакие слухи насчет оборотней?

Эльфенок задумался.

— О том, что Мортифор замыслил в отношении тебя какую-то пакость, я впервые услышал от Карнификуса.

— Тот еще интриган, — поморщился Витька. — Такие типы скользкие как бильярдные шары.

— Но он говорил правду! — возразил Норри.

— Я тоже это заметил. Вот только что-то у меня в голове не состыковывается, — озабоченно отозвался лорд Венатор.

— У меня тоже, — призналась я.

— И я ничего не понимаю, — кивнул юный ванн Дерт. — Что мы упустили из виду?

В следующий миг дверь чуть не сорвало с петель. Мы испуганно обернулись и застали на пороге злющего Мортифора. Вид его был необычным. Черты лица по-звериному заострились, став жесткими и суровыми. Черные волосы разметались по широким плечам и, казалось, немного взъерошились, как у оскалившегося зверя. Когда-то темные, словно спелые вишни, глаза горели холодным голубым огнем.

Таким мы его еще не видели. Этот Мортифор был гораздо старше и опаснее того, которого мы знали. Сейчас перед нами был разозленный до чертиков, смертельно опасный хищник. И хоть он не балансировал на грани трансформации, а пребывал в человеческой ипостаси, что-то глубоко в душе подсказывало: ничего человеческого в нем не осталось. Неужели он так вызверился на нас? Из-за чего? Из-за того, что мы ушли не попрощавшись?

— Зачем ты задумала убийство, княжна?! Я верил тебе! А ты все это время плела козни!

— Что? — опешила я.

— Не лги! — зарычал оборотень. — Имей смелость признаться в лицо!

— Да зачем мне это нужно? — разозлилась и я. — Ты же мне жизнь спас! Что я, скотина неблагодарная?!

— Ты дракон, и этим все сказано!

— Да неужели? — Я чуть не взлетела от злости и возмущения.

За кого он меня принимает?! Да я физически не могу сделать подлость сотворившему мне добро! Норри стоял бледный как полотно. За Мортифором в комнату медленно входили прочие воины. И сразу стало тесно. За окном раздался рокот приближающегося грома.

— Все вы, драконы, одинаковы! Хитрые, расчетливые дряни, живущие подлостью и коварством!

— ЛОЖЬ!!!

— Имей смелость признать свои корни!

— Да при чем здесь корни?! С чего ты так взбеленился?!

— Я тебя от смерти спас, а ты украла наш родовой артефакт! И поспешно смылась из замка!

— Да я даже не знаю, что это такое! И с чем его едят!

— Да неужели?!

— Ужели! Ну, обыщи нас, если хочешь! Вперед! — Я указала на вещи. — Ну же, чего ты стоишь? Боишься узнать, что тебе попался честный дракон? Или, хочешь, я сама тебе наши пожитки выверну. Вот, смотри!

Я кинулась к своему рюкзаку и одним махом вывалила все его содержимое на кровать. В комнате раздался изумленный вздох, и я потрясенно уставилась на золотую статуэтку бегущего волка, которая оказалась как раз посередине кучи вещей. Этого у меня не было!

— Честный дракон, говоришь? — презрительно хмыкнул вервольф, и его слова ножом полоснули по сердцу.

— Это не мое! Слово даю!

— Конечно, не твое! Это МОЕ!

— Я не брала! Четное слово!

— Ага, она сама к тебе в сумку влезла! Покататься решила!

— Да зачем мне эта бандура?! Подумай сам! Золота у меня и так хватает.

— Ты собралась уничтожить наш род.

— На фига мне это нужно?! — вскричала я. — Мортифор, брось свои параноидальные идеи! Я геноцидом не страдаю!

— А как же предсказание древних? Ни один из наших кланов не угомонится, пока будет жива хоть капля крови другого!

— Что? — удивилась я. Произнесенная фраза звучала как старинное заклинание или цитата.

— Только не делай вид, что не знаешь этого! Перелопатив столько книг о нас, ты не могла его не найти! У тебя же одна из самых полных и обширных библиотек! На худой конец, ваш ушлый управляющий мог просветить! Знаешь, княжна, я думал, ты другая, но вижу, что вы, драконы, все одинаковы!

— Да бред все это! Я не желала тебе зла! А библиотеку мою слегка разграбили. Я ничего не знаю! Да и как бы я вас уничтожила с помощью этой статуэтки? Как? Лупила бы по головам до полного изнеможения?

— Не притворяйся, княжна!

— Да что мне притворяться?! Я и так ничего не знаю!!!

— Ах, так? В таком случае отдай мое кольцо! — И он указал на злосчастный перстень с адуляром.

Ну, сейчас! Сразу вспомнился наказ Аргелла никому ни при каких обстоятельствах не отдавать кольцо. Да и любой мужчина знает, что отнять у женщины драгоценности практически нереально, стребовать имущество у дракона — еще сложнее. А если женщина одновременно еще и дракон, то это самый быстрый способ самоубийства!

— Ну, что замерла? Отдавай!

— Мортифор, это не твое, это мое кольцо!

— Да неужели?

— Да! Я его в своем мире на выставке купила!

— А мне неважно, где ты его взяла. Я ощущаю в нем фамильный камень!

— Но здесь серебряная оправа, и я это чувствую так же явно, как ты камень. Это не может быть твоим кольцом! У вас оправа из мельхиора была. Оно не может быть твоим!

— Нет! Оно мое!

— Да нет же! Я слово могу дать!

— Поклянись лучше, что никогда не причинишь мне и моему народу вред!

Я замерла. Стребовать у дракона клятву или честное слово практически нереально. Не из-за нашей вредности, а потому, что это очень сильно связывает и ограничивает нас. Нарушить данное слово мы не можем, даже если тот, кому мы его дали, кинется на нас с ножом. И это тоже следует учитывать прежде, чем разбрасывать опрометчивые обещания. Привычка сдерживать язык закрепилась у нас чуть ли не на генетическом уровне, поэтому практически невозможно переступить через себя и дать слово. Из-за редкости и обязательности исполнения наша клятва ценится очень высоко.

А теперь если я дам слово, то стану полностью беззащитной перед оборотнями. А где гарантия, что они не пожелают мне зла, не кинутся на меня с намерением убить, не нападут на страну?

— Ну, чего молчишь, Драко? Не можешь дать такой клятвы?

Что ему еще ответить?

— Прости, Мортифор, но я не знаю намерений оборотней на мой счет, поэтому не могу дать таких обещаний.

— Видит Эквилибриум, княжна, я все хотел мирно решить, но, если ты не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. Я все равно возьму с тебя эту клятву. Ты не просто больше никогда не пожелаешь зла нам, но даже защищать нас будешь ценой собственной жизни. А кольцо уже сможешь оставить себе навсегда! — Мортифор щелкнул пальцами, и над его ладонью возникла светящаяся сфера, в которой бился маленький золотой дракончик. — Не зря в обмен на свои услуги мы требуем чью-то жизнь. Выбирай, княжна: либо мы празднуем заключение полного союза с объединением армии, казны и прочих аспектов, либо справляем поминки по твоему брату.

Рука короля оборотней преобразовалась в когтистую лапу, и он слегка царапнул когтем сферу. Дракончик дернулся и затрепетал, а Вик охнул и побледнел. Мортифор сжал кулак чуть сильнее, сфера подернулась рябью, а дракончик отчаянно забился. Витька, схватившись за сердце, осел на пол.

— Ну? — усмехнулся оборотень. — Что ты решила?

— Что такое полный союз?

— Он включает в себя брак, — тихо пояснил Норри. — Две страны становятся одним целым.

Ладиина отошла в угол и усиленно пыталась притвориться мебелью.

— Так что, княжна, ты согласна?

— Не слушай собаку!.. — простонал Вик. — Дав клятву, ты свяжешь себя обязательствами, и вряд ли тебя так просто отпустят. Ты готова сломать собственную жизнь? Подумай!

— Действительно, княжна, подумай! — сверкнул глазами оборотень и сжал руку в кулак.

Сфера с хрустальным звоном лопнула, и дракончик, издав истошный писк, оказался зажатым в руке. Вик пронзительно закричал и скорчился на полу в позе зародыша.

— Нет! Не смей его мучить! — заорала я. — Прекрати!

— Твое решение, княжна! — жестко отрезал Мортифор, сверкая холодными голубыми глазами. — Одно движение пальцев, и я сверну шею его зверю, а без него лорд Венатор не сможет существовать.

Вик на полу сжался еще сильнее и, по-моему, даже стонать от боли не мог. Лицо его стремительно бледнело и заострялось, теряя жизнь. Тело его истощалось и умирало буквально на глазах.

— Не трогай его, пожалуйста!

— Решение! — непреклонно напомнили мне.

— Я согласна, согласна, только отпусти его! Верни ему жизнь!

— Позже, княжна, если ты выполнишь условия обряда.

— Выполню, только ты хоть хватку ослабь! Не мучай его!

— Ты лучше время не тяни, — рыкнул Мортифор. — Повторяй за мной. Я, княжна Сангиус Ангуис Торта Орис-Бел-лигеро Омаг-морт Драко, правящая династия дома Драконов, беру лорда Мортифора Канис Дирус Лупус Карнификуса, повелителя оборотней, Скользящего между жизнью и смертью, в законные мужья и повелители.

При первых же словах клятвы за окном грянул гром, словно в протест совершающемуся обряду. Холодный, колючий ветер, хлопнув ставнями, ворвался в комнату, обдав всех морозом до костей. Плащ Мортифора взлетел чуть ли не до потолка огромными кожаными крыльями.

— Не останавливайся, продолжай, — одернул меня оборотень.

Я оглянулась на скорчившегося на полу Вика и послушно продолжила. На слове «повелитель» мой внутренний зверь взбунтовался, и язык временно прилип к нёбу. Я наступила себе на горло и закончила-таки клятву.

— А теперь возьми кинжал и вскрой им себе вену на кисти правой руки. Разрез нужно сделать вдоль, чтобы кровь не свернулась.

— Знаю, — буркнула я.

Рука с кинжалом немного дрожала. Когда я вскрывала вену для Норри, была критическая ситуация и мозг действовал четко, спокойно, как привык работать при чрезвычайных происшествиях. Вскрыть же вену в мирное время непонятно для каких целей, да еще на правой, рабочей руке было дико.

Я взглянула на страдающего Вика и, стиснув зубы, решительно полоснула по руке. Мортифор взял мою руку и принялся пить из пореза, аккуратно слизывая кровь. Вик по-прежнему лежал тихим страдающим комочком. Ладиина подавила рвотный рефлекс и отвернулась к стеночке, зажав рот ладонью. Норри побледнел еще сильнее. Не поняла. Разве это не входит в обычный обряд?

Оборотни за спиной короля ухмылялись. Кто-то, учуяв запах моей крови, облизывался. Мортифор оторвался от моей раны, вытер тыльной стороной ладони губы и прорычал:

— Я, Мортифор Канис Дирус Лупус Карнификус, повелитель оборотней, Скользящий между жизнью и смертью, беру княжну Светлану Сангиус Ангуис Торта Орис-Беллигеро Омаг-морт Драко, правящая династия, в законные жены и повелительницы. Договор заключается на равных правах и скрепляется кровью. — Он вскрыл кинжалом свою вену, и я испугалась, что он прикажет мне пить.

Но нет. Мортифор взял мою руку и расположил ее так, чтобы моя кровь капала в его рану. Так же как и с Норри, края пореза, исцеляясь моей кровью, стали срастаться. В самый последний момент оборотень прижал свою руку к моей.

«Наша кровь смешалась, — тихо констатировало левое полушарие. — Надеюсь, наш вервольф здоровый, потому как теперь по твоим жилам потекла капля и его крови».

Я взглянула в по-прежнему голубые, холодные глаза мужчины. Теперь в его жилах течет моя кровь. Норри как-то говорил мне о власти, которой обладает исцеляемый над исцеляющим. Есть ли она теперь у Мортифора? И что мне даст его кровь?

«Процесс регенерации завершен», — отчитался организм. Мортифор разъединил наши исцелившиеся руки.

За окном сверкнула молния, озарив комнату ярким светом. От ее вспышки кольцо Нох-рам-Лукуша подмигнуло алым глазом. С некоторым запозданием грянул такой громовой раскат, что деревянные стены таверны содрогнулись. С черных туч на землю обрушились тонны воды, словно плотину прорвало. Повеяло прохладой и сыростью. Витька резко вздохнул и обмяк. Затем медленно разогнулся и сел на полу. У меня на душе полегчало.

— А теперь закрепим наш брак соответствующими символами! — прорычал Мортифор и, подавив холодную улыбку, слегка поклонился. — Пожалуй, начнем с дамы. Где твои фамильные кольца, княжна?

— Не знаю, — злорадно улыбнулась я.

Так как мужики-драконы обычно не спешат жениться, то закинули их куда подальше. В семейных архивах сказано копаться на чердаке среди гор хлама и рухляди, а это равнозначно поиску иголки в стоге сена. Предки не зря так старались, прятали, ибо браком хорошее дело не зовут!

А даже если Морти их и найдет, то мало ему не покажется! Фамильные обручальные перстни серебряные! В зависимости от настроения носящего трансформируются то в шипы, то в кастет, то еще во что-нибудь колючее или режущее. Вот такие добрые драконы в семейной жизни! Так что предвкушай, милорд, бурную семейную жизнь! Я постараюсь, чтобы она была недолгой! Плевать, что на оборотней яды не действуют! Я что-нибудь придумаю!

Король оборотней если и заметил вредные огоньки в моих глазах, то никак не отреагировал. Его глаза по-прежнему продолжали светиться холодным голубым огнем.

— Так призови свои кольца! — хрипло произнес он.

— Я не знаю как! — по-прежнему радостно отрапортовала я.

— Просто позови! — рыкнул оборотень и дернул магическую нить, которой связывал Вика.

Брат конвульсивно сжался и застонал. Норри наблюдал за всем происходящим расширившимися от ужаса глазами.

— Фамильные кольца, ау, — без тени выражения буркнула я, демонстративно выставив ладонь. В ту же секунду, к моему удивлению, в нее упали два массивных перстня из черненого серебра.

— Умница! — ухмыльнулся Мортифор, глядя на мое вытянувшееся лицо.

И это фамильные обручальные кольца Драконов?! Да они при угрозе свадьбы должны от хозяев убегать, а не в ладони прыгать! Предатели! Ну, ничего! Мортифору их носить тоже несладко будет! Насколько помню, серебро жжет вервольфам кожу не хуже каленого железа! Я выбрала больший перстень и надела на протянутый палец. Но каково же было мое изумление, когда НИЧЕГО НЕ СЛУЧИЛОСЬ!

— Сюрприз! — ехидно осклабился Мортифор и, спокойно взяв оставшееся кольцо, надел на мой безымянный палец. — Я полукровка, милая, серебро на меня не действует!

Последней радости лишил, засранец!

— А теперь, — еще язвительнее продолжил оборотень, — моя очередь!

И извлек из воздуха ОШЕЙНИК! Огромный, массивный, кожаный ошейник с длинными (около десяти сантиметров) шипами.

— Это еще что за причиндалы?! — Я невольно попятилась.

— Узы Гименея! — не в силах сдержать смешка, прокомментировал Мортифор. — Наши. Традиционные. Ну, чего убегаешь, дорогая? Иди сюда!

— Не-е-ет!

— Да-а! — отозвался оборотень. — Иди сюда, милая, я еще не отпустил твоего брата.

Вздохнув, я послушно сделала шаг вперед. Мортифор надел мне на шею эту пытку Гименея.

ЧТО?! КУДА?! ЗАЧЕМ?! Я попыталась сорвать новоприобретенное украшение, но ничего не получилось. Не удалось даже нащупать замок. Вот повезло так повезло! Все люди как люди! Одна я отличилась! Кому-то колье с бриллиантами дарят! А мне… Ёптр турен имбарр! По-другому не скажешь!

Мортифор тем временем извлек второй ошейник и, склонившись в три погибели, попросил меня надеть ЭТО на него. О! С каким удовольствием я напялила бы на ненаглядного супруга стальной ошейник-удавку для волкодава! И шипами внутрь, чтобы при каждом удобном случае кожу кололи! Да на длинную металлическую цепь мерзавца!

— А теперь последняя часть ритуала! — произнес Мортифор и, наклонившись, поцеловал меня.

От бессилия и досады внутри проснулось что-то настолько злобное и вредное, что я, не задумываясь его укусила. А кусаюсь я знатно! Наверное, вампирья наследственность сказывается.

Оборотень мои гены, похоже, тоже оценил по достоинству, потому как от боли даже подпрыгнул, но поцелуя не прервал. На губах почувствовался металлический привкус железа. Значит, до крови муженька прихватила. Хорошо!

В ту же секунду мою нижнюю губу цапнули так, что из глаз посыпались искры, а спину, словно кипятком окатили, и рот стал заполняться уже моей кровью. Рефлекторно я дернулась назад. Сильные руки, охватывающие меня, отпустили. Мортифор медленно выпрямился и демонстративно облизнулся. Однако из левого уголка его рта вновь побежала алая струйка.

— Запомни! — тихо прорычал он, сверкая холодной голубизной глаз. — Как ты со мной, так и я с тобой!

Затем, взметнув полы плаща, подхватил статуэтку Золотого волка и вышел прочь, хлопнув дверью так, что бревна в стенах содрогнулись. Оборотни вздрогнули и робко попятились к двери. Первый приоткрыл ее и опасливо выглянул наружу. В щелочку протиснулся золотистый дракончик и, издав радостный писк, кинулся к Вику. В следующую секунду он нырнул в тело брата и растворился. А вервольфы крадучись покинули нашу комнату.

Норри осел на кровать и облегченно вздохнул:

— Слава Эквилибриуму! Обошлось!

— ОБОШЛОСЬ?! — взвился пришедший в себя Вик. — Ты посмотри, что он со Светой сделал!

По моему подбородку все еще текла кровь. Губа болела так, что хотелось выть. Кажется, вот так люди и превращаются в волков! Кстати, а «поцелуй» Мортифора случайно не заразен? Может, и я теперь в спешном порядке обрасту шерстью? М-да, плохая была идея впиться зубами в злющего, кусачего оборотня!

— Все могло быть гораздо хуже! — хрипло прошептал эльф, читая мои мысли. — Мне только однажды на уроке дипломатии о таком рассказывали! Глаза у оборотней становятся ярко-голубыми в случае крайней ярости. Это их предел, когда все человеческое отступает и на первый план выходит жажда смерти. В такие моменты не выживает никто.

— Тогда откуда известны такие подробности? — ехидно хмыкнул лорд Венатор.

— Посмертно, — спокойно ответил Норри. — Один маг решил изучить проблему появления вырезанных под корень деревень и городов. И когда он нашел более-менее уцелевший труп и допросил его, то еще долго пребывал в шоке. Оборотни с рождения имеют дело со смертью и идут по грани. Их магия построена на жизни и смерти. Наверное, это как-то связано с перевоплощениями. Так вот, находясь в сильнейшей ярости, оборотни уже не думают, а просто убивают. Один вервольф способен вырезать под корень большой город в несколько тысяч человек, прежде чем насытится смертью и остановится. Я уж молчу об отпрыске элитного рода. И то, что мы сегодня выжили, можно причислить к большому, очень большому везению! Более того, думаю, следует отметить самообладание Мортифора. Ведь вместо того, чтобы убить Свету, он на ней женился! Причем на равных правах!

— Да уж! Умеет он найти подход к женщине! — язвительно проворчал Витька, подходя ко мне и стирая платочком кровь с подбородка.

Хоть Вик и подразумевал обратное, но, как ни странно, оказался прав! Преподнесенный Мортифором урок капитально протрезвил голову. Желание кусаться, беситься, злиться, закатывать истерики и всячески доводить новоиспеченного мужа исчезло напрочь! Более того! Что-то мне подсказывает, что в ближайшее время я буду очень тихой и послушной супругой!

«М-да, — вздохнуло левое полушарие. — Может, нашему оборотню в дрессировщики драконов податься? Я смотрю, такой талант пропадает!»

Правая половинка не ответила, все еще пребывая в шоке от случившегося.

— Надо за льдом сбегать, — Витька встряхнул платок.

— Не стоит! — поднял руку Норри. — Укусы оборотней быстро заживают, в основном благодаря их целебной слюне. К сожалению, не могу сказать того же самого про укусы дракона, поэтому молитесь, миледи, чтобы к брачной ночи Мортифор остыл.

— Еще чего! — фыркнул Вик. — Так я ему и отдам сестренку! По хвосту получит!

— Не советую, — Норри предостерегающе поднял вверх палец. — Я тоже Свету очень люблю, но, когда оборотень в такой ярости, остановить его мы не сможем, а вот разозлить еще больше — запросто!

— Да куда уж сильнее? — фыркнула я.

Норри растерянно пожал плечами.

«Хозяйка, — вздохнуло левое полушарие. — Если никто из жертв не пережил степень „голубых глаз“, это еще не значит, что это предел оборотней!»

«Не к добру это!» — прошипел спинной мозг.

Ссориться с Мортифором расхотелось напрочь. Теперь я понимала, почему в книгах настоятельно рекомендовали не действовать оборотням на нервы и вообще держаться от них подальше!

Норри соскочил с кровати, подошел ко мне, приложил холодную руку к губе, прошептал пару мелодичных слов и подул. В ту же секунду засохшая кровь разлетелась во все стороны пурпурными бабочками. Ранка исчезла, но губа все равно продолжала болеть. Скорее уже по привычке.

Новый Мортифор меня поразил. Я хоть и предполагала подобное, но, если честно, не была к этому готова. Теперь, когда шок стал спадать, постепенно включалась голова. И что-то здесь было нечисто. Это раз. Импульсивно бежать отстаивать свободу не хотелось. Это два. Прежде чем что-то делать, надо во всем спокойно разобраться.

— Норри, а что ты говорил о браке на равных условиях? — Я непроизвольно дотронулась до ошейника.

Еще одно расстройство! Вот повезло так повезло! У всех рас то кольца обручальные, то серьги, то браслеты, то пояса, то татуировки, и только у оборотней — ошейники! Массивные, кожаные, с огромными шипами! Что я, металлистка какая, такое украшение носить? И снять эту пакость невозможно! Я будущий работник умственного груда! Как мне с ним в серьезные организации и научные учреждения на собеседования являться?! Да меня же на порог не пустят!

— Честно говоря, не понимаю, как Мортифор, будучи в такой ярости, потребовал от тебя брак на равных условиях! — вздохнул эльф. — Браки, где партнеры равноправные личности, у нас не распространены. Чаще встречаются односторонние браки, где муж — полноправный хозяин и властелин жены. Супруга в данном случае занимает промежуточное положение между рабыней и вольным человеком. Теоретически она свободна, но в то же время во многом зависит от благоверного. Она не имеет права ему перечить, ослушаться и даже отдохнуть от домашних дел не может без ведома мужа. Мужчина в это время живет полноценной жизнью. Собственно, если бы Мортифор хотел тебя унизить или наказать, то он вынудил бы заключить этот вид брака. Но он дал тебе равные права. Все, что может он, — можешь и ты. Мортифор не имеет права тебе приказывать, только просить, а ты в свою очередь можешь либо выполнить его просьбу, либо нет.

— А побить он ее может? — внезапно ожила Ладушка.

Все бракосочетание она простояла в углу, элегантно притворяясь мебелью или подавляя рвотные позывы, а вот теперь активировалась. Странно, почему она этих прав не знает, ведь уже три раза замужем побывала!

Этот вопрос ей задал Вик.

— Я не обратила никакого внимания на брачный контракт, — пожала плечами красавица. — Мужья так быстро закопались, что, вероятно, тоже не успели его прочитать. Да и честно, мне все равно, односторонний это брак или равноправный, я буду делать что хочу.

— Угу, — хмыкнул Вик. — Пока не наткнешься на такого вот Мортифора!

— Сплюнь три раза! — осенила себя священным знаком Ладиина. — Подумать только! А я когда-то о нем мечтала! Слава Эквилибриуму, что не сбылось! Этот не то что меня, он сотню драконов построит! Уж лучше за орка или урка выйти, чем за такого!

Кажется, Ладушка только что сделала сенсационное для себя открытие: определила тип мужчины, с которым ни за что не захотела бы связать свою жизнь!

— Ладно, — вздохнула леди Каракурт. — Не уводи от темы! Так может он ее побить или нет?

— Может, — кивнул эльф, — но, исходя из равенства, Света имеет право защищаться.

— Ну, спасибо! Успокоили! Очень обнадеживающая перспектива! Порой мне кажется, что против Мортифора и танк не выдержит. Куда уж мне, хилой да слабой?

— Но не переживай ты так! — неверно истолковал мою кислую мину Норри. — Ведь ты тоже можешь, в случае чего, его побить!

— Тогда какое же это равноправие? — вздохнула я. — Ведь Морти тоже может защищаться!

Кажется, у меня только что появился еще один веский аргумент не доводить благоверного. Хотя Мортифор и не производит впечатления мужчины, способного поднять руку на женщину, я больше никаких прогнозов в отношении его делать не буду.

«Не дрейфь! — успокоило меня левое полушарие. — Прогнозы сделаю я, и Мортифор все же не из тех мужчин, кто поднимает руку на женщину!»

«У него найдутся иные методы!» — сердечно успокоила правая половинка.

— Зато ты осталась полноправной княжной! — решил утешить меня Норри. — А ведь могла потерять положение и титул. В одностороннем браке муж забирает все имущество и титулы жены. Наверное, когда Мортифор требовал равноправного брака, то в большей степени думал о ваших детях, так как в данном случае они будут наследниками одновременно двух престолов. Только изменять Мортифору я бы не советовал. Оборотни — единственная раса, которая умудрилась контролировать данный вопрос.

— Уж не с помощью ли этой штуки? — Я указала на ошейник. — Он что, меня в процессе задушит?

— Ага! — радостно кивнул Норри. — Но не волнуйся, Мортифора он тоже при неверности задушит!

— Вот тут я его как мужчина не понимаю! — вздохнул Вик. — Это ж надо подписаться на такое добровольно!

Брат возмущался, а я теребила ошейник и думала о будущей жизни. Значит, шаг вправо, шаг влево — задушит? Теперь понятно, почему оборотни — самая верная раса! Вот так и разрушаются мифы о моногамности!

Решить вопрос по поводу внезапной вспышки агрессии Мортифора нужно было как можно скорее. А он все еще злился. Это нам доложили служанки, для которых источником информации стали притихшие у двери господина оборотни. У меня губа уже не болела, а вот у Морти, похоже, не зажила. Насколько помню из фамильных хроник, укус дракона не только болезненный, но и способствует развитию всевозможных инфекций, а в некоторых случаях вообще ядовитый.

Все эти примочки, как нетрудно догадаться, созданы лишь для успешной охоты. Укусил жертву и жди себе, когда бактерии в твоей слюне сделают свое дело и зверюга обессилеет или сдохнет. А если все провернуть с ядовитой слюной, то вообще загляденье — обед готов за считанные секунды.

Хотя мои предприимчивые предки приспособились эти свойства использовать в жизни, а именно — для устранения неугодных супругов. Чуть что — невинно хлопаешь ресницами, делаешь большие глаза и ссылаешься на несчастный случай.

Мортифору очень повезло, что на него яды не действуют, а в собственной слюне содержатся антисептики. Так бы через полчаса можно было бы идти лопать благоверного. В этом плане он мой антипод.

«Да вы просто созданы друг для друга! — ехидно хмыкнуло левое полушарие. — Грызи эту тварь сколько хочешь — все равно выживет!»

Да, нашла коса на камень. Однако пора идти к Мортифору. Вопреки простым законам жизни вервольф с течением времени не отходил, а только еще больше закипал. Если сейчас со всем не разобраться, то к вечеру мы получим очень большого и очень злого оборотня.

Естественно, входить в клетку с тигром, то есть в номер к благоверному, без четко продуманного плана не хотелось, но как можно предугадать поступки разъяренного оборотня? Эта раса вопреки общественному мнению отличается завидной уравновешенностью. Конечно, не вампирские мужчины, но тоже на уровне. Поэтому, как нам удалось его раздразнить, ума не приложу.

Первое, что я сделала перед разговором, это послала мужу в номер плотный обед. Надеюсь, через полчаса еда осядет в желудке и придаст Морти более благодушное настроение.


предыдущая глава | Не будите спящего дракона! Сага о Драконах. Трилогия | cледующая глава