home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 5

Пустыня Сахара


Тело обожгло болью. Юноша прикусил губу, не зная, хочет ли просто удержаться от вскрика или не потерять сознание. Последнему не очень способствовала густая непроницаемая тьма под самодельной песчаной дюной. Казалось, стоит только закрыть глаза, и тут же погрузишься в сладкое забвение.

– Снаружи очерчен звуконепроницаемый круг, нас никто не услышит, – тихо и чуть хрипловато пояснил маг стихий, от которого никак не получалось избавиться. – А сейчас я усилю их голоса.

Неожиданно в ушах прогремело чье-то сердитое:

– …идимости, бригадир?

– Наши стихийники расчищают максимально возможный участок, – ответила какая-то женщина. – Радиус – полторы версты. Займем позиции и протянем невод. Один полк двинется от центра к краю, два других – наоборот.

Юноше очень хотелось сдаться атлантам – они помогут притупить эту боль, терзающую мозг. Но желание сохранить свободу оказалось гораздо сильнее, почти инстинктивным.

И единственным, что было ему известно наверняка.

Ни имени, ни прошлого, ни воспоминаний о событиях, что привели его израненного в эту пустыню. Лишь понимание: если попадет в руки Атлантиды или ее приспешников – все пропало.

Теперь снаружи раздавались только крики выполнявших приказы солдат. Маг отменил заклинание для усиления голосов, и под куполом воцарилась тишина, недвижимая и удушающая.

Юноша взвесил свои скудные возможности. Без памяти он отсюда никуда не перескочит, даже если в силах покрыть озвученный атлантами радиус. Конечно, если как следует оглядеться, то можно совершить слепой скачок, но буря заволокла все вокруг, так что такой вариант даже не рассматривался.

«Ну почему я раньше не попросил стихийника пробить в песке тоннель чистого воздуха?» Тогда удалось бы уйти подальше от этой подозрительной заботы.

Юноша почти не сомневался, что ранил его именно этот маг. Кто еще мог оказаться так близко, если не враг? Кто еще продолжал бы вертеться возле купола, невзирая на ясно выраженное желание человека остаться в одиночестве?

Страх стихийника перед Атлантидой мог оказаться лишь игрой. А шантаж, с помощью которого он пробрался под купол, – ложным маневром, чтобы уж добить наверняка. Однако готовность мага первым поделиться кровью застала юношу врасплох.

Обладая добровольно предложенной каплей крови, можно причинить большой вред. И только дурак (ну или кто-то без корыстных мотивов) стал бы так рисковать. Теперь же из почти безоговорочного врага стихийник превратился в этом уравнении в неизвестное.

– Слышал их план? – спросил он.

Юноша в ответ лишь хмыкнул.

– Я спущусь под землю, – продолжал маг. – Нужно было сразу так сделать вместо того, чтобы возиться с магией крови.

– Так чего ж не сделал?

– А ты, видимо, всегда все взвешиваешь и основательно обдумываешь, даже когда окружен бронированными колесницами. В любом случае радуйся, что раньше мне это в голову не пришло. Теперь могу взять тебя с собой.

Это предложение воскресило едва утихшие подозрения. А что, если он какой-нибудь охотник за головами и просто боится потерять награду, если Атлантида перехватит добычу?

– Да что ты ко мне прицепился?

– Что?

– Ты навязываешь мне свое общество.

– Навязываю об… А ты настолько зазнался, что смог бы пройти мимо серьезно раненного мага?

– И это спрашивает шантажист?

Маг стихий пробормотал что-то на грани непристойности.

– Значит, предпочитаешь остаться здесь. Тогда прощай, и да пребудет с тобой Фортуна в своем самом очаровательном проявлении.

Юноша не видел в темноте, но почувствовал, как песок справа сдвинулся – стихийник начал проваливаться.

– Стой.

– Да-да?

Он колебался лишь мгновение:

– Я пойду с тобой.

Соглашение о непричинении вреда не столь нерушимо, как клятва кровью: ничто не мешает магу отдать юношу третьим лицам, желающим ему зла. Но под землей никаких третьих лиц не будет, а значит, опасности почти никакой.

– Уверен? Я ведь могу принять это за разрешение навязать тебе мое общество.

Голос стихийника сочился сарказмом. Обнадеживающе: сейчас лучше всего быть с тем, кто не хочет иметь с тобой ничего общего.

– Придется потерпеть твое общество в обмен на лекарства.

Маг зарылся в песок под юношей, отчего того накрыло волной боли. Он стиснул зубы и сосредоточился на изменении эластичного купола в стандартный подвижный щит, который сможет удержать вокруг них пузырь воздуха.

Стихийник обвил рукой шею юноши, а ногу подставил под его колени. И началось погружение. Песок обтекал щит по бокам, устремляясь к вершине «пузыря».

– Откуда знаешь, что мои лекарства не отравлены?

– Подозреваю, что как раз отравлены.

– Ну тогда с нетерпением жду, когда смогу тебя ими напичкать.

Они стали погружаться еще стремительнее. «Что-то не так». Поначалу маг стихий показался юноше весьма худощавым, но сейчас, когда их тела сплелись так тесно, он почувствовал некоторые неожиданные округлости. Вообще-то… на самом деле…

Юноша втянул воздух и зашипел от пронзившей его боли.

Никаких сомнений.

– Ты девчонка!

– И? – совершенно равнодушно отозвалась она.

– На тебе мужская одежда.

– А на тебе немагическая.

Он этого не знал. Когда пришел в себя, то лежал на спине, ощущая, как горячий песок проникает в открытую рану. Сил хватило лишь перевернуться на живот и раскинуть эластичный купол. И уж явно было не до изучения собственной одежды. Позже, когда юноше потребовался острый инструмент, он просто полез в карман, не особенно раздумывая, делают ли в магических нарядах карманы на таких местах.

С каждой минутой картина становилась все непонятнее. Очнуться посреди пустыни, израненным, не имея ни малейшего представления, как здесь очутился – уже само по себе плохо. А уж вкупе с немагической одеждой…

Они остановились.

– Метром ниже уже горная порода, – сообщила девушка и отстранилась.

Сражаясь с новой волной обжигающей боли, вызванной ее движением, юноша впился ногтями в ладонь.

Вдруг между ними появился и начал разрастаться голубой магический огонек.

– Нужно осмотреть твою рану. Если не сможешь двигаться самостоятельно – станешь для меня обузой.

Учитывая заключенное соглашение, навредить она не могла. И все же при мысли оказаться в ее власти юношу охватило беспокойство. Но выбора не было.

– Давай.

Девушка срезала часть его одежды и сбрызнула рану холодной ароматной жидкостью, которая будто дождем погасила бушующий пожар. Юноша облегченно выдохнул.

– Сейчас мне нужно очистить рану, – предупредила чародейка.

Несметное число песчинок застряло в его теле. Это будет безумно больно… Разум пронзил ужас, но юноша сжал зубы и промолчал.

Вернулась острая, неистовая боль. Он проглотил крик и приготовился к большему. Но девушка лишь снова окропила его той жидкостью, что ощущалась на спине словно слезы ангелов, и сказала:

– Готово. Времени мало, так что я вытащила все песчинки за раз.

Он бы выразил ей свою благодарность, но из-за сильной дрожи не мог вымолвить ни слова.

Чародейка слой за слоем накладывала на рану различные мази, потом протянула юноше пригоршню гранул:

– Серые придадут сил, красные снимут боль, иначе совсем не сможешь двигаться.

Он проглотил их все.

– Не шевелись минуту, лекарства должны подействовать. Потом двинемся дальше.

– Спасибо, – выдавил он.

– Ну надо же! Думала, никогда от тебя такого не услышу.

Раскладывая мешочки в сумке, она проверила и перепроверила все этикетки с дотошностью библиотекаря, что расставляет книги по полкам в соответствии с крайне строгими справочными нормами.

Теперь, когда уже было известно, что маг стихий – девушка, казалось ужасной глупостью вообще принять ее за мальчика. Да, у нее короткие волосы, мужская одежда и слегка хрипловатый голос, но без сомнения… Юноша мысленно покачал головой, дивясь своей недогадливости.

Чародейка поймала его за разглядыванием и нахмурилась – получилось весьма грозно.

– А что за холодная штука у тебя под одеждой?

Только теперь он почувствовал холод где-то рядом с сердцем – раньше и это, и все остальные ощущения заглушала боль в спине. Юноша осторожно сунул руку под пиджак. И пальцами наткнулся на что-то ледяное.

Медальон. Вытащить его оказалось сложновато, но наконец шнурок был сорван с шеи.

Половина овала. И явно где-то есть вторая часть. Но где? У кого? И не значит ли этот обжигающий холод, что она далеко, очень далеко отсюда, может, даже на другом континенте?

Он выпрямился и проверил свою порванную одежду – пиджак, жилет, рубашку. Судя по вшитым этикеткам, все вещи сделаны портным с Сэвил-Роу в Лондоне.

Юноша выудил перочинный ножик, что использовал раньше, и разглядел на рукояти гербовый щит с драконом, фениксом, грифоном и единорогом по сторонам. В жилете обнаружились часы из прохладного серебристо-серого металла, на которых было выгравировано то же самое. Во внутреннем кармане пиджака лежал кошель все с тем же гербом, а в нем – немного немагической наличности, британской, судя по монетам. Но что более важно, там оказалось и несколько карточек с уже знакомым щитом с одной стороны и словами «Его высочество принц Тит Сакс-Лимбургский» с другой.

«Я тот самый принц Тит? И что еще за Сакс-Лимбург?» В магическом мире не было королевств и княжеств с таким называнием. И насколько юноша знал, в немагическом тоже.

Чародейка протянула ему тунику из своей сумки. Он уничтожил порванную одежду, убрал медальон в кошелек и рассовал все находки по карманам брюк. Неприятное ощущение обожгло спину, стоило поднять руки, чтобы натянуть тунику, но юноша стерпел. Чародейка бросила ему бурдюк. Он выпил чуть ли не половину воды, вернул бурдюк и указал на порванный ремешок ее сумки:

– Могу починить.

– Давай, если это успокоит твою совесть.

Он соединил две половинки лямки:

– С чего ты взяла, что у меня есть совесть?

– И правда что! И когда я перестану быть такой простофилей? – Чародейка расширила свободное пространство вокруг них и поднялась. – Linea orientalis!

Под ногами слабо засветилась линия, бегущая на восток.

– Куда ты направляешься? – спросил юноша.

Звучало куда лучше, чем «Где мы?». Не хотелось демонстрировать, что он понятия об этом не имеет.

– К Нилу.

Значит, они в Сахаре.

– Как далеко мы от Нила?

– А ты как думаешь?

В ее глазах сиял холодный вызов. Юноша вдруг осознал, что ему нравится смотреть на нее – черты лица чародейки вызывали эстетическое удовольствие. Но более всего ему нравилась ее уверенность – теперь, когда больше не надо было с ним любезничать.

– Мне не хватает знаний, чтобы предполагать.

В ответ на это признание его смерили внимательным взглядом:

– Мы в тысяче верстах к западу от Нила.

– А как далеко к югу от Средиземного моря?

– Примерно так же.

Значит, они в паре сотен верст на юго-запад от ближайшего Бедуинского королевства – союзника Атлантиды. И бронированные колесницы, должно быть, с местной военной базы атлантов, иначе не смогли бы появиться так быстро.

Но зачем? К чему такая спешка? «Может, по тем же причинам, по которым и ты готов стерпеть любую боль, лишь бы не попасться?»

Юноша встал и закачался бы, если б не уперся рукой в стену влажного на ощупь песка.

– Сможешь идти? – спросила чародейка со стальными нотками в голосе.

– Да.

Он ожидал, что она ответит что-нибудь резкое, вроде: «Начнешь отставать, и я с радостью тебя брошу». Но девушка лишь протянула ему питательный батончик:

– Дай знать, когда понадобится отдых.

Грудь затопило странное чувство, в котором юноша не сразу опознал смущение. Почти досаду. Конечно, еще существовала мизерная вероятность, что все касающееся этой чародейки – лишь притворство. Но с каждой секундой становилось все яснее, что она и правда просто очень порядочный и отзывчивый человек.

По вкусу батончик напоминал слегка ароматный воздух.

– Полагаю, это тоже отравлено? – заметил юноша после укуса.

Уголки ее губ чуть дрогнули.

– Разумеется.

Девушка продолжила «раскопки», двигаясь вдоль созданной ею линии и сохраняя вокруг себя достаточно места, чтобы идти рядом. Вдыхаемый воздух казался прохладным и даже чуточку влажным. Хрустящие под ногами крупинки едва заметно блестели. Над головой и по бокам щита струился песок, вызывая легкое головокружение. «Будто в подводной лодке бороздишь темные недра странного океана».

Быстрая проверка показала, что они в сорока аршинах под поверхностью пустыни. Передвижной купол – даже несокрушимо твердый – не способен выдержать вес такого количества песка. Только стихийная мощь чародейки спасала их от погребения заживо.

Ее лицо было почти белым от напряжения, взгляд полузакрытых глаз устремлен вниз. При свете магического огня волосы отливали сине-черным, а стрижка привлекала внимание к точеному лицу и полным губам.

Чародейка глянула на него. «Хватит пялиться». Юноша переключился на свою волшебную палочку, в которой узнал копию Валидуса, принадлежавшего Титу Великому. Вступая во взрослую жизнь, маги обычно делают себе оригинальные палочки на заказ, а до этого им часто дарят копии инструментов легендарных архимагов.

Толку от открытия никакого. Ну разве что теперь ясно: юноша, скорее всего, еще несовершеннолетний, и кто-то из его родни обожает Тита Великого.

– Ну и как, подсказала ли палочка, кто ты? – спросила чародейка.

От него не ускользнул смысл ее вопроса. «Подсказала ли палочка, кто ты?» Подразумевалось, что иначе он не знает, кем является. Что совпадало с действительностью, но едва ли кто-то мог сделать подобный вывод через несколько минут знакомства, если только…

Если только и она сама ничего о себе не помнит.

Юноша достал из кошелька одну из карточек. Чародейка внимательно оглядела ее со всех сторон, шепча заклинания, дабы выявить скрытые надписи. Но карточка оставалась прежней: обычной, прямоугольной, немагической.

– А у тебя есть что-нибудь, что подсказало бы тебе, кто ты? – задал тот же вопрос юноша.

Чародейка на мгновение словно задумалась, хочет ли отвечать, потом полезла в карман и… замерла. Он тоже это услышал. Что-то большое и металлическое приближалось к ним сзади, со скрежетом дробя горную породу.


Глава 4 | Гибельное море | Глава 6