home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

На следующее утро Этан зашел за Синди очень рано.

— Ты готова, соня? — спросил он.

Она кивнула.

Взглянув на нее, он усмехнулся.

— Пойдем, — сказал Этан, беря сумку Синди. — Ты сможешь поспать в машине.

Автомобиль выехал на шоссе. Синди зевнула и, положив голову на колени Этану, вскоре крепко уснула.

Ведя машину, он время от времени переводил взгляд на ее лицо и думал о том, какое впечатление произведет на нее резервация. Возможно, ее не стоило брать с собой. Многие белые люди, попав в резервацию, приходят в ужас, и не без основания.

Но все-таки, если мы с Синди собираемся быть вместе, ей надо узнать, откуда я родом, а мне необходимо увидеть ее реакцию.

Когда грузовик съехал с трассы и затрясся по проселочной дороге, Синди проснулась и подняла голову.

— Мы приехали? — сонно спросила она.

— Почти, — ответил Этан.

Синди взглянула в окно. Она не знала, что ее ждет, но пейзаж, который она увидела, был унылым. Маленькие обшарпанные домики, ни газонов, ни деревьев, лишь редкие цветочные клумбы. Много старых машин и грузовиков, выброшенная на улицу и выцветшая под солнцем мебель. Синди увидела бродячих собак и вспомнила, что где-то читала об условиях жизни индейцев в резервациях. Уровень безработицы здесь составляет восемьдесят пять процентов, а шестьдесят девять процентов людей живут за чертой бедности. Теперь она поняла, почему эти земли отданы индейцам. Кто еще захотел бы здесь поселиться?

— Твой дядя живет здесь? — спросила Синди.

Этан кивнул. Он так и знал: увиденное вызовет у нее шок.

Они приехали в центр резервации, к большой площади, на которой было расставлено множество брезентовых палаток.

Кажется, здесь собрались все жители Лакоты, подумала Синди. Она увидела мужчин в национальной одежде индейцев и в ярких танцевальных костюмах. Женщины были одеты в хлопковые блузки и длинные юбки, некоторые — в джинсы и футболки, а некоторые — в одежду из замши.

На площади были расставлены длинные столы с сувенирами.

По ярмарке разгуливал и сотни туристов, они рассматривали товары, ели хот-доги и гамбургеры.

С импровизированной сцены раздался стук барабанов.

Этан вышел из машины, открыл пассажирскую дверь и подал Синди руку.

— Я еще не скоро буду танцевать, — сказал он. — Пойдем пройдемся?

— Конечно.

Они стали бродить по ярмарке, разглядывая разнообразные товары. Синди восхищалась картинами, нарисованными на полотне, оленьей коже, камнях или дереве. На столах были разложены церемониальные маски, украшенные перьями, рубашки из оленьей кожи. В одном месте продавались копья и ножи всевозможных размеров, с ручками из дерева, кости, металла. В одном месте они увидели музыкальные инструменты. Особенно много было барабанов.

Синди обратила внимание на одну маленькую вещицу, выполненную в бело-голубой гамме, она напоминала паутинку.

— Что это? — спросила она Этана.

— Это ловушка для снов, она отгоняет плохие сны, — ответил он. — Существует предание: много веков назад один старейшина-индеец сидел на вершине горы и размышлял о жизни. Передним явился, приняв обличье паука, Иктоми — Великий Дух и начал плести паутину. Занимаясь этой работой, он рассказал старейшине о цикле жизни — от младенца к ребенку, от ребенка ко взрослому, от взрослого к старику, за которым надо ухаживать так же, как за младенцем. В жизни действует много различных сил, сказал он, одни — хорошие, другие — плохие. Иктоми плел паутину от краев к центру. «Видишь, — обратился он к старейшине, — я плету паутину в виде круга, а в центре — дыра. Если ты веришь в Великий Дух, то паутина поймает для тебя хорошие мысли и сны, а плохие уйдут сквозь дыру». С тех пор эта штуковина, ловушка для снов, висит над кроватями многих индейцев и, как сито, просеивает их сны и видения. Хорошие — остаются, а плохие — проваливаются в дыру.

— Какая замечательная история!

Этан кивнул и протянул Синди паутинку.

— Возьми, пожалуйста, я ее тебе дарю.

Он расплатился с продавцом, а она поцеловала его в щеку.

— Спасибо, — тихо поблагодарила Синди.

Она положила подарок в сумку, и Этан, взяв за руку, повел ее к сцене. Вокруг сцены стояли скамейки, на многих уже сидели люди. Этан повел девушку к скамье, покрытой красным одеялом.

— Мы сядем здесь? — спросила Синди.

— Да, конечно. Красное одеяло — для меня. Здесь его положил мой дядя. Эти скамьи — для танцоров.

— О…

Она огляделась по сторонам.

На сцене уже выступали женщины — они исполняли танец с шалями. Движения их были грациозными и легкими, казалось, они летают по воздуху. На каждой из них была надета широкая юбка, подпоясанная ремнем, и белая блузка, но взгляд завораживали именно шали — прекрасные шали с длинной бахромой.

Следующий танец исполняли мужчины, за ними последовали юноши. Одетые лишь в набедренные повязки и мокасины, они крутили обручи, и делали это невероятно быстро, в такт музыке.

Синди аплодировала вместе со всеми зрителями. Затем наступило время Этана.

Объявили следующий танец — традиционный танец мужчин. На сцену вышла дюжина танцоров. Несмотря на головной убор из перьев и раскрашенное лицо, Синди моментально узнала Этана. Она не сводила с него глаз. Он изображал воина, который молится о победе. Она восхищалась его талантом. Сейчас Этан казался ей одновременно и родным, и чужим.

Оставшаяся часть дня прошла очень быстро. Синди познакомилась с дядей Этана, Лэрри, — высоким мужчиной с орлиным носом и сверкающими глазами, еще она познакомилась с друзьями Этана, его кузенами, тетей и бабушкой. Все они улыбались и радостно ее приветствовали, хотя в их взглядах она видела любопытство.

Поздно вечером они с Этаном остались одни.

— Ну, скажи мне, — произнес он, стараясь говорить нейтральным тоном, — каково твое впечатление?

— Мне так все понравилось! — восторженно воскликнула Синди. — Абсолютно все! А твоя семья — они такие замечательные люди, хотя некоторые из них смотрели на меня с удивлением.

Этан привлек ее к себе.

— Возможно, потому, что я никогда не приводил сюда ни одну женщину.

Она не поняла значения его слов.

— У тебя здесь есть свой дом? — внутренне содрогнувшись, спросила Синди.

— Нет. Здесь дом моей матери, но он давно заброшен. Я обычно останавливаюсь у дяди.

— А где сейчас твоя мать?

— Она теперь живет в Бозмене. Я познакомлю тебя с ней на днях. Сюда, на ярмарку, она больше не приезжает.

— Почему?

— Не знаю. Мне думается, она поссорилась с братом, но я не уверен. — Взгляд Этана остановился на ее губах. — Давай не будем об этом говорить, — сказал он хриплым голосом, затем наклонился и поцеловал ее.

Внезапно почувствовав слабость в коленях, Синди обхватила Этана руками за шею. Он улыбнулся и прошептал ей на ухо:

— Уже поздно.

— А где мы будем ночевать?

— Я думаю, у моего дяди, — ответил Этан.

— Да? — Синди не смогла скрыть разочарования. Он кивнул.

— Сегодня мы с тобой наедине не останемся.

Она опустила глаза.

Это правильно, разумно, но почему же я не испытываю радости?

Следующий день прошел очень быстро. Синди нравилось смотреть танцы — любоваться костюмами, слушать музыку. Ей казалось, она никогда не устанет от подобного времяпрепровождения.

Они с Этаном коротко поговорили по дороге домой. Он ждал, что Синди станет критиковать жизнь в резервации, но она лишь восхищалась индейцами.

— Тебе нравится работать на ранчо? — спросила она. — Разве тебе никогда не хотелось стать доктором или адвокатом?

— Знаешь, я даже индейским вождем стать не мечтал, — сказал Этан с усмешкой. — Я просто радуюсь тому, что я — один из них.

— Но ты мог бы достичь гораздо большего.

— Когда-нибудь ранчо будет моим. Моей тете некому его оставить. Я никогда не стану богатым, но здесь я счастлив. Я люблю жизнь, мне нравится быть хозяином самому себе, и я не хочу рвать связи с резервацией.

Синди кивнула, но вслух ничего не сказала.

Этан поймал ее взгляд.

Она любит меня. Я не сомневаюсь в этом ни секунды. И я люблю ее, но, возможно, одной любви недостаточно, ведь мы такие разные!

— Я забыл тебе сказать, — произнес он. — Завтра я еду с группой. Поход двухдневный, ночуем в палатках, готовим на костре, ужинаем под звездами.

— Звучит ужасно, — откликнулась Синди. — Можно поехать с тобой?

— Увы, нет, — ответил Этан. — Все лошади заняты.

Они подъехали к домику Синди.

Этан обнял ее за плечи.

— Ты не зайдешь? — спросила она.

— Завтра очень рано вставать, а мне еще надо подготовиться. — Он поцеловал ее в кончик носа. — Всего два дня. Ты не долго будешь скучать без меня!

— Хорошо. Береги себя, Этан.

Он поцеловал Синди долгим нежным поцелуем.

Она неохотно вышла из грузовика и стояла на крылечке, пока машина не скрылась из виду. Он любит ее, она поняла это без слов.


ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ | Полет орла | ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ