home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 5

Первая зацепка


Тархон Дайсон прохаживался по просторному тронному залу Алмаза в ожидании настоятеля храма брат Крайтона. На какой-то момент он остановился, чтобы посмотреть в тысячный раз на возвышавшийся над ним потолок, где простиралась знаменитая картина из мозаики, изображавшая Азара Эллингтона с первыми поселенцами Алмаза. Король величественно стоял среди простого шахтёрского люда, обнимая работяг. От созерцания командора отвлёк вошедший страж, который объявил о приходе брата Крайтона.

Старый монах крайне удивился, получив приглашение от негативно настроенного к нему Тархона, так что ничего странного не было в том, что он вошёл с немного растерянным видом. Последовали короткие довольно сдержанные приветствия, которые плавно перешли в молчание.

— Тархон, брат Сайрус очень хотел, чтобы я как можно скорее навестил тебя, — решил нарушить стоявшую более пяти минут тишину настоятель храма, сложив ладони на животе.

— Да, я просил его об этом лично, когда мы с ним общались на территории школы Дарований, — кивая головой, подтвердил солдат.

— Возможно, ты недоволен тем, что я решил приобщить его к школе Дарований достопочтенного Альмира, — осторожно прощупывая почву, вымолвил монах, — но сам понимаешь, там должен был появиться человек, который умеет управлять людьми и при этом неплохо владеет магией. Я подумал, что он именно та кандидатура и позволил себе...

— Не имею ничего против брата Сайруса, — оборвал монаха Тархон, — он неплохо справляется с новыми обязанностями, помогая приехавшему заместителю Альмира.

— Ты говоришь об этом преступнике по имени Арден Дей? Юноша двадцати лет, что он видел в своей жизни!? — возмутился брат Крайтон.

— Достаточно, чтобы Альмир доверился ему. Но я попросил тебя прийти не для ссор и выяснений отношений. Наша неприязнь с тобой как была, так и останется.

— И чего же ты хочешь от меня, храбрый воин? — усмехнулся старик, смотря собеседнику в глаза.

— Хочу поговорить с твоим 'хозяином'. Я понимаю, что встретиться с верховным настоятелем не смогу, но вот поговорить с помощью сферы вполне возможно. Устроишь?

— А что я получу взамен, если выполню твою просьбу, командор?

— Ты избавишься от меня. Скорее всего, я покину Алмаз после этого разговора.

— Я нисколько не выиграю от твоего отъезда, Тархон, — произнёс старик, внимательно наблюдая за реакцией собеседника, — вместо тебя сюда приедет кто-нибудь другой, а он может оказаться глупцом и натворить здесь дел. Мои источники поговаривают, что Сигурд Эллингтон хочет отправить в Алмаз своего сына Эгиля.

— Значит, теперь я задам тебе тот же вопрос, что и ты мне, — подумав, сказал солдат, — чего ты хочешь?

— Хочу, чтобы ты взял с собой одного из моих учеников. Я не знаю, куда ты собрался направиться, могу лишь предположить, что в горячую и опасную пустыню, кишащую неверными дикарями, лежит твой путь или даже за её пределы. Всё для того, чтобы вырвать из лап гильдии любимую сестру и племянников?

— Это уже не твоё дело, монах. Желаешь, чтобы я везде таскал с собой твоего шпиона? — грозно насупив брови, поинтересовался командор.

— Почему бы и нет? Ты ничего не теряешь, Тархон, даже наоборот приобретаешь. Я дам тебе грозного воина или мага, а может и два в одном, пока ещё не решил. Подумай над этим предложением, тебе не нужно будет никого защищать, если моему человеку суждено умереть в песках, схватке с врагом или от смертельной болезни, то ты не обязан за это отвечать.

— В чем подвох, старый хитрец?

— Ты настолько сильно ненавидишь подобных мне, что ищешь везде подвох? — улыбнулся монах, смотря с укором на солдата. — Я как и ты усердно служу Сигурду Суровому, королевству Пяти Камней и его народу.

— Ты служишь себе в первую очередь, во вторую — Создателю, на большинство людей тебе плевать.

— Заблуждаешься, солдат. Надеюсь, когда-нибудь ты поменяешь своё мнение обо мне.

— Твой недавний поступок говорит об обратном.

— Служение Создателю не допускает дикарей, как равных нам, они же иноверцы, поклоняющиеся Яхе, — поняв, о чем говорит командор, произнёс монах.

— Сомневаюсь, что Создатель об этом сказал кому-то из вас. Ты и тебе подобные уже тысячи лет трактуете веру так, как вам удобно, позабыв о своём истинном предназначении.

— Считай, как хочешь! — раскраснелся брат Крайтон, стараясь изо всех сил совладать с нахлынувшими эмоциями. — Моё предложение в силе лишь до завтрашнего вечера. Ты знаешь, где меня искать.

Разгневанный старец поспешил покинуть тронный зал Алмаза, оставив в одиночестве командора. Спустя несколько минут после ухода настоятеля вошел Арден Дей.

— Он нам точно поможет? — поинтересовался островитянин.

— Да, если я возьму его человека с собой. Говорит, что воина или мага.

— Всего лишь? — удивился чародей столь выгодному предложению. — Так чего медлишь? Я думал, он попросит поддержать кого-то из знати на пост наместника, чтобы укрепиться в Алмазе.

— Может, он догадывается о цели разговора с верховным настоятелем? — предположил Тархон. — У меня складывается впечатление, что нас ведут как слепых котят куда-то, а мы всё наивно считаем, что используем их.

— Даже если монах не догадывается, то в ближайшее время узнает. Скорее всего, брат Сайрус уже проговорился о послании гильдии магов. Со дня на день прибудет Альмир, что мы ему скажем?

— Старик сам всё узнает, порывшись у меня в голове. Определись: со мной ты или нет, Арден. Потом меня могут объявить предателем у короля Сигурда Эллингтона.

— Лишь в том случае, если Альмир расскажет Кааргу правду, но пока он её и сам не знает.

— А мы знаем? — спросил командор. — Вдруг брат Урдин откажется нам помогать или он сам не ведает, где искать проклятый ифритовый камень.

— Тогда мы проиграем, не начав поиски. В любом случае, если нам улыбнётся удача, то я поеду с тобой, но остальных не стоит привлекать. Мне бы не хотелось копаться в их трупах, как это было с Роткафом.

— Несчастный немой, — вспоминая изуродованное тело Роткафа, произнёс Тархон.

Оба замолчали, отдавая дань уважения убитому островитянину. В зал вновь вошел страж и объявил о приходе леди Моники и её сына лорда Эндрю. Не дожидаясь разрешения войти, грозная женщина направилась к Тархону быстрым и уверенным шагом, качающий головой Эндрю не спеша плёлся за ней, напоминая ленивого косолапого медведя. Под взглядом Моники страж, стоявший позади Тархона, поспешил удалился.

— Я отбываю завтра на рассвете, — объявила она, пропуская приветствия, — а вот Эндрю останется здесь.

— Хорошо, Арголас будет готов к тому времени, — пообещал командор.

— Мне бы хотелось продолжить наш с тобой разговор без лишних ушей, — мельком кинув взгляд на чародея, сказала она.

— У нас нет секретов между собой, — сверля женщину недовольным взглядом, отверг предложение леди Тархон.

— Что ж, пусть будет так! — согласилась она, уступая. — Вчера я видела лучезарного лорда Силиана Бигги в окружении Кириана Аддерли и Фита Хоггартов, он что-то задумал вместе с ними. Этому предателю нельзя доверять ни в коем случае, Тархон. Я уверена, что он уже растрепал им обо всех наших планах. У них достаточно сил, чтобы самим усадить себя на трон Алмаза, им нужен лишь официальный повод для этого.

— Матушка, но ты же тоже общалась с Кирианом Аддерли, — упрекнул её Эндрю, глупо таращась на Монику, — с чего ты взяла, что лорд Силиан предатель?

Наверное, в этот момент старая дама захотела голыми руками задушить своё недалёкое чадо, настолько ненавидящими и злыми выглядели её глаза. Улыбнувшиеся вначале Арден и Тархон быстро сменили выражения лиц на серьёзные мины.

— Хочу заверить, что я разговаривала лишь о продаже зерна со своих угодий и ничего более, — вымолвила недовольно она, — лорд Кириан сказал, что ему недостаточно своих запасов на предстоящую зиму, а у меня есть небольшой излишек.

— Спасибо, леди Моника, за вашу бдительность, — поблагодарил командор, — я приму меры, осторожность нам явно не помешает.

Мужчины поклонились крепкой старухе, давая понять, что аудиенция окончена. Пристыженная леди Моника стальной хваткой взяла под руки сына и, что-то шепча ему, покинула тронный зал.

— Кодло сплетников и интриганов, — оставшись с Арденом, высказался Тархон, — как жаль, что мы от них особо не отличаемся.

— Нет, командор, мы гораздо хуже. В случае провала наших планов, мы можем погубить всю Равнину.


***


Две небольшие армии людей стояли одна напротив другой, рыжие воины Севера смотрели на уроженцев Тааффеита с нескрываемым дружелюбием, а солдаты Сигурда провожали северян благодарными за помощь взглядами. За несколько месяцев борьбы с общим врагом эти два народа сильно сплотились между собой и в будущем готовы прийти на выручку в любую минуту.

Здесь, неподалёку от столицы Пяти Камней, солдаты Сигурда Сурового разделились с северянами, которым ещё предстоял долгий путь через Тааффеитовое и Алмазное королевства вдоль Правой Демы, и лишь потом их ожидал холодный и суровый, но при этом такой родной, Север.

— Желаю вам всем доброго пути, — махая на прощание мускулистой рукой, сказал рыжий Арбон и пришпорил своего коня.

— И тебе удачи, принц! — выкрикнул Сигурд ему вслед.

— Мне тоже пора, — грустно произнёс Свен.

— Да хранит тебя Создатель и остальные боги, — вымолвил по-отечески Каарг, — как доберёшься — вызови меня, доложишь о местных красотах.

Маги крепко обнялись, Свен не спеша забрался на лошадь, поправил на переносице очки с толстыми линзами по привычке и, глубоко вздохнув, поскакал следом за Арбоном Северным. Чародей давно сделал выбор, и поздно было от него отказываться, он понимал, что может таким образом подвести тысячи людей, но это для него ничего не значило, важно было лишь то, что он мог подвести своего наставника Каарга, которого любил и уважал как отца.

Войско Сигурда двинулось дальше, направляясь в родные стены Тааффеита. Пока Каарг с Малитилом ехали вместе с несколькими тысячами уроженцев пустыни и сотней исполинов позади, король Сигурд общался со своим недавно появившимся знакомым.

— Доволен прогулкой? — спросил монарх у скачущего рядом с ним мужчины в длинном коричневом балахоне с капюшоном, прикрывающем лицо.

— Лучше, чем сидеть взаперти в тёмной клетке, когда мы заезжаем в города и деревни, — повернувшись к Сигурду, ответил собеседник.

— Если бы не чародей и речной эльф, то ты бы продолжал там сидеть, Ваара, а ещё лучше где-нибудь болтался повешенным, — с широкой улыбкой на лице произнёс король, — а так едешь рядом со мной, хоть твой проклятый братишка и отгрыз мне полноги, сделав калекой на всю жизнь.

— Твои друзья и предки убили всех моих братьев, но я не напоминаю тебе об этом, король. Тогда шла война между нашими народами, теперь она окончена, причем не без твоей помощи, в душе ты этого хотел не меньше меня. Разве не так?

— Угу. Но только обиды у меня остались.

— Я нахожусь сейчас всецело в твоей власти, — вымолвил вождь, — мои руки крепко перетянуты адамантовыми оковами, не позволяющими мне использовать магию. Я говорил тебе в Сапфире и повторю сейчас: меня можно убить в любой момент, главное, чтобы мой народ оставался цел и невредим.

— Ты храбрый малый, Ваара, — признал Сигурд Суровый, — это я в людях уважаю. Не убил тебя тогда и сейчас не стану, ведь скоро ты мне понадобишься в одном деле.

— Зачем же? — заинтересовался дикарь, внимательно смотря своими желтыми глазами на Сигурда.

— Кое-кому пообещал тебя в награду из своих друзей за службу, — хитро улыбнулся король.

— И кто же этот горе счастливчик, знающий о том, что я жив, и захотевший заполучить меня?

— Скоро узнаешь, мой друг, прояви немного терпения, — пообещал монарх.

Через несколько часов пути они сделали привал, готовясь к наступлению ночи. Пока солдаты разжигали костры и сооружали королевскую палатку Каарг, стоявший рядом с одноногим правителем Пяти Камней, спросил:

— Ваара стал на порядок молчаливее обычного, ты ведь не растрепал ему ничего, Сигурд?

— Так, лишь самую малость, — признался король, — пускай он хоть немного помучается над своей судьбой.

— Смотри, чтобы потом нам не пришлось мучиться с ним, не один человеческий колдун не сможет его одолеть в честном бою. Всё-таки зря ты решился на эту сделку с командором Тархоном.

— Сам говорил, что колдун не навредит нам, а теперь идёшь на попятную. Ваара не дал ни единого повода для тревоги, хотя мог уже сотню раз попробовать побеседовать со своими дикарями, но нет, вождь тщательно скрывает от них, что остался жив, как мы и договаривались.

— Это пока нас окружают тысячи верных солдат. Мы ведь не знаем, как он поведёт себя наедине с командором. Расправится как с букашкой и всё.

— Я хочу помочь Тархону отыскать его сестру и племянников. К тому же, я почему-то уверен, что он сможет это сделать, а без хорошего проводника туда нельзя.

— Отсылаешь его на верную смерть, — обвинил короля чародей, — и от верховного вождя заодно планируешь навсегда избавиться. Не забывай, Сигурд, я знаю тебя намного лучше других.

— Командор утратил к нам доверие, он по нашим с тобой лицам понял, что мы были уже в курсе похищения его родни и смерти лорда Тирона, но не сказали ему об этом. Я должен думать о судьбе королевства, а не об отдельных его жителях, пусть они и близки моему сердцу.

— Я попрошу свободного эльфа отправиться в поход вместе с ними. Так у них будет больше шансов на успех.

— Некроманта? Ты спятил, старик? — напрягая голосовые связки, спросил Сигурд.

— Тише, — попросил чародей, — я вижу, как к нам идёт Малитил.

Речной эльф вернулся в лагерь вместе с небольшим отрядом разведки. Пускай на Равнине и было относительно спокойно, но остроухий не изменял своим старым привычкам уже не одну сотню лет, раз поленишься — не проснёшься, найдут с перерезанным горлом или с проткнутой грудью, и поминай, как звали. Эльф подошёл к Сигурду с советником и вместе с ними начал наблюдать, как ловкие бойцы ставят королевский шатёр.

— Что видно впереди, Малитил? — поинтересовался король у остроухого.

— Всё спокойно, уже через несколько дней мы будем в Тааффеите. Завтра ближе к обеду пополним запасы воды в деревушке, которая недалеко от основной дороги, а там видно будет. Ваши люди сильно устали за последние два месяца, нужно дать им хорошенько отдохнуть перед неминуемым продолжением войны.

— Повезёшь Ваару в Алмаз, как договаривались? — меняя тему разговора, решил узнать Сигурд.

— Почему бы и нет? Заодно встречусь с достопочтенным Альмиром, он расскажет мне, как поживает новый владыка Небесного царства. Узнаю, не держит ли белоголовый эльф зла на хранителя Восточного Оберега Арминаса, как в своё время его отец Асерлас.

— А тебе то что от их вражды? — как-то грубовато кинул король.

— Арминас мой соплеменник, к тому же мы с ним дружим не одно столетие, — удивился вопросу Малитил.

— Понятно, хоть ты и свободный, но всё равно предан своему господину и роду.

Малитил не стал комментировать обидные слова короля Сигурда, посчитав, что лучше будет промолчать и покинул старого мага и правителя королевства Пяти Камней.

— О-о-о! Наконец-то! — воскликнул Сигурд Суровый после того как солдаты завершили сооружение его просторного шатра. — А я уже думал, что мне придётся спать на свежем воздухе.

Армейцы поспешили заняться переносом мебели, разгружая подкатившие повозки.

— Ты бываешь просто невыносим, — печально смотря вдаль уходящему эльфу, произнёс старец.

Каарг заметил, что король в последнее время стал более агрессивным в разговорах с другими, особенно после первой ночи кошмаров. Чародею уже несколько раз приходилось оставаться подле Сигурда и приносить ему очередной флакон со снотворным, но ужасные кошмары так и не прекратились. Колдун даже проверял магический фон, еду и одежду короля, но ничего не найдя, лишь пожимал плечами в недоумении.

— Тебе бы приснилось, как он убивает твою жену, а потом съедает её, чародей. Посмотрел бы, как бы ты относился к речному эльфу после такого.

— Мы же с тобой уже обсуждали несколько раз, что твои кошмарные сны не имеют никакого отношения к настоящей реальности.

— Я знаю, Каарг, но они уж слишком натуральными кажутся, не могу с собой ничего поделать. Самые страшные связаны с моим сыном Эгилем, он снится мне всегда, и вождями племён, все как один пытаются оторвать от уцелевшей ноги кусочек, а ты не знаешь, как от них убегать, потому что они превращаются в разных страшных существ.

— Ну, хоть я тебе не снился, — усмехнулся чародей.

— Каарг, ты забыл добавить приставку 'пока'.

— Чувствую, наша крепкая многолетняя мужская дружба может скоро закончиться.

С этими словами они прошли в шатёр. Уставший от скачки и постоянных кошмаров монарх бесцеремонно завалился на приготовленную постель, не снимая грязных сапог и пропитанной потом одежды. Каарг же уселся напротив Сигурда в плетёное кресло.

— Как же я устал от всего, Каарг, — произнёс король тихим измученным голосом, — достали эти неуравновешенные правители, гильдия магов со своим восставшим из мёртвых Кровавым Альдором, теперь ещё ифриты появились и дикарей Песков нужно где-то разместить на Равнине. Лучше бы я родился сыном простого фермера в окрестностях Рубина или Изумруда, пас бы всю жизнь стадо коров или коз на зелёном лугу. Не было бы никаких хлопот, а так лежу без одной ноги, а второй при этом нахожусь в царстве мёртвых Тенебриса, куда меня скоро загонят эти проклятые сны.

— Хватит ныть как глупая баба, жалующаяся на судьбу, — твёрдо сказал старик, — посмотрел бы, как ты коз пасёшь. Тоже мне умник нашелся, думаешь у простого люда проблем намного меньше, чем у тебя?

— А что разве не так?

— Уж поверь! Ты должен быть счастлив, что родился королём Пяти Камней, а не простым человеком. Ты можешь стать героем для своего народа, а что может пастух? Максимум, это стать достойным человеком и кормильцем семьи. Ещё он может пойти воевать, но даже если ему откусят полноги, как произошло с тобой, то он останется всего лишь калекой, но никак не героем в глазах населения королевства. Может быть, родные и будут им гордиться какое-то время, но недолго, станут считать его решение защищать Равнину неимоверной глупостью.

— Довольно, Каарг, — оборвал мага Сигурд, — думаю, я был неправ, размышляя над тем, что могло быть.

— То-то же! Мы родились на своих местах не просто так, нас определил на них Создатель, каждый выполняет уготованную ему функцию. Быть королём с одной стороны проще всего, но с другой — это самая тяжелая ноша на Равнине.

— Ты уже запутал мои мысли своими умными речами, старик. Принеси-ка лучше мне ещё пузырёк микстуры, надеюсь, она подарит мне хотя бы пару часов сна, а не как в прошлый раз.

— А как ты тогда сказал о царстве Тенебриса и ноги? — задумался Каарг.

— Что одной нет, а вторая почти у него?

— Нет, потом! О снах?

— Об этих проклятых снах, что мне каждую ночь снятся? — вспоминал король.

— Точно, проклятые сны. Думаю, я теперь догадываюсь, в чем причина твоих бесконечных кошмаров.

— Говори, не томи меня, — попросил Сигурд, на его лице появилась надежда на спасение.

— В проклятии, — подняв палец вверх, объяснил чародей, — в нашем мире магии иногда встречаются ведьмы и ведуны, способные наводить заклинания, которые не имеют магического фона, как при использовании кулонов и других артефактов.

— Бред это всё, — отмахнулся король, поворачиваясь на бок.

— Ты же в молодости часто ездил в Речное царство Нумидала?

— Знаешь же, что да! Какое это имеет отношения к проклятиям?

— Историю о Касаласе сыне владыки Нумидала ты не мог не слышать. В первый раз его погубило проклятие колдуньи, которую он отверг.

— Так ты мне скорую смерть пророчишь? — пытаясь разобраться в сказанном, спросил Сигурд Эллингтон. — Я ведь никакой колдунье дорогу не переходил.

— Нужно поскорее найти того, кто это с тобой делает.

— И как это сделать?

— Без твоей крови сотворить подобное нельзя, но если с тобой повторяется это изо дня в день, то откуда же они берут её.

— Может быть из откусанной ноги, — предположил Сигурд, заинтересовавшись.

— Нет, это ерунда. Кровь должна быть свежей, оставаясь в жидком состоянии, по крайней мере, мне так говорил Альдор, когда рассказывал о проклятиях, — начал припоминать разговор почти столетней давности Каарг.

— Но как ведьма заполучила кровь речного эльфа?

— Этого я не знаю, — честно признался колдун, пожимая плечами.

— Тогда каким образом ведьма воздействует на меня? Что ещё тебе говорил Кровавый маг? Вспоминай, чародей! — вскочил король, надеясь, что они близки к разгадке.

— Прошу, не отвлекай, — колдун прикрыл глаза, копаясь в своей старческой памяти.

Сигурд смирено ждал, не мешая больше часа. Наконец Каарг взглянул на короля, выражение лица мага казалось опечаленным.

— Он утверждал, что в редких случаях можно использовать кровь детей, чтобы повлиять на состояние родителя. Остаётся Эгиль, но он ведь...

— Ты точно уверен в своих догадках?

— Другого варианта нет.

— Значит, мой сын сейчас подвержен опасности? Забери меня Тенебрис! Эгиль! — воскликнул Сигурд.

Никакая усталость не помешала королю быстро выбежать из шатра. Опираясь на деревянную ногу, он рванул к месту, где держали его коня. Каарг, видя неизбежность отъезда Сигурда, спешно направился к Малитилу, чтобы попросить его поехать вместе с обезумевшим королём. Речной эльф не стал задавать лишних вопросов, понимая, что времени на это у него нет. Он поскакал вслед успевшему уже покинуть лагерь королю. Буквально через полчаса отряд из двух сотен вооруженных до зубов конников выехал за ними. Кааргу пришлось остаться во главе армии, он хоть и желал всеми фибрами своего тела помочь эмоциональному Сигурду, но не мог бросить Ваару и племена Песков наедине с вояками, нужно же было это всё кому-нибудь контролировать.


***


Единственным преимуществом поздней осени являлся прохладный день, не нужно было прятаться от летней жары дома, а наоборот хотелось провести его на улице, пока согревающее своими лучами солнце не скрылось за горизонт. Именно в такую погоду Тархон находился на бойцовской арене вместе с четырьмя островитянами и помощником по школе Воителей — мастером Эрозамом Милном. Они смотрели на сомнительные успехи дикарей под командованием Ольбера с одной стороны и выходцем из племён Песков Анибом с другой. Каждый отряд насчитывал по тридцать воинов, которые были вооружены деревянными клинками и легкими прямоугольными щитами. Бойцы сражались между собой, но поскольку драка была не смертельной, а тренировочной, то каждый из них давал слово, что при точном попадании соперника в его тело покинет поле импровизируемой битвы, как побеждённый.

— Слева поднажать! — кричал на свой отряд одноглазый Ольбер, стоя сзади дикарей. — Да что же это такое творится!? Совсем оглохли что ли?

— Разделите их, пробейте клином! — командовал Аниб, переживая за исход своего первого тренировочного поединка в качестве военачальника.

Как бы ни старались двое мужчин, а на арене была сплошная свалка тел, лупящих друг по другу со всей силы деревянными мечами и не вполне честно соблюдающих правила.

— Трудновато будет управлять ими в битве с неизведанным врагом, — почесывая подбородок, сказал Сайган, — зима уже близко, можем и не успеть к её окончанию с такими-то солдатами.

— Ничего, пойдут как мясо, а потом и мы вступим в бой, когда враг не будет ожидать сильного сопротивления, — произнёс Вигон Лэрд.

— Твои слова хоть и говорят о неизмеримой жестокости, поселившейся внутри тебя, но ты абсолютно прав, Вигон, — заметил Эрозам, соглашаясь с островитянином. — Я тоже не вижу смысла рисковать солдатами королевства Пяти Камней, когда есть такие вот дикари, а их наберётся теперь немало.

— Хм. А что же эльфам идти всегда последними на врага? — ехидно усмехнувшись, поинтересовался у товарищей Тархон. — Они лучше всех нас владеют мечом и копьём, к тому же все остроухие умеют пользоваться магией. Что вы на это скажите, господа?

Остальные промолчали на выпад командора, ответить было особо нечего, да и если бы оказалось, вряд ли кто-то бы посмел перечить командору Тархону, когда он находился в неуравновешенном состоянии после похищения сестры.

— Арголас уже отбыл? — решил поинтересоваться Эрозам, понимая, что разговаривать о чем-то всё равно придётся, не стоять же, как истуканы.

— Да, — ответил Арден, — он отправился вместе с леди Моникой Невилл под надёжным эскортом.

— Ты не забыл дать ему с собой волшебную сферу? — спросил у мага Тархон.

— Нет, я всё передал, как мы и договаривались. Правда, он выглядел сильно расстроенным, тебе нужно было прийти, чтобы попрощаться с ним, это хоть бы малость, но подняло дух эльфу.

— Вот ещё! Он же не малое дитя!

Бой между отрядами неожиданно подошёл к концу, разгневанный Ольбер Брукс выскочил и начал показывать своим подопечным, что нужно было делать, и как на самом деле выглядели сейчас их действия со стороны. Эмоциональный громила настолько разошёлся, что крепким братьям Лэрдам пришлось поспешить к нему, чтобы утихомирить.

— А главное, они кивают мне! Говорят, что понимают меня, — громко возмущался Ольбер, — а в итоге бегут, словно стадо тупых баранов или свиней совершенно в другую сторону и делают всё наоборот, словно назло.

— Не думаю, что мои подопечные справятся хоть немного лучше, — пытаясь приободрить здоровяка, сказал Сайган, — не переживай, у остальных будет то же самое.

Слова островитянина оказались пророческими. Его дикари с бойцами Рагнана особо не отличались умением драться от людей, участвующих в предыдущей схватке. Воины из племён Песков с горящими глазами бежали один на другого, но слаженности в их действиях не было никакой. Скромная победа подопечных Рагнана принесла ему лишь разочарование и недовольство, правда, вёл он себя сдержаннее Ольбера. После пришла очередь тридцаток Эрозама и Вигона, здесь уже хоть как-то просматривалась дисциплина и командная работа. Конечно, до идеала было ещё далековато, но получше, чем у остальных. В самой концовке дикарям под командованием островитянина повезло немного больше, и их отряд взял верх над противником, хотя вначале они сильно уступали.

— Тааффеит тоже не за один день строился, — серьёзным тоном произнёс Арден из рода Деев, сделав выводы из увиденного.

— Согласен с Арденом, — поддержал мага Тархон, — к концу зимы они обязательно чего-то добьются. А как вам их молодой вожак?

— Аниб? Усердно старается этот храбрый дикарь, — ответил за всех Вигон, — больше других тренируется с мечами. Среди уроженцев пустыни он настоящий лидер, не жалуется никогда на усталость и готов драться с любым противником, хоть и довольно хлипкий с виду.

Командор внимательно посмотрел на дикаря, получившего вполне неплохую оценку от авторитетного островитянина. Аниб действительно не обладал выдающимися физическими данными, его худые руки и ноги жалко смотрелись на истощенном теле. Он выглядел на все тридцать зим, хотя лишь недавно ему исполнилось девятнадцать. Один из братьев Лэрдов обмолвился, что дикарь болел чем-то наподобие оспы и тяжело перенёс хворь, из-за этого имеет такой взрослый и отталкивающий вид.

— Присматривайте за ним хорошенько, — попросил командор, — к себе близко никого не подпускать, но и сильно отдалять не следует. Нам нужно доверие с их стороны, это будет поважнее махания клинком.

— С этим мы легко справимся, Тархон! Уж поверь!

— Кстати, хотел спросить, вы успеваете заниматься детьми или всё время уходит на дикарей?

— Всё утро с детьми, а днём и вечером с племенами! Делаем лишь перекусы, — сказал Эрозам, разъясняя сложившуюся ситуацию. — Мы с арены практически не выходим, хорошо, что ещё Ольбер помогает.

— Угу. Меня же по возвращению маги гильдии оставили без работы, — обозлено усмехнулся здоровяк, — ничего, я с ними ещё поквитаюсь, когда придёт на то время. Отомщу им за смерть лорда Тирона и своих подло убитых учеников, стоявших в ту проклятую ночь в карауле.

— Ольбер, я клянусь тебе и вам, друзья мои, что Усвар и Гурап не останутся безнаказанными, — твёрдо пообещал гиганту Тархон.

Ещё немного поговорив с товарищами, командор и чародей покинули их и направились в сторону дворца. Тархон Дайсон на данный момент рискнул довериться лишь Ардену, который теперь везде сопровождал командора кроме утренних лекций в школе Воителей, поскольку островитянин в это время и сам занимался детишками, но из школы по соседству.

Практически достигнув ворот, где в это время обычно сидел привратник Рольф, они наткнулись на двух стражей и старого Альмира, спешащих в корпус магов. Один солдат нёс мешок средних размеров, перекинув его через плечо, второй вёл под руку измотанного длительным путешествием чародея. Завидев островитянина с командором, старец крепко обнял каждого и переложил обязанности солдат на плечи товарищей. Альмир облокотился на Тархона, а далеко не самому сильному в окружении командора Ардену велел нести мешок, который на порядок, а может и на два согнул не привыкшую к ноше спину юного мага.

— Это сокровище я могу доверить лишь тебе одному! — энергично потрясая посохом, лукаво прошептал старец.

— Что же там лежит, Альмир? — рассмеялся ветеран пустынных сражений, наблюдая за слабым островитянином.

— Хороший вопрос, командор, хотелось бы получить на него правдивый ответ, — с раскрасневшимся лицом пробубнил Арден.

— Скоро всё узнаете, — пообещал Альмир, — давайте поторопимся ко мне в кабинет. Он же у меня ещё остался!?

Радостные возгласы и приветствия слышались со всех сторон, ученики и преподаватели радушно встречали всеми обожаемого руководителя школы Дарований. Пока они добирались к Альмиру в кабинет, Тархон успел перехватить мешок у уставшего Ардена, боясь, что тот просто выронит его из рук от бессилия. К удивлению вояки, поклажа действительно оказалось достаточно увесистой. Обороняясь от детей доброй старческой улыбкой, Альмир довёл спутников до нужной двери и открыл её ключом.

— Наконец-то, — падая в мягкое кресло за рабочим столом, озвучил мысли вслух старик, — я уже не надеялся, что это когда-нибудь произойдёт. Но хвала Создателю я добрался до родных стен.

Чародей наслаждался отдыхом не больше минуты, постучался присланный одним из заботливых учителей повар, высокий мужчина тучного вида. Расплываясь в широкой улыбке, он попросил разрешения принести обед проголодавшемуся после долгой поездки Альмиру и его собеседникам прямо сюда.

— Я готов съесть василиска с грифоном и дракона в придачу, — быстро соглашаясь, вымолвил чародей, — неси всё, что посчитаешь нужным и прихвати пару бутылочек винца красного или белого, мне без разницы, а то у меня назревает здесь дружеский разговор.

Раскрыв привезённый из Небесного царства мешочек, Альмир достал один из маленьких волшебных шариков и кинул Ардену Дею. Юноша ловко поймал его и, покрутив в руке, начал расспрашивать о преимуществах магического творения. Показав возможности новой волшебной сферы, старец начал обсуждать с бывшим членом гильдии её грандиозные плюсы, они даже решили проверить работу шара, вызвав на несколько секунд владыку Небесного царства Вилоса. Белоголовый эльф терпеливо выслушал ещё одного восторженного колдуна, после чего вежливо попрощался, ссылаясь на занятость в восстановлении полуразрушенного города. Всё это время Тархон Дайсон, особо не разбиравшийся в магии, сидел со скучающим выражением лица и размышлял о предстоящем в ближайшие часы разговоре с братом Крайтоном.

Когда в двери вновь появился повар с огромным разнообразием еды, которую помогали заносить несколько его подсобников, настроение у старика моментально приподнялось. Ещё бы ему не измениться, столько вкусностей принесли, что оно поменялось бы у каждого. Раскладывая их на своём рабочем столе, Альмир искренне обрадовался, что до отъезда устроил генеральную уборку, и не нужно сейчас переставлять пыльные кипы с бумагами, которые обычно во множестве находились у него на столе.

С первой бутылкой вина они расправились меньше чем за десять минут, хотя Арден и очень скромно пил по сравнению с другими. Старик просто решил себе позволить немного расслабиться после утомительной поездки в Небесное царство, да и не только туда приходилось ему ездить, в последнее время он обскакал пол Равнины, как итог Альмир не был в родных стенах обожаемой школы уже несколько месяцев. Чародей вкратце рассказал островитянину и Тархону о своём пребывании в гостях у белоголовых эльфов и начал расспрашивать их о делах школ и Алмаза в общем. Больше всего старик расстроился, когда узнал, что кроме убийства лорда Тирона, о котором ему уже поведал Каарг, выкрали маленьких Миралема и Марко с их матерью Милевой. Говорил больше Арден, опечаленный поднятой темой командор отвечал лишь на те вопросы, которые задавались ему лично.

— Ну, если этот брат Сайрус неплохо справляется в школе, то его можно оставить, — поглаживая бороду, объявил Альмир после доклада о делах школы, — нужно поговорить с монахом наедине и тогда станет ясно, как с ним поступить. Значит, наш скромный Арголас отбыл с леди Моникой в Белый замок. Помню, как толпы мужиков смотрели на неё голодными глазами, она являлась в своё время одной из первых красавиц королевства.

— Это трудно представить, сейчас всё немного изменилось, — подметил молодой Арден, на его лице появилась недоверчивая улыбка.

— Да, время летит незаметно, старость приходит, когда её совсем не ждёшь. Кстати о полётах, на днях я собираюсь встретиться с главами семей Аддерли и Хоггартов, посмотрим, что знатные птички мне запоют.

— Если они и птицы, то коршуны или ястребы, — высказал своё мнение Тархон.

— Не думаю, — возразил другу чародей, — скорее лишь хитрые стервятники, питающиеся падалью. При жизни Тирона они не смели показывать коготки.

— Возможно, ты и прав, Альмир.

— Ну, а себя вы к каким птицам относите, господа? — вопрос чародея был задан дружелюбным, максимально спокойным тоном. — На что вы двое рассчитываете, могу я спросить?

— Ты уже достаточно узнал пока сидел рядом с нами? — усмехнулся командор, скривившись в недовольстве.

— Немало, — согласился Альмир, — может, стоит поговорить начистоту, всё-таки мы давно знакомы с тобой, Тархон Дайсон?

— Чтобы об этом узнали Каарг и Сигурд в ближайшее время? Брось, Альмир, твой старший брат не будет со мной долго разбираться, а король тем более, повесят или отрубят нам головы и делу конец.

— Каарг всегда был справедлив к людям, а с Сигурдом можно попробовать договориться. Ну, так что же?

— Пообещай, что не выдашь меня! — горячо настаивал Тархон. — Я буду держать тебя в курсе всех событий, но ты должен пообещать мне.

— Обещаю, — с этими словами старец взял ладонь солдата двумя руками, красная энергия струйками перетекла из чародея в Тархона.

— Волшебная клятва, — удивился Арден смелости Альмира, — она ничем не отличается от клятвы на крови. Если колдун попытается её нарушить, то магическое пламя начнёт пожирать его тело изнутри. Не пройдёт и десяти минут, как он сгорит живьём.

— Именно! И где ты только в свои-то годы знаний нахватался, Арден? — не ожидая ответа, сделал комплимент островитянину чародей.

— Очень опасная штука. В жизни бы ею не воспользовался.

— А ты серьёзно настроился, — с благодарностью посмотрел старику в глаза командор.

— Тархон, я люблю тебя как родного сына, ты же знаешь об этом. Тебе, Арден, я предложил убежище, увидев в тебе юного себя. В молодости у меня тоже был период, когда я сильно запутался, но смог вовремя выбраться из пучины лжи. Сейчас ты помогаешь Тархону, потому что тебе нравится это, а не из надобности. А теперь расскажите мне о том, что вы задумали совершить, и я попробую помочь осуществить ваш план, каким бы невыполнимым или дерзким он ни был.

— Мы хотим добыть ифритовый камень, — признался Тархон, выложив суть.

— Ну, это я уже понял, — указывая на голову командора, сказал Альмир, — где искать его знаете?

— Каарг расспрашивал меня о моей родине, когда интересовался камнем, — начал издалека островитянин, — артефакт действительно был там, но куда делся мне неведомо, об этом может знать лишь брат Урдин. Летописец храма, он же верховный настоятель, не допускает к своим сокровищам даже королей, лишь заслуживших высшей почести монахов, именуемых жрецами. Вчера мы договорились с братом Крайтоном о разговоре с верховным настоятелем с помощью магической сферы.

— А что попросил взамен этот старый хитрец? Небось, немалую цену загнул за помощь.

— Неплохо же ты его знаешь, — улыбнулся командор, — но пока я не знаю, насколько эта цена велика. Он просит взять с собой одного из его людей, вот и решаем соглашаться или нет на такое странное со стороны монаха предложение.

— Обязательно, на моём веку было много сильных магов и воинов в рядах храма. Пускай настоятель и будет иметь шпиона, но всё же оно того стоит. Если бы они знали, где камень находится, то уже давно бы отправились на его поиски, а так они сами заинтересованы найти древний артефакт.

— Даже если мы отыщем его, то нам с остальными не по пути, — произнёс командор, — ни с королём Сигурдом, ни с монахами, ни с племенами Песков.

— Думаешь, они тоже включатся в борьбу? — серьёзным тоном спросил старец.

— Я уговорил короля Сигурда отдать мне Ваару, если удержу трон Алмаза до приезда его сына Эгиля. Верховный вождь нужен мне для того, чтобы отправиться за сестрой в пустыню, когда я раздобуду камень для гильдии магов. Они связались с нами, вложив шар прямо в живот бедняги Роткафа и подбросив нам его труп.

— Сожалею, хороший был малый, — поднял бокал с вином Альмир и осушил его до дна, остальные последовали примеру колдуна.

— Кроме сферы там лежал нож для метания с гравировкой Гурапа. Я видел точно такие же в Крайнем, — продолжил вояка, — думаю, он либо жив, либо нас пытаются убедить в этом.

Альмир глубоко задумался, прикидывая шансы на успех такой рискованной кампании. Арден и Тархон терпеливо ожидали авторитетного мнения старика, всё-таки маг прожил гораздо дольше них и имеет огромный опыт в таких делах.

— Найдя ифритовый камень, ты должен связаться с гильдией магов? — уточнил старец.

— Да, времени у нас до конца зимы, потом начнут убивать моих маленьких племянников и сестру.

— Как же ты планируешь расправиться с ними?

Последние вопросы старика удивили Ардена, видимо, командор ещё не успел, либо не захотел делиться планами на гильдию магов.

— Пока не знаю, но выбора у меня особо нет, не разделаюсь сейчас, значит, не избавлюсь от врагов никогда. Я хочу сделать ставку на Ваару. Верховный вождь Песков захочет отомстить им за обман, он вполне способен уничтожить ослабевшего Альдора, а мы с Арденом поможем ему в этом преуспеть.

— Главное, чтобы Кровавый Альдор не обрёл до этого своей прежней силы, — вспоминая неимоверную мощь страшного мага, сказал Альмир, — он уничтожал нас, как муравьёв, одного за другим. Никто не мог ему противостоять ни шаманы орков, ни колдуны людей, даже эльфийские маги ничего не сумели с ним сделать. В последний день битвы с Кровавым Альдором многие сильнейшие чародеи Равнины расстались с жизнями.

— А адамант?

— Простые солдаты в волшебном металле шли на него сотнями, но он вызывал целые землетрясения, сгубившие их.

— Вы двое так рассуждаете, будто камень уже находится у нас в руках, — возвращая собеседников к реальности, вымолвил Арден.

— Ты прав, островитянин, — согласился Тархон, — ещё удручает тот факт, что брат Сайрус присутствовал во время нашего разговора с магами гильдии. Он хоть и пообещал молчать, но я слабо ему верю.

— Я постараюсь переманить в ближайшее время монаха на нашу сторону. Завлеку его в школу Дарований и попробую сделать их шпиона моими ушами в храме, а не наоборот. Вы говорили с этими крысами подлыми Усваром и Карналом? Или с самим Альдором?

— Нет, мы беседовали с иными магами, — покачал головой Арден, — адептов культа было двое, разговаривал лишь один из них. Он назвал себя Смерчем, а второго колдуна гильдии — Ураганом.

— Вот как, — задумавшись, проговорил Альмир. — Не захотели даже представиться настоящими именами.

— Сигурд и Каарг считают, что мы желаем отправиться в пустыню, отделяющую нас от ифритов, чтобы через неё попасть к красным демонам и попытаться освободить Милеву с детьми.

— Значит, король готов рискнуть тобой, чтобы погубить верховного вождя, — сделал выводы чародей, — он выбрал казнь для Ваары на голосовании в Сапфире. Сомневаюсь, что он кардинально поменял своё мнение.

— Я сам его попросил, у него была возможность отказать, но Сигурд не видел в ней смысла. С его разрешения или нет, но я, так или иначе, собирался отправиться на поиски сестры.

— Ладно, оставим это до твоего возвращения из храма, — подливая себе и Ардену вина, решил Альмир, — ты давай поспеши, а мы тебя здесь подождём. Договорились?

Тархон кивнул и направился к выходу, успев кинуть короткий сочувствующий взгляд на юного мага. Командор прекрасно знал, что Арден отрицательно относился к вину и другим алкогольным напиткам, но Тархон был в курсе и о пристрастии к ним старого Альмира. Хоть чародей и пил довольно редко, но если выпивал бокал вина или сидра, то удержать от второго и третьего мага уже было невозможно, к тому же он всегда подливает собеседнику и просто в упор не слышит никаких отговорок, пропуская их мимо ушей.

Школу Дарований командор Тархон покинул без неожиданных встреч и происшествий. У ворот он перекинулся со стариной Рольфом парочкой слов и поспешил быстрым шагом к храму Создателя, который располагался в жилой части Алмаза. По дороге командор встречал много сослуживцев, воевавших с ним рядом в Сапфире и Небесном царстве, солдаты дружелюбно его приветствовали, а вот их жены и матери смотрели с явным недовольством, никто из них не желал отпускать мужчин воевать после окончания зимы.

В какой-то момент Тархон пожалел, что не накинул зимний плащ, подбитый тёплым мехом, вечером на улице стало настолько прохладно, что даже привыкший к любым капризам погоды командор начал понемногу замерзать. С мыслями о предстоящем разговоре с духовным лидером Равнины он оказался перед величественно возвышающимся над соседними домами горожан храмом и постучал кулаком в двери. Ему открыл невысокий молодой монах и вежливо попросил зайти вовнутрь. Тархон очутился в огромном зале для прихожан с высокими потолками, исписанными историями из жизни выдающихся монахов прошлого. Солдат поймал себя на мысли, что очень давно не молился Создателю, не говоря уже о том, что не может вспомнить, когда в последний раз сюда приходил, хотя возможностей сделать и то и другое было предостаточно.

— Брат Крайтон сейчас подойдёт к тебе, — заверил Тархона монах и отправился в небольшую комнату. Она располагалась в здании и была единственным помещением, не считая зала Создателя, комната предназначалась для работы жрецов и настоятеля храма.

Заняв себя на несколько минут осмотром богатого зала, командор подошёл к статуе Создателя, вылитой из чистого золота. Бог, одетый лишь в длинную тогу и сандалии, слегка улыбаясь, смотрел на вошедших прихожан. Создатель, как и в других храмах, был изображен крепким мужчиной среднего возраста. Длинная борода на мужественном лице прекрасно гармонировала с орлиным носом и глазами, которым за счет формы бровей, скульптор придал грозный вид. Как и у служителей храма, голова бога оказалась наполовину выбритой, что немного портило впечатление о статуе, по мнению Тархона, не любившего нелепые прически монахов.

Гномы, эльфы и орки с гоблинами не рисовали Создателя и не строили ему храмов, считая это задумкой людей, которые стремятся поживиться на всём, даже на вере. Ещё они этого не делали, поскольку каждый из них в душе считал, что именно к их расе относится Создатель, а не является подобным человеку, как изначально рассказывали всем островитяне.

— Любуешься великолепием Создателя? — спросил брат Крайтон, появившись в зале неожиданно для засмотревшегося Тархона.

— Ты меня напугал, настоятель, — встрепенулся командор, отвлекаясь от статуи, — я совсем не слышал, как ты вошёл сюда.

— Ничего страшного, Тархон, ты просто задумался. Хочу предупредить, что после долгого разговора с братом Урдином условия немного изменились.

— Я ещё не согласился на предыдущие, мне даже не дали возможности поговорить, а условия уже поменялись? — возмутился Тархон, гнев появился на его лице. — И каковы же они теперь?

— Если тебе верховный настоятель поможет советом, то с тобой отправится двое наших людей, а не один.

— Знаешь, что у меня нет другого выбора, и выламываешь руки, — обвиняюще произнёс командор, — но только в том случае, если они будут связываться с тобой через меня. Найду у кого-то из них волшебную сферу — убью на месте. Идёт?

— А ты умеешь убеждать, Тархон, — наиграно рассмеялся монах, — я согласен.

— Тогда можем приступить к общению с братом Урдином.

— Как будет тебе угодно, пойдём со мной, в священном зале Создателя я даже себе не позволяю использовать волшебную сферу.

Они направились в комнату, откуда вышел, по предположению командора Алмазного королевства, монах. Небольшое помещение, стены которого были, так же как и в храме расписаны и богато украшены, оснащалось несколькими письменными столами и лавками, здесь же имелся выход на территорию подконтрольную храму. Тархон понял, что именно в этой комнате проходили совещания монахов, и решалась судьба храма Алмаза. Он попал в самое сердце обители Создателя, здесь командор мог немного познакомиться с делами настоятеля и посмотреть, чем живёт этот хитрый старик.

— Будь добр, присаживайся на вон ту лавку, — указывая место, вежливо попросил монах, — я сейчас вызову брата Урдина и присоединюсь к тебе.

Брат Крайтон выдвинул на себя одну из ячеек в столе и аккуратно достал нужный магический шар. Желто-оранжевая энергия потянулась от пальцев старика к сфере, обволакивая её. Через минуту появилось изображение маленькой тёмной комнаты, в ней находился старик с живыми глазами и бородой, длиною по пояс. Одет он был в мантию грязно-жёлтого цвета.

— Приветствую тебя, брат Урдин, — подсаживаясь к Тархону, произнёс настоятель храма в Алмазе, — это командор Тархон Дайсон, пожелавший говорить с тобой.

— Наслышан о твоих подвигах и храбрости от принца Тигора, — внимательно изучая солдата, сказал брат Урдин, — о чём ты желаешь со мной побеседовать, воитель?

— Прежде чем я задам свой вопрос, брат Урдин, скажи мне честно, догадываешься ли ты, о чем я хочу спросить? — поинтересовался командор.

— Думаю, это связано с пустыней, ифритами и пресловутой гильдией магов, которые держат в плену твою семью. Наше общество много знает, ты пришел по адресу.

— Ты близок, это действительно связано с моим вопросом. Меня интересует древний артефакт, который называют ифритовым камнем!

— Ифритовый камень? — удивился сидящий рядом с Тархоном старик. — Да никто не знает, где он уже тысячи лет, друг мой! Если бы кто-нибудь из живых ведал, где артефакт, то на его поиски уже бы давно отправились целые полчища. Прошу, извинить за беспокойство, брат Урдин.

Раздраженный настоятель храма встал с места, собираясь прервать связь с Дориндолом.

— Постой, брат Крайтон! — задумавшись о чем-то, остановил в последний момент собрата верховный настоятель.

— Но, брат Урдин, мы же действительно не знаем, где он находится! Не стоит давать надежду там, где её нет.

— Да, это так! Я полностью согласен, брат Крайтон, это одна из догм нашего учения, — произнёс островитянин. Потом он перевёл взгляд на Тархона Дайсона и продолжил, — достопочтенный командор, он безоговорочно прав, но я всё-таки могу попытаться помочь.

— Слушаю, — оживился Тархон, понимая, что возник проблеск надежды.

— Предупреждаю, я начну издалека.

— Я готов слушать даже целую вечность, если это поможет делу.

— Хорошо. Будучи ребенком, я очень любил историю, а для её изучения требовалось самому обучиться грамоте, — как и обещал, вымолвил монах, — научившись читать, я отправился вместе со своим отцом в библиотеку Дориндола. Перечитав всё, мне захотелось узнать ещё больше, и спустя годы я стал монахом, потому что отец с огромной уверенностью утверждал, что они знают на порядок больше других. В храме Создателя я открыл способности к магии, я развивал их благодаря опыту предков, изложенному в древних свитках, а не хорошим учителям, ведь среди монахов мало достойных колдунов.

— Но всё же они есть. К чему ты ведёшь, брат Урдин? — спросил командор.

— К тому, что среди пожелтевших от времени бумаг я нашел записи и о древнем артефакте. Он был потерян, когда Остров ещё являлся империей. Наш лидер по имени Твазис пал на снежных землях на севере от Острова вместе со своей армией в битве с лютыми племенами рыжих. Я считаю, что он был последним, кто носил ифритовый камень. Тебе нужно отправиться на земли необразованных северян и попросить у них совета.

— Кто-нибудь уже искал их там?

— Конечно, — подтвердил монах, — островитяне искали его уже везде, догадываюсь, что не только мы. Правда, я не уверен были ли целенаправленные вылазки на Север после его становления как королевства, но попробовать тебе всё же стоит.

— Спасибо за помощь, брат Урдин, — поблагодарил Тархон, наклонив немного голову.

— Нужно помнить, что найдя камень, ты приговоришь себя к неминуемой смерти, — предупредил монах, подняв указательный палец левой руки вверх, — слишком многие захотят его заполучить в свои руки, это при хорошем исходе, а вот при плохом — ты станешь человеком, погубившим Равнину и всё её население. Хорошо подумай, прежде чем отправляться за ифритовым камнем, возможно, не стоит подвергать остальных такой опасности.

— Я благодарен за предупреждение, мой выбор сделан, и он окончателен.

— Пусть будет так. Наш разговор останется тайной для короля Дориндола. Брат Крайтон, — переключился островитянин на настоятеля храма в Алмазе, — думаю, что ты должен отправить с господином Тархоном лучших из нас, предлагаю Фалко и Кьезу.

— Несомненно, это лучший выбор, — согласился брат Крайтон, кивнув несколько раз головой, — Фалко сейчас находится здесь, а вот когда прибудет Кьеза? Она ведь обходит в последнее время Алмаз стороной.

— Гн переживай, три дня максимум. Желаю удачи вашей непростой кампании!

Изображение в магической сфере исчезло, вернув ей тусклый тёмный цвет. Настоятель храма молча поднялся и спрятал шар в своём столе, командор понял, что брат Крайтон находится в возбуждённом состоянии после услышанного.

— Жду тебя через несколько дней, — объявил монах, — хочу познакомить тебя с лучшими воинами храма Фалко и Кьезой.

Они попрощались. Тархон шёл обратно в школу Дарований к Альмиру и Ардену, чтобы поведать о разговоре с верховным настоятелем из Дориндола. Командор заметил, что неприязнь к брату Крайтону никуда не делась, но теперь у них начало появляться какое-то взаимоуважение, граничащее с благодарностью, хотя он понимал, что это всё произошло из-за обычной взаимовыгоды, ведь на данном этапе они были нужны друг другу, как человеку или эльфу воздух.



Глава 4 | Ифритовый камень | Глава 6