home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 9

Медея и Вилаш


В маленькой каютке корабля ютились трое мужчин. Речной эльф Малитил облокотился на столик с картой, с интересом наблюдая, как два человека поносили один другого уже около десяти минут. Седой пират, брызгая слюной во все стороны, объяснял упрямому капитану корабля, куда нужно плыть, чтобы отыскать принца Эгиля. Крепкий солдат по имени Трик, он же капитан корабля и официальный командующий поисковой группы, говорил о бессмысленности предложенного маршрута и наотрез отказывался слушаться Аффи.

— Они где-то в этих скалах! — с пеной у рта доказывал морской волк, обозначив место на карте. — Нам плыть около двух часов к ним, если поторопимся.

— Корабли островитян и наши плавали у этих скал уже несколько раз, — набычившись, утверждал капитан судна, — один из них только что вернулся оттуда. Там ничего нет! Зачем тратить попусту драгоценное время?

— Капитан Трик, — спокойным голосом обратился к разгневанному солдату Малитил, — прошу успокоиться и следовать курсу, который указывает нам Аффи.

— Капитан Аффи, — напомнил эльфу пират деловым тоном.

— Извиняюсь, капитан Аффи, — исправился остроухий, со стороны казалось, что его терпение безгранично.

— Да он шут гороховый, а не капитан! — с вызовом кинул Трик. — Как ты его только терпишь?

— Приходится мириться с его многочисленными недостатками.

— К сожалению, мне приказано слушать тебя во всём, Малитил. Надеюсь, ты одумаешься и изменишь своё решение, пока не стало поздно.

— Мы пойдём к месту, которое указал капитан Аффи, — произнёс Малитил, ставя жирную точку на споре Аффи и Трика.

— Решать тебе, также как и отвечать за последствия, я ведь человек маленький, — опуская руки, согласился Трик и вышел из каюты давать указания матросам.

Когда пират остался наедине с эльфом, они ещё раз изучили предполагаемое местонахождение противника. Старик что-то измерял пальцами, бурча себе под нос, сейчас он напоминал серьёзного моряка, а не пьяницу с гонором, каким его привыкли видеть окружающие.

— Я точно уверен, что они где-то у скал, другого подходящего места нет в этих краях.

— Это наш единственный шанс.

— Не переживай ты так, остроухий, — прищурился Аффи, — я сдержу данное тебе слово. Думаешь, я не понимаю, что теперь на чашу весов поставлена и моя жизнь?

— Хорошо, что ты осознаёшь это, пират. В случае провала у меня не останется выбора.

— Скажи, а что за парень в татуировках бродит по палубе? — отвлекаясь от темы разговора, спросил Аффи. — Он ведь ни с кем кроме тебя не общается?

— Не суй свой нос, куда не просят, а то пожалеешь, — жестко отрезал Малитил, не желая продолжать разговор о Вааре.

— Ну, смотри тогда, — уставившись в окошко каюты, вымолвил седой пират, — а то твои сородичи могут им заинтересоваться в скором времени.

Понимая, к чему клонит новый знакомый, эльф подошёл к окну, чтобы удостовериться в правдивости слов старика, после чего торопливо выскочил на палубу корабля, Аффи засмеялся, наблюдая за ним. Малитил подбежал к верховному вождю, засмотревшемуся на речные просторы, и, схватив его крепко за руку, потащил в трюм.

— Прошу тебя, сиди тихо, — попросил Малитил, — если владыка Нумидал узнает, что ты здесь, то я не смогу тебя защитить от него, никто не сможет.

— Хорошо, — согласился Ваара, понимая серьёзность ситуации, — но ты должен знать, что если понадобится моя помощь, то я готов предоставить её.

Малитил не ответил, он внимательно посмотрел на верховного вождя, на руках которого под одеждой находились браслеты из адаманта, ограничивавшие огромные способности дикаря. Без постороннего вмешательства снять их было невозможно, открывались они с помощью маленького ключа, который был в единственном экземпляре и находился он лишь у эльфа. Ваара до сих пор не знал, что они отправились на поиски принца, Малитил не посвящал его и в дальнейшие планы, не особо доверяя дикарю. Верховный вождь пребывал в догадках, к кому же всё-таки его отправили Каарг с Сигурдом, ему не было известно и об убийствах, произошедших в последнее время на Равнине, и о горе, постигшем командора Тархона Дайсона.

Вернувшись на палубу, эльф вместе с Аффи встретил всадника на грифоне. Огромный зверь высотою в два с половиной метра, и длиною во все четыре грозно рыкнул, недовольно осматривая внимательными глазами толпившихся на корабле солдат. Большинство из них впервые видели диковинного зверя с крыльями, разжегшего любопытство в их сердцах. Грифон резко поднял когтистую лапу вверх, словно собирался нанести удар по подходившему Малитилу, но на самом деле он просто захотел почесать массивный клюв.

— Приветствую тебя, владыка Речного царства, — совершая низкий поклон, произнёс Малитил, — я беспредельно рад, что ты согласился помочь нам в этом опасном и непростом деле.

Нумидал спрыгнул со страшного зверя, казалось, что под ним должны были затрещать доски, но нет, прыжок габаритного речного эльфа оказался лёгким и бесшумным. Владыка надменным взглядом окинул людей и, лишь увидев давнего приятеля, изменил его.

— Спасибо за радушный приём, — по-дружески положив руку на плечо Малитилу, сказал Нумидал. — Вместе со мной прилетело полсотни всадников, у врага не будет ни единого шанса, когда мы начнём атаковать с воздуха. Всё предрешено.

— Ну, здравствуй, остроухий, — без всякого уважения подошёл Аффи, нагло таращась маленькими глазками на не ожидавшего подобного обращения владыку, — наслышан о твоей беспредельной силе и величии, хотя с виду ты ничем не отличаешься от остальных любителей зелени и орешков.

— Что это за глупый червяк? — повернув голову к свободному эльфу, поинтересовался Нумидал, делая вид, что не замечает человека.

— Аффиргстон Дейли, — показывая кривые желтые зубы, усмехнулся пират, не дав ответить Малитилу, — я тот, кто приведёт нас к проклятой ведьме.

— Мне ты не нужен, я чувствую её запах за сто и одну версту, — рассмеялся владыка, свысока взглянув на Аффи, — могу лишь сказать, что вы плывёте в правильном направлении. Мои всадники полетят сейчас на разведку, я хочу знать, сколько у врага в наличии кораблей.

— Как скажешь, владыка, — вымолвил Малитил, закрывая ладонью рот пирата, уже распахнувшийся для брани. Свободный эльф сказал что-то на ухо Аффи и тот, опустив руки, ушёл с недовольным видом.

Правитель Речного царства помахал соплеменникам, приглашая их на судно. Три речных эльфа во главе с хранителем Южного Оберега Цилеалом приземлились вслед за Нумидалом, они перекинулись несколькими фразами с владыкой Речного царства и Малитилом и, получив подробные указания, вновь поднялись в небо.

— Скоро мы будем знать о них абсолютно всё, — объявил Нумидал, кровожадно усмехнувшись.

Довольный владыка стоял ближе к носу корабля. Он жаждал встретиться с ведьмой, желая отобрать у кровососки жизнь, его ненависть к подобным ей существам затмевала разум, пробуждая в Нумидале опасного убийцу. Какого же было разочарование эльфа, когда его подопечные вернулись обратно ни с чем.

— Этого не может быть! — удивился Нумидал и поспешил залезть на грифона, чтобы лично проверить.

— Да, корабли Медеи где-то там, — поддакнул Аффи, нахмурив брови.

Стоявшие рядом с ними Малитил и Трик переглянулись. Капитан, рассчитывавший на повышение до адмирала в случае удачного исхода операции, пребывал в негодовании.

— Говорил же, что не нужно его слушать! Куда теперь плыть прикажешь? — поинтересовался Трик у Малитила.

— Плывём, не меняя курса, — твёрдо ответил свободный эльф, хотя уже и сам начал терять уверенность в правильности действий. Может он бы и сменил курс, но альтернативы-то не было никакой.

Через полчаса они увидели скалы, наклонившиеся над рекой. На воде рядом с ними не покачивались ни корабли, ни лодки, лишь владыка, метающийся из одной стороны в другую, словно голодный заяц по огороду с аппетитной морковкой. Опечаленный Малитил отвернулся, пытаясь понять, как его могли обхитрить, и не имеет ли к этому отношение Аффи. Эльф направился в капитанскую каюту, где пират уже откупорил бутылку с вином. По его виду остроухий быстро определил, что она не первая, а как минимум вторая.

— Ты обещал, что достанешь её!

— Знаю, я не отказываюсь от своих слов. Владыка тоже уверен, что ведьма здесь, — делая глоток, пьяным голосом произнес старик и поперхнулся. — Будем искать!

На карту попала часть выплюнутого вина, Аффи вытирая её рукавом куртки резко замер.

— Подожди-ка, — уставившись на место, где они находились, воскликнул пират и выбежал с картой на палубу.

— Что ты увидел, старик? — спросил речной эльф, не отставая от Аффи ни на шаг.

— Либо карту рисовал редкостный бездарь и халтурщик, либо скала так далеко не может выступать. Вот взгляни, остроухий!

Не обращая внимания на панибратский тон, эльф перехватил карту и стал вглядываться, разница вживую и на бумаге казалась миллиметровой.

— Даже не знаю. По-моему, то же самое.

— Внимательнее смотри, тут же есть выемка, а перед глазами её ведь нет!

— Это обычный морок, — раздался за их спиной голос верховного вождя племён Песков.

— Я же просил тебя остаться внизу, — стараясь держать себя в руках, развернулся Малитил, — у нас могут возникнуть проблемы, а точнее у тебя.

— Мне известно, что на кону судьба человека, приютившего мой народ, хотя он мог просто добить нас. Лучше я умру от руки могущественного владыки Нумидала, как мой брат, чем предам людей, которые верили в меня. Не думаю, что кому-то из вас известно, каким образом бороться с одним из древнейших заклинаний, под названием морок. Вы видите то, что хочет противник, приблизившись, вы даже сможете потрогать скалы, на ощупь они как настоящие, но это не так, сильная ведьма обманывает вас всех.

— Значит, мы разрушим их.

— Это как магический купол, только намного крепче и надёжнее. Уйдёт далеко ни один час, может и день или неделя.

— А за это время она убьёт принца, — почесывая за ухом, заметил пират.

— Что ты предлагаешь, Ваара?

— Освободи мои руки от волшебных оков, — ответил дикарь, впившись желтыми глазами в остроухого. — Здесь множество эльфийских всадников, они не дадут мне уйти, если ты переживаешь об этом. Дай мне помочь, я ведь, как и ты, борюсь не за себя.

Малитил задумался на несколько секунд, он не был уверен в дикаре, но если не принять сейчас его помощь, то на Равнине может случиться что угодно, и некому будет защищать её от наёмников ифритов.

— Будь по-твоему, — доставая ключ, произнёс эльф. — Выбор сделан.

Через мгновение они увидели приближающегося владыку Речного царства.


***


Сбивая ноги, маг гильдии спешил по узкому тоннелю, ведущему в мрачную пещеру с пленником.

— Он уже почти мертвец! — перепуганным тоном воскликнул Порсум, увидев Медею рядом с принцем. — А что с Сигурдом?

Услышав голос мага, ведьма стала медленно отрываться от запястья принца Эгиля. Её длинные клыки менялись на глазах, они превращались в обычные зубы, а лицо из демонического становилось человеческим, возвращая ей привычный для окружающих облик юной красавицы. Только маленькие признаки недавнего превращения говорили о её принадлежности к ведьмам: пухлые губки девушки были измазаны алой кровью, изредка капающей на пол пещеры, белок глаз налился ярко-красным цветом, словно все капилляры полопались.

— Не мешай мне работать, маг! — недовольно огрызнулась она. — Не для себя ведь стараюсь!

— Ты чувствуешь, жив ли король сейчас?

— Пока да, но ему недолго осталось, Сигурд Эллингтон уже при смерти. Мне потребуется ещё несколько часов, и я покончу с обоими. Мы же договаривались с тобой, что меня не будут отвлекать. Скажи, ты зачем пришел?

— Хотел предупредить! Над кораблями около получаса назад кружили речные эльфы на грифонах, — ответил Медее Порсум. — Один из них вёл себя очень настойчиво.

— Что с того? Утром здесь проплывало военное судно, и ничего! Запомни, маг — они нас не видят! Эти чары ещё никто не разрушал, сомневаюсь, что остроухие знакомы с подобной магией. Если хочешь полюбоваться зрелищем, то лучше отойди в уголок и не мешай мне.

Прикованный к стулу Эгиль сидел без сознания, его лицо посинело, глаза впали, как у мертвеца. Ведьма провела рукой по его лбу, потом по шее, со стороны могло показаться, что она ласкала принца, но Порсум знал — это не так. Лик Медеи начал меняться, подвергаясь трансформации: черты вытянулись, кожа сразу же огрубела, словно стала каменной, нос впал, на лбу появились маленькие острые рожки. Медея вновь взяла руку Эгиля и, впившись в неё, начала тянуть оставшуюся в венах кровь, вытягивая вместе с ней жизнь у наивного юноши. Сделав несколько маленьких глотков, она с закрытыми глазами начала кружить по комнате, шепча заклинание:

— Морс, метус, долор, ак формидинес!

В какой-то момент магу гильдии стало страшно с ней находиться рядом, и он захотел выбежать из пещеры, но осуществить задуманное не вышло, поскольку колдун в проходе наткнулся на Вилаша. Огромная ладонь оттолкнула Порсума в сторону, влетевшего головой в грудь пирату. Гигант направился к Медее, таким встревоженным девушка Вилаша ещё не видела никогда.

— Дочь, я заметил, что среди них колдун из пустыни. Это один из тех девяти бессмертных, который знает о нас и о древних заклинаниях.

Медея остановилась, прерывая ритуал. Во второй раз за десять минут ей пришлось отвлечься, чтобы вновь принять ненавистный человеческий облик.

— Ты точно уверен? — раздраженно спросила она. — Маги гильдии говорили, что они все погибли в битвах с армиями Равнины.

— Последние двое были уничтожены в Сапфире, — подтвердил Порсум.

— Может тебе привиделось, отец? Мне осталось совсем немного, чтобы покончить с королём Сигурдом.

— Мои глаза меня никогда не обманывают. Сначала нам придётся сразиться с врагом, — не принимая возражений, сказал Вилаш. — Команда не справиться без нас, нужно будет использовать силу.

— Без подпитки эльфийской кровью это обернётся для нас крахом, — усмехнувшись, заметила Медея.

— Так эльфы же где-то рядом! — вмешался в разговор маг гильдии, хотя и не понимал, о чём идёт речь.

— А он прав, там с полсотни остроухих. Мы сможем сразу восполнить потери, пускай и мужской кровью.

Расстроенная прерыванием обряда ведьма взглянула ещё раз на жертву, потом на мага.

— Порсум, будешь сторожить его, а мы займёмся незваными гостями.

Колдун кивнул, соглашаясь на предложение Медеи, да и какой смысл был отказывать, ведь ему не нужно рисковать своей шкурой, сиди себе в ожидании, пока проклятые кровососы разделаются с вражескими силами.

Отец и дочь направились к выходу из пещеры, который возвышался в десяти метрах над рекой. Здесь висела верёвочная лестница, заканчивающаяся на одном из четырёх уцелевших пиратских кораблей.

— Отправляйся командовать на судно, а я пока займусь восставшим из мёртвых дикарём и эльфийскими всадниками, после присоединишься ко мне. Торопись, он уже готовится начать превращение.

— Будь осторожен, отец, — с тревогой в голосе произнесла девушка, в эту минуту она казалась любящей дочкой, никто бы и не подумал, насколько жестокой и коварной Медея является на самом деле.

Ведьма приступила к спуску. Вилаш оказался прав, оковы уже слетели с рук Ваары. Малитил и Нумидал отскочили в сторону, когда дикарь начал своё превращение. Тело колдуна быстро увеличивалось в размерах, смоляное оперение заменило кожу, а на месте носа появился мощный клюв, руки же стали крыльями. Огромная птица рух издала леденящий в жилах кровь клёкот. Несколько взмахов и Ваара уже находился в воздухе в окружении полсотни речных эльфов, смотревших на анимага с опаской. Но вождь, как и говорил, направился к скале, подлетев к ней на расстояние пяти метров, он начал махать крыльями, увеличивая скорость каждой последующей попытки, словно хотел сдуть со своего пути нерушимую твердыню. По идее, Ваара должен был отлететь оттуда за считанные секунды, но этого не происходило, вождь оставался на месте. Из его крыльев била полупрозрачная энергия, проникающая внутрь скалы, она обтекала каменистую вершину, поглощая её. Сначала появился маленький просвет, но с каждой секундой он увеличивался, издали напоминая портал. Подождав пока проход вырос до нужного размера, смелые эльфы ринулись в него, надеясь воспользоваться смятением в рядах противника.

— Малитил, командуй наступлением, я в небо, — ловко заскочив на грифона, распорядился Нумидал. Владыка жаждал сразиться с врагом лично.

Рассчитывая на лёгкую победу, черноволосые эльфы швыряли огненные сферы в пиратов на кораблях, защита вражеских колдунов трещала по швам. Довольные всадники планировали покончить с противником за считанные минуты, но всё оказалось не так уж и просто. Двухметровый демон рассёк воздух со скоростью молнии, уничтожая одного воина из царства Нумидала за другим. Он рвал шеи остроухим, впиваясь острыми, словно кинжалы, клыками. Эльфы, которые храбро вступали с ним в бой, быстро погибали, не успевая нанести урон. Подлетавший Нумидал получил возможность хорошо рассмотреть демона. Серо-черные крылья выглядели как у летучей мыши, но были крепче стали, длинный хвост ящера, мускулистое тело, покрытое серой чешуёй, короткие рога и святящиеся алым страшные глаза. Остроухий впервые видел подобную тварь, но безобразное создание нисколько не напугало его, эльф наоборот спешил схлестнуться с ним, пока чудовище не напало на разрушающего вражеское заклинание Ваару. Владыка лишь в последний момент успел сбить Вилаша в своём истинном обличии. Грифон вонзил когти в жертву, но демон обрубил ему передние лапы заострёнными крыльями, следующим ударом он распорол животному брюхо и швырнул вниз вместе с речным эльфом. Падая, Нумидал успел вызвать энергетический вихрь, чтобы подхватить себя, но создание решило добить остроухого. Уже над водой мощная рука вцепились в шею владыки, душа его, вторая била в бок, кроша ему рёбра. Синие нити от магии эльфа вспыхнули вокруг него, защищая от могучих атак противника. Нумидал ухватил монстра за кисть и медленно начал сдавливать её, послышался хруст ломаемых костей. Вилаш не сдавался, он ударил тяжелым хвостом и, проломив защитный купол, вонзил острые шипы, расположенные на кончиках перепончатых крыльев, в спину эльфу, потом откинул раненого Нумидала в реку. Он уже собирался нырнуть за ним, чтобы убить, когда почувствовал у себя за спиной тяжелое дыхание. Демон успел лишь развернуться и выставить крылья, закрывая ими корпус и лицо, клюв гигантской птицы пронзил их, задев немного грудь. Перевоплощенный вождь дикарей швырнул чудовище в направлении пиратских кораблей, стараясь отбросить его как можно дальше. Через пару секунд птица рух вытащила раненого владыку из воды и понесла в когтистых лапах к 'Ласточке'.

Пираты же во главе с Медеей помогали раненому в грудь Вилашу забраться на судно, в то время как к ним приближались восемь кораблей из Тааффеита.

— Как ты, отец? — заботливо прикладывая наспех оторванную от куртки ткань, чтобы остановить кровь, спросила Медея. Она осматривала небольшую рану взволнованным взглядом.

— Топор держать смогу, но превратиться уже вряд ли получится, — ответил Вилаш, — я слишком много энергии потратил. Мне нужна ещё эльфийская кровь.

— Хорошо, я постараюсь добыть её для тебя, но чуть позже, — пообещала ведьма. — Сейчас нужно заняться их корытами.

Медея поднялась с колен и закричала, издавая сильные звуковые волны, которые были направлены на корабли противника. Два судна моментально остановились, точнее сказать начали стремительно идти ко дну. Мольбы о помощи свалившихся на палубу от страшной атаки матросов и солдат даже нельзя было услышать, настолько громко кричала ведьма. Люди закрывали уши, у некоторых бедняг лопнули барабанные перепонки.

— У них нет шансов, — прошептал Аффи, наблюдая за страшной картиной, — нужно остановить её пока с нашим кораблём не произошло то же самое.

— Не сумеет! — пообещал Малитил, принимая тело Нумидала из когтей руха. — Ваара, неси меня к ней! Дадим бой! Остальные успеют подтянуться.

— Я с вами, — хватаясь за лапу птицы, решительно вымолвил старый пират.

— Жизнь твоя, тебе и решать, — пожал плечами речной эльф, крепко взявшись за вторую лапу.

Верховный вождь умудрялся уходить с линии атаки, как ни старалась попасть в него Медея. Может, у неё бы получилось задуманное, но оставшиеся два десятка эльфийских всадников опомнились и рванули в смертельный бой, отвлекая ведьму от цели. Они закидывали пиратов молниями и огненными сферами, поражая одного за другим, полтора десятка вражеских колдунов не могли дать им достойный отпор, а от большей части болтов и стрел эльфы успевали уходить, так что Медее пришлось переключиться на них.

— Сдерживай их, а я займусь птицей! — увидев подлетающего к одному из четырёх кораблей гиганта, произнёс Вилаш и скинул повязку с раны.

Колдуну уже принесли его новый боевой топор. Наученный неудачным опытом прошлого сражения с капитаном Франком, он использовал теперь не древко, а металлический прут. Вилаш ловко вскочил на широкую доску, которая соединяла два судна между собой, и побежал навстречу врагу, желая покончить с неприятелем как можно скорее.

Практически достигнув вражеского корабля, Ваара пропустил молнию от Вилаша в правое крыло, но благодаря волевому усилию смог дотянуть до палубы. Старик и эльф ринулись в бой, как только почувствовали опору под ногами. Малитил работал мечом без остановки, рядом с ним Аффи крушил бывших собутыльников, издавая грозный рёв, а за их спинами рух очень медленно превращался в человека, тело которого покрывали синие татуировки, напоминающие вязь. Слишком долго адамантовые браслеты сковывали могущественного Ваару, он лишился почти всей энергии разрушив древнее заклинание и перевоплотившись в птицу. Колдун попытался встать, но огромная пламенная сфера Вилаша откинула его в сторону, частично проломив выставленную в последний момент магическую защиту.

— Смерть пришла за вами, глупцы! — махая топором, произнёс Вилаш и пошёл на речного эльфа.

— Эй, тварь тупорылая! — обращая на себя внимание, крикнул Аффи. — Ещё не позабыл меня, а?

— Предатель, ты поплатишься за свои поганые слова!

Аффи храбро кинулся на Вилаша, но здоровяк увернулся от его атаки и ударил тупой частью грозного оружия в затылок, моментально вырубив противника. Добить старика Вилаш не успел, Малитил и, подоспевший на помощь, Цилеал насели на гиганта с двух сторон. Речные эльфы несколько раз пытались поразить его магией, но противник успевал выставить защитный купол или уйти с линии атаки. В какой-то момент хранитель слишком самоуверенно пошёл в бой, когда Вилаш ударом ноги в грудь откинул Малитила назад. Враг поломал хранителю руку с направленным на него клинком и, притянув к себе эльфа, впился в шею Цилеалу. Короткий хрип, и мёртвое тело обмякло в руках кровососа. Демонический облик начал вновь возвращаться к Вилашу — он обрёл часть былой силы.

— Какая же вкусная у него кровь! — зарычал монстр, облизываясь. — Далеко не у каждой эльфийки такая. Ты тоже вкусный, а?

Последние слова адресовались Малитилу, поднимающемуся на ноги.

— А ты попробуй, — с вызовом кинул эльф и выставил меч.

Вокруг него заплясали черно-серые огоньки, мрак залил глаза. Кто из них на данный момент являлся большим чудовищем было неизвестно. Вилаш кинулся в атаку, теперь в дело пошел не только топор, но и крылья с мощным хвостом. Как он ни старался, а в скорости уступал, впервые в жизни чужая магия оказалась быстрее, чем его собственная. Не успев прикрыться, он почувствовал, как лезвие эльфийского меча рассекло колено, от следующего удара его спас лишь взмах крыльев, отнёсший на два метра назад.

Потопив в ледяной воде ещё три корабля, Медея взглянула в сторону сражавшихся и увидела ужаснувшую её картину. На полную трансформацию у неё ушло не больше десяти секунд. Подобное Вилашу чудовище взлетело вверх, разрывая грифона вместе с всадником, которые встретились ей на пути к Малитилу.

Нумидал считал себя самым сильным магом стихии воды на Равнине и непросто так. Придя в себя, он напрягся и начал поднимать из реки на поверхность потопленные пять кораблей, стараясь спасти барахтающихся в ледяной воде людей.

— Налегли на вёсла! — кричал во всю глотку Трик, отдавая указания всем на кораблях. — Поплывём обратно на пиратских шебеках! Приготовьтесь к бою!

Вилаш и Медея яростно сражались с Малитилом, когда военный корабль Тааффеита влетел в её судно. Воины королевства Пяти Камней хлынули, сея смерть в рядах противника. Понимая, что солдат намного больше, чем пиратов и шансов на успех нет, Медея решилась на последнюю атаку. Она на максимальной скорости пыталась сбить Малитила, но он увернулся. Некромант, улучив подходящий момент, швырнул ей вдогонку черную сферу. Девушку спас Вилаш, откинувший её в сторону. Дочь видела, как её отец пытается снять с головы поглощающую тьму, но безуспешно. Медея ринулась к нему, подхватив в воздухе принимающего человеческий облик Вилаша.

— Нет! Отец! — прогремел голос чудовища.

Он был уже мёртв, лишь гладкий череп остался от дорогого Медее лица. Собрав всю злость, она кинулась на Малитила, понимая, что вряд ли у него остались магические силы после такого мощного заклинания смерти. Эльф умело отбивался, но ярость, бушующая в ведьме, была настолько велика, что Малитил не мог с ней справиться в одиночку. Разящий удар крылом, потом хвост, и речной эльф влетел в мачту, из плеча хлестала кровь, клинок вывалился из рук потерявшего сознание остроухого. Несколько подоспевших солдат кинулись на подмогу некроманту, но они выиграли для Малитила лишь около десяти секунд, отдав жизни.

— Мразь, кровососущая! — закричал пришедший в себя Аффи во время нанесения удара по стоявшему на пути пирату, отвлекая Медею от жертвы. — Что, не ожидала меня здесь увидеть? А я ведь жив и невредим! Выкуси, отродье!

Старик махал мечом, подзывая к себе обидчицу. Медея двинулась на него, но совершенно позабыв о защите, пропустила огненный шар от вернувшегося в строй Ваары. Хитрый колдун прыгнул на опрокинутое чудовище, татуировки на его теле начали хаотичное движение, перемещаясь с одного места на другое. Ваара вытягивал из ведьмы магическую силу, она громко кричала, пытаясь отбиться. Наконец дикаря откинуло в сторону — слишком много попытался он забрать энергии у ведьмы. Медея хотела вскочить на ноги, но не успела, Аффи пригвоздил её мечом к палубе, проткнув грудь точным ударом.

— Получи, тварь! — плюнув ей в лицо, произнёс он.

Медея успела что-то прошептать, клинок начал быстро покрываться черным цветом и обжог руку пирата, не успевшего разжать ладонь. Аффи, не раздумывая, схватил второй рукой один из валявшихся на палубе мечей и рубанул обожженную руку у локтя, надеясь не пустить проклятье дальше. Ваара, наблюдавший за этим страшным зрелищем, бросился к нему и перетянул оставшуюся часть руки пирату куском ткани, оторвав её от своей мантии. Верховный вождь сделал всё, чтобы старик не погиб от потери крови.

— Проклятье! — выругался Аффи. — Никогда мне не было так больно, как от её заклятия.

— Зато ты жив в отличие от неё, — произнёс дикарь, указывая пальцем на лежавшую на полу Медею.

Её облик уже начал меняться, она старела на глазах, как будто шли долгие годы, а не секунды. Превратившись в дряхлую старуху, она не остановилась, разрушению подверглись и кости ведьмы, они медленно сгорали, словно маленькие угольки затухающего костра, оставляя от могущественной Медеи лишь подпаленную одежду.

— Интересно, где же их пленник? — спросил сам у себя пират, оглядываясь на скалы.

Этот вопрос интересовал не только Аффи, но и владыку Речного царства. Взобравшись на один из пиратских кораблей, чтобы дать бой противнику, Нумидал заметил верёвочную лестницу. Не желая тратить время зря, он сотворил вихрь и полетел к входу в пещеру, обволакиваемый синей энергией. Путь был один, и вёл он к полумёртвому Эгилю и охранявшему принца магу гильдии, общающемуся в этот самый момент с Кровавым Альдором. Нумидал вошёл бесшумно, словно тень, слушая разговор заклятого врага.

— Нам нужен результат, остальное не важно! — это были слова лидера гильдии.

— Среди них оказался верховный вождь дикарей! Но ведьма пообещала, что они справятся с ним и остальными без особых проблем, повелитель! — уверял Порсум.

— Не думаю! — раздалось за спиной мага.

Порсум развернулся, но не успел направить заклинание, Нумидал быстро схватил его за шею сильными руками и резко надавил, ломая её. После владыка взглянул в сферу.

— А ты изменился, — смотря на молодое тело Альдора, усмехнулся Нумидал.

— Зато ты нет.

— В прошлый раз я недооценил тебя, Альдор. Ошибок больше не будет. Лучше перережь себе глотку сам, смерть от моей руки будет в разы болезненней.

— Всё ещё злишься из-за своего глупого сына Касаласа? Он сам делал свой выбор, владыка. Посмотрим, что ты запоёшь, когда у меня в руках будет ифритовый камень и армия красных демонов, остроухий, — рассмеялся Альдор и ударил по сфере, прерывая связь.

Нумидал сжал кулаки и со злостью швырнул в шар молнию. Немного успокоившись, эльф подошёл к Эгилю и нащупал пульс, пускай и еле ощутимый, но он был. В какой-то момент владыка не знал, как поступить дальше. Остроухому захотелось добить глупого принца, а не спасать ему жизнь. Из-за этого юнца сегодня погибло большое количество людей и эльфов, не повториться ли это вновь, как с его сыном? Пускай ситуация и была другая, но всё же принц был частично виноват в случившемся. Нумидал поднёс меч к горлу Эгиля, взвешивая все за и против. Никто не узнает, что он нанёс удар, Нумидал ведь здесь один и легко переложит вину на мёртвого мага. Уже занеся клинок для удара, владыка остановился. Принца спасла любовь его отца, эльф понял, что лишив Эгиля жизни только ухудшит ситуацию на Равнине, этим он может лишь добить Сигурда Сурового и внести смуту в королевство Пяти Камней, а перед грядущей войной с проклятым Альдором и его гильдией это было бы недопустимо для владыки Речного царства.


***


Они плыли уже пару часов, приближаясь к речному маршруту из Дориндола в Тааффеит. Им несказанно повезло с погодой: чистое безоблачное небо, солнце греет, не было даже намёка на ветер, хотя температура воздуха и приближалась к минусовой, но этого совсем не чувствовалось.

Юные Хапор и Валмид, налегая на вёсла, слушали с открытыми ртами историю борьбы королевской шебеки с грозными пиратами. Недовольный Едлаг делал вид, что ему неинтересно, но на самом деле был погружен в рассказ не меньше своих сыновей. Рыбак немного ревновал, ему тоже хотелось, чтобы дети смотрели на него с таким же восхищением, как на нового знакомого, но в силу очень скверного характера у Едлага по жизни всё валилось из рук и не получалось стать авторитетом для близнецов.

— Да не может такого быть! — недоверчиво возмутился рыбак, когда Ларс дошёл до того места в рассказе, где пираты стреляли в него из арбалетов и он прыгнул за борт.

— Отец, но ты же видел своими глазами раны и вытянутые из него арбалетные болты, — удивился Хапор.

— Ну, видел, — согласился Едлаг, смотря на ухмыляющегося Ларса Гиббза. Подумав, он добавил, — извиняюсь, но мне трудно поверить, что человек способен на такие подвиги.

— Я не обижаюсь на твои речи, рыбак. Не каждому и я бы поверил на слово, сейчас многие любят только трепать языками, а на деле оказываются трусами или лжецами, — пожал плечами чародей.

— А в других передрягах ты бывал? — поинтересовался один из братьев.

— Во многих, но если брать такие же опасные, когда я находился на волосок от смерти, то единожды. Мне тогда было всего лишь четырнадцать лет.

— Что может быть серьёзного в таком-то юном возрасте? — переглянулись близнецы.

— Многое. В те годы я лишился своей семьи. Мой отец являлся мелким скотоводом, а двое младших братьев и мать усердно помогали ему в этом. Я же учился в школе Дарований Тааффеита вместе с товарищем по имени Свен Фостер. Обычно мы были неразлучны, и на летних каникулах я предложил ему отправиться вместе в посёлок к моим родителям. Они жили в ста двадцати километрах на юго-востоке от столицы королевства Пяти Камней. Свен с радостью согласился на моё, зная, что я хочу повидать отца и мать.

— И что же произошло с вами? — спросил Едлаг.

— Когда мы прискакали в мою родную деревушку, то половина жителей оказалась мертва, другая убежала прятаться в лесу, а их дома пылали в огне. Я побежал в конец посёлка, где одиноко стояла хижина родителей. Там и увидел отца с матерью вместе с братьями убитыми во дворе. Их перебили, как скот, — с этими словами лицо Ларса пошло красными пятнами, казалось, что он лопнет от переполнявшего тело гнева. — Вечером мы сожгли их и других убитых, как того требуют наши традиции. Вместе со Свеном мы выяснили, что на деревню напала банда из двадцати безжалостных разбойников. Через несколько дней мы побывали ещё в одном месте неподалёку. Там тоже осталось пепелище и множество людских трупов. Уцелевшая девчонка лет шести утверждала, что видела, как разбойники поскакали на юг в леса, поближе к Нижней Деме. Я и Свен напали на след банды, как ни странно, но мы не боялись столкнуться с ними лицом к лицу. Безрассудная жажда мести поглотила меня, мой товарищ хоть и понимал это, всё равно шёл со мной до конца. Забыл сказать, что к тому времени мы уже закончили четыре курса школы Дарований. Свен считался лучшим из всех её учеников. А я, хоть и не хватал звёзд с неба, являлся старательным и усидчивым юношей, даже успевал упражняться с мечом вместе с мальчишками из школы Воителей и скажу по правде, неплохо владел холодным оружием для своих лет.

— Но почему ты, являясь одарённым ребенком, занимался фехтованием, а не посвятил себя лишь магии?

— Так захотел мой достопочтенный учитель Каарг, он утверждал, что каждый талант человека следует обязательно развивать. Так вот, я продолжу, мы уже научились многим опасным заклинаниям и теперь готовились впервые применить их в деле по-настоящему. Мы дали бой врагу.

— Это был поединок с двадцатью головорезами? — не верил своим ушам взволнованный Валмид.

— Не совсем, — рассмеялся рассказчик, его взгляд стал хищным, как у тигра, — мы достигли разбойников в одну из тёплых летних ночей. Они оказались такими самоуверенными, что даже не выставили часовых для охраны и не загасили костёр. Мы успели зарезать аж двенадцать человек, пока остальные опомнились. Мне магического запаса хватило лишь на пару добротных молний, а Свену на четыре огненных шара. Против нас остались три крепких разбойника, из которых один был сильно обожжен. Тогда я пустил в ход меч, смог справиться с раненным, остальные двое уже вырубили Свена, хвала Создателю, что кулаком по голове, а не топором.

— Ты остался против двух разбойников? — решил уточнить Хапор.

— Да, мальчишка, — подтвердил Ларс, вспоминая давние события. — Мне повезло, я быстро покончил с одним из них, он споткнулся и просто налетел на мой клинок. Можно сказать, он сам себя погубил. Второй же был довольно искусным фехтовальщиком. Как я узнал позже, он являлся главарём банды и обучался в армии Тааффеита, но за постыдные проступки его исключили из её рядов, и он подался в разбойники, и со временем превратился в их лидера. Звали его Риз Душегуб, лихой человек, погубивший не одну сотню беззащитных крестьян, а всё лишь для того, чтобы отнять пару медяков и еду у них. Этот бывший солдат игрался со мной словно кот с мышкой, мне и по сей день редко попадаются такие умелые мастера. Он легко обезоружил меня в два приёма и, повалив на землю, начал избивать ногами, хотя мог сразу же проткнуть мечом.

— Что же тебя спасло от него?

— Мой приятель Свен. Он просто очнулся в тот миг и набросился на разбойника. Не знаю как, но он выбил у противника клинок, на этом везение моего друга закончилось. Никогда не забуду их боя, Свен старался, как мог, но главарь ухватил его двумя руками за шею и, не обращая внимания на его хилые тычки, начал душить. У бедняги уже пошла пена изо рта, когда я зубами впился врагу в горло. Он откинул полумёртвого Свена в сторону, но от меня разбойнику избавиться уже не удалось. Мне посчастливилось перегрызть сонную артерию безжалостному убийце, я захлёбывался его поганой кровью, но, подгоняемый страхом, продолжал работать челюстями, борясь за право остаться в живых.

— А что же было потом?

— Потом? — усмехнулся Ларс. — Лежал в лесу, меня тошнило часа два, пока мой товарищ с трясущими руками наносил по удару в сердце каждому разбойнику. Мы понимали, что они уже были мертвы, но боязнь, что кто-то из них выжил и отомстит нам в будущем, поселилась в юношеском воображении. Лица этих разбойников у меня не выходили из головы года три, они чудились мне везде, но всё обошлось. Правда, кошмарные сны вначале не отпускали меня и были настолько реалистичными, что мне пришлось обратиться за поддержкой к учителю Кааргу. Он помог, леча снадобьями собственного приготовления. Впоследствии чародей заменил отца, а Свен — брата. О том, что я потерял родных, знают многие, но о моей жестокой мести только двое, теперь ещё и вы.

— С какой целью ты поделился с нами такими страшными воспоминаниями? — щуря один глаз, насторожился Едлаг. — Мог же просто отшутиться или соврать. Зачем ты это сделал, воин?

— Хочу, чтобы вы мне доверяли. Мой отец был таким же недовольным и напущенным, как ты, рыбак, а младшие братья близнецами, как твои сыновья. Я вырос в нищете, но благодаря случаю смог выбраться из неё. Не знаю, чтобы произошло со мной, если бы я не владел магией. Может, погиб бы вместе с родителями или попробовал бы поступить в школу Воителей, — Ларс тряхнул головой, решив задать другую тему для разговора. — Вы трое вытащили меня из реки, когда я умирал, и напомнили о потерянной семье. Если вы по какой-то причине будете в славном Тааффеите, то обязательно разыщите меня. А теперь давайте насядем на весла, поскольку я вижу на горизонте корабль, плывущий из Дориндола, нужно успеть его перехватить.

Близнецы обернули головы и увидели в подтверждение слов Ларса огромное судно островитян, но оно оказалось не торговым, как предполагали мальчишки, а военным. Солдаты на борту не сильно обрадовались, когда им преградила путь разваливающаяся рыбацкая лодка.

— Как вы посмели, Тенебрис вас раздери!? Совсем жить надоело! — грозно возмущались вояки, но, завидев выдвинувшегося вперёд Ларса в полном обмундировании, затихли.

— Верёвку кинь и веди к старшему, — рявкнул чародей одному из наиболее озлобленных, — скажи, что я с шебеки принца Эгиля Эллингтона, сына короля Сигурда Сурового.

Через полминуты маг уже оказался на корабле, его обступили солдаты, трое из них держали наготове острые пики.

— И о чём же ты хочешь мне поведать, бродяга? — спросил высокий мускулистый воин, судя по всему главный.

— Сначала дай мне увесистый кошелёк набитый золотом, а после продолжим разговор, — нагло произнёс Ларс.

Островитяне засмеялись, такого дерзкого парня никому из солдат не приходилось встречать.

— На вора или разбойника ты не сильно уж и похож, зачем же тебе понадобились деньги на речных просторах?

— Не мне, я хочу отблагодарить людей на рыбацкой шлюпке, спасших меня от верной смерти, — ответил чародей и начал медленно расстёгивать куртку. Солдаты приставили к нему пики, но он, не суетясь, отодвинул их ладонью и продолжил спокойным тоном, — я получил ранение в грудь, плечо и ногу, сражаясь с пиратами, можешь взглянуть, если не веришь словам.

Высокий островитянин захотел посмотреть, удостоверившись, он поинтересовался:

— Моё имя Салид, я служу у принца Тигора. Вижу обработанные магией раны, но ты же мог получить их где угодно. Откуда мне знать, что не лжёшь.

— Но получил именно там, спросите у рыбака и его детей, они подтвердят, что нашли меня на обломке корабля.

— Мы действительно находили неподалёку следы сражения. Там плавало несколько трупов с отрезанными пальцами, — озвучил мысли вслух островитянин. — Как тебя величать, воин?

— Ларс Гиббз, я был личным телохранителем Эгиля.

— Тогда ты знаешь, как зовут его дворцового помощника, — вспомнив о Морте Лори, решил проверить незваного гостя Салид.

— Лорд Морт, этот бедняга хромает на одну ногу, он бывший солдат. Его приставил к Эгилю Сигурд, когда отправлялся на войну с племенами Песков пару месяцев назад.

— Принесите рыбаку золото, да поскорее! — распорядился удовлетворённый ответом островитянин.

Попрощавшись с Едлагом и близнецами, Ларс по приглашению Салида направился в его каюту. Они долго беседовали о нападении на шебеку, а после островитянин рассказал о делах в Тааффеите и результатах поиска принца Эгиля.

— А с чего взяли, что он ещё жив? — поинтересовался Ларс.

— Так сказал достопочтенный Каарг моему хозяину, — пожал плечами Салид, — он отправил небольшой флот во главе с речным эльфом Малитилом. А наши корабли днём и ночью патрулируют реку, но пока безуспешно.

— Будем надеяться, что учитель не ошибся.

— Ты ученик самого Каарга? — удивился Салид. — Вот так счастливчик!

Островитянин попросил рассказать немного о великом старике. Салид оказался довольно разговорчивым и компанейским парнем, и скоро за бутылочкой вина Ларс узнал, что его собеседник с недавних пор занимает при Тигоре аналогичную должность. Раньше он редко покидал Остров, даже в последней войне с дикарями ему пришлось заботиться о безопасности старого короля Фагора, хотя он рвался отправиться вместе с флотом Острова по реке, чтобы сражаться с врагом под командованием принца Тигора. Во время длительной беседы Ларс сделал для себя выводы, что Салида интересовало всё происходящее на Равнине и за её пределами. Он ассоциировался у чародея с непоседливым мальчишкой, причём довольно смышленым, рьяно тянувшимся к знаниям.


***


Солдаты из королевства Пяти Камней и уцелевшие эльфы не сжалились ни над одним из пиратов, хоть те и умоляли пощадить их. Капитан Трик лично вешал всех, кто попал в плен. Их трупы сожгли вместе с кораблями, которые не удалось подлатать, а обгорелые останки пошли на корм речным рыбам.

Полумёртвым наследником трона королевства Пяти Камней занялись прилетевшие на грифонах черноволосые эльфийки в длинных синих одеяниях. Бедняга поначалу не мог понять, что происходит, и смотрел на них перепуганными глазами, особенно когда одна из эльфиек обрабатывала истерзанную ведьмой руку. Эти девушки помогали раненым в ожесточенном бою солдатам, они же и прижгли магией локоть Аффи, потерявшего часть руки. Старик грустил недолго, он заприметил несколько бочонков с ромом, которые перетаскивали солдаты на 'ласточку' с пиратских шебек.

— Эй, служивый, раздобудь мне кружку, да побольше, — приказал он Трику, — тут есть черный ром! Могу поклясться Создателем, что у него отменный вкус.

Капитан покрылся багряной краской от злости, но, подумав, решил выполнить просьбу Аффи, и даже взял тару для себя. За время общения со склочным стариком, он наслушался о непревзойденном вкусе напитка настолько, что упустить шанс его попробовать не хотелось. Налив себе тёмной жидкости, Аффи сделал около десяти больших глотков, потом громко отрыгнул и довольно улыбнулся.

— Хорош, Тенебрис меня забери! — нахваливал старик. — Весь день бы его пил!

Увидев реакцию пирата, Трик тоже поспешил отпить содержимое своей кружки, но, почувствовав, как его горло обжигает бушующим огнём, подавился и выплюнул большую часть рома на палубу.

— Что за пламенная дрянь? — прохрипел капитан, делая несколько глубоких вдохов.

— Балда, в первый раз нужно было пить понемножку, это же тебе не воду или вино хлестать, — заржал словно конь Аффи, похлопав Трика по спине уцелевшей рукой.

В это же время Малитил и Нумидал обсуждали текущие дела в капитанской каюте. Владыка уже успел поколдовать над раненым Малитилом, не доверив сделать это никому другому. Глубокие порезы затянулись настолько быстро, словно их и не было вовсе. Речные эльфы находились в ожидании, пока чародей из Тааффеита не ответил им на вызов через волшебную сферу. В магическом шаре появилось довольное лицо старика Каарга.

— Господа, судя по тому, что король Сигурд Суровый открыл недавно глаза и начал громко возмущаться, вам удалось освободить его сына Эгиля и одержать победу над приспешниками гильдии. Не правда ли?

— Да, владыка лично вытащил наследника престола Пяти Камней, сражаясь с врагом, — ответил Малитил, — но нам пришлось прибегнуть к помощи Ваары.

— Что ж, Нумидал, — меняясь в лице, вымолвил чародей, — я сильно виноват перед тобой. Это была исключительно моя идея отправить дикаря в Алмаз.

— Я бы разорвал союз с королевством Пяти Камней не раздумывая, — насупив брови, начал Нумидал, — но Ваара спас мне жизнь и смог разрушить неизвестное мне заклинание ведьмы. Без него мы бы даже не нашли пленённого принца. Так что я закрою глаза на предательство совета, Каарг, поскольку мне, как и вам обоим, не безразлична судьба Равнины. Но это в первый и последний раз. А теперь скажи мне, только честно, зачем отправил Малитила с верховным вождём в Алмаз?

— Меня попросил об этом благородный командор Тархон Дайсон, он собирается найти логово врага, чтобы покончить с ним.

— С чего бы ему так рисковать? Ещё и прихватив с собой некроманта, за которым велась охота, в придачу со вчерашним врагом.

— Командор надеется освободить свою сестру и племянников из лап гильдии. Малитил — его друг и отличный маг, а Ваара знает пески лучше других на Равнине.

— Точно, я совсем позабыл о беде командора, — соврал владыка, — Тархон достойный человек. Если даже у него не получится это сделать, то думаю, вряд ли Малитил и Ваара позволят схватить себя живьём. Это наш шанс уничтожить Кровавого Альдора малыми силами. Я видел его, Каарг, он слаб как никогда, хоть и вёл себя уверенно, но я не заметил в глазах той безграничной силы, которая была у проклятого мага раньше. Если отряд командора окажется мобильным и хорошо подготовленным, то мы избавимся от врага через несколько месяцев. Тогда ифриты потеряют свои глаза и не посмеют сунуться в ближайшую сотню лет на Равнину, конечно, если не отыщут ифритовый камень. Есть ли ещё какие-нибудь тайны от меня?

— У меня нет больше секретов, владыка Речного царства, — поспешил заверить Каарг.

— Хорошо, тогда передавай королю Сигурду от нас с Малитилом пожелание скорейшего выздоровления. Мне уже пора прощаться с тобой. Теперь пришло время заняться проблемами и своего царства. К сожалению, в бою погиб хранитель Южного Оберега и почти все речные эльфы, прилетевшие со мной, чтобы сразиться с врагом. Хочу перевести их тела в родные края, чтобы достойно похоронить.

— Скорблю о погибших вместе с вами, они отдали жизни за правое дело. Я ещё раз благодарю тебя и твой народ за помощь, владыка, — поклонившись, произнёс Каарг.

На этом эльфы попрощались с Тааффеитом.

— Я бы отправился с тобой, друг мой, но мне нужно возвращаться в родной Кайрулеус, — немного расстроено вымолвил Нумидал, — я собираюсь взять под охрану корабли Сигурда хотя бы пару десятков километров.

— Это правильное решение, владыка, — похвалил соотечественника Малитил, — пусть Эгиль почувствует себя в безопасности, сейчас ему это необходимо как воздух.

— Давай сходим к нему сейчас, посмотрим, каков он сын Сигурда Сурового.

Они направились в трюм, где лежал Эгиль, вокруг него суетились две молодые эльфийки, прикладывая к телу юноши различные травы и шепча заклинания. Нумидал окинул их властным взглядом, после чего остроухие девушки заторопились покинуть помещение. Принц как-то странно уставился на Нумидала, застыв, словно впал в ступор. Из этого состояния его вывел раздавшийся голос Малитила.

— Хвала Создателю, ты выжил, принц Эгиль, — начал свободный эльф, — мы незнакомы лично, но думаю, ты наслышан о нас. Моё имя Малитил, я являюсь другом твоего отца, рядом со мной сам владыка Речного царства могущественный Нумидал. Ты обязан ему жизнью больше, чем другим, ведь именно он убил мага гильдии и освободил тебя из пещеры.

— Благодарю вас, — приподнявшись, вымолвил слабым голосом принц. — Я чувствую вину за смерть солдат, отдавших жизнь за моё спасение. Я слышал, их погибло больше сотни, а ещё...

— Ты чуть не погубил пол Равнины, мальчишка, — злобно кинул Нумидал, перебивая Эгиля, — из-за тебя мог умереть и король Сигурд Эллингтон. Ведьма погубила бы его, пользуясь твоей кровью.

Эгиль молчал, он обдумывал новую информацию, не знаю, что на неё ответить.

— Он был околдован её чарами, Нумидал, — заступился за принца Малитил.

— Да, околдован, но мой верный друг Ларс, отдавший жизнь в бою с пиратами, предупреждал меня не брать её на корабль, — опечаленно сказал Эгиль. — Я не послушался, хотя Каарг и отец просили следовать его советам. Какой же глупец! Самое ужасное, я был уверен, что горячо люблю эту красивую девушку, а все мои чувства оказались вызваны колдовством. Когда я попал в плен, она приходила каждый день и высасывала из моей руки кровь, я чувствовал, как жизнь медленно покидает тело. Но потом очнулся и увидел свет, в нём эльфа, возвращающего меня к жизни. Это был ты, владыка! Я уверен в этом! Никогда бы не подумал, что речной эльф, открыто недолюбливающий короля Сигурда, спасёт жизнь его сыну. Клянусь, что если тебе нужна будет моя помощь когда-нибудь, то я, не раздумывая, откликнусь.

— Такой же красноречивый и беспечный, как и отец в молодости, — усмехнулся Нумидал, глаза засверкали волшебным синим огоньком. — Я согласен принять твою клятву, юноша. Поверь мне, принц, когда ты станешь королём Пяти Камней, то я попрошу тебя об её исполнении. А пока отдыхай, я зайду к тебе немного позже.

Покинув принца, Нумидал с Малитилом перешли на соседний корабль, где готовая к отплытию к берегам Севера команда ждала лишь разрешения отправиться дальше. Ваара вновь оказался в адамантовых браслетах, причем сам попросил их надеть, чтобы не создавать провокаций. Верховный вождь расхаживал по палубе с задумчивым видом, когда пришли остроухие, он ожидал от них серьёзного разговора, но его не последовало, внимание эльфов привлёк другой человек на корабле. Им являлся Аффи, который к удивлению свободного эльфа находился на судне. Старик уже успел получить прозвище Однорукий и репутацию бесстрашного воина, победившего опасную ведьму.

— Можешь так на меня не смотреть, — поймав на себе взгляд Малитила, возмутился пират, — я поплыву с вами. Что мне ещё делать вдали от родных краёв? На корабле как раз три лошадки есть, одна для тебя, остроухий, вторая дикарю и третья мне. Ты пойми, смерть ведьмы для меня только начало пути. Я желаю когда-нибудь найти истинного виновника моих бед и поквитаться с ним сполна.

— Храбрый малый, — уважительно произнёс Нумидал, который уже с дружелюбием смотрел на Аффи, хоть тот и лишил его добычи.

— Безрассудный, — поправил владыку соплеменник, — возможно, командор Тархон и обрадуется такому пополнению, он любит смелых ребят.

Через полчаса бывшая пиратская шебека уже плыла навстречу четверым наездникам, быстро скачущим в направлении границы Речного царства, Севера и Алмазного королевства.



Глава 8 | Ифритовый камень | Глава 10