home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 8

Предательство


Хоть и наступил месяц холодов, но в Северном королевстве существенно ничего не изменилось, ведь зима отсюда никогда и не уходила. Ну, упала температура ещё на пять или семь градусов до минус тридцати, для суровых жителей снегов это не имело особого значения, ведь они всегда одеты в тёплые шкуры и меховые ботинки.

В воротах белоснежного замка со светло-голубой черепицей появился высокий широкоплечий северянин. Это был не кто иной, как Арбон, прибывший, наконец, в родные края после длительного отсутствия. Оказавшись в коридоре, принц встретил двух старых слуг, знавших третьего сына правителя Севера с малых лет. После короткого разговора он быстрым шагом направился в приёмную, где собирался застать короля Кроу и принцев Рифеза и Кумара, находившихся там, по словам стариков. В самых холодных и суровых землях Равнины рыжего Арбона ждали самые тёплые объятия родных. Молодого воителя, вернувшегося с войны, встретили отец, суровый вид монарха вмиг изменился на радостный при виде сына, и брат, напоминающий атлетической фигурой и лицом короля в молодости.

— А вот и мой славный герой вернулся! — прижавшись к могучей груди младшего сына, произнёс старый Кроу. В его выцветших от времени глазах появились крупные слёзы, скатывавшиеся по морщинистому лицу и седой бороде.

— Да, один из лучших воинов на Равнине и, несомненно, самый храбрый в Титолие, да что тут темнить, на всём Севере, — нахваливал брата принц Рифез, скидывая рукой снег с плеч горячо любимого Арбона, — видел бы ты его в бою, отец. Арбон — настоящий лев! Не без помощи брата земли Равнины были отбиты от злобного недруга.

— Как же я рад видеть вас и оказаться дома, — вымолвил молодой воин. — Спасибо, что привезли шубы в деревушку неподалёку от королевства Сигурда. Без них мы бы промерзли до смерти.

— Не стоит благодарить, — махнул рукой Рифез, — мы же мудрёные, знаем как тяжело без тёплой одежды, в наших краях можно и дня не протянуть.

— Кстати, а где ходит Кумар? Я рассчитывал, что и его застану здесь? — спросил Арбон, не найдя глазами второго брата.

— Ох, — махнул рукой Кроу, меняясь в лице, — твой брат как всегда приносит лишь одни беды в мой дом.

— Отец, давай не будем сейчас говорить о грустном, — беря под руки Кроу и Арбона, попросил Рифез. — Наверное, он сейчас сидит на четвертом этаже у себя и занят бездельем, как обычно.

— Я сейчас поговорю с поварами и вернусь, — пообещал король, переводя тему, — желаю устроить грандиозный пир в честь твоего возвращения, сынок.

Арбон отказывался, но глава семейства стоял на своём, а упрямого Кроу переубедить в чем-то было невозможно. Старик взял трость из резного дерева, которую ему в последнее время приходилось использовать для опоры при ходьбе, и побрёл к выходу из комнаты, оставив братьев наедине.

— Отец сильно сдал за последнее время, уже нет того сурового воина, — огорченно сказал Арбон.

— К сожалению, годы берут своё, не щадя, — согласился Рифез, — но при этом в нём появилась и доброта, которой раньше никогда не было.

— Так что там случилось между вами и прохвостом Кумаром?

— Пока отца нет, расскажу. Когда я приехал, то он меня не сильно был рад лицезреть, — усмехнулся старший брат, — сложилось впечатление, что наш Кумар рассчитывал на мою смерть в походе.

— Хотел заполучить трон Севера, зная, что ты будешь в самой гуще схваток?

— Именно, он даже рискнул завести разговор с отцом на тему что будет, если я погибну в сражении со слугами Кровавого Альдора.

— А что ответил на это король? — спросил Арбон, не на шутку интересуясь ответом.

— Он гневно сказал, что объявит наследником Севера тебя, а не Кумара, и если он ещё раз произнесёт подобные слова в присутствии отца, то лишится в тот же час головы. С тех пор наш неуравновешенный братец совсем не в себе. Когда я несколько дней назад рассказывал о тяжёлом ранении, полученном в Сапфире, то мне показалось, что он скривился в негодовании. Я подумал, что он разозлился из-за магов гильдии, посмевших посягнуть на жизнь наследника Севера, но потом понял — его злость на врага была за то, что им не удалось меня прикончить. Конечно, я бы не выжил, если бы не магия эльфов, но всё же.

Услышав подобные речи о Кумаре от человека со стороны, вспыльчивый принц Арбон изрубил бы его мечом на части, но когда такие слова исходят из уст Рифеза, то стоит над этим хорошенько поразмыслить. Молодой принц уважал мнение старшего брата наравне с отцовским и любил его не меньше. Да и ничего удивительно в этом не было, ведь Рифез нянчился с ним с самого рождения и обучал почти всему, что умеет Арбон.

— Надеюсь, ты ошибаешься в нём, братец, — после коротких раздумий вымолвил с надеждой Арбон.

— Хотелось бы верить. Ты сможешь и сам в этом убедиться в ближайшее время. Ладно, опустим печальный разговор. Расскажи лучше, как добрался, без приключений в этот раз?

— Да, в этот раз мне несказанно повезло. Я вот что собирался сообщить: со мной один колдун приехал, ты его знаешь по битве в Сапфире.

— А как звать твоего колдуна? — насторожившись, спросил Рифез, как и все северяне, он с опаской относился к магии.

— Свен Фостер, — ответил Арбон, — он у короля Сигурда в помощниках ходил, ученик самого Каарга.

— Да, знаю его. Сигурд мне хвастался, что Свен несколько раз спасал его от гибели в Сапфире. Хороший малый, к тому же, бесстрашный. А зачем он пожаловал в наши суровые земли? Быт северян решил изучить? — попробовал угадать Рифез.

— Будет нашим связующим с остальной Равниной, точнее с королевством Пяти Камней.

— Не знаю, согласится ли отец, — задумался наследник Севера, — он не любит новшеств и упрям как последний осёл, но я постараюсь уговорить короля. Мы только на днях достигли согласия по прибывшим со мной жителям пустыни.

— Не желал их принимать на Севере?

— Именно! С нами и так пошло не больше тысячи, причем самых трусливых из них, как я предполагаю. Мечтают забиться вглубь Равнины, страшась расправы ифритов. Не побоялись даже наших жутких морозов. Интересно, что же там за красные демоны такие? Я бы на них...

Рифез замолчал, услышав шум за дверью, через несколько секунд в комнате появился довольный король Кроу. Старик ещё раз обнял двух сыновей и провозгласил:

— В зале торжеств сегодня вечером будет роскошный пир в вашу честь. Пригласим человек пятьдесят верных соратников, что ходили с вами в поход, да как отметим! Сделаем всё в лучших традициях Севера!

— Еще чего! — громко засмеялся Рифез. — Знаю я эти нелепые традиции, понапиваются и морды начнут один другому бить. Лучше бы втроём посидели, ну, да ладно!

— Отец, а где твоя корона? — поинтересовался Арбон, лишь сейчас заметив отсутствие атрибута короля.

— Лежит в покоях. Ты же знаешь, я не сильно люблю таскать на голове эту неудобную вещь, вот меховая шапка — другое дело. А почему спросил? — решил уточнить Кроу, относившийся в последнее время с опаской ко всем вопросам, которые хоть немного были связаны с его высоким положением правителя Севера.

— Помнишь, ты говорил, что тот красный камень в середине короны не рубин?

— Да, было дело, мне это один ювелир поведал по секрету полвека назад. А ты решил заменить его настоящим бриллиантом? — усмехнулся старик.

— По-моему я теперь знаю, что это за камень, и он гораздо ценнее любого бриллианта из шахт королевства Пяти Камней.

Кроу переглянулся со старшим сыном, потом оба решительно уставились на Арбона, желая получить разъяснения.

— Тогда и нам расскажи, — попросил Рифез, превращаясь во внимательного слушателя.

— В королевстве Пяти Камней считают, что существует древний артефакт страшной силы, который не позволяет ифритам переходить жгучую пустыню. Завладев им, можно управлять красными демонами, но как это сделать — не знаю. Сигурд Эллингтон и его советник Каарг называли артефакт ифритовым камнем. Возможно, именно он принесёт победу в предстоящей войне с врагом.

— Или поражение, — мудро предположил Кроу. — Рифез рассказывал о них по приезду, если честно, то я до сих пор с трудом верю, что за пределами Равнины есть ещё расы. Как будто мало нам эльфом, гномов, орков и гоблинов.

— Ты говоришь, он не даёт ифритам оказаться на Равнине? — переспросил Рифез, не обращая внимание на бурчание старика.

— Да, но главное, что с его помощью мы получим власть над всеми ифритами. Уверен, гильдия магов охотилась за ним не одну сотню лет, а может и тысячу.

— Думаю, не стоит никому говорить, что камень у нас, — подумав, решил король. Арбон хотел что-то возразить, но старый Крой поднял вверх ладонь и продолжил, — я пережил довольно много зим и считаю себя далеко не глупым человеком, сын. Тем более, мы не знаем, как он работает, я не уверен, что всё так просто, как ты считаешь. К тому же если о появлении артефакта узнает враг, то будет искать способ отобрать его у нас любой ценой. Поверь мне, всегда найдётся какой-то умник, чьи непомерные амбиции не считаются с жизнями остальных, а видят лишь свою выгоду.

— Ты словно о Кумаре говоришь, — съязвил наследник престола, свежая обида на брата давала о себе знать.

— К сожалению, поговорка: 'в семье не без урода' относится и к нам, — со вздохом произнёс Кроу. — Предлагаю сейчас пройтись немного, нагуляем аппетит на свежем воздухе.

Уже выходя из помещения Арбон начал рассказывать о приезде вместе с ним Свена. Зная о неприязни родителя к магии и чародеям, он старался представить колдуна в лучшем свете.

Дверь захлопнулась и из-за штор бесшумно появилась рыжая голова мужчины лет тридцати, он окинул внимательным взглядом приёмную короля и, убедившись, что никого кроме него в комнате нет, вышел из укрытия. По одежде мужчины было ясно, что он обитает в замке короля, поскольку на нём красовался лишь лёгкий коричневый костюм и туфли. В таком виде на улицы Титолия не то, что не выйдешь, даже за дверь не выглянешь. На худом лице человека находилась зловещая ухмылка не предвещавшая ничего хорошего.

— Вот значит как, дорогая родня, — прошептал Кумар, — посмотрим, что вы запоете, когда ифритовый камень будет в моих руках. Вы узнаете, что не следовало потешаться надо мной, жалкие глупцы!


***


Уже около двух часов усталые путники ехали по Черному лесу. Довольный Арден Дей окидывал взглядом знакомые места, слегка припорошенные белым снегом.

— Почему ты скалишься как идиот, а? — заметив на лице островитянина улыбку, дерзко спросил Фалко.

— Не твоё дело! — спокойно ответил Арден здоровяку, ожидавшему увидеть в глазах у юного мага искры, как на арене.

— Хватит ссориться, девочки, — решила встрять Кьеза в разговор, попахивающий неприятностями, — нужно будет сейчас хорошенько ускориться, чтобы до захода солнца попасть в Роднички.

— Там можно пополнить магические запасы, — вспомнив об источниках в деревне, сказал Арден.

— Я смотрю, ты неплохо осведомлён об этом месте. Откуда, маг?

— Скрывался здесь с собратьями по несчастью до знакомства с командором, — указывая на скачущего впереди Тархона Дайсона, честно ответил чародей.

— Так он твой спаситель? — удивилась Кьеза. Увидев, как колдун кивнул в подтверждение, она продолжила, — никогда бы не подумала, что именно он привёл перебежчика из гильдии магов в стены Алмаза.

Произнеся обидные слова, она пришпорила коня, рассмеявшийся Фалко последовал примеру Кьезы. Ни один мускул на лице Ардена не дрогнул, колдун лишь снял очки с треснутой линзой и аккуратно протёр их, вытирая от дорожной грязи, продемонстрировав, таким образом, уверенность и непоколебимость.

Через несколько часов пути они уже находились в небольшой деревушке, Тархон проехал почти всё селение, пока не оказался рядом с хижиной знакомого ему старосты. Командор спрыгнул и начал отстёгивать от седла верёвку, привязанную к поводьям лошади с провиантом.

— Господин Тархон, ты ли это? — радостно выкрикнул мужчина, появившись в дверях.

— Здравствуй, дорогой Рестарг! Смотрю, ты немного помолодел с нашей последней встречи, — похлопывая работягу по плечу, дружески пошутил солдат.

— Может только самую малость! Ты проходи ко мне, не стесняйся! Таким гостям всегда рады.

— В вашей деревушке пополнение? — заметив сложенные напротив дома старосты брёвна, поинтересовался Тархон.

— Да, — подтвердил Рестарг, — одна молодая семья перебралась к нам из жаркой пустыни.

— И как к этому отнеслись люди в вашем селении? — подъезжая спросила Кьеза, услышав последнюю часть разговора.

— Мы лишь простые селяне, дружелюбие и гостеприимство заложено у нас в крови. Рады иноверцам также как и слугам Создателя, — ответил Рестарг, смотря на доспехи и прическу воительницы.

В этот момент прискакали и Фалко с Арденом.

— Разместишь нас в деревне на ночлег? — поинтересовался Тархон, представив попутчиков.

— Конечно, только в этот раз не у меня, — почесывая массивной ладонью макушку, вымолвил Рестарг, — я приютил этих бедолаг, пока они жильё себе не построят. Мы лишь успели заготовить брёвна, а весной уже всем селением начнём помогать им возводить дом.

В этот момент из хижины старосты вышла молодая семья из племени Песков, девушка держала на руках годовалого ребёнка. Увидев их, Фалко демонстративно сплюнул в сторону и с вызовом посмотрел на испуганных дикарей. Они застыли на месте, боясь шевельнуться. Юноша решился взглянуть большими желтыми глазами на старосту, ища у Рестарга ответа на непроизнесённый вопрос.

— Всё хорошо, Санги, — заводя уроженцев пустыни обратно в дом, успокаивающе сказал Рестарг. — Не переживай, к нам приехали друзья, никто не собирается вас обижать. Да я бы и не позволил.

Взявшись за рукоять меча, командор развернулся к здоровяку.

— Фалко, мы здесь находимся в гостях у хороших людей, поэтому будь добр веди себя соответственно, — предупредил здоровяка Тархон, показывая негодование.

— Ты мне не начальник, — огрызнулся Фалко, не страшась угроз, — я не собираюсь стелиться перед язычниками и их приверженцами.

— Ах, так! — ладонь воина сжалась и потянула клинок вверх.

— Успокойся, Фалко, — повелительным тоном произнесла Кьеза, увидев, как начинает меняться состояние командора после дерзкого ответа, — мы здесь не для этого.

Слуге Создателя пришлось покориться, он произнёс с нескрываемым сарказмом:

— Хорошо, я буду впредь паинькой.

Спустя пару минут к путникам вернулся Рестарг, он повёл их к односельчанам, собираясь их устроить на ночлег. В итоге всех мужчин разместили у пожилой пары в просторном доме, выделив им большую комнату в распоряжение. В ней как раз лежали три широких тюфяка. Хозяева сказали, что раньше здесь жили их сыновья, но последние пару лет они находились в Рубине, работая в шахте. Кьезу же подселили к женщине средних лет, весёлая толстуха готова была согласиться и на всех четверых, лишь бы Рестарг подольше с ней поговорил.

Сняв массивные доспехи, Кьеза осталась в дорожном костюме, накинула на плечи меховой плащ и направилась к остальным, собираясь обсудить планы на сегодняшний вечер и завтрашнее утро.

— Ночуете вы здесь, но всё равно я жду к своему столу, — настаивал Рестарг, давая командору вместо одеял тёплые шкуры, — уже договорился с соседями, они вчера толстого кабанчика зарезали. Нажарим на всех вас, Санги уже костёр в два метра распалил, он вообще в этом деле мастер, такое вкусное мясо готовит — пальчики оближешь!

— У меня складывается впечатление, что я приезжаю на следующий день, как появляется мясо, — громко засмеялся Тархон Дайсон. — Как будто в мою честь приносят жертву.

Рестарг засмеялся в ответ, вспомнив, что в прошлый приезд командора было точно также, Арден ухмыльнулся, а набожный Фалко воспринял шутку как оскорбление богов, но промолчал, заметив, как предупреждающе взглянула на него исподлобья строгая Кьеза.

— У вас около часа, отдыхайте, а я пока буду помогать с готовкой, — предупредил староста, указав на песочные часы в доме односельчан.

— Мы непременно будем, — пообещал командор. Когда староста вышел из комнаты он обратился к остальным, — я к роднику, захотелось водички испить. Вкус у неё не как у обычной, а намного приятней.

— Ты же не маг, зачем же идёшь? — удивился решения солдата Фалко.

— Сказал же, водички испить, — повторил командор.

— Я пойду с тобой, — вызвалась Кьеза, — уже лет пять не была у этих родников.

— Арден, а ты? — спросил Тархон колдуна.

— Идите, я догоню вас, — ответил маг, отвлекаясь от раздумий. — Лишь три минуты пообщаюсь с достопочтенным Альмиром. Хочу узнать, как обстоят дела в Алмазе. Может, что-то интересное расскажет.

Командор посмотрел на Фалко.

— Нет, мне не надо, мой магический запас полон, — развалившись на мягком тюфяке, решительно сказал здоровяк, — лучше поваляюсь, а то я сильно устал с дороги.

Взяв с собой по железной кружке у хозяев, Тархон и Кьеза направились к одному из двух родников. Они спешили, поскольку солнце уже садилось за горизонт, а блуждать в незнакомом месте в темноте перспектива не самая привлекательная. Им пришлось спускаться с небольшого холма, на котором раскинулись Роднички. Кьеза начала расспрашивать Тархона о его знакомстве с Арденом, командор, хоть и нехотя, но всё же отвечал на вопросы девушки.

— Мой старый наставник и хороший друг Альмир утверждает, что людям нужно давать второй шанс, а Арден желал уничтожить гильдию магов не меньше других. Он доказал всем, что достоин доверия. Его даже пытались убить в Алмазе бывшие соратники, тяжело ранив подлым ударом в бок, но, хвала Создателю, он выжил.

— Я знаю лишь, что он вне закона на Острове, — произнесла Кьеза, — этот маг обвиняется в совершении убийства члена королевской семьи. Его жертвой оказался старый лорд Эдгар, приходившийся дядей королю Фагору.

Командор хотел ответить, но в этот момент её сапог коснулся подмерзшего снега, под которым лежал тонкий лёд, нога скользнула вперёд, а девушка, вскинув руки, пыталась изо всех сил удержать равновесие. Тархон машинально подхватил её, и Кьеза оказалась в его крепких объятиях. В какой-то момент их взгляды встретились, он замер, рассматривая блестевшие на последних лучах солнца желто-зелёные глаза Кьезы, а она, держась за его шею обеими руками, смотрела на благородные черты Тархона Дайсона.

— Спасибо, а теперь можешь поставить меня на землю, — попросила она, пряча глаза.

— Да, конечно, — засмотревшийся командор вышел из оцепенения, покрываясь багровой краской.

— Благодарю за спасение, — улыбнулась девушка, — думаю, на таком крутом спуске нам лучше держаться за руки.

Кьеза подала Тархону руку, командор осторожно сжал её ладонь, и они продолжили путь к роднику. Доблестный воин почему-то чувствовал себя не в своей тарелке, когда смотрел на девушку. Он испытывал к ней трепет, которого не замечал за собой ранее. Тархон даже поймал себя на мысли, что за несколько дней пути с Кьезой он искал общения лишь с ней, хотя рядом находился проверенный товарищ.

Оказавшись у родника, он налил себе и Кьезе воды по края. Пили медленно, уж слишком ледяной она была. Заметив, как татуировки на голове девушки заиграли жёлтым, Тархон удивился завораживающему зрелищу.

— Твоё тело почувствовало прилив энергии в этот момент?

— По татуировкам понял?

— Раньше я ничего подобного не видел. Они словно зажглись на мгновения, я даже испугался малость, — объяснил Тархон. После короткой заминки он продолжил, — насколько я понял, твой напарник Фалко тоже маг?

— Да, — подтвердила Кьеза, — я не сомневалась, что ты поймёшь это из его ответа. Ты сильно отличаешься от большинства мужчин, с которыми мне приходится общаться на протяжении жизни.

— Чем же? — поинтересовался командор, не понимая, как ему лучше воспринять эти слова.

— Ты умеешь мыслить, а многие лишь болтают, не замечая ничего вокруг себя. Это я о таких, как Фалко. Они остаются грубой силой, но сами ничего из себя не представляют, слепые игрушки в чьих-то могущественных руках. Или возьмём фанатиков веры, считают всегда, что правы лишь они, упрямые и твердолобые люди, прикрывающие грубое невежество маской Создателя.

Они разговаривали на эту и другие темы уже более двадцати минут, когда Тархон решился узнать:

— А брат Урдин к кому относится по твоему мнению?

— Безусловно, к мыслящим. Он старается для всей Равнины, но этого не видит простой люд. Ведь он не жаждет внимания к себе, как другие настоятели из королевства Пяти Камней. Взять хотя бы брата Крайтона, он ведь поглощен не проблемами людей, а властью и величием. Но для храма и собратьев он готов пойти на любые жертвы, его я считаю ярым фанатиком, правда, не обделённым умом.

— Ты всегда такая прямолинейная с людьми?

— Нет, — отрицательно покачала головой Кьеза, — лишь, когда собеседник достойный. Не думай, что я с каждым откровенничаю, как с тобой. Настоятели рассказали мне о конечной цели нашего похода. Скажи честно, зачем тебе понадобился ифритовый камень? Ты пообещал его магам гильдии за сестру и племянников или это они тебя попросили принести древний артефакт?

— Монахи подсказали с вопросами?

— Сама догадалась.

— Тогда мой ответ: они, — признался Тархон, — но я не собираюсь отдавать артефакт врагам. Я бы отправился сразу к ним, но без него даже не знаю куда ехать. Но это пока, надеюсь, у нас в ближайшем будущем появится достойный проводник.

— Хочешь рискнуть победить Кровавого Альдора малыми силами?

— Да, причем рисковать нужно будет вдвойне.

— Что ты имеешь в виду?

— Скоро ты всё поймёшь, — услышав приближающиеся шаги со стороны деревни, сказал Тархон и начал вглядываться в темноту.

Через минуту они увидели силуэт Ардена. Молодой человек аккуратно спускался, стараясь не ступить на скользкий лёд, но как это обычно бывает в сумерках, прогадал. Арден около двадцати метров летел кубарем, прежде чем остановиться неподалёку от родника.

— Тенебрис меня забери! — тихо выругался он, пытаясь подняться. — И зачем я только полез, мог же завтра утром прийти и пополнить запас.

— Хватит бурчать, — сказал командор, борясь со смехом, — водички лучше попей. Я тебе уже набрал полную кружку.

Арден сотворил небольшую огненную сферу и, удерживая её в руке, подошёл к Кьезе с Тархоном. Сделав несколько глотков, он взглянул на горку, с которой скатился.

— Ты, главное, сферу на себя не урони, когда второй раз поскользнёшься, — решил подколоть солдат мага, продолжая смеяться вместе с Кьезой.

— Жаль, что среди нас нет Малитила, он бы вмиг убрал мои ушибы, — потирал ноющий бок проскулил Арден.

— Вернёмся в дом, я тобой займусь, — пообещала Кьеза, набирая себе ещё воды.

— Договорились, — быстро согласился маг, желая проверить на что способна девушка.

Дальше Тархон Дайсон удивлялся тому, сколько же эти двое могли в себя влить воды. Они выпили, по меньшей мере, по восемь или девять кружек, объясняя это тем, что вода практически сразу рассасывается в организме мага, распределяя энергию по всему телу. Командор после третьей кружки понял, что с его телом всё обстоит по-другому и отбросил эту нелепую, по его мнению, затею. Осторожно поднимаясь наверх, они направились обратно в деревню.

Кьеза, как и утверждала, заживила полученные Арденом ушибы. Фалко, наблюдавший вначале за этой картиной, недовольно фыркнул и отвернулся от них лицом к стене, чтобы не видеть очередного позора слуги Создателя. На этом Фалко не остановился, когда они пришли к Рестаргу, он увидел за столом молодую семью и, гневно сказав, что поужинает у себя в комнате в одиночестве, демонстративно прихватил несколько кусков мяса и графин вина с собой.

— Всё равно, никто не сможет нам испортить сегодняшний вечер, — пообещал остальным староста, когда здоровяк громко хлопнул дверью.

Собравшиеся ели и пили, общаясь между собой. Рестарг умел развеселить людей, он рассказывал много смешных историй из жизни, изображая их в ролях. Родись он не в деревне, а в столице или большом городе, то в театре на него был бы аншлаг. Расположившаяся рядом с Тархоном Кьеза один раз так засмеялась после очередной шутки старосты, что ударила командора рукой по ноге, промазав по своей в состоянии лёгкого опьянения. Извиняясь, она прижалась к его плечу, солдат размяк изнутри, хотя виду старался не подавать. Арден, скромно сидевший в конце стола, увидел это и сразу же взял себе на заметку. Чародей, являясь человеком подозрительным и осторожным, не доверял слугам Создателя и не хотел, чтобы Тархона заманили в ловушку.

В этот вечер Кьеза впервые заговорила с представителем племён Песков, она немного узнала о жизни в пустыне и вражде дикарей с ненавистными ифритами. В конце ужина, молодая мать даже дала ей подержать на руках ребёнка. Маленькая девочка обняла крохотной ладошкой пальцы Кьезы, словно пыталась укрыть себя ими.

— Она очаровательна, — засмотревшись на дитя, произнесла Кьеза. В данную секунду она казалась женщиной, мечтавшей завести семью, а не грозной воительницей, служащей во благо Создателя.

— У такой красавицы как ты должно быть тоже есть дети? — спросила молодая девушка, смотря на собеседницу.

— Что ты, нет. У меня и мужа то нет, — с печальной улыбкой на устах, ответила Кьеза.

— Твой бог не позволяет заводить своим слугам семьи?

— Создатель разрешает, но я пока не... — задумавшись, она не закончила.

— Я обидела тебя своими глупыми вопросами? Если да, то извини меня, пожалуйста.

— Нет, всё нормально, не переживай.

— Так что ты хотела сказать по поводу семьи? — поинтересовалась дикарка.

— Не знаю, может когда-нибудь, — успокаивая больше саму себя, чем отвечая на вопрос, сказала Кьеза.

Когда посиделки у старосты подошли к концу, то трое путников попрощались с Рестаргом и гостившей у него супружеской парой и отправились готовиться ко сну перед завтрашней дорогой.

— До утра! — попрощалась Кьеза.

— До завтра! — помахал ей Тархон. Он посмотрел вслед уходящей девушке и прошептал, — сладких тебе снов.


***


Солнце уже стояло в зените и било через открытое окно своими лучами по рыжей голове, когда третий сын правителя Севера устало приоткрыл глаза. Опухший Арбон боролся с жуткой головной болью, пытаясь встать с кровати. Вчерашний вечер он надолго запомнит, точнее его плачевные последствия, поскольку вторая половина дворцового застолья затерялась в памяти подгулявшего принца. Найдя рядом с кроватью полный графин с водой, он залпом опустошил его до дна, прорычал что-то невнятное и встал с постели. Через мгновение Арбон понял, что немного поторопился и сел — вчерашняя еда и вино стояли в горле, но одно лишнее движение и они могли полезть наружу. Давно он себя так плохо не чувствовал.

— Тенебрис меня разорви! Как же я отвратительно себя чувствую! — простонал он, стараясь бороться с сильным головокружением.

Полусогнувшись, Арбон трясущимися руками обнял подушку и сидел так до того момента, пока в дверь не постучались. Хоть посетитель делал это негромко, но для головы принца любой шорох был настоящим испытанием. Арбон накрыл голову подушкой и прижал её как можно сильнее к уху.

— Можно войти? — это оказался Рифез, не дожидаясь ответа от младшего брата, он открыл дверь в комнату. Увидев Арбона, наследник престола рассмеялся и резким движением рванул на себя подушку.

— Я смотрю, ты как-то полегче меня переносишь посиделки в кругу друзей, — понимая, что от разговора не уйти, печальным тоном вымолвил Арбон.

— Потому что пью в десять раз меньше тебя! На вот, глотни! Может, полегчает, — подавая бокал с сидром, не переставал смеяться Рифез.

С бокалом произошло то же самое что и с кувшином воды. Стеклянный взгляд Арбона после 'лекарства' начал обретать осознанность, ему стало немного легче.

— Спасибо, братец! Слушай, а чем вчера всё закончилось? Я довольно смутно помню происходящее после четвёртого часа застолья.

— Ты бросился в пляс с малюткой Вилоной, она пыталась тебя удержать, но ты был настолько пьян, что, даже бухнувшись три раза об пол и шатаясь из одной стороны в другую, всё равно продолжал танцевать, корча страшные мины. Девушка с тобой намучалась, стараясь усадить, а ты всё в пляс, размахивая руками.

— Стыд-то какой! Отец, наверное, пребывает в ярости?

— Может и был бы, но ты, видимо, в него пошёл. Сомневаюсь, что король вспомнит о тебе, будет дрыхнуть весь день, мучаясь не меньше твоего. Я распорядился, когда со слугами тащил отца, чтобы его не беспокоили. Жаль, что ты не помнишь, как Вилоне вчера предложение руки и сердца делал, доказывал её пьяному папаше, как сильно ты его дочь любишь, в губы с ним лобзались.

— А она ответила что-нибудь? — с интересом спросил Арбон, с отвращением представляя братание с отцом симпатичной северянки.

— А что она тебе должна была ответить? — удивился вопросу старший брат. — Девушке двадцать зим, смотрит перепуганными глазами, как её штурмует обезумевший принц, да ещё лыка при этом не вяжет. Ладно, сильно не переживай, большая часть собравшихся за столом пребывала в точно таком же состоянии как ты. Помнишь, что Кумара обозвал трусом под самый конец пиршества?

— Нет, такого тоже не припомню, — признался напившийся северянин.

— Он обиделся и покинул зал. Главное, что ты это сделал, когда он отказался с тобой выпить за братскую любовь, но прозвучало это как обвинение, словно Кумар испугался воевать с врагом, как мы с тобой.

— Сгорю со стыда сегодня, хоть на люди не показывайся, — тяжело вздохнув, вымолвил Арбон, — нужно будет обязательно перед ним извиниться.

— Не уверен, что тебе в голову пришла удачная мысль.

— Всё-таки он тоже член нашей семьи, как я и ты. Хочу попробовать наладить с ним отношения. Сходишь со мной к нему сейчас, братец?

— Раз просишь, то пойдём, — улыбнулся Рифез, желавший увидеть окончание конфликта.

— Только я ещё сидра такой же бокальчик выпью, а то мысли связывать совсем не получается.

Им пришлось спуститься на первый этаж со второго, где кроме Арбона жил Рифез, десяток слуг в общей комнате и располагалась библиотека короля, хотя назвать это маленькое помещение три на четыре метра библиотекой язык не поворачивался, настолько бедно она выглядела по сравнению с библиотеками других правителей Равнины.

Выпив вместо одного три бокала и утолив мучавшую его жажду, Арбон приготовился к подъёму на четвёртый этаж. В замке были пятиметровые потолки, соответственно и лестницы имели большое количество ступеней, которые с каждым шагом проклинал вспотевший от мучительного подъёма принц.

— Ничего, в следующий раз будешь следить за собой, — видя мучения брата, произнёс Рифез.

Оказавшись у нужной двери, братья постучались, но ответа не последовало.

— Кумар, открывай! Это я, Арбон! Я с миром к тебе пришёл, давай без обид!

Припав ухом к двери, он начал слушать.

— Тишина? — с интересом спросил Рифез.

— Угу! Даже храпа не слышно, а после распития вина он у всех мужчин из нашего рода. Может, непутёвый ушел куда-то с утра пораньше, — предположил Арбон, после того как понял, что шутка о храпе не удалась.

— Разве что очень рано или пока я был у тебя в покоях. Других вариантов быть не может, ведь я на ногах с восхода солнца. А давай в комнате спрячемся до его прихода? Напугаем Кумара, помнишь, как раньше делали?

— Как-то по-ребячески звучит, но можно, — подумав, согласился Арбон.

Рифез толкнул плечом дверь, после третьей попытки она отворилась.

— Такое ощущение, что он и не спал здесь, — увидев застланную кровать, высказал своё мнение Рифез.

В подсвечнике, находившемся на столе возле окна, догорал кусочек некогда большой свечи. Заметив это, Рифез быстрым шагом направился к камину, угли были холодными, ночью его не отапливали.

— Кумар не ночевал в своей комнате, но хотел, чтобы остальные так думали, — решил наследник Севера, шаря рукой в пепле, — но зачем?

— Ты лучше скажи, зачем ты роешься в камине? — ища в голове объяснение действий брата, поинтересовался Арбон.

— Вот зачем! — Рифез нашёл несколько маленьких клочков бумаги. — Отец говорил, что к брату несколько раз приезжал гонец с посланиями. Он отшучивался, что у него наклёвывается интрижка с одной девушкой из знатного рода, но даже из какого королевства не отвечал. А если откровенно, то я тебе уже рассказывал — хоть он и брат, но доверия у меня к нему пропало после возвращения.

Аккуратно развернув на столе остатки обгоревших писем, Рифез с Арбоном пытались прочитать обрывки предложений.

— '... обоих, тогда ты займё...', — пробубнил себе под нос Рифез, — '... оль должен будет умереть...', '... дор и гильдия магов тебя не забудут!'. Проклятый Кумар!

Кулак вспыльчивого Рифеза опустился на стол со страшной силой, расколов его на две неравные части. Услышав текст писем, Арбон вмиг протрезвел. Принц быстро смекнул, о чём говорилось в письме, но он не мог поверить, что родной брат мечтал об их смерти и собирался убить собственного отца ради власти на Севере.

— Голову ему снесу с плеч! — коротко бросил Арбон. Через секунду он добавил, — ифритовый камень! Где корона?

Братья рванули к королю, спящему на этаж ниже. У дверей караулил старый, но крепкий слуга. По его изрезанным шрамами рукам и лицу было видно, что он принял участие далеко ни в одном сражении.

— Блен, он не выходил ещё? — спросил Рифез у старика, врезавшись в него.

— Прррр... Потише, а то отца разбудите, — улыбаясь, произнёс старик. Блен мог позволить себе разговаривать с принцами в таком шутливом тоне, поскольку знал обоих с самого рождения.

— Ты нам ответь, друг мой, — серьёзным тоном попросил Арбон.

— Нет, я заходил пару раз — заглядывал, — сказал слуга, пожимая плечами. — Спит как младенец. Будить я его не стал, вы ведь не хуже меня знаете, наш король не любит этого.

— А мы рискнём! — отодвигая слугу в сторону, вымолвил Арбон. — Блен, никого не впускай к нам!

— Слушаюсь!

Правителя Севера отличала простота и любовь к народу, он никогда не старался нажить богатств и не собирал дань с подданных, так что его опочивальня, как собственно и все помещения замка, выглядела скромной по королевским меркам: потёртые ковры лежали вперемешку со шкурами на полу, два трухлявых табурета возле стола, вместительный сундук, постель, тумба с обвисшей набок дверцей и дубовый шкаф, доставшиеся в наследство от первых обитателей замка — предков короля.

Оказавшись внутри покоев Кроу, братья направились к постели короля, намереваясь поскорее разбудить родителя.

— Измена! Отец, просыпайся же! Нас предали! — выкрикнул Рифез.

— Это сделал Кумар, он в сговоре с гильдией!

Отдёрнув шторы у кровати, Арбон уставился на Кроу, его ладонь опустилась на нос, прикрыв полуоткрытый рот. Он затрясся от злости — Кроу был бледен.

— Что делать, отец? — в этот момент и Рифез увидел страшную картину. Он попытался взять себя в руки и, обняв брата за плечи, продолжил, — ищи корону, а я посмотрю, что с ним.

Арбон кивнул, но не сдвинулся с места, Рифезу пришлось толкнуть его в грудь, возвращая к реальности. Лица братьев были одновременно искажены непониманием, злобой и отчаянием.

— Найди корону, — во второй раз попросил Рифез.

Откинув толстое одеяло, старший из северян увидел сложенную на груди записку и рукоять кинжала, торчавшую в боку короля. Постель была пропитана кровью старика. Рифез вытащил кинжал с длинным узким лезвием и, стараясь сохранить самообладание, начал раскрывать бумагу.

— Что там у тебя? — шарясь в сундуке короля, спросил Арбон.

— Записка от убийцы, слушай внимательно, эта тварь пишет: 'Я хочу поблагодарить своего младшего брата Арбона за предоставление интереснейшей информации, теперь мне есть с чем ехать к повелителю Альдору'.

Дочитав, Рифез направился к выходу из комнаты, Арбон попытался преградить ему путь, выставив вперёд руки.

— Как ты мог рассказать ему? — бросил брату Рифез, ударив кулаком в живот. — Говорил же, что он с ума сошел в ненависти к нам.

— Я клянусь тебе, что ничего не рассказывал ему, — хрипя, ответил Арбон.

Последовал ещё один удар, но уже намного сильнее предыдущего. В этот раз третий сын Кроу упал на колени, после чего лёгкий тычок получил ногой в грудь. Арбон сплёвывал кровь, заполнившую вмиг рот, Рифез медленно приближался к нему.

— Посуди сам, ты же был вчера со мной на пиру и всё помнишь, я же не общался с Кумаром. Всё время, начиная с приезда в Титолий, я пребывал лишь с тобой. Вспоминай!

— Тогда откуда он узнал о короне? — гневно спросил Рифез.

— Не знаю, брат, но обещаю тебе, что я догоню его. Буду скакать днём и ночью, но разыщу подонка. Никто меня не остановит.

Рифез немного остыл, он подошёл к Арбону и подал ему руку, помогая встать на ноги. Они крепко обнялись. По щекам обоих северян текли мужские скупые слёзы, они уже отошли от первого шока. Теперь их переполняли чувство скорби и огромной утраты.

— Извини меня, Арбон. Я верю тебе, — шепча, сказал новый король Севера. — Прошу, отомсти за нашего отца!


***


Ларс Гиббз проснулся от возмущенных криков в соседней комнате. Последнее, что он помнил, была довольная усмешка вожака пиратов и наставленные на него арбалеты. Чародей сомневался, что принцу Эгилю с капитаном Франком удалось выстоять в битве с огромным количеством противников, но сейчас стоило разобраться, где он сам очутился, а уж потом решать, как поступать и куда двигаться дальше. Осмотревшись по сторонам, колдун увидел, что находится в малюсенькой комнатушке с каменными стенами. Он лежал нагой под тёплыми звериными шкурами на сене, застеленном старым пыльным покрывалом. Каждое движение приносило Ларсу адскую боль в области груди и ноге. Ощупывая эти места, он обнаружил свежие повязки. Стараясь не шуметь, чтобы не привлечь к себе внимания, несостоявшийся утопленник встал на ноги. Ему хотелось закричать от боли, но он сдержался. Скрипя зубами, Ларс аккуратно размотал ткань на левом бедре. Хоть рана ещё не до конца затянулась, но всё равно казалась небольшой и без воспаления, словно её обработал умелый колдун.

— Нужно было заниматься медициной, а не ментальной магией, — прошептал он, понимая, что помочь себе не сможет. — Хорошо ещё, что не закован в цепи. Значит, я хотя бы не пленник у пиратов в берлоге.

Напрягая слух, Ларс старался понять, о чем говорят хозяева этой лачуги.

— Этот утопающий у меня каждый серебряник отработает, — деловито заявлял кто-то в соседней комнате. — Зачем вы наняли мага для его спасения? Да к тому же настолько дорогущего! А, сорванцы? Денег-то теперь лишь на старую сеть и хватит. Прощай тёплое молочко и наша мечта купить лодку, будем до конца дней своих на дырявой шлюпке плавать.

— Мы человеку жизнь спасли, это главное! — говорили два голоса в ответ. — На корову и лодку ещё успеем заработать.

— Да что ты к ним пристал, юродивый!? — вмешалась командным тоном женщина. — Не трогай детей, пока я с тобой разбираться не стала.

Ларс хотел развернуться, чтобы обратно лечь, но резкая боль в бедре заставила его вскрикнуть. Разговоры по соседству сразу же утихли.

— Выходи! — властно потребовал тот, что спорил с остальными. — Давай, мы знаем, что ты уже проснулся.

— Одежду принесите, тогда и поговорим, — грозно рявкнул Ларс, поняв, что придётся действовать с позиции силы.

Послушались перешептывания нескольких людей.

— Осторожнее с ним нужно! Опасный он! Может действительно пират!?

— Я же говорил! Грубый какой, а вы за него горой стояли.

Спустя две минуты в комнату к Ларсу зашли двое худых юношей, оказавшихся близнецами. Один держал короткие мечи чародея, выставив их перед собой, второй принёс его одежду.

— Смотри не поранься, этот меч очень острый! — усмехнулся неблагодарный гость, натягивая на себя продырявленные арбалетными болтами рубаху и штаны.

— Ещё чего! — возмутился мальчишка, стараясь придать себе грозный вид.

— А обувь с поясом где? Забыл?

— Потом получишь, — пообещал тот, что принёс одежду. — Пока и этого достаточно.

Близнецы вывели Ларса к остальным, теперь чародей мог рассмотреть и их родителей. То же самое делали и рыбак с ехидным лицом в старом тряпье, годившимся лишь на подстилки, и толстуха с перепуганными зелёными глазами в грубом платье, сшитом из овечьих шкур.

— Рыбаки значит? — делая глубокий вдох, определил Ларс по пропитавшему комнату запаху. — Ну и как кого из вас величать?

Казалось, что не они спасли ему жизнь, а он им, настолько по-хозяйски чародей вёл себя в их доме.

— Моё имя Едлаг, — представился мужчина, с немалыми усилиями поднимая третий меч Ларса, самый тяжелый и длинный из всех, — сыновья Валмид и Хапор, а это моя прелестная жена Лидиция. А ты откуда взялся на наши головы, пират?

Женщина попыталась зачем-то поклониться, когда муж представлял её, но вышло это настолько неуклюже, что она чуть не завалилась набок. Сыновья продолжали стоять в напряжении, держа наготове мечи.

— Кто-кто, но я не пират. Зовите меня Ларс Гиббз. Можете опустить клинки, я не причиню вам зла. Где мы сейчас находимся?

— В Рыбачьем, — ответил Хапор, но оружие так и не опустил.

— А поподробнее можно?

— Точно пират, явно не наш! — воскликнул Едлаг, делая шаг вперёд.

— Я и не говорил, что островитянин, — парировал Ларс. — Так, где же мы?

— На юге Острова, но кто ты, тебе придётся рассказывать у местного воеводы. А я за тебя немалую награду получу!

— Да что ты, — засмеялся чародей, широко улыбаясь.

Опытный воин быстро оказался рядом с рыбаком и ловким движением взялся за рукоять меча, обхватив ладонь Едлага своей. Он перешагнул ногой и, сделав оборот, ударил локтём свободной руки в нос рыбаку. Через мгновение ослабевший Едлаг разжал пальцы, уступая Ларсу меч. Это всё длилось мгновение, сыновья кинулись родителю на помощь, но Ларс уже сделал клинком несколько демонстративных взмахов перед собой, заставляя близнецов отступить назад.

— Эх, мальчишки! Рано вам со мной тягаться, — прижав детей рыбака к стене, усмехнулся Ларс.

Он вонзил клинок в пол, который даже доски не покрывали, под ногами была сырая земля. Глаза чародея сверкнули, в руке заиграла серебряная молния, перекатываясь с одного пальца на другой.

— Колдун! Он нас всех поубивает! — перетрусила Лидиция, хватаясь за голову.

— Успокойтесь! — закричал Ларс. — Мечи сложите, и сядьте на скамью, поговорим. А ты, — обратился он к перепуганной женщине, — принеси чего-то поесть. Сыра с хлебом давай, можешь ещё стакан вина впридачу взять с собой.

— Сыра нет, есть рыба жареная на костре да позавчерашнего хлеба кусок, а вино у нас только по праздникам водится и то не всегда.

— Бедновато живёте! — заметил чародей. — Ладно, неси, что есть, а то я сейчас подохну с голодухи.

Халмид помог отцу подняться и сесть на скамью.

— Говорил же я, что... — проворчал Едлаг еле слышно, зажимая разбитый нос.

Сыновья сидели с опущенными головами. Ларс ходил взад-вперёд с довольным видом. Когда хозяйка принесла еду, то он сразу же схватил кусок пережаренной рыбы и запихнул себе в рот.

— Ну, если честно, то ты сам виноват, — вымолвил чародей, чавкая, — даже не разобрался, а уже угрожать стал. Вы меня из реки достали, — утверждающе продолжил он, — а кроме меня кто-нибудь ещё спасся?

— Нет, там трупов мало было, — убивая надежду мага получить хоть какие-то сведения о сразившем его противнике, ответил Валмид, — вот следов от горящих кораблей достаточно, а трупов нет.

— Пожгли, значит, а там они на дно пошли, — задумчиво вымолвил Ларс. — В Дориндол хоть сообщили, что видели на реке?

— Не успели ещё, — соврал Едлаг, мечтавший сбыть в городе добро, не треплясь о его происхождении.

— Не переживайте, я вас не трону. Завтра же отправлюсь в Дориндол, конь у вас есть?

— Да какой там конь, у нас в хозяйстве даже ни одной коровы нет, — возмущенно залепетала женщина, позабыв о страхе.

Ломавший комедию Ларс на самом деле чувствовал себя отвратительно, на подобие молнии он потратил остатки магической силы, а раны после его недолгих разборок с рыбаком болели так, что он был близок к потере сознания. Ларс прекрасно понимал, что пешком не дойдёт и решил предложить следующее:

— Насколько я понял, вы на меня потратились изрядно?

— Всё что было, господин, — честно признался Хапор, опустив глаза.

— Не переживайте, я сполна отплачу за спасение своей жизни. Завтра поплывём на вашей лодке в направлении королевства Пяти Камней, а там я уверен, что мы встретим плывущий в Тааффеит корабль. Маршруты знаете?

— Знаем, — подтвердили все три рыбака, как по команде.

— Вот и славно. Договорюсь с купцами, чтобы дали мне денег в долг под расписку и останусь с ними. Сможете купить и новую лодку и корову, — смутно припоминая недавний разговор близнецов с отцом, пообещал Ларс. — А пока я хочу ещё немного отдохнуть.

Оказавшись в комнатушке, он задёрнул вход в неё рваной тряпкой, лёг на шкуры и моментально отключился.


***


Колдун Альмир вместе с Фитом Хоггартом и Кирианом Аддерли сидели в просторном помещении с зашторенными окнами за столиком на мягких диванах. Перед ними стояли кружки с горячим чаем и пиала с золотистым мёдом. Чародей проведывал арестованных лордов в одном из принадлежавших убитому наместнику Тирону домов. Это место служило своего рода штабом, если нельзя было по каким-то причинам обсуждать дела во дворце или приезжал тайный посетитель, желавший оставить свой визит инкогнито.

— Ваши дети уже закатили мне далеко не одну истерику, — улыбаясь, сказал Альмир Фиту и Кириану. — Мне доложили, что Дейл Аддерли собирает армию, состоящую из опытных наёмников и добровольцев.

— А как ты хотел!? Всё-таки лорды самых могущественных домов Алмаза под арестом, — засмеялся лорд Кириан, — переживать об этом сильно не стоит, мы быстро всё уладим, а наша армия пополнит ряды войска королевства Пяти Камней в предстоящих битвах с врагом.

— Может, стоило их предупредить о нашей договорённости? — осторожно спросил у собеседников толстый Фит, после чего сделал несколько глотков чая, ожидая ответа.

— Ни в коем случае, пускай все думают, что вы подозреваетесь в измене королю Сигурду Эллингтону, уши есть везде, — замахал руками чародей. — Я благодарен вам обоим, что помогли разоблачить предателя, и пошли мне навстречу.

— Он имеет отношение и к убийству леди Моники Невилл?

— Пока ещё не знаю, но быстрее всего он каким-то образом докладывал о перемещениях некроманта Арголаса гильдии магов в последнее время. По моему скромному мнению, он единственный кто мог это сделать.

— Командор Тархон Дайсон не знал о нашем сговоре? — почесывая большим, средним и указательным пальцами козлиную бородку, поинтересовался Кириан Аддерли.

— Мы же находились всё утро вместе до прихода Силиана, когда бы он узнал? Получилось даже лучше, чем мы предполагали. Правда, Тархон считает, что предатель не смог бы организовать убийство леди Моники в одиночку и подозревает кого-то из вас, но сейчас командор отправился на задание и по приезду я ему объясню, что он немного заблуждался. Поверьте мне, этого будет вполне достаточно, ведь у нас с ним дружественные отношения.

— Альмир, мы же дали тебе возможность узнать все наши секреты! Это сделал кто-то другой, чтобы там не говорил ваш командор или Эндрю Невилл. Его мать леди Моника пыталась много лет завладеть нашими землями, но мы всегда ей отказывали. Даже угрожала мне и моим родным. Лишь, когда она превратилась в старуху, её хватка ослабла, но не так уж и сильно.

— Вот как! — искренне удивился Альмир. — Лорд Эндрю говорил мне совершенно обратное.

— Этот идиот? Да он правую ладонь от левой не в состоянии отличить! — возмутился Фит Хоггарт. — Я всё время считал, что она причастна даже к убийству собственного мужа.

— Давай закроем эту тему, не хотелось бы говорить о покойниках плохо, — попросил Альмир, не желая обсуждать смерть Двая. — А когда прибудут ваши свидетели, чтобы мы могли устроить полноценный допрос лорду Силиану? Уверен, этот трус сдаст назад и пойдёт с нами на сотрудничество, лишь бы остаться в живых.

— Сегодня вечером, но мне кажется, что достаточно и тех писем, которые мы уже раздобыли.

— Силиан надеялся убить наместника Тирона и быстренько занять трон Алмаза, он пребывал в то время в фаворе, — вспоминая прошлое, высказал своё мнение Кириан.

— Да, Тирон спасся благодаря своему телохранителю, ох, и храбрый же оказался парень. Если вспоминать вкратце, то он принёс себя в жертву ради наместника. Я уже подзабыл как звали того смелого воина, не напомните?

— Кадор, — сказал чародей, — он был мужем сестры Тархона Дайсона. Смотрите не поднимайте с ним этой темы, а то не спасёт ни положение, ни многочисленная охрана. Командор стал крайне вспыльчив в связи с несчастьями, обрушившимися на его семью одно за другим.

— Выходит, Силиан нажил себе заклятого врага и старался вести себя с ним словно закадычный друг?

— Думаю, Тархону пока не стоит знать, что лорд Силиан руководил заговором. Нужно вначале получить от шпиона информацию, а то долго не проживёт.

— Ну а после? — спросил Фит.

— Пустим в расход! — ответил честно Альмир. Слова прозвучали таким спокойным тоном, как будто он говорил не об убийстве, а о пирожках с вишней и яблоками. — Главное, узнать побольше о гильдии, — маг посмотрел на песочные часы и увидел на делении отметку: без четверти два. — Мне уже пора отправляться допрашивать нашего лорда. Обещаю, держать вас в курсе событий, как и договаривались.

Попрощавшись с Кирианом и Фитом, чародей направился к тюремным камерам, где держали предателя. Он хотел покопаться в голове у Силиана как можно скорее. Лорд, не считая потерявшего мать Эндрю, оставался последним из непроверенных, кто знал о перевозке некроманта леди Моникой. С остальными колдун уже встречался и беседовал. Роясь в мыслях друзей Тархона, чародей не обнаружил ничего, что связывало бы их с гильдией магов или их повелителем Кровавым Альдором на данный момент. Братья Лэрды попросили поработать с ними как можно тщательнее, уговорив чародея в будущем отстоять их невиновность в убийстве королевской особы Островного государства.

Оказавшись в мрачном коридоре с серыми стенами и слабым освещением, чародей направился в комнату для дежуривших солдат.

— Проведи меня в камеру к лорду Силиану Бигги, — попросил Альмир стража, сидевшего со скучающим видом за столом, — хочу допросить его.

— А зачем же помощника своего прислал? — удивился солдат, вытянувшись в полный рост при виде мага.

— Какого ещё помощника? — теперь пришла очередь колдуна удивляться.

— Ну как же? Обычный мужичек, ну, может лет пятидесяти, щуплый такой, усы у него пышные и бакенбарды, в мантии как у всех магов, но только зелёной, — почесывая макушку, ответил страж. — Такой мне кажется и муху обидеть не сможет, боясь, что она даст сдачи. Он, к тому же, сказал, чтобы его не сопровождали, ссылаясь на старое знакомство с заключенным лордом.

Страж порылся в записках, разбросанных по всему столу, и подал чародею бумагу, написанную почерком Альмира, с его же печатью и подписью. Колдун провёл несколько раз рукой и содержимое бумаги начало меняться на глазах, пока не исчезло полностью.

— Тебя провели, мой друг. Где сейчас этот псевдопомощник?

— Он сейчас с лордом Силианом разговаривает. Мне поднять тревогу? — тупо уставившись на пустой лист бумаги, спросил обманутый страж.

— Лучше возьми ещё парочку надёжных бойцов, безобидные на вид люди обычно являются самыми опасными, — серьёзным тоном приказал Альмир, — прихватите щиты из адаманта. Тут же есть они?

— Да, нам выдавали их на всякий случай в позапрошлом месяце.

— Возможно, этот случай как раз и настал. Только тихо, не хочу, чтобы мы вспугнули самозванца.

— Слушаюсь!

Через две минуты три воина с оружием наперевес и готовый к бою Альмир стояли у входа в камеру лорда Силиана. Чародей держал в руках посох, служивший ему в повседневной жизни опорой, а в бою грозным оружием, помогавшим метко швырять молнии и сферы. Маг пропускал через ладони энергию и концентрировал её на концовке своего грозного оружия. В былые времена многие колдуны пользовались подобными посохами, но с развитием магии, они отошли на второй план из-за огромных габаритов и нежелания большинства магов напрягать мускулы.

— Они разговаривают, но о чём непонятно, — припав ухом к двери камеры, прошептал один из стражей.

Солдаты взглянули на чародея, тот кивнул, давая команду войти. Поскольку запереться изнутри нельзя было, то ключ от камеры Силиана находился у проводившего шпиона стража. Он быстро провернул его разок в замке и толкнул дверь плечом.

— Именем короля Сигурда Эллингтона! Ты аресто... — солдат не успел договорить, маг гильдии, ударил его клинком в шею.

Противник словно почувствовал надвигающуюся опасность и, услышав еле уловимый поворот ключа, рванул к двери с мечом в руках, как оказалось не зря.

Перепуганный появлением солдат лорд забился в угол, прячась за адептом культа Месяца. Альмир швырнул огненную сферу, но шустрый колдун успел выставить защиту свободной рукой. Два стража начали упорно теснить противника в узком проходе, но хилый с виду маг гильдии оказался намного проворнее их. Успевая реагировать на оба клинка, он имел немалый перевес над солдатами.

— Покончим с ними! — крикнул Силиан и схватил с пола меч убитого стража.

Лорд хотел было помочь своему товарищу, и стал рядом с ним, но неожиданно получил страшный удар в бок мечом от мага гильдии. Следующим движением убийца пихнул жертву вперёд, используя Силиана как живой щит. У мага было несколько секунд, пока стражи не оттолкнут тело захлёбывающегося кровью лорда, и он ими воспользовался, начав превращение.

— Бегите оттуда скорее! — приказал солдатам Альмир, но уже было поздно, огромный бурый медведь успел раскидать их в стороны, не задев при этом губительных для себя адамантовых щитов.

Альмир швырнул молнию, но лишь слегка задел лютого зверя в плечо. Мгновение спустя, старику пришлось прыгать вправо — медведь ударил мощной лапой, проломив стену за спиной чародея. Следующая атака анимага должна была бы стать последней для противника, но Альмир, вложив всю магическую энергию в посох, направил ледяную стрелу. Старику повезло, что она угодила в грудь животного, опрокинув его на спину. Не теряя времени, чародей выхватил из рук полуживого стражника меч и несколько раз ударил им зверя в сердце, затем в голову, стараясь убить его пока тот не очухался. Побежденный анимаг начал обратное превращение, через пару секунд у ног старика лежал мертвец. Изнеможденный Альмир подошёл к Силиану — истёкший кровью лорд уже не дышал, полученная рана оказалась смертельной. Цепочка, ведущая из Алмаза к Кровавому Альдору оборвалась вместе с жизнью Силиана Бигги.

— Ты предал, — закрывая глаза лорду Силиану, произнёс поучительным тоном чародей, — а теперь и тебя предали. Нужно выбирать более тщательно союзников, ведь ничего не бывает без последствий.



Глава 7 | Ифритовый камень | Глава 9