home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



64. «Велосипед» Эдгара Аллана По

Нет таких слов, чтобы описать выражение лица бандита, когда сержант вытащил его из морозильника. Сначала Каток приоткрыл дверцу чуть-чуть. В щелочку видны были только глаза этого парня. Похоже было, что Эдгар Аллан По устроил каждому глазу по «велосипеду».[17] Бандит орал, пока лоток медленно вытягивался.

— АААААААААААААЫЫЫЫ! АА-АААААААААААААААААЫЫ! АААА-АААААААААААЫЫЫ! ААААААААА-ААААЫЫЫ!

…а глаза дико глядели на нас.

— Заткнись, — сказал сержант Каток.

— ААЫ… — Бандит заткнулся так основательно, словно ему на рот уронили невидимую гору Эверест.

Выражение его глаз перешло от Эдгар-Аллан-По-этического ужаса в невероятное измерение немой мольбы. Выглядел он так, словно просил Папу Римского о чуде.

— Не хотел бы ты еще немножко выйти в мир живых? — спросил Каток.

Бандит кивнул, из глаз его покатились слезы.

Сержант вытянул лоток, пока снаружи не оказалось все лицо. Вытягивал он это лицо очень медленно. Потом остановился и стал просто разглядывать сокрушенного бандита. В черты Катка вкралась благожелательная улыбка. Он нежно потрепал обледеневшего от ужаса громилу по щеке.

Мама Каток.

— Петь готов? Бандит закивал.

— Я хочу услышать все с самого начала, или ты отправишься обратно, и в следующий раз я могу тебя оттуда не вытащить. Кроме того, я не побрезгую такую дешевую крысу, как ты, забальзамировать живьем. Картина ясна?

Мама Каток. Бандит опять кивнул.

— Ладно, теперь выкладывай.

— Я не знаю, куда она девала пиво, — истерично заболботал бандит. — Выпила десять стаканов, а в туалет не сходила ни разу. Просто пила пиво и не ходила в туалет. Кожа да кости. Пиву у нее внутри просто некуда деваться, а она заливала и заливала. Десять стаканов как минимум. Там просто не было места для пива! — завопил он. — Места не было!

— Кто — она? — спросил сержант.

— Женщина, которая наняла нас украсть тело. Пиво пила. Господи, я никогда такого не видел. Пиво исчезало в ней, и все.

— Кто она была? — спросил Каток.

— Она не сказала. Ей нужно было только тело. Без вопросов. Хорошие деньги. Мы не знали, что так все выйдет. Богатая дамочка. Папа мне говорил никогда не связываться с богатыми дамочками. Посмотрите на меня. Я в холодной, набитой мертвяками. Я их по запаху чую. Они мертвые. Почему же, к чертовой матери, я его не послушался?

— Надо было слушаться папу, — сказал Каток.

И тут бандит, лежавший в углу, начал приходить в себя. Сержант посмотрел на статую бандита, сидевшую на стуле над живым бандитом.

— Твой друг приходит в себя, — сказал он бандиту. — Пни его за меня в голову. Ему нужно отдохнуть подольше.

Бандит на стуле, не вставая, поскольку вставать ему не велели, пнул второго бандита в голову. Тот опять впал в спячку.

— Спасибо, — сказал Каток и продолжал поджаривать бандита, прикованного наручниками к лотку. — У тебя есть идея, зачем ей понадобилось тело?

— Нет, она только все время пила пиво. Деньги хорошие. Я не знал, что все так выйдет. Мы же просто собирались тело украсть.

— Она была одна? — спросил Каток.

— Нет, с телохранителем, типа шофера ее, у него здоровенная шея, как пожарный гидрант. Мы пришли сюда и взяли тело, но не то, поэтому мы вернулись за правильным, а его тут не было. Мы правда не хотели делать больно вашему одноногому приятелю. Только припугнуть чутка, чтобы взять правильное тело.

— На какое тело вы метили? — спросил Каток.

— Шлюхи, которую сегодня завалили.

— Это вы ее убили?

— Нет! Нет, о господи, нет! — сказал бандит. Вопрос ему совсем не понравился.

— Не поминай тут имя Господа, припиздень, а то я опять тебя в холодильник засуну.

Сержант был ирландским католиком и каждое воскресенье ходил к мессе.

— Простите! Простите, — сказал бандит. — Не засовывайте меня туда.

— Так-то лучше, — сказал Каток. — Сколько тел, парни, вы отсюда забрали?

— Только одно. Не то. Какой-то дамы. Мы взяли ее, а не шлюху, поэтому вернулись за правильным, но оно пропало. Мы не хотели делать больно вашему другу. Вот все, что я знаю. Честное слово.

— Ты уверен, что ничего от меня не скрываешь? — спросил Каток.

— Да, честное слово. Ни за что не вру, — ответил бандит.

— Значит, парни, вы взяли только одно тело, да?

— Да, какой-то мертвой дамы. Не то.

— А пропало два, — сказал сержант. — Кто взял тело мертвой шлюхи?

— Если нам заплатили за тело шлюхи и мы бы ее отсюда вытащили, вы что думаете — мы такие дураки, чтобы возвращаться за ней, если у нас уже есть ее тело? — сказал бандит и тем самым сделал ошибку.

Катку его манера не понравилась. Он задвинул громилу в морозилку примерно на шесть дюймов.

Это вызвало предсказуемую реакцию.

— ААААААААААААААААЫЫЫЫЫ! НЕТ! НЕТ! НЕТ! — принялся вопить дешевый жулик. — Я говорю правду! Мы взяли только одно тело! Можете забрать его обратно!

— Это интересно, — сказал сержант. — Похоже, в Сан-Франциско эпидемия трупокрадства.

— А ты уверен, что этот парень правду говорит и не крали они два тела? — вставил свои два цента Колченог. — Потому что кто еще мог прийти сюда в ту же ночь и украсть тело? Я работаю здесь с 1925 года, и это первый раз, когда кто-нибудь вообще забирает тело, а на то, что разные люди сопрут два тела в одну ночь, шансы — миллион к одному. Сунь этого сукина сына обратно и вытряси из него правду.

— ААААААААААААААААЫЫЫЫЫЫ! — ответил бандит на это замечание.

— Нет, он говорит правду, — сказал Каток. — Я узнаю правду, когда ее слышу, и этот мерзавец не врет. Посмотри на него. Ты думаешь, осталась хоть капля лжи в этой дрожащей массе херни? Нет, я заставил его сказать правду впервые в его жизни.

— Тогда я вообще не знаю, что, к чертовой матери, происходит, — сказал Колченог, делая вид, что рассердился. — Может, в Сан-Франциско по улицам бегает еще один псих. Я знаю одно: мне не хватает двух тел, и я хочу, чтобы в своем рапорте ты записал, что я хочу получить их обратно.

— Ладно, Колченог, — сказал Каток. — Успокойся. У этих парней тело разведенки, поэтому одно я тебе уже вернул.

— Ты прав, — ответил Колченог. — Получить одно обратно — лучше, чем когда в бегах оба. Мне нужны мертвые тела, чтоб я мог зарабатывать себе на хлеб.

— Я знаю, знаю, — сказал сержант, подходя к столу и наливая себе кофе.

Бандита он просто оставил лежать на лотке с половиной лица на свету. Бандит ни словом не обмолвился о своем положении. Ему не хотелось портить счастье и снова оказаться в полном одиночестве, в темноте, с компанией мертвецов. От добра добра не ищут.

Сержант Каток отхлебнул кофе.

— Никому ни за чем не нужно было лишать тебя двух тел, правда? — спросил он у Колченога. — Ты ничего подозрительного тут не заметил, не так ли?

— Блядь, да нет же, — ответил Колченог. — Тут полно трупов, и я хочу эту мертвую шлюху обратно.

— Ладно, ладно, — сказал сержант Каток. — Посмотрим, что я смогу сделать.

И он спокойно повернулся ко мне.

— Ты об этом что-нибудь знаешь? — спросил он.

— Откуда, к черту, я могу об этом что-нибудь знать? Я только вошел поздороваться и выпить чашку кофе со своим старым другом Колченогом, — сказал я.

Бандит в углу снова начал приходить в себя. Затрепетал, будто пьяная бабочка.

— Ты его недостаточно сильно пнул, — сказал Каток статуе бандита, сидевшей там же.

Статуя послушно пнула лежащего в голову очень сильно. Бандит-бабочка снова остался без сознания.

— Спасибо, — сказал сержант Каток.


63.  Пустыня Сахара | Грезы о Вавилоне. Частно–сыскной роман 1942 года | 65.  Лабрадор — ищейка мертвых