home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава VII,

в которой главный герой собирается на выставку


Пробуждение было аномально гнетущим, как после трудной многодневной попойки, осложненной разными нехорошими излишествами. Вчерашние события выглядели не то дурным сном, не то тяжелой галлюцинацией.

Помню чернокожую девушку — вроде бы мою нанимательницу. Отлично помню, как мы сидели в баре и долго трепались о сложностях бытия. Похоже, я там все-таки каким-то непонятным образом наклюкался, ведь все, что потом вспоминалось, выглядело дурным сном. Как нечто нереальное и безумное. Вроде бы.

Смутно припоминаю, как мы ушли из бара, как долго куда-то ехали, как поднялись на лифте на самый верх некоего новомодного жилого многоквартирника, как вошли в какое-то просторное, будто мини-стадион, помещение, обставленное с безобразной пышностью. Запомнились обширные окна во всю стену, затейливый паркетный пол и хаотично разбросанные всюду огромные меховые подушки и диваны. На выгнутом куполом потолке были укреплены здоровенные видеопанели, звуковые колонки и еще какая-то аппаратура. Под аппаратурой, прямо с потолка свисали мечи, сабли и разное другое коллекционное холодное оружие вперемешку со стальными цепями, ремнями и прочими СМ-девайсами. Такому многообразию позавидовал бы любивший оттенки серого извращенец-миллиардер Кристиан Грей. Помню, как девушка в прямом смысле сорвала свою одежду, включила какой-то дикий ритм, затем с остервенением раздела меня и бросила на диван. Дальше у нас был умопомрачительный секс, только вот мне внезапно померещилось, что у моей непостижимой любовницы откуда-то оказалась вторая пара рук и огромный бриллиант вместо третьего глаза…

А дальше вспоминалось уже нечто жуткое.

Когда мы закончили, она вдруг вскочила и пустилась в танец под всю ту же сумасшедшую музыку, что не умолкала ни на секунду. Она хватала своими четырьмя руками свисающие с потолка сабли и, продолжая безумную пляску, крушила окружающую роскошную обстановку. Ее движения становились все более порывистыми, обнаженная черная фигура перемещалась так стремительно и двигалась столь грациозно, что у меня закружилась голова. Девушка явно не могла остановиться, разрушая все, что встречала на своем пути.

Потом ничего уже не помню. Провал памяти.

В сознание пришел только у себя дома, в третьем часу дня. Что это было? Как сюда добрался? Но самое главное, я теперь точно знал — не выполнить заказ нельзя. Просто физически невозможно. Кое-как удалось дожить до вечера, и завалился спать в смутной надежде, что завтра все будет намного лучше и придет в норму. Все — завтра.



* * *

Назавтра действительно стало получше, и почувствовал я себя вполне прилично. О той безумной ночи старался не думать и даже не вспоминать, сохранилось лишь ощущение ответственности и чувство долга. И четкое знание — заказ должен быть выполнен.

Привел себя в порядок, позавтракал. Сел к компьютеру проверить почту за последнюю пару дней. Кроме всего прочего пришли такие сообщения: «Немедленно приступай к работе. Начни с музея». Именно так, без подписи, но как-то сразу было очевидно, что это мой наниматель, вернее сказать, нанимательница. Второе сообщение прислал робот-напоминальщик из соцсети: «Мария Петроградская сегодня отмечает день своего рождения».

Вот это последнее очень даже кстати: я и забыл совсем, кто профессионально поможет с информацией о Музее Богов. Когда я чего-то не помню или вообще не знаю (а знаю я крайне недостаточно, тут и стыдиться нечего, всего в этом мире знать нельзя), то обращаюсь к соответствующему специалисту. К эксперту. Причем неважно, к какому именно: к электронному или живому, человекообразному. Бывают, правда, и другие варианты, но об этом как-нибудь в следующий раз. Из живых музейщиков и галеристов сейчас никого не было на горизонте, зато имелся человек, что таковых знать мог. Был даже обязан в силу рода деятельности. А тут еще и день рождения этого человека очень удачно подоспел. Есть у меня привычка, которую уже не изжить: чаще всего стараюсь помнить о чужих датах. В частности — о днях рождений людей, что-то для меня значащих. В последнее время не забывать стало просто, благодаря социальным сетям, всяким программам-напоминалкам и склонности моих знакомых заявлять о себе правдивую информацию в этих самых сетях. Сам-то я ничего достоверного туда не пишу: больно надо сообщать личные сведения неизвестно кому и одновременно всем желающим. Что бы там не говорили о «конфиденциальности» личных данных при создании аккаунта, уж я-то понимаю, какая это чушь, — сам не раз такие вещи взламывал и чужие сведения воровал.

Вопреки сложившемуся мнению, довольно-таки сложно найти сведения о том, что мало кому известно. Даже несмотря на вседоступность интернета и обилие всевозможной информации там. Эту очевидную истину как-то раз установила для себя другая моя приятельница — частная сыщица, и я вполне разделял ее утверждения. Для эффективной помощи нужны профессионалы. Причем не просто специалисты, а хорошие эксперты с нестандартным взглядом на мир, с незамутненным восприятием действительности. Желательно молодые и подвижные. И, конечно же, они должны постоянно работать по своей специальности. Только непрерывная практика делает обычного работника профессионалом. Довольно часто именно такие люди мне надобились, но сейчас стало трудно найти молодого крепкого специалиста. Их почти нет, а те, что есть, давно уже заняты, и им некогда меня консультировать. Ведь герои нашего времени — это вовсе не бунтари-одиночки, не либеральные оппозиционеры прозападных взглядов. Это безработные тридцатилетние бездельники, причем каждый с хорошим высшим и приличным английским. Они валяются на диванах и скачивают порнографию из интернета. В оригинальной озвучке, естественно. У каждого диплом гуманитарного вуза и амбиции молодого Говарда Хьюза, при полном отсутствии активов и талантов последнего. Герой нашего времени — это бывший менеджер, сокращенный за ненадобностью, изредка и вяло проглядывающий предложения на сайтах типа job точка ru и закрывающий те из них, что видятся ему непрестижными. Он ждет чуда. Откровения. Ведь он, как когда-то его родители, не хочет признать, что его время так и не наступило… или уже закончилось — это уже смотря по вариантам. Он больше никому не нужен. Зато везде требуются строители, электрики, водители грузовиков. Специалисты в области технологической инженерии. А он — не нужен. «Теперь стараются устроить только своих, — кисло говорит он по любому поводу. — У тех, кто нахапал денег в девяностые, уже выросли собственные дети». Но нет, дорогой ты наш, дети хоть и выросли, но они здесь абсолютно ни при чем. Просто те, кто заработал в девяностые, в две тысячи десятых, научились, наконец, считать денежки. Они, те, кто заработал в девяностые, не хотят или не могут кормить армию дармоедов, которых спокойно заменяют мощные компьютеры с одним-единственным профессиональным сотрудником. А офисный планктон, да, обречен. Он тихо угасает, вымирает как класс в ожидании чуда — хорошей зарплаты на работе, где можно не работать. «Идти в электрики? В строители? Переучиваться? Ну, уж нет! Мне, выпускнику с красным дипломом? Да никогда!» Лучше тихо загнивать на диване, чем тянуть провода. Да и не способен он работать руками. Не обучали, не научился, не посчитал для себя нужным. А с его умениями никто его никуда не возьмет. Похожее время было, когда ушло на пенсию старое поколение. Поколение, что умело хорошо работать. Тогда рушились плотины, падали самолеты, взрывались ракеты и терялись спутники, а исчезновения «менеджеров», «криейтеров» и «арткритиков» никто, кроме них самих, даже и не заметит. Никому нет дела до героев нашего времени — тех, кто не вписался в современное общество.

В тот раз, после моего поздравления, пришел неожиданно быстрый ответ:


Спасибо! Так приятно заглянуть в забытый аккаунт и внезапно найти там цветы. У меня как раз выставка в Москве. Приходи, только не на уикенд, там обязательно толкотня страшная, а в будни, когда поспокойнее. Приглашаю тебя. Выставка с 24 июля по 14 августа, все это время буду в Москве.


Цветы нарисовал кто-то и когда-то, а я лишь поместил эту картинку в нужное место, снабдив поздравительной подписью.

Писала моя старинная знакомая художница, с которой не виделись уже года полтора или два. Уж она-то точно разбирается в музеях и выставках. Ее-то я и намеревался в очередной раз привлечь в качестве эксперта. Что-то подсказывало: не откажет. Ее персональные выставки неизменно притягивали внимание, но последнее время интерес к ее работам начал утихать, и причины такого угасания лежали на поверхности. Во-первых, многочисленные подражатели, что за последние годы размножились неимоверно. А во-вторых, общее падение интереса к теме. Слишком уж часты стали в нашем мире места, где апокалипсис сегодня уже свершился, пусть и не в глобальном масштабе. А Маша будто бы ничего не замечала и продолжала эксплуатировать свою излюбленную тему. Ее творчество очень напоминало американский научно-популярный сериал «Жизнь после людей». Как писал один известный художественный журнал: «На картинах Марии Петроградской вы не найдете даже намека на то, что за катастрофа смогла погубить человечество. Мария заинтересована в другом: ей любопытно изобразить реальность, в которой человеческое население Земли сделалось равным нулю. Посетитель выставки может окунуться в существующий по новым законам живой мир, посредством созерцания этих захватывающих полотен, основанных на результатах не только фантазий, но и многочисленных наблюдений и исследований. Над старыми руинами витают воспоминания о былых временах, подобно бестелесным духам и забытым снам. По развалинам, заросшим буйной и яркой растительностью, ползают невиданной красоты членистоногие: насекомые, пауки, многоножки… Фантастические картины околдовывают зрителя. Но каждый невольно задает себе вопросы: что случилось? Почему теперь так?»

С прежних времен до сих пор у меня дома висели пять ее картин. В те далекие светлые дни она была рада радешенька, что кто-то купил ее полотна за вполне приличную, по тем временам, сумму. С тех пор она не стала работать лучше, да и техника ее живописи не претерпела сколько-нибудь значительных изменений. Зато выросли цены на ее работы, и в настоящее время, чтобы купить те самые пять картин, потребовались бы ой какие денежки. Причем изменения статуса произошли как-то быстро и незаметно для меня, без излишнего ажиотажа, шумихи и пропаганды.

Итак — вот оно, место выставки. Большое современное здание из стекла и бетона. Раньше тут располагался ресторан, а потом открыли выставочный центр. Странно, обычно бывает наоборот. Экспозиция оказалась сдвоенной и называлась незатейливо: «Два женских взгляда». Кроме Марии Петроградской там присутствовала некая молодая сибирская художница — Ирина Витимская. Не имею представления, какими именно соображениями руководствовались организаторы, поместив их под одной крышей, но факт имел место. Возможно, именно «географические фамилии» авторов позволили устроителям объединить их в общих стенах. Знаю только, что «Мария Петроградская» — псевдоним Марии Пашковой, моей старинной приятельницы, живущей сейчас в Германии. Кто такая Ирина Витимская, вообще понятия не имел. Причем именно про эту неизвестную ранее художницу много где шумели последнее время. Ее раскрутили. Мощный пиар как в электронных СМИ, так и в бумажной прессе. Реклама в интернете. Плакаты в городе. Наклейки в метро. Даже по радио на «Эхо Москвы».

Выставка, куда я попал, исключением не являлась. «Дайте мне средства массовой информации, и я из любого народа сделаю стадо свиней», — так по слухам заявил Йозеф Геббельс. «Мы добиваемся не правды, а эффекта», — вроде бы тоже его слова. У меня сейчас нет возможности проверить точность и достоверность цитат. В свое время, когда книга министра гитлеровской пропаганды свободно продавалась в постперестроичных книжных магазинах Москвы, я побрезговал и пожалел денег. А зря: теперь-то она изъята из большинства библиотек. Но, как бы там ни было, этот нацист вполне преуспел в своем обещании. Более того, его опыт и методы сейчас активно используются на самых разных уровнях по всему миру, а уж упомянутые тезисы возобладали давно и повсеместно.

Я все-таки доехал. Минуя ужасы московской подземки и перманентный капитальный ремонт станций-переходов-дорог-тротуаров. На первом этаже, сразу при входе с улицы, попал в зал художницы Ирины Витимской. При входе, на здоровенном стенде, кроме цветного фотопортрета ее самой на фоне какой-то унылой картины, устроители расположили блок текста:


Галерея «ЦвайХаус». Выставка-продажа картин современных художников. Картина наших экспозиций — прекрасный подарок любому радостному событию. Покупая картину, Вы получаете редкую возможность напрямую пообщаться с художником у нас в галерее! Приходите, мы Вас ждем!

С 24 июля в выставочном комплексе «ЦвайХаус» открылась экспозиция Ирины Витимской «Сибириада». Здесь разместились экспрессивные живописные работы молодой художницы из Братска. Образные и многожанровые, совершенные в своих ассоциациях, отображающие оригинальность форм и глубокую философию авторской мысли, картины никого не оставят равнодушным. Это первая выставка Ирины Витимской в Москве, и, по мнению директора комплекса, Полины Терентьевой, весьма существенно, что в столице устраиваются подобные мероприятия. Единственная в своем роде экспозиция о природе, разуме и душе, что продолжится до 14 августа. Входные билеты продаются свободно!


«Интересно, — думал я, — что такое “глубокая философия авторской мысли”? Кто бы объяснил, а то вот не понимаю». С фотографии смотрела совсем еще молодая глазастенькая и губастенькая девушка с длинной шеей и русыми волосами до плеч. Красивая. Широко распахнутые карие глаза глядели без каких-либо видимых эмоций; строгая, стильная, но не очень скромная одежда; внешность современной фотомодели. Ничто не выдавало в ней принадлежности к мастерам изобразительного цеха.

Чуть в стороне продавалась рекламная продукция. Майки с физиономией Ирины Витимской и с логотипом галереи. Значки, кружки, блокноты, кепки. Фотоальбомы с репродукциями. Постеры. Все с Ириной Витимской. Даже авторучки с тем же изображением и логотипом. Проще говоря, — брендинг. Кроме билета никакого иного барахла покупать не стал, просто вошел.

Со стен и специальных перегородок смотрели пейзажи, видимо, Сибири. «Сибириада» как-никак. Выполнено, на мой непрофессиональный взгляд, вполне хорошо, только вот банально и как-то скучно. Однообразно и неинтересно. Ну, река. Ну, тайга. Ну, горы. Ну, небо. Все какое-то пресное и неяркое. Если сфотографировать — то же самое получится, только лучше. Картины не возбуждали в душе ничего — ни мыслей, ни эмоций. «Образные и многожанровые» говорите? Зато в дальнем углу зала шевелилась небольшая толпа, где сияли мощные источники света на штативах, слышались отдельные невнятные возгласы, и сверкали вспышки фотокамер. За толпой, на каком-то возвышении, в ярких лучах осветительных приборов маячила та самая девушка с фотопортрета. Время от времени она поправляла рукой непослушную прядь волос. Что-то кому-то объясняла и отвечала на какие-то вопросы. Видимо, там-то желающие и получали «редкую возможность напрямую пообщаться с художником».

Минуточку, а вторая выставка тут где? Мария Петроградская-то куда подевалась? Может, кто-то где-то ошибся, и я не туда попал? Да нет, все правильно. Но почему?.. И лишь в глубине зала, у лестницы, завиднелся соответствующий указатель. Малозаметный лист бумаги формата А4 с невзрачной стрелочкой и припиской: «НА ВЫСТАВКУ М. ПЕТРОГРАДСКОЙ». И это все, ну и слава богам.


Глава VI, в которой добавляются недостающие штрихи к портрету главного героя | Музей богов | Глава VIII. «Апокалипсис за дверью»