home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА ШЕСТАЯ

По малому кругу. Неожиданное нападение. В легких. Двигатель легких. Снова в сердце.

Переведя дух и оглянувшись, Надя увидела массу красных телец, бешено мчавшихся мимо нее, и поняла, что и она сама мчится достаточно скоро. Впрочем, словоохотливый лейкоцит не оставил ее своими пояснениями.

— Из правого желудочка, — сказал он, — как ты знаешь, берет начало легочная артерия; отделяется она от него трехстворчатым клапаном; каждая створка имеет форму лунного серпа или полулуния.

Иногда при суставном ревматизме у людей поражаются эти клапаны; они сморщиваются, края их покрываются узелками, и отверстие закрывается неплотно; получается неизлечимая болезнь — порок сердца.

— А как уберечься от ревматизма?

— Надо беречься простуды; не выходить после горячего чая, не остыв, на холодный ветер, не лежать на сырой земле, не промачивать ног. А еще лучше закаливаться при помощи физкультуры и не бояться никаких простуд.

Легочная артерия, — продолжал лейкоцит, — идет в легкие. Ты видишь, все красные кровяные тельца нагружены углекислотой. Люди называют кровь, богатую кислородом, артериальной, а кровь, содержащую много углекислоты, венозной. Здесь же отношения иные; мы в артерии, — в ней кровь венозная: это оттого, что мы находимся в так называемом малом кругу кровообращения. Путь от правого желудочка через легкие до левого предсердия называется малым кругом. Путь от левого желудочка до правого предсердия — большим кругом, хотя, в сущности говоря, никаких кругов здесь нет, это люди дали такое название, чтобы легче было изучить, как идет кровообращение в теле. Артерию от вены легко отличить по стенкам, в ней сильный мышечный слой; затем, в таких артериях, как легочная артерия, которые выходят непосредственно из сердца, много эластических волокон, благодаря чему артерия самостоятельно сокращается, прогоняет кровь дальше и облегчает работу сердца. Это очень важно; плохо, если артерия потеряет свою упругость: тогда сердцу приходится трудно: оно устает и может остановиться. Важно то, что в большом кругу кровь, богатая кислородом, в артериях, а в малом кругу мы это увидим в венах. Кстати, мы подходим к разветвлению легочной артерии; свернем влево.

Они попали в более мелкую артерию; здесь давление сразу уменьшилось, стало свободней, и кровь потекла медленнее. Лейкоцит дал объяснение:

— Просвет артерии сузился, но легочная артерия распалась на несколько второстепенных сосудов. Если сложить просветы второстепенных сосудов, то получится не уменьшение, а увеличение. Тебе понятно?

— Представляю: ну, если в легочной артерии был просвет равен 100 процентам, то в ее ветвях может быть, к примеру, 45 %, 65 % и 40 %, тогда в сумме будет 150 %, то есть больше в полтора раза.

— А раз общий просвет трех второстепенных артерий больше одной основной, то быстрота течения крови замедляется. Ты заметила, что по реке, где берега близки, течение быстрей, а где река расширяется, течение замедляется?

— Заметила.

— И тут в организме то же: все подчиняется законам природы.

Дальше наша артерия будет ветвиться и ветвиться. Просвет каждой из них будет уменьшаться, но общая сумма просветов будет расти. Течение крови будет все замедляться. Одновременно с этим будут утончаться и стенки артерий; исчезнут эластические волокна: станет тоньше мышечный слой. И наконец, мы доберемся до мелких волосных сосудов, окружающих легочные пузырьки.

Все это, как предсказывал лейкоцит, сбылось в точности. Из артерии в артерию они попадали все в более мелкие и, наконец, Надя увидела себя в волосном сосудике. Здесь все было спокойно и мирно. Ничто не напоминало той сутолоки, которая была в правом желудочке и в легочной артерии. Можно было перевести дух.

Но тут, откуда ни возьмись, на Надю обрушился другой лейкоцит, несколько меньших размеров, чем ее приятель. Без лишних разговоров он начал окружать ее своими ложноножками с явными намерением втянуть ее в себя.

Надя испугалась и завопила изо всех сил:

— Спасите! выручайте!

Но ее приятель уже начал отдергивать ложноножки незнакомца; последний, очевидно, признав в Надином приятеле своего, словно нехотя, отстал от Нади, и она успокоилась. Зато не мог успокоиться ее руководитель.

— Знаешь, ты лучше смотри в оба, и вообще от меня не отходи ни на шаг. Это не шутки; под моей защитой ты в полной безопасности; но без меня на тебя каждую минуту нападут несколько лейкоцитов, худо тебе будет.

Надя встревожилась.

— Я от тебя не отстану.

— Ну, смотри.

Однако, давай ознакомимся с легкими. (См. рис. № 9).

Они лежат в грудной клетке; они очень сложны, состоят из массы пузырьков, весьма похожих на гроздья винограда. (Рис. 10). Нужны легкие для дыхания. (Рис. 11).

Начало дыхательного пути — нос; поэтому, помни, неправильно поступает тот, кто дышит ртом. Он вводит в легкие массу пыли, массу вредных бактерий. А если дышать носом, то в узких носовых ходах (их три пары) большая часть посторонних частиц задерживается; к тому же, проходя через узкие и длинные носовые ходы, холодный воздух прогреется, так что и для легких это полезней: меньше риска их простудить.

В носовых ходах клетки, их выстилающие, имеют на свободной поверхности массу волосков, а волоски непрерывно мерцают, движутся в одном направлении и выбрасывают все ненужные мелкие частицы.


В тайниках тела. Приключения в микромире. Том VI

В тайниках тела. Приключения в микромире. Том VI

— Тебе случалось, наверно, чихать.

— Конечно, случалось.

— Так вот, если в нос попадет что-либо раздражающее, то человек морщит лицо и в особенности нос, затем глубокий вдох и…. чихает. При этом выбрасываются брызги и масса пыли.

Из носовых ходов прогретый и очищенный воздух идет в носоглотку; здесь дыхательный путь перекрещивается с пищеварительным; тебе случалось поперхнуться куском пищи во время разговора?

— Приходилось.

— Многие любят говорить, что человек очень хорошо, на диво устроен; все на месте, никаких, мол, недостатков.

А это не так, в человеке много лишнего, ненужного и даже вредного; например, соседство пищевода и дыхательного горла определенно опасно. Дыхательное горло закрывается особым клапаном, напоминающим язык собаки. Этот клапан называется надгортанником; когда человек глотает пищу, надгортанник прижимается к дыхательному горлу и плотно его закрывает. Когда человек разговаривает, надгортанник поднимается, и вход в дыхательное горло открыт. Вот почему нельзя разговаривать во время еды. Можно задохнуться.

Дальше воздух идет в дыхательную трубу, которая называется трахеей.


В тайниках тела. Приключения в микромире. Том VI

Это длинная трубка, состоящая из ряда хрящевых колец.

Трахея позади грудины делится на два главных бронха, по числу легких; затем правый бронх делится на три второстепенных, а левый на 2 второстепенных бронха. В правом легком 3 доли, в левом — две. Левое легкое меньше правого; в нем углубление вроде ниши — для сердца (см. рис. 9).

Бронхи ветвятся и делаются все мельче и мельче и, наконец, оканчиваются в легочных пузырьках. А в пузырьках совершается обмен воздуха между человеком и окружающей средой. Кстати, мы подошли к такому пузырьку.

Давай посмотрим, как это все происходит.

Надя осмотрелась. Легочный пузырек был по ее размерам очень велик, но она сообразила, что на самом деле он не больше макового зерна. Основа пузырька состояла из массы эластических волокон. В сущности говоря, это они образовывали форму пузырька. Изнутри он был выстлан одним слоем плоских клеток; клетки эти от волосных сосудов отделялись только тоненькой оболочкой.

И вот Надя заметила, как из легочного пузырька через плоские клетки в волосной сосуд потянуло струей свежего воздуха, — это шел кислород; он вытеснял углекислоту из красных телец и, как хозяин, властно становился на ее место. Кровь в волосном сосуде немедленно из темной превратилась в алую. Все это произошло на ее глазах с чрезвычайной быстротой, прежде, нежели она успела сообразить, что здесь происходит.

Лейкоцит объяснил:

— Здесь в легких кислород имеет очень большое давление; не следует забывать, что в воздухе кислорода около 21 %, а углекислоты всего 0,03 %: то есть кислород раз в 600 сильнее давит, чем углекислота; гемоглобин же красных кровяных телец одинаково легко соединяется как с углекислотой, так и с кислородом. В легких поэтому кислород вытесняет углекислоту, соединяется с гемоглобином, а углекислота выдыхается человеком наружу. В глубине тела, куда потом прибудут красные кровяные тельца, картина будет иная; там будет много углекислоты, и ее давление будет превышать давление кислорода; там углекислота вытеснит из телец кислород и соединится с гемоглобином. А кислород, отщепившись и не имея выхода, начнет соединяться с протоплазмой клеток, окисляя тот углерод и тот водород, который в них содержится. Таким образом, получится опять-таки углекислота, которая в свою очередь вытеснит новую партию кислорода, и вода, которая попадет в лимфатическую систему. И так идет всю жизнь.

— Какая же польза от этого?

— Польза? Да ведь соединение углерода протоплазмы с кислородом есть медленное горение; от этого развивается теплота. Без определенной температуры человек жить не может. Смерть при большом повышении темпера туры, но смерть и при понижении температуры.

Отчего труп холодеет? Оттого, что перестал дышать, и углерод его тела перестал соединяться с кислородом. Затем, помимо тепла, сжигание углерода освобождает энергию, то есть способность производить работу, двигаться и т. д. Все это необходимо, без этого нет жизни.

— Ну хорошо; но я не понимаю, к чему такая сложность строения легких? Зачем такая масса легочных пузырьков; ведь их сотни миллионов, по-видимому.

— Очень просто; дышит только поверхность легочных пузырьков: представь себе комнату и предположи, что обои — это дыхательная поверхность: тебе ясно, что если эту комнату перегородить и оклеить обоями, то дыхательная поверхность увеличится; а объем комнаты не увеличится ни на йоту. Чем больше стенок, чем больше перегородок, чем меньше камеры, тем больше дыхательная поверхность.

Разве легко удовлетворить такую махину, как человек, кислородом? А легкие занимают очень скромный объем, имея громадную, в несколько сот квадратных метров, дыхательную поверхность.

— Теперь мне стало ясно, в чем тут дело. Но как же это легкие расширяются и сжимаются, а я в них не вижу мускулов? Как это происходит?

— Это потому, что легкие расширяются и сжимаются не сами по себе; под ними и под сердцем лежит большой мускул, перегораживающий поперек всю грудную клетку. Он отделяет грудную полость от брюшной, а потому называется грудобрюшной преградой или диафрагмой. Вот эта диафрагма и является главным дыхательным мускулом; она опускается вниз, и легкие механически расширяются, в них входит воздух; она подымается кверху, и из легких выжимается воздух, и они спадаются. (Рис. 12). Все это можно проверить на опыте…


В тайниках тела. Приключения в микромире. Том VI

Но Надя не дала ему договорить.

— Я знаю этот опыт и знаю, как называется прибор, наглядно показывающий работу легких. Я даже сама помогала его изготовить.

— А ну-ка, ну-ка, скажи, — затараторил лейкоцит.

— А что же? И скажу; аппарат… аппарат… Дондарева…

— И не Дондарева, не так ты говоришь, а Дондерса.

Надя смутилась.

— Ах, да; правда, Дондерса.

— А ну-ка, опиши мне его устройство.

— Это-то я помню хорошо. Мы взяли большую бутыль и срезали в ней дно, бутыль закрыли пробкой, а в пробке проделали отверстие и плотно в него вставили гусиное перо. На конец пера, торчавший в бутылке, плотно привязали кусочек пузыря. Потом вместо дна привязали резину. Налили в бутылку воды. И вот, когда потянешь резину вниз, пузырь в бутылке расширяется; а толкнешь ее кверху, пузырь сразу съеживается. (Рис. № 13).

— Верно, это очень напоминает работу диафрагмы и расширение легких и при вдохе, и при выдохе. А ты еще недовольна доктором.

— Так ведь не доктор нам это показывал, а преподаватель физики.


В тайниках тела. Приключения в микромире. Том VI

— Ну, — прервал ее лейкоцит, — вернемся к нашей беседе. Диафрагма, значит, очень важна. Если случайно прекратится ее работа, то человек погиб. Другие мускулы заменить ее не могут; они могут только немного помочь ей, если она ослабела; эти вспомогательные мускулы находятся на груди и на шее; но, повторяю, роль их не велика.

Работа же диафрагмы целиком зависит от деятельности одного участка мозга; об этом мы с тобой поговорим потом. Видишь, как в организме все связано одно с другим. Организм — это есть нечто единое, целое, и от его благополучия зависит благополучие его частей; с другой стороны, от благополучия частой зависит и благополучие всего организма.

— Посмотри, однако, — сказала Надя, — мы движемся как будто быстрей.

— Да, мы из волосного сосуда перешли в мелкую вену. Не забудь, по своему строению это вена, и она ведет к сердцу, но мы находимся в малом кругу, значит, здесь в вене кровь, богатая кислородом. Все мелкие вены из легких в конце концов соберутся в четыре крупных вены и впадут в левое предсердие. Мы к нему приближаемся. Здесь конец малому кругу.

Приближается большой круг. Держись!

И в эту секунду наши путешественники оказались в левом предсердии.


ГЛАВА ПЯТАЯ | В тайниках тела. Приключения в микромире. Том VI | ГЛАВА СЕДЬМАЯ