home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 17. Чмок

Следующим утром я проснулась поздно, почти в девять утра. Я открыла глаза и сразу же подумала об Эллиоте. Мне хотелось поскорее показать ему фотографии, поэтому я быстро встала и отправилась на кухню, даже не одевшись.

– Где Рой? – спросила я у Руби, которая мыла посуду. – Он не уехал в Хиллтоп без меня?

– Нет, он поехал в Монтичелло рано утром, – сказала она. – У него какие-то дела с секретарем округа. Ты хорошо спала?

– Как котенок, – машинально ответила я.

– Интересное выражение, – улыбнулась Руби. – Где ты его услышала?

Я пожала плечами:

– Не знаю, Берни всегда так говорит.

– Я слышала, что спят как бревно или как младенец, но чтобы как котенок…

– А Рой поедет в Хиллтоп после Монтичелло? – спросила я.

– Он обещал позвонить. Тогда мы его и спросим, – сказала она. – Хочешь оладушек? С черничным сиропом. Я его сама сварила прошлым летом.

Мне снова хотелось есть, и оладьи с черничным сиропом звучали восхитительно, но я совсем не желала отвлекаться от своих планов.

– Вы сегодня поедете в Хиллтоп на работу? Можно мне поехать с вами? Я хочу показать Эллиоту фотографии, – пояснила я. – Может, он вспомнит маму, если увидит.

– Я сегодня взяла выходной, – сообщила мне Руби. – Думала, мы проведем его вместе.

– А Эллиот не будет по вам скучать? – спросила я.

Мне нравилась Руби, но я не хотела провести весь день, сидя дома в ожидании Роя. Мне нужно было поехать в Хиллтоп. Я хотела быть там, чтобы никто не забыл спросить Трумэна Хилла, откуда Эллиот знает мамино слово.

– Я весь этот год не отпрашивалась с работы, – сказала Руби. – В Хиллтопе много других людей, которые нравятся Эллиоту. Салли, например. Она любит петь, и голос у нее намного лучше моего. И еще сегодня у него физиотерапия с Брюсом, это ему тоже нравится.

– Но я хочу показать ему фотографии, – снова сказала я.

– Покажи их лучше мне, – попросила она. – Я вчера их видела, но не все рассмотрела. Удивительно, как в Хиллтопе все изменилось. И я хочу еще раз посмотреть на твоих маму и бабушку.

– Пока неизвестно, бабушка она мне или нет, – уточнила я. – А как вы думаете, Рой может заехать за мной по пути в Хиллтоп-Хоум? Или, может быть, вы меня отвезете, хотя вам и не надо на работу?

– Хайди, к сожалению, тебе сегодня придется остаться дома со мной, как бы тебе это не нравилось. Даже если бы я хотела отвезти тебя в Хиллтоп, то не смогла бы. У нас всего одна машина, и Рой на ней уехал.

– Можно, я тогда пойду пешком?

– Слишком далеко, километров пятнадцать, – сказала Руби. – Лучше сходи за фотографиями, а я испеку тебе тарелку оладий.

Делать было нечего. Разочарованная, я отправилась назад в маленькую спальню одеваться.

Открыв чемодан, я с удивлением увидела, что он пуст. После недолгих поисков я обнаружила, что Руби достала все мои вещи, выстирала их, погладила и аккуратно сложила в верхний ящик комода рядом с дверью. Носки были скатаны в маленькие мячики, напомнившие мне броненосцев, которых мы с Берни как-то видели в библиотечной книге о животных. Футболки и белье были сложены в аккуратные стопки с ровными краями. Между стопками прятался маленький, бугристый, пахнущий специями коричневый мячик. Присмотревшись, я увидела, что это набитый сухими гвоздичными лепестками апельсин.

Банка с мармеладом и мой рюкзак стояли на полке под окном рядом с кроватью.

Я достала из рюкзака конверт с фотографиями и направилась назад на кухню, где Руби хлопотала у плиты, переворачивая оладьи.

– Спасибо, что выстирали мои вещи, – сказала я. – Вы так здорово их сложили, и пахнет от них очень вкусно.

Руби улыбнулась:

– А знаешь, кровать, на которой ты спала этой ночью, была моей, когда я была маленькой. – Она поставила тарелку на стол рядом с моим местом. – Она раньше была синей, а за нижним краем с правой стороны я приклеивала на ночь жвачку.

– И она все еще там? – спросила я, садясь за стол и вытаскивая из-под вилки сложенную треугольником салфетку.

– Если и там, то теперь она превратилась в антиквариат, – рассмеялась Руби.

На столе стояли кувшин с апельсиновым соком и маленькие стаканы с ободками, на которых были нарисованы лошадки. Руби села за стол напротив меня с чашкой кофе.

– Надеюсь, теперь ты простишь мне вчерашние магазинные пироги, – сказала она. – Сироп я сварила прошлым летом, сама собрала ягоды.

Я прижала стопку оладий ребром вилки. Черничный сироп перелился с них на тарелку и побежал к ее кромке синим ручейком. Я откусила большой кусок, закрыла глаза и застонала от удовольствия – так было вкусно.

Руби наблюдала, как я ем, а когда я почти вылизала тарелку, потянулась к желтому конверту с фотографиями и постучала по нему пальцем.

– Покажешь мне? – спросила она.

Я кивнула и вытерла рот салфеткой, а затем в тысячный раз открыла конверт и начала передавать Руби фотографии.

– Эту вы уже видели, где все сидят на крыльце под указателем, – сказала я. – А на этой мама и женщина в красном свитере, которая может быть моей бабушкой.

Руби взяла у меня фотографию.

– А это тощий Санта-Клаус… – Я внезапно осеклась.

Санта-Клаус с рукой на плече у мальчика с растрепанными волосами. Красный костюм без подкладки, мешком болтающийся на его высокой, худой фигуре, с такими короткими рукавами, что из них торчали костлявые запястья. И его часы… Часы. Неудивительно, что я видела их ночью во сне.

Теперь я знала, кем был этот Санта-Клаус.


Глава 16. Горячо | Да будет так! | Глава 18. Плохо