home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



31.

— Ну, как было загородом? — спросил Носуорт. За то время, что Этуотер отсутствовал, он, кажется, пожелтел еще больше.

— Неплохо. Погода стояла прекрасная.

— Я говорил со Спердженом о вращающемся стуле, и он сказал, что поставит этот вопрос на Правление.

— Благодарю.

— Меня благодарить не за что. Я выполняю свой долг.

— В Лондоне что-нибудь интересное происходило?

Носуорт покачал головой. На столе Этуотера лежало несколько писем. Первые три оказались счетами за книги, четвертое — письмом от Верелста, где тот писал, что едет за границу и посылает Этуотеру адрес отеля во Франции, который забыл дать в свое время. Пятое и последнее письмо было запечатано в ярко-синий конверт; адрес на конверте был написан размашистым почерком Лолы. Он открыл письмо. Носуорт сказал:

— Пока вас не было, доктор Кратч наведывался несколько раз.

Этуотер пробежал глазами письмо Лолы. Выходит, и здесь тоже конец. Что ж, жаль. Он пометил у себя в блокноте, что надо будет написать ответ, и подумал, что Лола, должно быть, писала это письмо не без удовольствия.

— И как он держался? — спросил Этуотер.

— Последний его визит ознаменовался заметной переменой к худшему.

— Вот как? — сказал Этуотер и спрятал письмо Лолы в карман.

— Досадно, что вы забыли вернуть ему его брошюру. Впрочем, я предупредил его, что вы сегодня возвращаетесь, и он сказал, что зайдет.

— Понятно.

— Да. Думаю, он появится во второй половине дня.

— Как там Миллер? Как его варикозные вены?

— Отсутствует по-прежнему. Куда-то уехал. У нас новое правило: каждый второй понедельник с экспонатов следует стирать пыль. Вы могли бы это проконтролировать?

— В том числе и с экспонатов «Марк III»?

— Да, — ответил Носуорт, — и с экспонатов «Марк III».

— А что думает об этом Сперджен?

— Разумеется, он вне себя. В этой связи он отказался читать гранки семилетнего каталога.

— Молодец!

— В конце концов, всему есть предел.

— Мы не рабы Правления, так ведь?

— Особенно когда в музее такая запарка.

— Да, решение крайне неразумное.

— А мне ведь еще переводить эти датские стихи и писать предисловие к catalogue raisonn'e собрания Палманиани[29], — сказал Носуорт.

— Когда он выходит?

— Осенью, — ответил Носуорт. — Да, кстати, вам тут звонили, и не раз. Женские голоса.

— Сколько было звонков?

— Довольно много. Но ваш адрес я им не давал.

— Они что-нибудь просили передать?

— Одна из них просила вам передать, что с вами прощается.

— Она назвалась?

— Нет. И не подумала.

— Что-нибудь еще?

— От чеха масса хлопот.

— Хлопот?

— Лишней работы, — уточнил Носуорт. — Лишней работы. — И с этими словами он удалился к себе.

В дверях вырос юнец с ушами, похожими на цветную капусту.

— К вам доктор Кратч, — доложил он и переложил то, что жевал, за другую щеку.

— Проводите его в приемную.

Беседа с доктором Кратчем заняла немало времени. Когда доктор наконец ушел, Этуотер написал письмо Лоле, в банк, а также несколько писем по вопросам этнографии, после чего позвонил Сьюзан. В трубке послышался низкий, хриплый голос старого Наннери, который сообщил, что Сьюзан в отъезде.

— Какая разница, приезжайте ко мне — навестите старика, — сказал он, и в трубке раздался надсадный кашель.

— Когда?

— Сегодня вечером. Часиков в девять-десять.

— Приеду.

— Вот и славно, — сказал старый Наннери. — Чего-нибудь выпьем.


предыдущая глава | Сумеречные люди | cледующая глава