home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



22.


Причесавшись, Этуотер лег на кровать и задумался: интересно где-то теперь Сьюзан, увидит ли он ее снова. Потом встал, еще раз причесался и спустился вниз. Все собрались в гостиной.

— Не могу понять, что с машиной, — сокрушался Прингл. — Теперь она вообще не заводится.

— Скажи нам, Реймонд, как ты собираешься развлекать сегодня вечером своих гостей? — поинтересовалась Харриет.

— Может, пойдем в местный паб? — предложил Прингл. — Называется он «Козерог». В пабе с таким названием может быть забавно, вам не кажется?

Вошла Этель и, окинув присутствующих испепеляющим взглядом, объявила, что ужин готов.

— Тарелок у нас маловато, — сказал Прингл. — Несколько разбилось вчера вечером. Ну, да ничего, справимся.

— Что это вы тут вчера учинили? Признавайтесь, — сказал Этуотер.

— Ничего особенного, — сказал Прингл. — Кое-что разбили. Уж не знаю, что думает по этому поводу Этель.

— У этой девицы, — заметила Харриет, — очень циничный взгляд.

— Современная женщина, что ж вы хотите, — отреагировал Барлоу.

— Уж это точно, — сказала Софи.

— Вы, между прочим, тоже кое-что в жизни повидали, Софи, — сказал Прингл. — И кое-чему научились.

Софи посмотрела на него с улыбкой. С широкой, застывшей улыбкой, от чего рот у нее казался больше, чем был на самом деле. Она, судя по всему, вовсе не обиделась на Прингла за то, что тот напомнил ей о времени, когда Барлоу отбил ее у секретаря пригородного гольф-клуба и «кое-чему научил».

Сели ужинать. Ужин был по-своему неплох, а бордо — вполне сносным. Харриет и Софи пили джин с имбирным пивом.

После ужина Прингл сказал:

— Можем сварить кофе в кофеварке.

— Только не это, — буркнула Харриет. — На это весь вечер уйдет. Давайте лучше пойдем в паб, а то он скоро закроется.

— Не забудьте ваше лекарство, Реймонд, — сказала Софи. Она о таких вещах помнила всегда.

— Верно, чуть не забыл, — сказал Прингл и вылил несколько капель из флакона с лекарством в чашку. — Спасибо, Софи, — сказал он.

Софи улыбнулась вновь. А Харриет сказала:

— Возьми лекарство с собой. А то мы уйдем без тебя. Выбирай: либо мы, либо лекарство.

Прингл отпил микстуру прямо из флакона.

— Я готов, — сказал он, скорчив гримасу.

Софи поднялась наверх накинуть пальто — было прохладно. Луна зашла за тучи, и стало темно. Они двинулись по улочке. До деревни, сказал Прингл, идти минут двадцать. Когда они вышли на дорогу, он взял Харриет под руку. Этуотер шел рядом с Софи, а Барлоу в своей маленькой шляпе возглавлял шествие; он шагал, чуть ссутулившись, руки в карманах.

— И чем эта деревня богата? — спросил Этуотер.

— Здесь есть церковь и два паба, — ответила Софи. — И больше ничего. В один паб мы пойти не можем: прошлым летом Андершафт, когда он здесь гостил, укусил официанта.

— Укусил?! Что-то на него непохоже.

— Спьяну, — пояснил Прингл. — Впрочем, «Козерог» гораздо лучше «Лорда Нельсона», так что это значения не имеет.

— Он здесь долго жил? — спросил Этуотер.

— Прошлым и позапрошлым летом снимал в деревне коттедж. Об этих местах я от него и узнал.

— В деревне, насколько я понимаю, в основном живет пишущая братия — журналисты и прочие писаки.

— В основном, да. Но они предпочитают «Лорда Нельсона», поэтому их все равно не видно. Впрочем, из-за этого мы в деревню и не ходим. Это ведь они разозлили Андершафта в тот злополучный вечер.

— Ваши соседи?

— Конечно.

Миновав два-три коттеджа и церковь, они подошли к «Козерогу». Паб стоял в стороне от дороги на живописной лужайке. Прингл толкнул дверь и пропустил вперед Харриет и Софи. Большая комната была набита битком. Завсегдатаи выпивали, играли в дартс и в полпенни.

— Шлюхи! — раздался чей-то голос на другом конце стойки, когда они вошли и сели.

— Мы не шлюхи, — сказала Харриет. — И никакого отношения к ним не имеем, не кричите.

Бармен, толстяк с усиками щеточкой, в кепке и подтяжках, густо покраснел; он был явно смущен. Прингл заказал выпивку и завел с барменом светский разговор:

— Лучше погоды не бывает. Урожай будет хоть куда, — сказал он.

— Что верно, то верно, — отозвался бармен.

Некоторое время они наблюдали за тем, как два парня в лиловых пиджаках и в туфлях из искусственной кожи с острыми носами играют в полпенни. Харриет вылила спиртное на доску.

— Простите, — сказала она и улыбнулась игрокам — вид у них был недовольный. Один из них извлек из кармана пестрый шелковый носовой платок, вытер доску, и игра продолжилась. Прингл облокотился на доску и спросил бармена:

— Чидл отсюда далеко, не скажете?

— Не, не скажу, — буркнул бармен. — Я не из этих мест.

Давая понять, что он здесь свой человек, Прингл, словно невзначай, обронил:

— У меня ведь тут дом по соседству.

— Ага, — откликнулся бармен; нельзя сказать, что эта новость очень его поразила. Он присвистнул и повел плечами, будто танцевал «чарльстон». Прингл по-прежнему стоял, облокотившись о стойку, и пил виски маленькими глотками. Молодые люди в лиловых пиджаках доиграли в полпенни, отошли от доски и закурили.

— Сыграем, Гектор? — предложил Прингл. — Я тебя вызываю.

Эти слова он произнес с каким-то надрывом и, поставив стакан на стойку, подошел к доске. Барлоу взял тряпку и стер написанные мелом цифры.

— Нет, — сказала Харриет, — мы с Гектором будем играть против тебя и Уильяма. А Софи будет судить.

— Я буду судить, — эхом отозвалась Софи.

Этуотер бросил монетку первым и выбил «два». Игра шла на равных. Барлоу и Прингл играли примерно одинаково. Этуотер ни разу меньше одного не выбивал. Харриет часто промахивалась, но пару раз выбила «пять». Нижние клетки заполнились быстро, однако после этого игра пошла медленнее, и «тройку» на «Анни» выбить никому не удавалось. Но вот пятый бросок, изящно пущенный Барлоу, угодил в «Лондон».

— Наконец-то, — сказал Барлоу.

— Попал, — сказал Прингл.

Барлоу нагнулся над доской и некоторое время тупо смотрел на монетку.

— Попал, да не совсем, насколько я могу разобрать, — сказал он.

Он обернулся, ища глазами Харриет, которая, в ожидании своего хода, отошла от стола и начала играть в дартс. За ней угрюмо наблюдали те самые парни, что играли до них в полпенни. Барлоу повернулся к Этуотеру.

— А ты что скажешь? — спросил он.

— По-моему, монетка не на линии. При таком свете разобрать трудно.

— А ты, Софи, что думаешь? Судья ведь у нас ты.

— Понимаешь, я не очень хорошо знаю правила, — сказала Софи.

— Дело не в правилах, а в зрении, — сказал Барлоу. — Монета на линии или нет?

— Даже не знаю, — замялась Софи.

— Недоделанная ты какая-то, — сказал Барлоу.

— Какая разница, — сказал Прингл. — По здешним правилам попадание в любом случае засчитывается.

— На этой доске медные деления поднимаются? — поинтересовался Этуотер.

Доска оказалась именно такой. Этуотер без труда отделил деления от доски. Полпенса оказались не на линии.

— Это не имеет никакого значения, — повторил Прингл. — Говорю же, в этих местах попадание засчитывается, и спорить тут не о чем.

— Зачем нужны деления, если их можно передвинуть?

— Понятия не имею.

— Хорошие правила, ничего не скажешь.

— Какие есть.

— Что ж, придется поверить тебе на слово.

— Спроси здесь любого, если мне не веришь.

— Еще чего, — сказал Барлоу. — Терпеть не могу разговаривать с незнакомыми людьми. Никогда ведь не знаешь, как они воспримут твои слова.

Тем временем к столу подошла Харриет.

— Моя очередь? — спросила она. В руке она держала дротик. — Представляете, я даже в мишень не попала. Дротик пролетел мимо и упал на пол.

Софи взяла у нее дротик.

— Ты же отломила кончик, — сказала она.

— То-то и оно, — сказала Харриет.

— Мы проиграли, Харриет, — сказал Барлоу.

— Какой же ты осел, Гектор.

— Ты считаешь, что во всем виноват я, да?

— А кто ж еще. Конечно, ты.

За другой стойкой жители деревни заунывно запели на три голоса: «Ой, проводи меня домой… как я устал… ночей не спал…»

— Еще по одной, и уходим, — сказал Барлоу.

— Внимание, леди и джентльмены, — провозгласил бармен. — Закрываемся.

Софи от последней порции виски наотрез отказалась. Остальные заказали пиво.

— Допиваем, леди и джентльмены, — объявил бармен. — Время.

— Еще есть пять минут, — сказал Прингл. — Не торопитесь.

— Нет, — возразил Этуотер. — Раз сказано, надо идти. Здесь вам не Лондон.

Бармен вышел за стойку.

— Время, прошу заканчивать, — сказал он.

— Нельзя торопить даму, которая заказала пинту пива, — сказала ему Харриет. — Это может плохо кончиться. Очень плохо.

Но бармен даже не улыбнулся и молча отобрал у нее недопитую кружку. Прингл, Барлоу и Этуотер залпом допили свое пиво.

— Так и быть, забирайте, — сказала Харриет. — Прошу об одном, послушайтесь моего совета, не допивайте то, что осталось. Я бы этими помоями даже машину мыть не стала.

— Закрываемся, — повторил бармен без тени улыбки. Он забрал стаканы, все до одного, и отнес их за стойку, после чего распахнул входную дверь.

— Спокойной ночи, — сказал Прингл.

— И вам того же, — отозвался бармен.

Они вышли из «Козерога» и остановились на залитой лунным светом лужайке. При свете луны видны были лица завсегдатаев паба; собравшись у входа небольшими группами, они говорили о том, о чем не договорили внутри, обменивались слухами и местными сплетнями. От одной из групп, той, что побольше, отделились двое, пожилая пара, мужчина и женщина. Они подошли к Принглу, и мужчина залепетал:

— Я это вот к чему, мистер Прингл, сэр. Такое больше продолжаться не может, вы уж извините, ведь наша Этель девушка приличная, а ее теперь и дома-то не бывает, до одиннадцати часов у вас, почитай, каждый день пропадает, а ведь это вам не Лондон, мистер Прингл. В такой деревеньке, как наша, чуть что сразу разговоры пойдут, один начнет — другие подхватят, а мы свою девочку в обиду не дадим…

— Кто вы такие?! — удивился Прингл. Кружку пива он был вынужден выпить в один присест и оказался совершенно не готов к столь эмоциональному излиянию чувств. Он с трудом, но сдержался, однако вскоре окончательно пришел в себя, и его лицо начало по обыкновению подергиваться.

— В прошлое воскресенье, мистер Прингл, — вступила в разговор женщина, — смотрю, невестка моя улыбается, спрашиваю: «Над кем это ты смеешься, Хейзел?» — «Так, — отвечает, — одна мысль в голову пришла…» Помолчала и говорит: «Сегодня, — говорит, — в газете прочла, что одна девушка из дому сбежала. Насмотрелась невесть чего в кино — и сбежала. Вот и Этель твоя, — говорит, — тоже в один прекрасный день из дому сбежит».

— Что все это значит? — воскликнула Харриет.

— А то это значит, — сказал Прингл, — что родители Этель считают, что ты на нее дурно влияешь. Пожалуйста, — сказал он, обращаясь к пожилой паре, — забирайте вашу дочь, если хотите.

— Что за вздор, — сказала Харриет. — Не можем же мы обходиться без служанки. Повысь ей жалованье, Реймонд.

— Прошу меня извинить, мисс, — опять заговорил мистер Чок. — Дело тут не в жалованье. Нашей Этель вы и без того хорошие деньги платите.

Харриет подошла к мистеру Чоку, взяла его под руку и сказала:

— Ну конечно, не в жалованье дело, мистер Чок. Лично я прекрасно вас понимаю, и я бы волновалась ничуть не меньше, будь Этель моей дочерью. Просто Этель трудится на совесть, вот мистер Прингл и будет платить ей на десять шиллингов в неделю больше.

— Чтобы все было по справедливости, — сказала миссис Чок.

— Посмотрим, — процедил Прингл, — не обещаю.

— Послушай, Реймонд, — сказала Харриет, — нехорошо быть таким жадным. Не забывай, мы ведь твои гости, и ты должен заботиться о нашем уюте. Лишние десять шиллингов в неделю для тебя погоды не сделают.

— Что бы все было по справедливости, — повторила мисс Чок и покосилась на Харриет, которая продолжала сжимать локоть ее законного супруга.

— Этель вполне устраивает такая работа, — сказал Прингл, — поэтому давайте договоримся: ваша дочь будет получать на пять шиллингов в неделю больше. Идет?

— Какой же ты все-таки жмот, Реймонд, — воскликнула Харриет.

— Итак, пять шиллингов прибавки вас устроят? — настаивал на своем Прингл.

— Зачем же вы с нами торгуетесь? — обиделась миссис Чок.

— Будет тебе, мать, — сказал мистер Чок.

— Да или нет? — сказал Прингл.

Луна вышла из-за тучи, и теперь Этуотер мог рассмотреть лицо мистера Чока. Это был невысокий старик со светлыми, постоянно мигающими глазами. Миссис Чок оказалась женщиной упрямой.

— Давайте, чтобы все было по справедливости, — повторила она в третий раз и красноречиво посмотрела на Харриет.

— Этель останется довольна, не сомневайтесь, — сказал Прингл.

— Вот и отлично, сэр, — рискнул согласиться с работодателем мистер Чок.

Напоследок Харриет похлопала мистера Чока по руке, и тот размяк окончательно. Когда они прощались, он стоял, склонив голову на бок.

Они отправились в обратный путь. Отойдя от паба на некоторое расстояние, Этуотер оглянулся. Миссис Чок что-то внушала своему мужу.


предыдущая глава | Сумеречные люди | cледующая глава