home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава четырнадцатая

Монархи, секреты и шпионы

Летом 1945 года Британия проводила согласованный блицкриг, чтобы уничтожить Виндзорский файл раз и навсегда. Даунинг-стрит, министерство иностранных дел и Букингемский дворец направили все силы, подняли все свои связи, чтобы стереть этот файл с лица истории. Более того, король Георг VI запустил серию секретных миссий по уничтожению дневников, документов, драгоценностей и других важных королевских артефактов в замках, дворцах и замках недавно освобожденной материковой Европы. Многие историки и эксперты считают, что эта операция была введена, чтобы посторонние глаза не увидели ни одного уличающего доказательства относительно герцога, его жены-американки и других членов королевской семьи. Короля беспокоило не только поведение герцога и герцогини Виндзорских. Были и другие королевские представители, чье поведение Дом Виндзоров хотел бы скрыть от публичного смущения. Как объясняет Сара Брэдфорд: «Король был обеспокоен образом монархии. Он предпринял несколько шагов, чтобы гарантировать, что королевская семья не столкнется с враждебностью и не подвергнется ненужному осуждению».

3 августа 1945 года король отправил двух придворных на крайне важную миссию на борту военного самолета в Германию. Одним из них был сэр Оуэн Морсхед, не однократно награжденный герой войны, который служил королю и его отцу, Георгу V, в качестве королевского библиотекаря. Другим был Энтони Блант, интеллектуал-гомосексуалист и искусствовед, однажды шокировал королеву, когда сказал ей, что он атеист. Блант только недавно занял пост «хранителя» картин короля, а еще он был агентом британской контрразведки, MИ-5, а также советским шпионом, который передавал информацию СССР с 1937 года.

Их заявленная задача состояла в том, чтобы найти историческую длинную переписку между Королевой Викторией и ее старшей дочерью, Королевской принцессой, которая вышла замуж за Фридриха III Прусского в 1858 году, стала матерью кайзера Вильгельма II и в 1888 году императрицей Германии. Примерно 4000 посланий, известных как «письма Вики», в настоящее время находились во дворце Фридрихсхоф, в нескольких милях от Франкфурта, он был главной резиденцией кузенов и кузин короля, Гессенской семьи. Учитывая, как войска союзников разграбляли имущество и тот факт, что дворец сейчас находился в полном беспорядке, было сочтено разумным отыскать письма, которые были собственностью Гессенской семьи и привезти их в Виндзорский замок на хранение. За несколько недель до отъезда дуэта, личный секретарь короля Алан Ласеллс написал «Моему дорогому Джейкобу», предположительно генерал-лейтенанту сэру Яну Джейкобу, военному помощнику Кабинета 25 июля, с просьбой, чтобы генерад Эйзенхауэр предоставил Бланту и Морсхеду все необходимое, включая транспорт и жилье для выполнения задания:

«Король считает, что они находятся во дворце, личные документы, дневники и т. д. императрицы Фредерики, которые представляют не только историческую ценность, но и большой интерес для королевской семьи; важно, чтобы эти бумаги не попали в чужие руки».

Это задание было весьма непростым, так как нынешним главой дома Гессенов – ландграфом – был принц Филипп, который позже занял 53 место среди самых разыскиваемых нацистов и попал под стражу в американский центр для допросов. Когда Блант и Морсхед садились на борт самолета, его допрашивали о его роли в приходе Гитлера к власти, а также о личных отношениях с Муссолини.

Двое мужчин были довольно странным дуэтом – Морсхед, на 14 лет старше своего коллеги, обучался инженерской профессии до того, как началась Первая мировая война. Во время своей службы на французской и итальянской границах его наградили орденом «За выдающиеся заслуги» и Военным крестом, его имя 5 раз было упомянуто в депешах. После войны он получил степень в области современных языков в Кембридже, а потом перешел к карьере библиотекаря, в 1962 году он стал королевским библиотекарем, в том же году он женился на своей возлюбленной Паките. Морсхед был дружелюбным, общительным, интересным собеседником с огромным запасом забавных историй, он стал настоящим другом для Георга V и королевы Марии.

Внутри королевского двора ему настолько доверяли, что когда Лондонский Тауэр, дом королевских драгоценностей, попал под бомбардировку в 1940 году, Георг VI советовался с ним, как лучше защитить бесценные драгоценности. Их перевезли из Тауэра в Виндзорский замок, где король и его самые надежные придворные взялись за инструменты и вынимали алмазы, рубины и другие драгоценные камни, включая легендарный алмаз Кохинур, из оправ. Они положили камни в шляпные коробки и спрятали их в подвале замка, двое мужчин пообещали, если придут немцы, они спрячут драгоценные камни в жестяную коробку и утопят ее в одном из прудов, окружающих замок. Как вспоминал сэр Оуэн: «В случае, если один из нас бы исчез, запись об этих фактах должна держаться в безопасном месте. В течение всей войны я хранил этот секрет».

Морсхед впервые встретился с Блантом, когда тот был молодым искусствоведом в 1932 году, но друзьями они стали только в середине войны после того, как он попросил Бланта составить каталог картин старых мастеров, принадлежащих дворцу. Высокий, достаточно аристократичный Блант посетил дом Морсхеда в Беркшире, где к удивлению круга его знакомых, он наслаждался игрой с тремя детьми Морсхела. Но что самое удивительное, это то, что он принял должность хранителя королевских картин в апреле 1945 года после отставки его предшественника, Кеннета Кларка. «Мы все думали, что это шутка, чтобы коммунист стал придворным», – вспоминал его друг, библиотекарь Лиллиан Гарри.

Он не только ставил под угрозу свои политические принципы, заняв должность в крупнейшей частной коллекции произведений искусства, надменный молодой эстет и ценитель вступал в мир, где обыватели и люди, ничем не выдающиеся, были нормой. Георг V думал, что Д. М. У. Тернер, один из величайших английских художников, был «ненормальным», который однажды напал на Сезанна с тростью. Его сын Георг VI был немногим лучше. Когда королева отправила художника Джона Пайпера создать серию акварельных картин Виндзорского замка в 1942 году во время тяжелейшего периода войны, комментарий короля относительно картины, на которой был изображен деликатно окрашенный каменный замок, обращенный к задумчивому, грозному небу, был показателен: «Вам не повезло с погодой, да, мистер Пайпер?» Позднее он признался Бланту, что не знал, принадлежало ли имя внизу портрета художнику или натурщику.

Хоть вокруг Бланта и его роли во дворце было много спекуляций, ясным было то, что он решил принять неоплачиваемую должность не по приказу СССР. Бывший советский посол в Британии Виктор Попов, который написал краткую биографию Бланта, которая была опубликована на русском в 2005 году и основывалась на эксклюзивном доступе к Службе внешней разведки России и рассказах одного из советских «надзирателей» Бланта, подтвердил, что в КГБ узнали о его назначении из газеты Daily Telegraph.

Сложная жизнь Бланта в качестве советского агента, искусствоведа и королевского помощника неизбежно добавила остроты не только в его работу в Букингемском дворце, но и в миссию 1945 года в замке Фридрихсхоф в городе Кронберг. В своей биографии Бланта Попов предполагает, что он передавал русским содержание его разговоров с королем, придворными, а также Кабинетом министров. Пока он работал во дворце, согласно Попову, Блант даже нанял еще двух «влиятельных» советских информаторов. Их имена не названы, а также не сказано, работали ли они во дворце или вне дворца. Британский биограф Бланта Миранда Картер считает «маловероятным» то, что он бы стал вербовать новых агентов, так как ушел из МИ-5 вскоре после того, как принял должность во дворце и был вымотан деятельностью во время войны.

Однако, согласно докладу Попова, впервые переведенному для этой книги, «надзиратель» Бланта уверен, что он все еще передавал секреты. Он заявил:

«Надзиратель Бланта не только подтвердил мои идею, что Блант продолжал свою активную деятельность (для советской разведки), когда работал во дворце, но добавил: „Блант получал много информации из его разговоров с Кабинетом министров и личным секретарем королевы“. Я подозреваю, что когда ему пришлось уйти из британской контрразведки, „наши люди“ согласились, так как попадание в королевскую свиту даст ему доступ к новым источникам информации».

Надзиратель также подчеркнул, что в его должности ему удалось завербовать двух очень влиятельных информаторов.

В 1964 году все сомнения по поводу Бланта и настоящей цели королевской миссии в Германию в 1945 году были развеяны: вежливый придворный был разоблачен Майклом Стрейтом, он оказался предателем и членом шпионской Кембриджской пятерки. Его двойная жизнь в качестве предателя и королевского помощника была публично раскрыта только в 1979 году, премьер-министром того времени, Маргарет Тэтчер, на заседании Палаты общин.

Даже после того, как с него сняли маску, сэр Энтони не раскрыл никаких деталей о его миссии во дворец Фридрисхоф. Автор Питер Райт, который написал драматическое разоблачение «Ловец шпионов», был офицером МИ-5, которому было поручено допрашивать Бланта. В какой-то момент он спросил его о визите в Германию. «В этот момент Блант стал очень агрессивным и злобно сказал: „Вы же знаете, что не должны меня об этом спрашивать!“» Его комментарий подразумевал, что до этого была заключена сделка, которая защищала шпиона от допросов о его королевских обязанностях. Это было подчеркнуто, согласно Райту, личным секретарем королевы, сэром Майклом Адеаном, который сказал ему до начала допроса: «Вы можете услышать от Бланта о задании, которое поручил ему дворец – визит в Германию в конце войны. Пожалуйста, не поднимайте эту тему. Грубо говоря, это не имеет отношения к вопросам национальной безопасности». Размышляя над всем тем временем, которое он провел, допрашивая Бланта, Райт признал, что так и не узнал секрета миссии Бланта в Германию.

Этот интригующий и нерешенный эпизод, в частности суровое предупреждение Адеана, спровоцировало историков искать мотивы, которые способствовали миссии по поиску «писем Вики», а именно, что Блант и Морсхед были посланы, чтобы отыскать изобличающую переписку между герцогом Виндзорским, принцем Филиппом и другими нацистскими лидерами, включая самого Гитлера.

Роланд Перри, биограф Майкла Стрейта, выразил свою точку зрения:

«Реальным заданием было найти письма и записи разговоров брата короля, герцога Виндзорского, с Гитлером и нацистским руководством. Блант и Морсхед должны были найти расшифровки телефонных разговоров герцога Виндзорского во время его визита в Германию в октябре 1937 года. Особое беспокойство вызывала встреча 22 октября 1937 года с Гитлером. Им лучше было не оказываться в американских руках, особенно в прессе.

Что касается самих деталей миссии, они вплетены в драму и обман. Во-первых, существует доклад, написанный одним из протагонистов, сэром Оуэном Морсхедом, который находится в Королевских архивах Виндзорского замка.

В своей версии он объясняет, что его отправили на эту миссию, потому что его знала Гессенская семья. Бланта выбрали за его «приятную компанию», безупречный немецкий и так как в качестве офицера разведки ему надо было заняться военной деятельностью в регионе Франкфурта. Так как им было необходимо получить разрешение 73-летней ландграфини Маргарет, чтобы вывезти документы, было высказано мнение, что потеряв трех сыновей в двух войнах и чувствуя «враждебную ненависть» по отношению к Британии, присутствие английского офицера может сорвать сделку. Блант держался малозаметным и помогал Морсхеду отыскать письма и разные подписанные книги в библиотеке дворца, пока он делал беглый перечень важных картин.

Когда дело дошло до согласия принцессы Маргарет, Морсхед чувствовал себя в своей стихии: он осыпал семью необходимыми компонентами послевоенной жизни в Германии – туалетной бумагой, мылом, чаем, кофе и спичками. Так как американская армия дала ландграфине законные 4 часа, чтобы покинуть дворец со 100 комнатами и теперь она жила в домике управляющего имением, эти запасы были очень кстати. Для того, чтобы помочь процессу, Морсхед решил привезти овдовевшую принцессу Кристоф Гессенскую, принцессу Софию Греческую и Датскую и сестру нынешнего герцога Эдинбургского. Фаворитка ландграфини выступила за перевозку семейных архивов в Виндорский замок.

Принцесса вместе со своими детьми, их собакой и прирученным кабаном Бэмби, сели в арендованный Морсхедом Роллс-Ройс и поехали на встречу с ландграфиней. Воссоединение с семьей, легендарный шарм пары придворных и несколько плиток шоколада сделали свое дело, ландграфиня подписала соглашение, чтобы они забрали письма из дворца.

Здесь все становится сложнее. В интервью журналисту Колину Симпсону в 1979 году, Блант описал, как они поехали во дворец, чтобы забрать бумаги, но им отказала американский офицер, капитан Кэтлин Нэш. Она формально контролировала дворец, который превратился в клуб отдыха для старших американских офицеров. Теперь повествование переходит к биографу Роланду Перри. В немногословном обмене между британским офицером разведки и американкой, Нэш почувствовала каплю сомнения относительно ее первоначального решения, особенно после того, как Блант, согласно Перри, сказал ей, что эту миссию поддержал Уинстон Черчилль. Он настоял, чтобы она позвонила в свою штаб-квартиру. Нэш, которая была родом из Сент-Пола, штат Миннесота, никогда не встречала такого мужчину, как Блант. Как описал это Перри: «Он был вежливым, но отдаленным. Он вел себя, будто у него была реальная, но неопределенная власть». В конце концов, она позвонила в штаб-квартиру, и пока она была занята, Морсхед и два британских рядовых спустили упакованные письма из библиотеки, загрузили их в грузовик и уехали в ночь. Похожую историю рассказывали авторы Мартин Аллен и Джон Костелло и добавили, что ящики с письмами, которые забрали с верхнего этажа дворца (библиотека на самом деле находилась на первом этаже), содержали документы, описывавшие предательскую деятельность герцога Виндзорского.

Эксперт по шпионажу Чапман Пинчер добавил делу новый поворот. Когда американцы отказали Бланту и Морсхеду в доступе к письмам, они вернулись к принцессе Маргарет Гессенской, которая рассказала о заднем входе, куда они ворвались глухой ночью и удрали прочь с добычей. Когда они вернулись в Британию, Блант, который, согласно Перри, сделал микрофильм инкриминирующих документов о герцоге Виндзорском, встретился с советским надзирателем в захудалом трактире и передал их ему на хранение. Микрофильм, содержащий компромат на герцога, был его гарантией, если вдруг его раскроют.

Автор Кеннет Д. Элфорд утверждает, что американцы, далеко не отказывающиеся от сотрудничества, делали все возможное, чтобы способствовать двум высокопоставленным лицам из Букингемского дворца. Эта поездка долго готовилась. После того, как замок был освобожден американцами 19 апреля 1945 года, Эйзенхауэр получил письмо от британского генерала Гастингса Исмея – предположительно после того, как Ласеллс отправил первоначальный запрос о помощи в июле, – в котором просил отдать письма королевы Виктории сэру Оуэну Морсхеду.

Ответственность за работу с британцами пала на плечи капитана Джулиуса Бучмана. Он и его люди отправились в Кронберг, чтобы приготовить королевскую переписку и привести в порядок библиотеку, которая пострадала после того, как солдаты разграбили фамильное серебро, фарфор и другие реликвии дворца. Именно этой группе, согласно Элфорду, Нэш отказала во входе в библиотеку. После разговора со своим старшим по званию офицером, полковником Мейсоном Хаммондом, вопрос был решен, и Бучману позднее объявили официальную благодарность «за тактичность и старание» в работе с хаотичной организацией библиотеки. Он в шутку сказал Бланту, что предотвратил международный конфликт, так как американцы боялись, что британцы пожалуются на состояние дворца и его содержимого. Бучман и полковник Хаммонд провели приветственную встречу для Бланта и Морсхеда на военной базе, двое американцев потом сопровождали их по дороге во дворец.

6 августа, согласно Элфорду, эмиссары Георга VI перевезли 62 тома писем между королевой Викторией и императрицей за период с 1858 по 1901 года, а также еще 5 томов телеграмм между матерью и дочерью. Год спустя американский полковник Джон Аллен признал перевозку документов в Виндзорский замок в записке.

Упоминаний о каких-либо нарушениях не было. Их визит был настолько коротким, что Блант и Морсхед упустили другие связанные предметы, а именно Библию королевы Виктории с золотым обрезом и ее молитвенник, фотографию королевы Виктории и ее супруга, принца Альберта, и 9 томов переписки между императрицей Фридерикой и ее дочерью, тоже Фридерикой. Они были позже украдены американскими армейскими ворами. В любом случае, у них был такой плотный график, что у них почти не было возможности на поиски другого материала, включая Виндзорские письма. Вскоре после того, как они покинули замок, например, американские офицеры нашли в незапертом ящике стола три важных письма, написанных Флоренс Найтингейл, викторианской медсестрой и филантропом.

Вскоре после того, как Энтони Блант – его советскими оперативными псевдонимами были Тони, Томсон или Ян – продолжил свое секретное военное задание, а Морсхед вернулся в Лондон с письмами, в этой необычной истории появилась еще одна странная глава. Капитан Нэш, ее любовник полковник Джек Дюрант и их друг майор Дэвид Уотсон украли легендарную коллекцию драгоценностей Гессенской семьи, которые были тщательно спрятаны в специальном контейнере в подвале замка. Они отправили их в Америку в запечатанных деревянных коробках, но их поймали год спустя. Лишь две трети многомиллионных драгоценностей – а также письма императрицы Фредерики ее дочери Виктории – были найдены. Члены Гессенской семьи, особенно принц Вольфганг, винили в «величайшей краже драгоценностей современности», как написали в New York Times, визит Бланта и Морсхеда, он считал, что именно их приезд возбудил интерес к замку и его сокровищам.

Это действительно удивительный эпизод в истории Дома Виндзоров, миссия Бланта-Морсхела интриговала еще больше, так как они полетели в Германию спустя всего несколько дней после того, как Георг VI узнал о существовании секретных файлах немецкого Министерства иностранных дел, относящиеся к поведению герцога на Пиренейском полуострове. Помимо этого, он знал, что покойный герцог Кентский также встречался с принцем Филиппом фон Гессенским прямо перед войной в надежде приоткрыть дверь для мирных переговоров. Потенциал для смущения был велик. Спустя годы газета Sunday Times в Лондоне брала интервью у принца Вольфганга фон Гессенского, который подтвердил, что принц Филипп действительно был посредником мирных переговоров через герцога Кентского между Гитлером и герцогом Виндзорским. Как говорилось в статье 1979 года: «У Георга VI были все основания полагать, что Гессенские архивы могут содержать „Виндзорский файл“».

Как заметил Джонатан Петропулос, биограф фон Гессенской семьи: «Я не только считаю, что Георг VI и другие близкие к британской королевской семье думали, что эти опасные письма существовали, мне тоже кажется, что эти письма действительно существовали в 1945 году». Он указывает на нехватку переписки, относящейся с герцогу Кентскому, который очень много путешествовал, как еще одно доказательство, что записи могли быть уничтожены или спрятаны.

По крайней мере казалось, что двум надежным придворным король дал добро, чтобы держать ухо востро, касательно любой другой инкриминирующей королевской переписки, помимо «писем Вики», которые нужно «бережно хранить» в Виндзорском замке. Биограф короля Сара Брэдфорд с этим согласна. «Он так переживал о марбургских документах, и он реально волновался, что появятся документальные свидетельства того, что Виндзор был предателем». Конечно, время и последующая реакция сэра Майкла Адеана, личного секретаря королевы, учитывая ограничения на допросы Бланта, предполагает скрытый мотив.

Как утверждает профессор Петропулос: «По всей видимости, Бланту было поручено наблюдать за любыми инкриминирующими документами с участием герцога Виндзорского или королевской семьи. Некоторые слуги королевской семьи выразили убеждение, что в Германии были файлы, которые надо было найти».

Короче говоря, король Георг VI, кажется, не знал о существовании Виндзорского файла до планов отправить Бланта и Морсхеда в Германию, чтобы забрать «письма Вики». Историк Рохан Батлер обнаружил смущающий файл только 17 июля 1945 года, и неделю спустя Ласеллс организовывал транспорт в Германию для двух придворных. Даже самому ярому конспирологу было бы трудно утверждать, что Дворец знал о файле до того, как они начали планировать операцию «Вики». Тем не менее, вполне вероятно, что к 3 августу, когда двое мужчин отправились на задание, премьер-министр предупредил короля о существовании файла. Однако, им могли сказать только, чтобы они обращали внимание на любые вещи, которые могли бы представить интерес для королевской семьи – их визит был слишком коротким, чтобы предполагать, что их целью было что-то больше, чем поиск «писем Вики».

Это была не единственная миссия по приказу короля. Позднее в 1945 году Блант и Морсхед ездили в замок Мариенбург, немецкое родовое гнездо Ганноверов, и в дом кайзера в Дорн, в Голландию.

Хоть все улики указывают на то, что между двумя королевскими домами существовала переписка до и, возможно, во время войны, мало что может указать на то, нашли ли ее Блант и Морсхед. На самом деле когда Блант явился на службу в Лондоне, его босс, Гай Лидделл, директор контрразведки, написал в своем дневнике: «Энтони вернулся из Германии и привез письма королевы Виктории императрице Фридерике. Они предоставлены нам на время».

Не вызывает сомнений то, что миссия в Германии была одной из многих, которые выполняли придворные после войны по зачистке корреспонденции, относящейся к потенциально опасной информации. Короче говоря, королевская семья знала, в каких шкафах были спрятаны скелеты и посылали придворных их забирать.

14 мая спустя несколько дней после празднования Дня победы, королева Мария вызвала личного секретаря короля, Алана Ласеллса, для обсуждения досадного вопроса касательно писем ее дяде принцу Георгу, герцогу Кембриджскому. Когда-то он считался возможным женихом для королевы Виктории, он вел потенциально скандальную жизнь, и не из-за того, что был главнокомандующим Британской армией 39 лет, но из-за своей яркой личной жизни.

В отличие от королевы Виктории, он был против браков по договоренности, считая, что они обречены на провал. Вместо этого, он следовал своему сердцу, в 1847 году женился на актрисе и дочери служанки Саре Феирбразер. Во время их брака он вновь последовал зову своего сердца и жил с Луизой Воклерк, которая была его любовницей более 30 лет. Она была любовью всей его жизни, принц Георг решил быть похороненным в мавзолее на кладбище Кенсал-Грин в шестидесяти футах от могилы миссис Боклерк. Его жена Сара Феирбразер, однако, похоронена рядом с ним. А королеву Марию очень беспокоили ящики его любовных писем, которые потом хранились в банке Coutts. Она волновалась, что эти любовные письма могли быть «нежелательно» использованы потомками герцога Кембриджского. Ласселсу поручили сделать так, чтобы эти письма никогда не увидели свет.

И это была не единственная паршивая овца в семье, которую нужно было загнать на безопасное пастбище. Король Георг VI был также обеспокоен любовной перепиской между третьим сыном королевы Виктории, принцем Артуром, герцогом Коннаутским и его давней любовницей, леди Леони Лесли, тетей Уинстона Черчилля и членом одной из крупнейших землевладельческих семей в Северной Ирландии. Более 30 лет она «управляла герцогиней и герцогом», она и ее муж сэр Джон Лесли, сопровождала Коннаутских в разных официальных зарубежных визитах. Герцог даже арендовал Замок Блэйни рядом с ее родовым гнездом, Замком Лесли, чтобы быть ближе к своей любовнице.

Конечно, король не хотел, чтобы об этом узнала общественность. Оуэна Морсхеда попросили связаться с сыном леди Лесли, известным писателем и поэтом Шейном Лесли, и предложить избавиться от уличающей переписки. Подобной целью обзавелась леди Патрисия Рамзи, младшая дочь герцога и герцогини Коннаутских, которая уничтожила письма леди Лесли ее покойному отцу. Как записал Алан Ласеллс в своем дневнике в день встречи с королевой Марией в Виндзорском замке: «Возможно, он галантно ответит тем же и успокоит королевские умы».

На самом деле, именно его брат, Сеймур Лесли, согласно Государственному архиву Северной Ирландии, предоставил «несколько сотен» писем герцога леди Лесли королевскому архиву в Виндзорском замке, где они «оставались для проверки». В бумагах леди Леони Лесли, которые хранятся в Чикагском университете, нет ни одного письма ее королевскому любовнику, принцу Артуру.

Эти эпизоды помогают объяснить, почему писатели, журналисты и академики видят заговоры и сокрытия исторических фактов в отношении королевских вопросов. Очень часто это происходит потому, как и в случае уничтожения переписки Лесли, что это правда.

Не только соответствующие архивы часто недоступны, но как записал Ласеллс, королевская семья с династической историей инстинктивно умело заметают следы. Эта практика продолжается и в наше время. Принцесса Маргарет сожгла несколько пакетов писем, написанных покойной Дианой, принцессой Уэльской, королеве Елизавете. Даже официальный биограф королевы, Уильям Шоукросс, прокомментировал: «Нет сомнений, что принцесса Маргарет чувствовала, что так она защитит свою мать и других членов семьи. Это было понятно, однако прискорбно с исторической точки зрения».

Дом Винзоров не единственные «преступники»: многие немецкие королевские дома, по понятным причинам, не позволяют историкам получить доступ к семейной переписке, дабы не побеспокоить никаких нацистских скелетов, которые спрятаны в самом надежном шкафу замка.

Что бы ни привезли Блант и Морсхед из поездок в Германию, существование Виндзорского файла, который сейчас был в руках Союзников, было неоспоримо. Это была очень сложная ситуация, которая вынудила короля и его придворных заниматься этим вопросом, решать, как реагировать и что делать с «крайне пагубной», как сказал Ласеллс, серией телеграмм.

Как это часто бывает в послевоенное время, придворные инстинктивно обратились за советом к службе безопасности. В конце концов, штаб-квартира МИ-5 находилась в Сент-Джеймс, в шаговой доступности от Букингемского дворца и частного клуба Пэлл-Мэлл. Известно, что Ласеллс консультировался с его другом Гаем Лидделлом по разным вопросам, от наведения справок о возможных кандидатах для работы во дворце до неофициальных советов о том, какие настроения царили на Даунинг-стрит и других ведомствах.

24 августа Ласеллс договорился встретиться с Лидделлом в центре Лондона в частном клубе, чтобы обсудить проблему. После жизнерадостного ужина, Лидделл и Ласеллс пошли в его офис во дворец, где Лидделл просмотрел телеграммы Министерства иностранных дел Германии. После прочтения инкриминирующих писем Лидделл предположил, что за заговором стоял никто иной, как Чарльз Бедо и высказал мнение, что доктор Санто Сильва, который так тепло встретил Виндоров в Португалии, владел банком, который, как известно, переводил средства немецким агентам.

«Различные заявления, которые приписаны герцогу этими агентами, очень пикантного характера, – заметил Лидделл. – Хотя сомнительно, что герцог замышлял вернуть себе трон, ясно, что он выражал точку зрения… что война была ошибкой и что если бы он был королем, ее бы не было».

Будучи осведомленным о беспокойствах дворца, он пообещал допросить главу немецкой разведки Вальтера Шелленберга, который тогда находился под британским контролем, об этом деле и расследовать телеграммы, отправляемые и получаемые банком Сильвы. На память он вспомнил «крайне компрометирующую» телеграмму мадам Ферн Бедо герцогине Виндзорской.

Он успокоил взволнованного Ласеллса и сказал ему, что по его опыту большинство агентов в Испании и Португалии имели тенденцию докладывать только то, что хотело слышать руководство и что многое терялось или менялось при переводе.

Это могло успокоить Ласеллса, но король продолжал беспокоиться о повороте событий. После встречи с королем в Букингемском дворце лорд Кадоган написал в своем дневнике 25 октября: «Король беспокоился о файле на герцога Виндзорского и о захваченных немецких документах».


Глава тринадцатая Охота за пиратским золотом | Шпион трех господ. Невероятная история человека, обманувшего Черчилля, Эйзенхауэра и герцога Виндзорского | Глава пятнадцатая Борьба за файл