home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 3.


Неслышно провернулся ствол, высвобождая последний виток резьбы. Оружие аккуратно легло на стол, коснувшись полированной гранью мягкой поверхности расстеленной бумаги без единого звука, освобождая пальцы для внимательного и вдумчивого выбора патрона. Идентичные на вид, созданные в одной партии из одного материала, но совершенно разные по ощущениям - только один из пяти показался достойным выстрела. Остальные аккуратно сложены обратно - найдут себе цель попроще. Но сегодня нет права на промах, не будет шанса на вторую попытку.

Патрон занял уготованное ему положение. Чуть прищуренный взор легко отыскал затылок цели. Совместить линию прицеливания. Глубокий вздох, тело расслабленно. Выдох. Резкий крик.

- Ай!

- Ян, последнее предупреждение!

- Марья Степановна, это не я! - Полный негодования голос плеснул по классу.

- Еще раз повернешься, два за экзамен.

- Это Максим плюется бумажными шариками!

- Что-о? - Возмущенно оскорбился я, одновременно воссоединяя ствол шариковой ручки с колпачком.

- Это ты сделал! - Взбеленился Ян, доставая из пышной гривы волос скомканный в плотный комок патрон из листка бумаги и демонстрируя его классу.

- Я писал изложение по жизни и творчеству Антона Павловича Чехова! - Дрожа голосом от негодования, поведал я и экспрессивно махнул рукой.

- А это тогда что такое?!

- Вам виднее, это ваши волосы.

- Да ты-ы... Да я тебя-я! - Зарычал Ян, дернувшись ко мне и неловко зацепив соседку локтем.

- Дуэль?

- Д-да!!! - Поднявшись из-за парты, выплюнул из себя он.

- Ну и отлично, - улыбнулся я ему и виновато поклонился его очаровательной коллеге по парте. Та смущенно фыркнула и отвернулась.

А мне соседки не досталось, увы. Да и парта - последняя, хоть и центрального ряда. Зато все затылки недоброжелателей как на ладони.

- Ян, выйди из класса! - Холод учительского голоса моментально сковал эмоции ученика - до арктической безнадежности и тоски. Даже меня легонько зацепило.

- Ну Ма-арь Степа-ановна-а...

- Тетрадь оставь, сколько успел, на столько и оценю.

Тоскливо скрипнула дверь за поверженным противником. Улыбка сама наползла на лицо - но я вовремя прикрыл ее рукой, изображая глубокую задумчивость о судьбе писателя.

- Максим, тетрадь на проверку.

- Да, Марья Степановна, - подхватив тетрадь, через мгновение бережно уложил ее перед глазами преподавателя.

- Хм, - через массивную оправу глянули на меня умные карие глаза. - Один в один?

- Хорошая память, - чуть виновато развел я руками.

- А знаки препинания где потерял? - Улыбнулась ледяная леди уголками губ.

- Я предпочитаю ставить их в самом конце, - доверительно поделился. - Для интриги.

- Какой еще интриги?

- Всегда есть шанс, что я поставлю их правильно, - вздохнул и отвел взгляд.

- Иди, ставь, - протянула она мне рабочую тетрадь обратно. - Интриган.

Вот только последнее слово было сказано совсем с другим смыслом. Но вроде, обошлось.

Сел на свое место и привычно оглядел класс, тут же наткнувшись на внимательный взгляд Пашки Зубова. Что-то он целый день на меня сегодня смотрит, но и сам не подходит, а когда я решил подойти замириться - угрем выскользнул в коридор, да так ловко, что не догнать. Явно задумал недоброе.

Хрипло запели динамики в коридоре, обозначая перемену. Странная тут школа - вместо резкого звонка целая песня, да еще перед каждым уроком разная. Зато не перепутать, какой сейчас по счету. Вот и сейчас вполне понятно - пятый и, вроде как, последний на сегодня, завершен.

- Тетради на угол стола!

Последний раз с тоской взглянув на расставленные запятые, отложил свой труд в сторону. Надеюсь, мне повезет сегодня... Если не с изложением, так хотя бы выцепить Пашку и поговорить. Вот он, кстати, пытается успеть записать какую-то мысль, пока учительница медленно вытягивает тетрадь из под его ручки. Сложив все вещи в кейс (а у меня есть кейс!), приготовился к захвату будущего друга.

- Можете идти. Максим, задержись.

Аж все поникло внутри от вида, как Пашка быстро складывает свои вещи в портфель (пф!) и вылетает из класса, глянув в мою сторону напоследок. Но ничего, от моей дружбы еще никто не уходил.

- Да, Марья Степановна? - Убрав хищный оскал, мило улыбнулся я преподавателю.

- Камеры, - изящный палец с острым ногтиком указал на завитушки в гардинах и портреты научных деятелей, развешенные по стенам. - Монитор, - указала она на плоскость стола.

- Здорово, - согласился, потыкав пальцем по иконкам экрана. - А вам тут, кстати, сообщение от Котика.

- Руки! Так вот, Максим, я прекрасно видела, что ты делал на последней парте. Эта запись так же есть в архиве школы. Ты понимаешь, к чему я веду?

- Можно получить копию? - Загорелся я взглядом.

Все-таки, навесом, через две головы и целый ряд! Федор точно оценит.

- Чтобы такого на моих уроках больше не было. - Прикрыв глаза, вздохнула она.

- Хорошо, - покаянно качнул головой, отведя взгляд.

Быстрее бы, пока шансы догнать Пашку не исчезли вовсе. Проще соглашаться.

- И перед Яном извинись. Никаких драк!

- Давайте вы мне просто двойку поставите? Можно две. - Поскучневшим голосом произнес я, отвернувшись к окну.

Темные тучи, лениво собиравшиеся с самого утра, разразились-таки ливнем, закрывая вид из окна потоками воды. Вот только Пашку это не задержит - его встречают на машине. Так что я снова опоздал с разговором. Может, обойтись без него? А можно ли подружиться без участия второго человека? Хм...

- Максим, ты меня слушаешь? Ты ведь намеренно его спровоцировал.

- Ставьте три двойки. - Качнул плечами.

- Ладно, пусть родители с тобой разбираются. - Обреченно вздохнув, прервала она затянувшуюся паузу. - Давай дневник, - требовательно потянулась рука в мою сторону.

- Вот, - положил я на стол одну из двух имеющихся у меня в кейсе абсолютно одинаковых книжиц с императорской короной на обложке.

Опыт небольшого бизнеса уже научил, что лучше иметь несколько отчетностей, чтобы не портить настроение проверяющим.

- Пусть твой папа напишет мне ответ на этой же странице, - произнесла Марья Степановна, продолжая украшать красивым почерком разлинованный лист.

Провал. Хотя в поле для оценок не отыскалось ни одной двойки.

- Оценки за поведение ставить нельзя, - прокомментировала она мой удивленный и благодарный взгляд. - Но мое мнение о тебе будет выше, если драки не состоится.

Серьезный аргумент. Тем более, что Ян и без того достаточно напуган, так как знает, за что его будут бить. Да и отцу будет мало радости, если его снова вызовут в школу.

- Я подумаю над этим, - со всей ответственностью уверил ее, забирая дневник.

Вредно менять свое мнение на ходу, без серьезного и вдумчивого торга. Иначе ценить его совсем перестанут.

- Хотелось бы верить, - задумчиво произнесли мне в спину, когда я медленно и солидно удалялся к двери.

Впрочем, солидности той было ровно до закрытия двери, после чего последовал стремительный рывок на первый этаж, к парадному входу. Я все еще мог успеть за Пашкой!

Только и возле входа его тоже не оказалось - ни возле самой двери, ни около расписания, и даже в раздевалке не оказалось знакомой черной куртки.

- О, Максим, - окликнули меня с правой стороны обширного холла.

Рядом с массивными шкафами, за толстыми стеклами которых томились узниками шоколадные батончики и чипсы (когда-нибудь, я освобожу их всех), деловито управлялся с кофейным аппаратом Руслан Артемьевич - тот самый, с помощью которого нам удалось устроиться в эту школу. Хотя должность его я так и не узнал - в расписании его фамилии не было, а те учителя, которых я спрашивал, отчего-то добавляли слово 'господин' перед его именем и кратко обозначали 'в руководстве'.

- А я тебя как раз жду, - протянул он мне пластиковый стаканчик, наполненный чем-то горячим и волнительно-шоколадным. - Угощайся.

- Спасибо, - с благодарностью отозвался я, прислушиваясь к горячей волне блаженства, устремившейся к желудку.

- Найдется пять минут на беседу?

- Да, - кивнул я. В самом деле, теперь спешить особо некуда.

- Тогда пойдем ко мне в кабинет, - улыбнулся Руслан и шагнул к лестнице на второй этаж.

Обернувшись напоследок, так и замер, глядя в открытую кем-то входную дверь. Там, во дворе, глядя в мою сторону, стоял Пашка, укрытый от дождя черным зонтом в руке охранника.

- Максим? - Поторопили меня.

- Эх, - с тоской глянул я на дверь, затем на горячее лакомство в своих руках, и все таки зашагал вверх - иначе неудобно как-то. Ладно, завтра поговорю.

- Присаживайся, - гостеприимно махнул он рукой на кресло напротив небольшого стола в крошечном кабинете на самом последнем этаже здания. Кроме стола, двух кресел и стальных жалюзи, выкрашенных в белый цвет, в комнате ничего не было - ни шкафа с бумагами, ни компьютера, ни других признаков, что тут кто-то работает. Разве что отсутствие пыли выдавало, что этим местом пользуются. - Как тебе в школе?

- Брату и сестрам нравится, - уклончиво сообщил я.

- Отлично, - воодушевленно улыбнулся Руслан. - Ведь главное семья, верно? Ради нее можно потерпеть мелкие неудобства.

- Да, - с настороженностью подтвердил, одновременно обдумывая, в какую сторону пойдет разговор.

Руслан Артемьевич не был плохим человеком, хоть и поначалу отказал нам два месяца назад, не пустив за ограду. Не стал он и хорошим после того, как заинтересовался моим даром и распахнул двери школы для меня и брата с сестрами. Обычный человек с собственными интересами, ради исполнения которых он готов улыбаться и поить шоколадом. А я достаточно вежлив, чтобы улыбаться в ответ. Но интересы у меня - свои, и они будут подороже горячего лакомства.

- Для нас вот тоже самое главное - семья, - сменив открытую улыбку на чуть грустную, произнес он. - Большая, огромная семья размером в целое княжество.

- Разве бывают такие? - Усомнился я в ответ.

- Сам посмотри, - тронул он жалюзи, указывая на город.

- Но там живут совсем разные люди.

- Семья - это забота, защита, взаимопомощь, любовь и память о предках. - Наставительно качнул Руслан Артемьевич пальцем. - Даже если люди не знакомы друг с другом, это не делает их чужими. Разные фамилии, цвет кожи, внешность - это все пустяк, если внутри человека есть понимание слова 'родина'.

- Но там, за окном, много плохих людей...

- Это гости, - прикрыл мужчина глаза и качнул головой, словно соглашаясь. - Плохие или хорошие - пока они соблюдают правила, им даровано наше гостеприимство. Мы можем быть им не рады, но пускаем в наши города, даем жить и работать. Придет горе, гости соберут вещи и уедут, а семья останется защищать свой дом. В этом и отличие.

- Мы будем хорошими гостями, - вежливо улыбнулся я.

- А я думаю, что вы уже в семье. - Поделился своим мнением Руслан и тут же выставил ладони вперед. - Это ни к чему вас не обязывает. У нас есть, кому защитить слабых и позаботиться о лечении больных. Сам город полон памятников и не даст забыть о славном прошлом. Но по моему мнению, если на школу нападут, ты станешь на ее защиту, - подмигнув, добавил он.

- Есть такой план, - подтвердил я его мысли. - Увидите хищного робота-убийцу - сразу вызывайте.

- Договорились, - хохотнул мужчина и тут же добавил без единой эмоции. - Только вот что делать, если вместо робота будет ракетный залп?

- А тут все застраховано?

- Разумеется, - подтвердил Руслан. - Кроме жизни учеников, жизни Федора и твоих сестер.

- Но ведь этого не случится? - Сжав пальцами край стола, тихо уточнил я.

- Мы постараемся, - со всей серьёзностью пообещал он. - Приложим к этому все силы, как и делаем всю свою жизнь. Но вдруг мы ошибемся? Вдруг между школой, Федором и ракетами останешься только ты?

- Это будет любопытно, - сухим голосом ответил, зажигая в ладони искру собственной Силы.

Я умел защитить себя, умел защитить пространство рядом с собой, но будет ли этого опыта достаточно, чтобы закрыть целый корпус? Отчего-то угроза, высказанная Русланом, совсем не казалась страшилкой или выдумкой. Он говорил о возможной беде так, как рассуждают о буйном соседе, уже не единожды пробовавшем входную дверь на прочность.

- Если бы ты умел пользоваться своей силой в полной мере, - кивнул он на мою руку. - Смог бы защитить всех. А то и направить ракету туда, откуда она поднялась.

Наверное, я должен был сейчас зажечься взглядом и просить научить, соглашаясь на все условия.

- Было бы здорово, - спокойно подтвердил я, ожидая продолжения и готовясь торговаться. Потому что если вам что-то предлагают задаром, то обычно это очень дорого обходится. А принимать предложение все равно придется. Потому что очень любопытно.

Руслан чуть улыбнулся и наклонил голову, с интересом меня разглядывая.

- Но если бы мы знали о атаке заранее, то ни одна ракета не поднялась бы в воздух, - с куда большим интересом продолжил он через минуту гляделок. - Мы можем научить и тому, и другому. Мы - не только школа, мы - род и клан Шуйских, - с мрачной торжественностью завершил Руслан.

- Не бесплатно.

- Что ты, денег абсолютно не нужно!

- А вот мне - очень бы пригодились, - показал я добрую улыбку и выставил вперед сцепленные в замок руки. - Учеба потребует от меня времени и усилий, верно?

- Да, - недоуменно поднял он бровь.

- Мое время очень дорого, - с обеспокоенностью добавил, чуть наклоняясь вперед. - Я мог бы потратить его на бизнес.

- Да какой там бизнес, - с легким раздражением махнули в ответ рукой. - Газетки раздавать?

- Давайте сойдемся на том, что потраченное мною время будет оплачиваться так же, сколько я зарабатывал раньше?

- Стипендию хочешь? - Прищурился он. - Хм, на мороженое...

- Именно на него, - поддакнул я.

- Предложение принимается.

Мха-ха, мха-ха-а! МХАХАХА!

- Максим? - С легким недоумением окликнул Руслан.

- Ладони разогревал, - перестал я потирать руки и звучно откашлялся.

- К тому же, все это нанесет вред моей основной учебе. Я не хочу быть двоечником!

- Решим, - отмахнулся собеседник. - Школа полностью под нашей рукой.

Уф, прямо от сердца отлегло.

- Но не вздумай специально игнорировать учебу! - Построжевшим голосом отреагировал он на мою довольную улыбку. - Лично буду контролировать.

Предложение о полной отмене уроков так и замерло на губах, оставшись невысказанным. Эх.

- Тогда девочку. - Решительно высказал я свое последнее условие.

- Девочку? - Нахмурив брови, уточнил Руслан Артемьевич.

- Симпатичную и умную, - поспешил я уточнить. - А то мне не выдали.

- Где не выдали? - Сбился он, недоуменно подняв брови.

- Так в классе, - терпеливо пояснил я. - У всех есть, у меня нет. Несправедливо!

- А, соседку по парте, - ощутимо расслабившись, выдохнул Руслан. - Так значит, больше нет. - Пожал он плечами.

- Это не решение! - Категорично прихлопнул я ладонью по столу.

- Соседок не выдают, - улыбнулся собеседник. - Они - такие же ученики, как и все. Если кто-то захочет отсесть к тебе самостоятельно, тогда пожалуйста. Но силой этот вопрос не решить.

- Хм, - задумался я на мгновение. - Ладно, сам найду.

- Девочка должна быть из твоего класса! - Отчего-то запаниковал Руслан. - Добровольно!

- Хорошо, - покладисто заверил я.

Тем более, я уже знаю, у кого ее можно забрать. Интересно, как у нее с запятыми?

- Тогда взамен я прошу простить мне то, что я сделал, но о чем вы еще не знаете. - Смутился я, отвернувшись к окну.

- О как, интересная просьба, - с любопытством почесал он подбородок. - Мы где-то опять не досчитаемся двери?

- Нет.

- Так-так, - оглядел он меня с улыбкой. - Что-то разбил, признавайся?

- М-м, нет.

- Испортил?

- Можно и так сказать, - с неохотой протянул я.

- Ладно, давай начинать с чистого листа, - протянул Руслан Артемьевич мне ладонь для рукопожатия. - Договор?

- Договор.

Уф, а наставник волновался. Все будет хорошо с этими кораблями.

- Начинаем с завтрашнего дня, предупреди домашних.

Вниз я спускался в приподнятом настроении, и даже напевал что-то под нос, пока одевался в легкую куртку. Глянул ради интереса в окно, чтобы оценить силу дождя - и ощутил, как волна довольства сегодняшним днем захлестывает выше головы. Потому что на лавочке в школьном дворе, под широким зонтом, удерживаемым над самой головой, продолжал чего-то терпеливо дожидаться Пашка. Рядом переминались два охранника, один из которых держал зонт над подопечным, а второй удерживал абсолютно такой же над собой и коллегой, но даже не смотря на это - все основательно промокли под дождем, то и дело закидываемым под зонт порывами ветра.

' - Замерз, наверное', - пожалел я Пашку, и тут же оглянулся в сторону кофейного автомата. - 'А вот и возможность помириться!'

Именно с такими мыслями я оплатил самую большую кружку горячего кофе, прикрыл голову и стакан кейсом и с улыбкой вышагнул во двор.

- Привет! - Дружелюбно поздоровался я, приближаясь к однокласснику.

Только тот смотрел совсем не добро и даже поджал губы, когда между нами осталось всего пару шагов.

- Смотри сюда! - Грозно крикнул Пашка, поднимая руку ладонью вверх и зажигая над ней ярко-алый шар огня.

Я не успел восхититься, как коварный огонь мигом поджег поверхность зонтика. Натянутая ткань тут же вспыхнула, в секунду разлетевшись на огненные лоскуты, один из которых порхнул прямо на волосы Пашке.

- Ох, е! - испугался я за него и перевернул стакан жидкости прямо на очаг возгорания.

На меня смотрели два крайне ошеломленных, испуганных, наполненных недоумением и болью глаза. Крик пришел двумя секундами позже.

- А-а-а! - Летело над двором от бегущего к калитке парня.

- Паша, давай дружить, - робко вторил ему я.

- Н-не подходи! - Донеслось из-за забора.

- Молодой человек, мы не оставим это просто так, - пригрозил мне охранник и поспешил за подопечным.

- Да я помочь хотел, - пожал я плечами, глядя на более спокойного, второго охранника.

- Я видел, - тяжело вздохнул он, стряхивая пламя с остатков зонта. - Только господин все равно будет в ярости.

И тихонько побрел к нетерпеливо бибикнувшей машине.

Не, так дело не пойдет - решил я для себя. В присутствии Пашки, подружиться с ним точно не получится. Значит, обойдемся в этом деле без него. Я решительно повернулся обратно к школе.

План, наметками вившийся на самой границе сознания, с каждым шагом вперед обретал цвет и глубину.


***

Две сотни килограмм веса поднимались над грудью, замирали под внимательным приглядом двух дюжих страховщиков и вновь опускались вниз, повторяя цикл раз за разом без рывков и дрожи в руках. Казалось, что человек под железом и вовсе не чувствует чудовищного груза, с равнодушием каменного голема исполняя подход за неполную минуту.

Олег Степанович Кочетов выглядел для подобного сравнения весьма подходяще - массивный, с размахом плеч в полтора метра и высотой в полноценных два, увитый рельефными мышцами, будто высеченными из камня, он казался античной скульптурой... А возможно, и был ей - украденной с постамента вандалами, разрисованной черно-синими чернилами татуировок и забытой на самом дне этого мира. Возможно, тогда-то разгневанный монумент ожил и через кровь и смерть начал путь обратно, на постамент величия. И, быть может, за десятилетия тяжелого труда ему удалось приблизиться к заветной цели вплотную... Но краски татуировок уже слишком сильно впитались в судьбу - такое не стереть, не вернуть былую чистоту, достойную созерцания миллионами. Единственное, на что он мог рассчитывать, вернувшись в место, где его похитили - запасники, плотное полотно, укрывающее от чужого взгляда и сожаление смотрителей потере отличного экспоната - легкое, без сильных эмоций, с привкусом досады, но не более. Потому что его постамент уже был занят другим.

Сам Олег Степанович о своем прошлом не вспоминал. Если бы камень мог бы думать, он мог бы взять фамилию Кочетов и считаться родственником - уровень переживаний, сомнений и уверенности соответствовал бы, как у братьев-близнецов. Человеческого в Олеге был острый ум и чувство прекрасного. Собственно, ради второго он и прикладывал ум, окружая себя шедеврами природы, техники и живописи, зачастую игнорируя ценники, прежних хозяев и закон. Отсутствие других присущих человеку эмоций, вроде страха и жалости, позволяло расширять коллекцию с завидной регулярностью. Впрочем, деньги оставались самым главным инструментом - простым, эффективным, а в последние годы весьма доступным. Дела шли очень хорошо. До сегодняшнего дня.

Кочетов поставил штангу на опору стойки, без особой спешки поднялся и прошагал через общий зал комплекса к душевым, игнорируя восхищенные взгляды посетителей-новичков, пришедших сюда за такими же мускулами. Большинство из них через пару месяцев достигнет генетического потолка и начнет хитрить, закидываясь химией в виде таблеток. Те, кого не устроит и этот результат, перейдут на инъекции - дорогостоящие, вредные, требующие постоянного использования и очень эффективные. В итоге кто-то получит рельефное тело и силу, красивое отражение в зеркале и свою порцию обожания в глазах новичков. Ну а Кочетов получит их деньги - препараты продаст его клуб, под улыбку и настоятельные рекомендации тренера.

Только это так - мелочь, легальное прикрытие совсем другой химии. Есть вещи, гораздо желаннее физической силы - Сила магическая, недоступная большинству по такому несправедливому и бесчестному праву рождения. Однако - всего одна таблетка, и потусторонняя мощь разливается по телу, даруя чувство неуязвимости, избранности, причастности к узкому кругу одаренных. Впрочем, химия не дает мастерства и знаний, так что ничего, кроме очень живучего мяса из неодаренного не выйдет. Вот если дозу примет тот, кто родился с искоркой дара... Минимум рост в один ранг гарантирован, а при постоянном применении - даже в два ранга, вплоть до заоблачного титула 'мастер', со всей его чудовищной силой. А Сила в нашем мире легко конвертируется в деньги - за сильным и свободным одаренным моментально выстроится очередь из нанимателей, жадных до статуса телохранителя или желающих приобрести пугало для врагов.

Единственная беда - о потомстве можно забыть, но тех, кто уже настроился жить в роскоши, это мало волнует. Куда больше их страшит схватка с 'настоящим' одаренным равного ранга. Еще более неприятным может оказаться профессиональный интерес аристократа к его внезапным успехам. Потому что оба этих события гарантируют 'химику' смерть - в первом случае его убьет мастерство, во втором - гнев и ярость благородного рода. Но шанс на все это настолько незначителен, что...

Разумеется, такая химия строго запрещена. Разумеется, на нее все равно есть спрос. А значит, она страшно дорога и приносит огромную прибыль - достаточную, чтобы Кочетов регулярно выкупал экспонаты Sotheby's для своей коллекции.

Сегодня днем груз с полугодовым запасом химии пошел ко дну. Перевозчик развел руками и посоветовал покупать страховку.

' - Досадно, - родилась мысль у человека-камня, замершего в душевой под холодными струями контрастного душа'.

Еще более досадно, что химия уже была распределена по постоянным покупателям, за нее получены средства, а цех не сможет выдать новую партию раньше, чем через три месяца.

С точки зрения постороннего, не случилось ничего фатального - ведь деньги можно вернуть обратно, внимание властей к грузу не привлечено, канал перевозки не вскрыт, а клиенты никуда не денутся. Все верно, за исключением последнего пункта. Клиенты не примут оплату назад. Клиентов не интересуют причины и чужие сложности. Они захотят свою силу - в синеватых таблетках, в блистерах без надписей. И действовать будут, думая мускулами и рангом. Они поведут себя так не потому, что тупые или недалекие - их будет двигать страх, лишающий разума. Ведь пропуск дозы - гарантированное падение вниз. Целая толпа разъяренных, пока еще, 'ветеранов', 'учителей' и 'мастеров'.

Значит, придется обеспечить производство за месяц. Такое возможно - достаточно закидать 'узкие места' техпроцесса деньгами, избыточно дублируя высокотехнологичное оборудование. Дорогие и запрещенные реактивы, запас которых так же пополняется с солидными интервалами, тоже реально раздобыть и протащить через таможню, оплатив золотом по весу. 'Варщики' не откажутся на трудовой подвиг, если поманить пухлой пачкой резанной бумаги... Все решаемо.

Остается один вопрос - кто за все это будет платить? За потерянную партию, за оборудование, за накладные расходы, за реагенты, за работу, за недостачу прибыли, наконец? Олег Степанович обратился с этим вопросом к своим покровителям.

Там, за зеркальными окнами офиса-башни крупной газовой компании, его уверили, что он не зря все это время платил двадцать процентов от дохода. На этом беседа через электронный терминал с невидимым собеседником завершилась, и управляющий вежливо вывел его из кабинета. Быть может, действительно не зря. Но мутное ощущение бессмысленности встречи не покидало его с той самой минуты.

Постояв под водой еще пару минут, Кочетов решил дать покровителям еще неделю. А дальше он решит свою проблему сам, как делал все эти годы. Раз перевозчик взял груз, но не захотел отдавать его в конце маршрута - то отвечать ему. Олег Степанович знал, как убедить его в правильности данной мысли - достаточно выбрать правильный аргумент. И самым правильным в этом качестве будет единственный наследник Зубова, в целом виде или, если его отец упрется, по частям. Аристократа Кочетов не боялся - драгоценная химия производилась еще и для двух десятков собственных бойцов.

Из здания Кочетов выходил с готовым решением. Привычно подхватив за талии шагнувших к нему прекрасных девушек - шедевров от природы, одетых в шедевры модельеров и ювелиров, он загрузился в шедевр немецкого автопрома и отдал приказ водителю-профессионалу двигаться в особняк, признанный шедевром архитектуры средних веков. Как уже говорилось, Кочетов любил совершенство. Увы, его планы не всегда могли тому соответствовать.



Глава 2 | Напряжение растет | Глава 4.