home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава шестая

Спустя мгновение Рекс уже стоял рядом с Саймоном. Чертыхаясь, он отшвырнул его в сторону. Полная раскаяния, Дианта между тем пыталась прикрыть наготу, благодаря Всевышнего за своевременное вмешательство мужа. Какой стыд! Оказаться в таком двусмысленном положении!

— Замечательная сцена, лорд Саймон! — воскликнул Рекс. — Я возвращаюсь домой, и дворецкий докладывает, что вы ворвались в спальню к моей жене да еще и заперли дверь на ключ. Что вы можете сказать в свое оправдание, юный повеса?

Саймон неуклюже поднялся на ноги. От пылкого любовника осталась лишь тень. Перед ними стоял застенчивый молодой человек. Но, к чести своей, он предпринял попытку сохранить достоинство.

— Ваша светлость, моему поведению нет оправдания, — произнес он краснея.

— Я с вами абсолютно согласен, — отрезал Рекс.

— Я вел себя непростительно, но моя страсть… — бормотал Саймон под ироничным пристальным взглядом Чартриджа.

— Ну же, — подбадривал насмешливо Рекс, — продолжайте, но не забывайте, с кем говорите.

— Я отдал свое сердце леди Чартридж, — заявил Саймон, — и я смел надеяться, что она также…

— Чепуха! — заявил Рекс почти дружелюбно. — У моей супруги нет сердца. И она должна была сразу же сообщить вам об этом.

— Вы стараетесь оклеветать прекрасную женщину! — Саймон собрался с мыслями. — Я предлагаю вам дуэль, милорд.

— Оставьте при себе весь этот театральный вздор, — воскликнул Рекс раздраженно. — Убирайтесь отсюда вон, пока не поздно!

Саймон нервно взглянул на графа с графиней и быстро вышел из комнаты. Они оба слушали затихающие отзвуки его шагов.

Дианта понимала, что должна что-то предпринять, чтобы исправить ситуацию. Даже самый терпеливый муж едва ли сможет смириться с мыслью, что ему в собственном доме наставили рога. Но внимание Рекса было приковано к выломанной им двери. Она все еще висела на петлях, хотя замок был безнадежно сломан. Он подошел и осторожно закрыл ее, подперев для надежности стулом.

— Ну что ж, мадам…

— Рекс, я клянусь, что не звала сюда этого юнца…

— А он подумал, что звали. Дианта, разве можно быть такой неосторожной? Молодые люди в таком возрасте не понимают, что флирт — всего лишь игра. Вам следует дарить вниманием только здравомыслящих мужчин, таких как я.

Казалось, он совсем не сердится. Голос вновь стал ироничным. Конечно, это не могло не радовать Дианту, но она была вынуждена признаться себе, что… разочарована. Неужели она настолько ему безразлична?

— Но ведь тебя никогда нет рядом… — пробормотала она.

— По-твоему, я уделяю тебе мало внимания? Мне казалось, что ты прекрасно справляешься и без меня. Наверное, все же не так хорошо, как мы оба думали. Бедный юноша! Настоящая светская львица никогда бы не допустила подобной ошибки. Как ему взбрело в голову, что ты можешь влюбиться?

— Потому что он верит лишь в то, во что хочет верить.

— Обычное заблуждение всех влюбленных, — в раздумье сказал Рекс. — Ты не знаешь, что это такое, но поверь, это так.

Дианту озадачил взволнованный тон мужа. Таким она никогда его еще не видела. Но прежде чем она смогла ответить, он снова заговорил:

— Лучше расскажи мне, как все случилось. Где вы познакомились? Я его совсем не знаю.

— Мне его представили… — Дианта остановилась, осознав, что рассказ дается ей нелегко.

— Где? — продолжил свой допрос неумолимый супруг.

— На одном рауте… — уклончиво ответила она.

— Куда тебе совсем не следовало идти. Не скрывай от меня ничего.

— Это было на ярмарке Бартоломью, — наконец призналась Дианта. — Я была там один только раз. Тетушка Глория никогда бы не разрешила мне туда поехать, но кузен Берти рассказывал так много интересного, и мне так хотелось посмотреть на танцующий скелет…

— И ты видела скелет? — спросил он.

— Да, и не только. Мы еще ходили в балаган на спектакль «Великие муки Марии Эдли». Лорд Саймон тоже был там. Нас представили друг другу.

— А потом?

— Следующим вечером он подошел ко мне на балу в Олмаке и напомнил, что мы встречались.

— Что говорит о том, что лорда Саймона дурно воспитывали. Истинный джентльмен никогда бы не напомнил даме, что встречал ее в подобном месте.

— Я не думаю, что это было благоразумно с его стороны, Рекс.

— Но ведь ты прекрасно знаешь, как следовало поступить! Ты должна была смерить его уничтожающим взглядом и сказать, что он ошибся.

Дианта попробовала изобразить, как бы это было:

— Видели меня, милорд? На ярмарке? Должно быть, вы ошиблись, — холодно произнесла она и поджала красивые губки.

— Не следует говорить «Вы ошиблись», — поправил ее Рекс. — Нужно сказать: «Это просто возмутительно!» Всегда нужно чувствовать себя оскорбленной, если тебе говорят правду.

— Это просто возмутительно! — повторила Дианта высокомерным тоном, чем заслужила одобрение супруга.

— Превосходно!

— Но он бы мне ни за что не поверил.

— Это не имеет значения. Он бы понял, что преступил границы дозволенного.

— О боже! Лорд Саймон казался таким приятным молодым человеком! Однажды я даже танцевала с ним. Потом он стал присылать мне всякие безделушки…

— Которые тебе следовало немедленно возвращать. Уверен, их вынесли вместе с мусором, как и многие другие.

— Да, — чистосердечно призналась Дианта. — Я всегда путаю карточки, поэтому не знаю, кто и что мне присылал. Поэтому, когда приносят новые, я просто мило улыбаюсь и благодарю за подарок.

Рекс скривил губы.

— Бессердечная маленькая кокетка! — дружелюбно заметил он. — Несчастные думают, что доставили тебе удовольствие, а ты даже не можешь отличить один подарок от другого. Ты всего лишь потешалась над чувствами юноши, и это погубило его.

— Я так не думаю.

— А я уверен. Твоя обворожительная улыбка может свести с ума любого мужчину.

— Ничего подобного! Я просто улыбаюсь, и все.

Рекс тяжело вздохнул.

— Но это правда, — пробормотал он.

— Что именно?

— Ничего. Продолжай.

— Мне больше нечего рассказывать. Где бы я ни появлялась, он всегда оказывался рядом. Я танцевала с ним, предупреждала, что не следует питать пустых надежд…

— Но говорила это с улыбкой на устах…

— Может быть. Однажды я сказала, что люблю белые розы. Сегодня вечером он прислал мне букет из своей оранжереи. Они были прелестны, и я украсила ими платье.

— А он, конечно же, счел, что это — знак, свидетельствующий о твоей благосклонности. Тебе следовало вернуть их с запиской: «Я предпочитаю орхидеи».

— В его оранжерее есть и орхидеи.

— Ну, тогда тюльпаны, люпины — все что угодно, лишь бы он не смог их найти. У тебя есть множество уловок, которые помогают мучить мужчин, моя прелестная чаровница. Итак, он воспринял это как сигнал и явился вечером в наш дом…

— А потом я услышала, как он поднимается по лестнице. Он просто ворвался в спальню. Я пыталась прогнать его, но он меня не послушал.

— Наверное, ты выбрала неправильный тон.

— Я пыталась превратить все в шутку.

— Бесполезно. Для влюбленного его чувства — не забава. Ты должна была принять драматичную позу и с пафосом произнести: «Ах, уходите немедленно, или я позову слуг!»

Дианта встала с кровати и, указав рукой на дверь, с пафосом произнесла:

— Ах, уходите немедленно, или я позову слуг!

Вместо ответа Рекс бросился к жене и, прежде чем она смогла опомниться, одним движением сорвал с нее пеньюар. Нежная ткань разлетелась по швам. Руки мужа прикоснулись к ее обнаженной коже.

— Рекс, — задыхалась она, — ты же сказал, что…

— Я сказал, что это заставит уйти его, но никак не меня.

Его губы коснулись губ Дианты. Он резким движением прижал ее к себе. Он уже не был нежным любовником, каким она знала его до сих пор. Страстные поцелуи покрывали ее лицо.

Неожиданно он повернулся, и Дианта почувствовала, что он подхватил ее на руки.

— Я не юнец, которого ты можешь мучить до бесконечности. Я твой муж, и пришло время напомнить тебе об этом.

В два шага оказавшись возле кровати, он уложил Дианту на простыни и стал срывать с себя одежду. Диантой неожиданно овладело беспокойство. Она не боялась Рекса, нет. Но все происходило слишком быстро. Она подняла руки, чтобы остановить его, но он тотчас обнял ее и стал ласкать ее плечи и грудь. Удовольствие переполнило Дианту. Ее нежные ноготки впились в его массивные плечи.

Язык Рекса сводил ее с ума, он дразнил и мучил ее. Диантой вновь овладело желание, с которым она уже не могла справиться. Она попыталась заговорить, хотела все объяснить… Но, казалось, слова ничуть не интересовали его, или он просто их не слышал. Рекс осыпал поцелуями ее плечи и грудь. Перехватив взгляд мужа, Дианта увидела в его глазах до сих пор не известное ей чувство. Он был во власти желания, и ей ничего не оставалось, кроме как отдаться страсти вместе с ним.

Скоро грудь ее болела от его ласк. Дианта замерла в ожидании. Язык и пальцы мужа доводили ее до безумия. Она попыталась взять себя в руки, но… вожделение было сильнее ее. Она застонала. Бесполезно сопротивляться человеку, который без труда покорял ее, лишал силы воли, доставляя при этом неописуемое наслаждение.

Дианта почувствовала легкое прикосновение его твердой плоти к бедрам и осознала, что готова принять его. Одним легким движением Рекс овладел ею. Она стонала от удовольствия, пока он входил в нее все глубже.

Дианта была уверена, что уже посвящена во все таинства телесной любви. Но то, что она испытала раньше, не могло сравниться с ураганом эмоций, который бушевал в ней сейчас. Ей казалось, что еще секунда, и она сойдет с ума от наслаждения. Она закричала, теснее прижимаясь к Рексу. Через мгновенье силы покинули Дианту.

— Скажи своим поклонникам, что впредь не станешь поощрять их ухаживаний. Отныне я буду более строгим супругом… до тех пор, пока ты не научишься правильно себя вести, — прошептал Рекс ей на ушко.

Дианта была настолько поглощена своими ощущениями, что не стала спорить. Скоро она погрузилась в сон. Проснулась Дианта, почувствовав у себя между ног руку мужа. Тело ее напряглось в ожидании. В этот раз он овладел ею сразу, продлевая моменты удовольствия до безумия. У нее закружилась голова. Но… во взгляде Рекса ясно читалась насмешка. Дианта поняла, что это значит, — то, что происходило между ними, служило напоминанием о власти, которую он имел над ней. Рекс не был одним из ее поклонников. Она принадлежала ему душой и телом. Теперь он улыбался, но в улыбке таилась опасность. Дианта вновь пришла к выводу, что очень плохо знает собственного мужа.

— Боже мой, — задыхаясь, сказала она. — Разве может джентльмен сражаться с дамой таким образом?

Его улыбка стала циничной.

— Ну, если уж это ночь откровений, скажу, что чаще всего нет. Такое соперничество обычно предназначается для любовниц, но не для жен. Удел добропорядочной супруги, которая с отвращением принимает ласки мужа, тебе претит, поэтому, моя дорогая, тебе придется играть обе роли. Кроме того, я хотел узнать, чему ты научилась в мое отсутствие.

Сначала Дианта не поняла, о чем он говорит… А потом… Праведный гнев призывал к борьбе, но Рекс крепко прижал ее к себе, надеясь, что жена поймет — сопротивление бесполезно.

— Как ты смеешь так со мной разговаривать? — в бешенстве закричала Дианта, защищаясь прелестными кулачками. — Это оскорбительно!

— Дорогая, ты заплатила эту цену, чтобы стать графиней, — напомнил он.

— Но предположить, что я могла… пока не рожу тебе наследника… — Ужасные слова успели сорваться с губ. Как могла она сказать такое вслух?

Но вместо того чтобы рассердиться, Рекс захохотал и еще крепче обнял жену.

— Я вижу, ты знаешь даже больше, чем я ожидал, — наконец произнес он.

— Рекс… Я не хотела сказать, что… Ты же не думаешь, что я…

— Замолчи! Я знаю, какая ты, мое раздражительное сокровище. О чем только думал этот несчастный мальчик, когда избрал тебя объектом своих мечтаний? Не представляю. Каким он, должно быть, тебе казался занудой!

— Ужасным занудой, — сказала она с облегчением. — Ты же знаешь, как я отношусь к романтическим бредням о любви.

— Да, и полностью с тобой согласен. Но кроме любви еще существует наслаждение, которое ни один из нас скукой не считает.

Его пальцы легко коснулись ее груди. Через секунду Диантой овладело всеобъемлющее желание. Ощутив, как жадно ее тело откликается на ласку, Рекс крепко прижал Дианту к себе.

— Тебе еще так много предстоит узнать об этом, — пробормотал он. — И я с удовольствием стану твоим учителем… Ну, а теперь, моя бессердечная шалунья… — Я получила записку от леди Грейсбурн, — сказала Дианта, торопливо входя в холл.

Дворецкий Ферринг, служивший в доме Грейсбурнов сколько Дианта себя помнила и знавший все секреты, прошептал:

— Ах, леди Дианта, как хорошо, что вы приехали! Миледи в расстроенных чувствах, леди Элинор — в слезах. Лорд Грейсбурн заперся в кабинете мрачнее тучи.

— Боже мой, что же произошло?

— Мне кажется, это имеет какое-то отношение к майору Лизему.

— Дианта!

Взглянув вверх, Дианта увидела Элинор, перегнувшуюся через перила лестницы. Было очевидно, что кузина в отчаянии.

— Не беспокойте леди Грейсбурн, — сказала Дианта Феррингу. — Сначала я поговорю с леди Элинор.

Они прошли в спальню кузины и заперли за собой дверь. Лицо Элинор было бледным и заплаканным, но во взгляде читалась несокрушимая решимость отстаивать свою любовь.

— Скажи мне, что случилось? — попросила Дианта, поспешно снимая накидку и беря кузину за руку. — Дело не обошлось без Джорджа, ведь так?

Элинор кивнула.

— Он написал отцу письмо, в котором просил принять его завтра днем. Он… Он хочет просить моей руки. Отец, конечно же, сразу понял, о чем пойдет речь, и спросил меня, давала ли я Джорджу надежду… Я сказала, что да, потому что люблю его и хочу выйти за него замуж. А… А папа сказал, что… — голос Элинор задрожал.

— Что такая партия его не устраивает? — нежно спросила Дианта, усаживая Элинор на кровать.

— Он сказал, что Джордж — дерзкий мальчишка и что он никогда не даст согласия на наш брак. Он говорит, что у Джорджа за душой нет ни пенни…

— К сожалению, он прав, — пробормотала Дианта.

— Как будто мне есть дело до того, сколько у него денег, — запальчиво возразила Элинор. — Мы с Джорджем все обдумали. Мы оба хорошо понимаем, что он еще не готов содержать семью и нам предстоят долгие годы помолвки. Я с радостью буду его ждать. Но отец сказал, что никогда не выдаст меня за него и… О, Дианта, я так его люблю! Я не переживу разлуки!

Элинор бросилась на подушки и разрыдалась. Казалось, ее сердце разорвется на части от горя. Дианта старалась ее успокоить, но когда кузина попыталась заговорить вновь, всхлипывания заглушили ее слова.

— Что ты сказала, дорогая? — переспросила Дианта.

— Папа хочет, чтобы я вышла замуж за сэра Седрика Деламера, — задыхаясь, сказала Элинор. — Уж лучше умереть!

Дианта задумалась. Сэр Седрик… Состоятельный, добрый джентльмен средних лет вполне мог стать прекрасным супругом. К сожалению, романтичная кузина Элинор, отдав свое сердце майору драгунского полка, даже не взглянет в его сторону.

— Что мне делать? — всхлипнув, спросила Элинор.

Дианта решительно вздернула подбородок.

— Ты должна вытереть слезы и не отчаиваться, — ответила она твердо. — Из самой сложной ситуации всегда найдется выход.

— Для тебя — да, ведь ты такая сильная и решительная! Нам с Джорджем может помочь только чудо.

На губах Дианты появилась загадочная улыбка.

— Кто знает… Чудо может случиться когда угодно и где угодно.

Дианта застала тетушку лежащей на кровати с холодным компрессом на лбу. Шторы в комнате были задернуты.

— Слава богу, ты здесь, — сказала она со слезами. — Я в растерянности. Все так ужасно!

— И вовсе нет, дорогая тетушка, — бодро ответила племянница, раздвигая шторы. Леди Грейсбурн прикрыла глаза рукой. — Уверяю, вам не о чем беспокоиться.

— Как это не о чем?.. Только что Элинор заявила, что выйдет замуж за нищего… Конечно, он твой деверь, и родословная его безупречна. Но что толку в титуле, который он никогда не унаследует?

Дианта усмехнулась.

— Вы абсолютно правы. Тем более что я намерена подарить Чартриджу наследника, что практически сводит шансы Джорджа к нулю.

— Боже мой! Я не имела в виду, что… Ты ведь не думаешь… Как ты можешь говорить такие вещи? — возмутилась леди Грейсбурн.

В ответ Дианта рассмеялась:

— Дорогая тетя, не волнуйтесь. Вы же знаете, с какой легкостью я говорю «непозволительные» вещи.

— Дианта, что мне делать? Я же не бессердечная мать…

— Конечно же, нет. Я лучше, чем кто бы то ни было, знаю, как вы добры.

Леди Грейсбурн, в глазах которой блестели слезы, взглянула на племянницу.

— И я никогда не выдам дочь замуж против ее воли…

— Дядюшка Сэлвин хочет устроить брак Элинор с сэром Седриком, но я думаю, что он этого не сделает.

— Бедный Сэлвин! Он сам не свой. Завтра он примет майора Джорджа Лизема со всей любезностью и объяснит ему, почему они с Элинор не смогут пожениться. Хотя, признаюсь, я удивлена, что Элинор поощряла его ухаживания, ведь сначала ему надлежало поговорить с ее отцом.

— Не думаю, что влюбленные обращают внимание на глупые приличия, — задумчиво произнесла Дианта. — Но прежде чем дядя Сэлвин откажет Джорджу, он должен спросить у него, есть ли у него недвижимость.

Леди Грейсбурн с трудом приподнялась с постели.

— Недвижимость? Какая недвижимость?

— Джордж вовсе не беден, — весело сказала Дианта. — Точнее, он не богат, но у него есть весьма неплохое имение, доходы с которого позволят ему достойно содержать Элинор.

— Но почему мы ничего об этом не знали? Почему Элинор нам ничего не сказала?

— Он получил имение недавно, — поспешила уточнить Дианта. — Джорджу оставил наследство дальний родственник, его дядя. Конечно, оно не так велико, как имение сэра Седрика, но приносит доход, которого хватит, чтобы содержать семью.

Злые языки называли леди Грейсбурн весьма недалекой особой, но, когда дело касалось житейских проблем, ее проницательность заслуживала восхищения. Выпрямившись, она подозрительно посмотрела на Дианту.

— И как же зовут этого дальнего родственника? — требовательно спросила она.

— Сейчас я не могу вспомнить, — призналась Дианта. Они долго смотрели друг на друга, не нарушая тишины.

— И этого будет достаточно? — наконец спросила леди Грейсбурн.

— Я уверена. Тетушка, предоставьте это мне.

Дианта быстро поцеловала ее в щеку, попросила успокоить Элинор и выскочила из комнаты. По дороге домой планы так и роились в ее прелестной головке. К счастью, по приезде домой прямо в холле она столкнулась с Джорджем. Запретив ему идти к Грейсбурнам, не поговорив предварительно с нею, Дианта поспешила в кабинет Рекса. К ее огромной радости, он был там.

— Что случилось? — спросил он, с любопытством глядя на взволнованную супругу.

— Рекс, мне нужна твоя помощь. Я солгала хорошему человеку, и мне нужно, чтобы ты меня поддержал.

Он усмехнулся.

— Если это очередной твой поклонник…

— Нет, нет. С этим покончено. Речь идет о Джордже и Элинор.

Рекс глубоко вздохнул.

— Он говорил со мной об этом. Джордж планирует оставить службу в армии и искать другое занятие, но вряд ли это удовлетворит Грейсбурнов.

— Я только что от них. Весь дом в смятении. Элинор страдает, и я не могу допустить, чтобы она была несчастна. Нужно срочно что-то предпринять.

— Ты солгала Грейсбурнам? Что же ты придумала? — спросил Рекс иронично.

— Это ужасно, но нужно, чтобы моей лжи поверили. Помнишь, Эйнсли говорил, что хочет продать свое имение, чтобы рассчитаться с игорными долгами?

— Конечно.

— Оно прекрасно подошло бы Джорджу с Элинор, тем более что находится совсем рядом с нами. Если привести имение в порядок, оно даст неплохой доход, а если ты станешь выплачивать брату небольшое содержание, им ничто не помешает пожениться.

— Подожди, — перебил Рекс. — Имение Эйнсли принадлежит самому Эйнсли, а не Джорджу.

— Но он станет его хозяином, если мы его купим. Я уже сказала тетушке, что Джордж недавно вступил в права наследства, а имение Эйнсли подойдет для нашей цели как нельзя лучше.

Рекс нахмурил брови.

— Нет, — резко ответил он.

— Но я уже рассказала тетушке, что у Джорджа Лизема есть имение. О, Рекс, я знаю, прежде мне следовало посоветоваться с тобой, но все произошло так неожиданно! Ты просто не сможешь сказать им, что я все придумала.

— В этом нет никакой необходимости. Мы можем сказать, что ты ошиблась. Я получил небольшое наследство от отца. Не много… — его рот скривился в усмешке, — по сравнению с состоянием наследницы Хелстоу. Но до женитьбы я жил на доходы от этого имения, и довольно прилично. Я намереваюсь передать его Джорджу. Он тратит гораздо меньше, поэтому вполне сможет содержать жену и детей.

— Но ты не должен этого делать! — в смятении воскликнула Дианта.

Неожиданно от Рекса повеяло холодом.

— Дорогая, я не вижу причин, чтобы не сделать этого. Я обязан позаботиться о брате, а не ты.

Дианта проклинала свою бестактность. Вероятнее всего, Рекс рассердился потому, что, не спросив у него совета, она снова приняла решение пустить в ход деньги своего деда, подчеркивая тем самым свое превосходство. Неожиданно Дианта почувствовала себя беспомощной. До сих пор они прекрасно ладили, избегая спорных тем. Но они не могли прожить так всю жизнь. Один неверный шаг — и они уже никогда не поймут друг друга. Она бросилась к мужу и взяла его за руку, умоляя взглянуть на нее.

— Послушай меня, Рекс, — нетерпеливо произнесла Дианта. — Что бы ни случилось, ты ни за что не должен отдавать брату имение, которое досталось тебе в наследство от отца. Я знаю, как оно тебе дорого, и понимаю, почему. Имение — гарантия твоей финансовой независимости от своей жены. Если ты потеряешь его, у тебя останется только состояние семьи Хелстоу. А ты этого не хочешь. Если ты поступишь так, как решил, очень скоро ты… возненавидишь меня. Я знаю. И ты это знаешь тоже, не так ли?

Рекс покраснел.

— Дорогая, ты говоришь чепуху.

— Это не чепуха. Деньги всегда стоят между нами. Иногда мне кажется, что ты уже меня…

— Нет, нет, — торопливо ответил граф.

— Ты не можешь отрицать, что подобное положение стесняет тебя.

— Иногда, — признался Рекс, поморщившись, — но мне казалось, я хорошо это скрывал.

— И будет еще хуже, если у тебя не будет собственного имущества. Я права? — Она ждала ответа, но он все молчал. Дианта ощущала свою беспомощность и не знала, что предпринять. Она понимала, что должен чувствовать в подобной ситуации Рекс. Она так крепко сжала его руку, что он вздрогнул.

— Пожалуйста, Рекс, не отказывай мне.

— Ты думаешь, что, поддерживая моего брата, ты делаешь меня более независимым? — наконец холодно спросил он.

— Я делаю это для Элинор, — немедленно ответила Дианта. — Ну, и для Джорджа, конечно, он такой славный. Представь, что имение Эйнсли — часть приданого Элинор. Она мне как сестра. Если я решу что-то сделать для нее, ты ведь не будешь против? Но ты не должен… Ты не должен расставаться со своей независимостью. Ты понимаешь почему?

— Да, я понимаю, — ответил Рекс нежно. — Но до сих пор я не знал, понимаешь ли это ты.

Дианта покраснела.

— Я не так глупа, как ты предполагал.

— Я никогда не считал тебя глупой, Дианта, — Рекс ласково потрепал ее по щеке. — Может, разве что не такой прозорливой.

— Я ведь тебя хорошо понимаю, не так ли? — с такой трогательной надеждой спросила Дианта, что он не мог не улыбнуться.

— Ты — необыкновенная женщина, — согласился он. — Теперь вернемся к делам. Скажи, что именно я должен сделать.

— О нет, — торопливо ответила Дианта. — Разбираться с делами я поручаю тебе.

Рекс приподнял бровь.

— Боишься, что в обществе такую самостоятельность сочтут предосудительной, а, Дианта? Не стоит, смирение тебе не к лицу. Это твоя затея, поэтому уладь все с Дилэйни сама.

Дианта вздохнула с облегчением.

— Наконец мы избавили Джорджа от дипломатической службы! Или, скорее, службу от него?

— Какая дипломатическая служба? — переспросил Рекс. — Что за нелепость?

— Он хотел стать дипломатом, чтобы содержать семью.

— Боже, тогда Англия снова ввязалась бы в войну!

Их взгляды встретились, и они рассмеялись.

— Я так рада, что мы все уладили, — сказала Дианта. — Они так любят друг друга! И были бы глубоко несчастны, если бы не смогли пожениться.

Рекс удивленно приподнял брови.

— Боже мой, дорогая, ты становишься романтичной!

— Ничего подобного! — горячо возразила она. — Как ты смеешь меня так оскорблять!

— Вот именно! — с благодарностью сказал он. — Именно этому я хотел тебя научить! Всегда чувствуй себя оскорбленной, если тебе говорят правду.

— Но это неправда!

— Тогда простите, миледи. Но меня обескуражила ваша забота о счастье влюбленных. Это несколько противоречит вашим принципам.

— О каких принципах может идти речь, если дело касается тех, кого мы любим? — спросила она.

— В вас говорит настоящая женщина. — В глазах Рекса все так же светилась улыбка. — Быть может, нужно позвать Джорджа и сообщить ему новости?

Они посвятили Джорджа в свой план. Получить его согласие не составило труда. Молодой человек понятия не имел, сколько денег брат имел до женитьбы и сколько получил после свадьбы в качестве приданого. Как и предполагала Дианта, он обрадовался, что получит имение Эйнсли, не задаваясь вопросом, откуда ему на голову свалилось такое счастье.

Прошло еще несколько дней, прежде чем лорд и леди Грейсбурн дали свое согласие на брак Джорджа и Элинор. Конечно, они предпочли бы видеть супругом своей дочери более состоятельного мужчину, но, будучи любящими родителями, не смогли остаться глухи к ее мольбам. Дилэйни взялся за дело, и к концу недели имение Эйнсли перешло во владение майора Лизема.

Джордж решил выйти в отставку. Они с Элинор с нетерпением ждали свадьбы. Медовый месяц они планировали провести в своем новом доме, а в декабре погостить у Рекса и Дианты в аббатстве Чартридж.


Свадьба состоялась пасмурным ноябрьским днем, но мало кто обращал внимание на погоду. Радость и счастье наполнили дом, когда Элинор надела, наконец, свадебный наряд, заботливо подобранный матерью и Диантой. Представ перед домочадцами в белоснежном платье, отделанном изящным кружевом, счастливая невеста обратилась к кузине:

— О Дианта, всем этим я обязана только тебе! Мама мне все рассказала. Моя дорогая кузина, как мне благодарить тебя?

— Будь счастлива, этого достаточно, — Дианта, смеясь, обняла девушку.

— Я уже счастлива. Как же может быть иначе? Я так его люблю!

— Боюсь, что слишком сильно любишь, дорогая, — улыбнулась Дианта. — Если бы только я могла, я бы спасла тебя от такого несчастья и посоветовала бы тебе выйти замуж по расчету, как я.

— Как ты? — Элинор в недоумении посмотрела на Дианту.

— Да, дорогая. Мы с Рексом отлично ладим. Я очень счастлива в своем браке без любви, но, вполне вероятно, со мной согласятся немногие. — Она поцеловала Элинор и добавила: — А теперь мне нужно поговорить с дядюшкой Сэлвином.

— Что случилось, дорогая? — спросила леди Грейсбурн у дочери, когда Дианта вышла.

— Я думаю о Дианте, мама. Иногда она очень-очень умна, а иногда… вовсе нет.

— Ты права, — сказала леди Грейсбурн, кивая. — Но она должна сама разобраться в своих чувствах. Ну, а теперь, если ты готова…

Венчание проходило в церкви святого Джорджа на Ганновер-сквер. Шествуя по проходу под руку с отцом, Элинор выглядела великолепно. Когда она встала рядом с Джорджем, ее лицо светилось радостью и счастьем.

Торжественные клятвы были произнесены, и Дианта молилась про себя, чтобы эту пару миновала участь всех виденных ею несчастных семей. Ей вспомнился лорд Фаррелл, так страстно любивший Шарлотту и так скоро ее забывший. Сама Шарлотта, некогда обожавшая супруга, теперь презирала его и находила успокоение только в детях. И ее родители, совершившие побег, чтобы пожениться. В конце семейной жизни их тоже ожидали горечь и разочарование. Вот достойный финал для столь романтических чувств. «Боже, пусть у них все будет по-другому», — шептала, обращаясь к Всевышнему, Дианта…

Потом она мысленно вернулась к собственному замужеству, в котором не могло быть никаких разочарований, так как не было никаких иллюзий. Она была удовлетворена и уверена в себе. Но увидев, как засияло от счастья лицо Элинор, когда Джордж надел ей на палец кольцо, Дианта испытала непонятную боль. Она сделала свой выбор и была им довольна. Ее не постигнет отчаяние, но она не найдет и счастья.

Взглянув на молодоженов, Дианта увидела, что Рекс, который был шафером Джорджа, украдкой наблюдает за ней. Интересно, прочитал ли он ее мысли? И о чем думал сам? Сожалел ли он о своем браке? Дианта покраснела и отвела взгляд.

В доме Грейсбурнов царило веселье. Стол ломился от деликатесов, а в центре высился огромный свадебный торт. К Дианте то и дело подходили поболтать дальние родственники, о существовании которых она даже не подозревала.

— Вы очень похожи на мать, — заметила худощавая пожилая дама. — У нее были темные волосы, но такой же овал лица.

— Вы… Вы знали мою мать, мэм?

— Я Хелена, ваша тетя. Алва была мне почти что дочерью. Милое создание, но довольно упрямое. Я предупреждала, каково ей будет с этим мерзавцем, но уж если она что-то решила, то не стала бы слушать никого.

— Мерзавцем вы называете моего отца? — холодно спросила Дианта.

— А кого же еще мне так называть? — резко ответила дама. Казалось, возраст давал ей право на грубость. Между тем она продолжала:

— Ей ужасно не повезло во всех отношениях. Ни одна хорошо воспитанная женщина не обратила бы внимания на этого Хелстоу. Он просто околдовал бедняжку.

К счастью, вскоре подошел Рекс. Тетушка Хелена с нетерпением ожидала, когда ее представят зятю.

— Должна вас поздравить! Неплохо устроились, не так ли? Деньги, конечно же, принадлежат семье Хелстоу? Дианта, вы должны благодарить Господа, что ваш отец не успел добраться до этих денег, иначе вам бы досталось немного.

Тут Рекс вмешался в разговор, заставив леди замолчать столь тактично, что пожилая дама лишь позже поняла, что ее оскорбили. Затем Рекс увел Дианту в сторону.

— Жених с невестой уезжают, — сообщил он.

Карета ждала у двери. Элинор обнимала родителей, пока Джордж горячо пожимал руку Рексу, не зная, как выразить свою признательность. Затем они спустились по лестнице и уехали. Дианта наблюдала за удаляющимся экипажем с какой-то непонятной болью в сердце.

— Мы можем сейчас же поехать домой, Рекс?

— Да, разумеется, но меня пригласили на вечеринку к друзьям. Разве я не говорил тебе об этом?

— Ах да, конечно, — поспешила заверить Дианта.

— Ты хотела бы, чтобы я остался с тобой?

Ей так хотелось сказать «да», но, вспомнив их уговор не вмешиваться в дела друг друга, она, мягко улыбнувшись, произнесла:

— Конечно, отправляйся к друзьям. Я передумала. Поеду лучше в оперу. Придется только вернуться домой, чтобы переодеться.


Глава пятая | Любовь по расчету | Глава седьмая