home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава девятая

Первым обрел дар речи Рекс.

— Вы ошибаетесь, Берти, — сердито произнес он. — Шантажируют не вас лично, а всех нас. Если быть точным — мою супругу. Держу пари — они состряпали этот план еще в день нашей свадьбы. — Он схватил Сидонию за плечи. — Они придумали превосходный план, как нагреть руки на состоянии семьи Хелстоу! Берти — несчастная жертва, не более. Но вы ошиблись, уважаемые. Вы не получите ни пенни. Ни сегодня, ни завтра, никогда. Джордж, позовите исправника.

— С удовольствием, — отозвался Джордж.

Темплтон растерянно улыбнулся.

— Подождите, подождите! Произошла досадная ошибка. Мы никого не обвиняем. Теперь я начинаю воспринимать это дело в совершенно ином свете. Не могли бы вы угостить меня бренди…

— Все, что мы можем для вас сделать, — это дать вам пять минут, чтобы вы могли убраться отсюда, — твердо сказал Рекс.

Сидония пулей пролетела мимо успевшей отойти в сторону бледной как смерть Софи. Дианта понимала, что, хотя Рекс, приложил массу усилий, чтобы исправить ситуацию, мисс Дансфорд успела услышать слишком много.

Темплтон с супругой вышли. За ними последовали Рекс с Джорджем. В холле загудели их сердитые голоса.

Пытаясь помочь Берти, Дианта взяла Софи за руку.

— Сожалею, что вам пришлось столкнуться с этой парочкой. Бедный Берти…

— Я думаю, нам также следует удалиться, — твердо произнес преподобный Дансфорд.

— Нет, вы должны остаться, — в тревоге воскликнула Дианта.

— Благодарю, — ответила Софи. — Простите, если это покажется вам невежливым, но… мне нужно идти.

— Но дело в том, что…

— Я все слышала, — рассерженно прервала ее Софи. — Разве вы еще не поняли? Я все слышала! — Ее прекрасные глаза печально смотрели на Берти.

— Мисс Дансфорд, — задыхаясь от горя, умолял он. — Софи… если бы вы только позволили мне все объяснить…

— Вы не обязаны мне ничего объяснять, мистер Фокс, — тихо и с достоинством ответила Софи. — Ваш образ жизни меня не касается. Как же я была наивна, когда верила, что все будет по-другому.

— Но я хочу, чтобы мы были вместе! — закричал он. — Я хочу жениться на вас, Софи!

— Я вынуждена ответить отказом на это заманчивое предложение, мистер Фокс. Между нами нет ничего общего. Я не смогу даже… — ледяная улыбка озарила лицо девушки, — стать вашим другом.

— Но эта история в прошлом, — сказал он яростно. — Это было до нашего с вами знакомства. Софи, все не так уж плохо! Я жил так, как живут многие мужчины моего круга, но обычно все похождения заканчиваются, как только молодой человек встречает достойную девушку.

Тут заговорил отец Дансфорд.

— По-вашему, такой «молодой человек» может рассчитывать на брак с достойной девушкой? Человек, который тратит чужие деньги на женщин легкого поведения? Мы приехали к вам, чтобы сообщить, что моя дочь все же убедила меня дать согласие на ваш брак, но после всего, что я видел, ничто не заставит меня отдать вам руку моей дочери.

— Отец, едем домой, — взмолилась Софи.

— Пойдем, дорогая. Нам здесь делать нечего. — Викарий обнял дочь, и они вышли.


В последующие дни над аббатством Чартридж сгущались тучи. Никто уже не сомневался, что решение Софи окончательно. Сколь чувствительна ни была эта девушка, характер у нее был отцовский. Она была способна выстоять перед лицом любого несчастья, даже такого страшного, как потеря любви.

Берти ходил по дому словно тень. Он так неожиданно обрел и так быстро утратил свой шанс на счастливую супружескую жизнь… Однажды, гуляя по саду, Дианта застала его сидящим на бревне в глубокой задумчивости. Казалось, он не замечал ничего вокруг. Сначала Берти даже не услышал шагов кузины, а потом рассеянно посмотрел на нее.

— Берти, дорогой, сидеть в саду уже холодно, — умоляюще произнесла Дианта. — Это так на вас не похоже!

— Я сам на себя не похож, — ответил он печально. — Я очень изменился, стал совсем другим человеком. И это сделала со мной Софи. С ней я… стал лучше. И так было бы всегда, если бы она оставалась со мной. Теперь, когда прошлое напомнило о себе так неожиданно, мне кажется, что все те глупые поступки совершал не я, что это было не со мной… — Он схватился руками за голову.

Дианта наблюдала за ним с сочувствием, но ничем не могла помочь. Берти молчал. Кузина нежно прикоснулась к его плечу, но он не отозвался. Домой графиня вернулась одна.

Утром она застала Джорджа за чтением спортивных новостей. Когда она рассказала ему о Берти, он только с сочувствием покачал головой.

— Плохи дела, — произнес Джордж. — Такая женщина способна сломать мужчине жизнь.

Дианта улыбнулась.

— Дорогой Джордж, вы уже рассуждаете как взрослый мужчина.

— Так и есть, — озадаченно сказал он. — Наверное, потому, что я счастлив в браке.

— Я тоже очень счастлива, — с негодованием сказала Дианта, — а Рекс, между тем, все никак не хочет взрослеть.

Джордж усмехнулся.

— И никогда не сможет. Лучшее, что он смог сделать, это жениться на вас. По крайней мере, он никогда…

Дианта в удивлении подняла брови.

— Уж не хотите ли вы сказать, что в прошлом у него была своя Сидония Темплтон? Смею предположить, он поступил с ней весьма жестоко.

— Это было очень давно, — произнес Джордж растерянно.

— Ну, тогда не случится ничего страшного, если вы мне об этом расскажете.

Джордж молчал.

— Или я спрошу у Рекса сама, — предложила Дианта.

— Послушайте, — взволнованно сказал Джордж, — не подавайте даже виду, что вам что-то известно.

— Ну, если вы мне все расскажете, надобности обращаться к мужу у меня не будет, — благоразумно заметила графиня. — И что же, та дама была похожа на Сидонию?

— В некоторой степени. Я видел ее лишь однажды. Ее звали леди Бартлетт, и она считалась весьма неприступной. Рекс влюбился в нее до безумия. Я никогда не видел его таким… — Джордж вдруг понял, с кем говорит, осекся и покраснел.

— Все в порядке, — успокоила его Дианта. — Как вы сказали, это было давно. — Сердце ее учащенно забилась. Она поняла, что должна узнать всю правду во что бы то ни стало. — Лорд Бартлетт шантажировал Рекса? — непринужденно поинтересовалась она.

— Нет, что вы! Рекс знал, что она замужем. Он платонически любил ее, боготворил, но никогда не пытался…

— Стать ее любовником? — закончила фразу Дианта.

— Именно так. Думаю, он был настолько осторожен, что никто, кроме меня, не догадывался о его чувстве.

— Как трогательно, — запинаясь, проговорила Дианта. — И чем же все закончилось?

— Иногда он писал ей стихи. Однажды ночью Рекс пробрался к ней в дом. Ее муж был в отъезде, а дама сердца, по расчету Рекса, должна была отправиться в театр. Он просто хотел оставить рукопись у нее на подушке. Тайком проскользнув в дом, он поднялся на второй этаж и тихо вошел в спальню.

— И? — дрожащим голосом нетерпеливо спросила Дианта, поскольку Джордж почему-то замолчал.

— Она была у себя. Только не одна. С ней был мужчина.

— Не муж, я полагаю?

— Нет.

Дианта попыталась улыбнуться.

— Вы имеете в виду, он поймал их на месте преступления?

— Что? Нет. Они были в постели.

Она глубоко вздохнула.

— Это одно и то же.

— Они были в постели. А ведь Рекс просто боготворил ее, — грустно сказал Джордж, — боготворил и поклонялся… А она в это время…

— А она вовсе не была целомудренна. И что же он сделал?

— Вышел из комнаты и как можно тише закрыл за собой дверь. Было темно, так что двое в спальне ни о чем не догадались. Уже после Рекс узнал, что лорд Бартлетт в тот же вечер приехал домой и застал супругу с любовником. Он вызвал негодяя на дуэль и застрелил его. Вскоре Бартлетты покинули страну. Рекс никогда больше ее не видел. Можете себе представить, как он страдал.

— Да, могу, — медленно произнесла Дианта.

Щеки Джорджа порозовели от смущения.

— Дианта, мне не следовало рассказывать вам все это. Если только Рекс узнает… он сотрет меня в порошок. Вы не скажете…

— Нет, он никогда не узнает, что вы рассказали мне об этом. Никогда.

К счастью, мужа не было дома, и она опрометью бросилась в свою комнату, чтобы обдумать услышанное. Заперев дверь, Дианта прислонилась к ней, пытаясь укротить бурю эмоций, которая поглотила ее. Теперь многое становилось понятным, включая тот странный взгляд Рекса на балу, когда он вскользь обронил, что презирает женщин. Его холодность была всего лишь маской. В душе Рекс оставался мальчишкой, обожаемый кумир которого высмеял его чувства и предал его. И теперь Дианта понимала, почему муж никогда и словом не обмолвился об этой истории.

Графиня дрожала и сжимала пальцы, чтобы хоть как-то успокоиться. Какое это теперь имело для нее значение? Она вышла замуж по расчету за человека, который любил ее не больше, чем она его. Это была взаимовыгодная сделка, и они соблюдали все условия. Ей не на что было жаловаться.

— Мне все равно, — пробормотала Дианта. — Почему это должно меня волновать? Это было так давно. Я, должно быть, выгляжу смешной. Рекс был еще так молод и неопытен… Теперь нас это не касается.

Однако жестокая ревность терзала ее. Когда-то Рекс питал к женщине нежные чувства. Когда-то любовь жила в его сердце… Острая боль родилась в душе Дианты. Она пыталась побороть ее добрым испытанным способом, призвав на помощь здравый смысл и благоразумие. Но все было напрасно. И уже не имело никакого значения, что это случилось давным-давно. Рекс обожал женщину, и она уничтожила его. Все, что от него осталось, — это оболочка человека, которая могла ходить и говорить, но которая уже никогда не сможет любить.

Он предложил ей свое мертвое сердце, но ведь именно этого она и просила. Пускай она, глупая и неопытная девушка, не знала, каким несчастьем это может для нее обернуться, но ведь Рекс отдавал себе отчет в том, что делает! В тот вечер, когда он застал ее в комнате с письмами отца, он облек свои мысли и страхи в слова, смысл которых тогда Дианте был непонятен.

Он уверил ее в том, что она сможет прожить без любви, зная, что это невозможно… Если бы у него была хоть капля порядочности, он бы оставил ее в покое, но… он увлек ее за собой в пропасть с улыбкой на лице. Он назвал их брак несчастьем для Дианты, так как был к ней холоден и боялся, что однажды она захочет большего.

— Но я не хочу, — с отчаянием сказала она себе. — Я не люблю его. У нас прекрасный брак, и меня все устраивает.

Слова графини прокатились по пустой комнате гулким насмешливым эхом. В зеркале Дианта увидела несчастную женщину, которая вдруг поняла, что мужчина, которого она любит, никогда не будет ей принадлежать.

— Нет! — закричала она. — Это неправда! Я не люблю его. Нет! Нет!

И откуда-то издалека до нее донеслось эхо.


С Рексом они увиделись только вечером. На обед были приглашены сквайр, мэр и их дражайшие половины. Рекс вошел в ее спальню в вечернем костюме, аккуратном и элегантном. Сердце Дианты сжалось от боли. Теперь, когда она, наконец, поняла, какие чувства в действительности питает к супругу, Дианта смотрела на Рекса совсем другими глазами. Как он красив! Какие у него широкие плечи и стройные ноги! Она заметила это еще в день их первой встречи в Гайд-парке. Теперь, когда чувственность ее проснулась, она поняла, что он понравился ей с первого взгляда.

По обыкновению Рекс улыбнулся жене. Чего стоило Дианте не показывать своих чувств, знала лишь она сама. Он был добр и приветлив, но от страсти не осталось и следа.

— Ты готова, дорогая?

— Почти. — Она взяла его за руку, надеясь, что он не заметит, как дрожат пальцы.

Но Дианта ошиблась. Рекс взял ее за подбородок и внимательно заглянул в глаза.

— Ты бледна. Ты не заболела?

— Рождественские торжества немного утомили меня, — натянуто рассмеялась графиня. — Мне так жаль Берти…

— Да, радоваться нечему. Приятель пригласил нас с Джорджем поохотиться у себя в имении, и мы хотим взять Берти с собой. Это поможет ему немного отвлечься. А вы с Элинор хорошенько отдохнете. Ты не возражаешь, если мы уедем на неделю?

— Ты волен поступать, как хочешь.

Он улыбнулся.

— Ты всегда знаешь, что сказать. Моя жена — само совершенство.

«Совершенство, — думала Дианта, пока они вместе спускались по лестнице. — Та, которая никогда ничего от тебя не потребует и не будет просить о любви».

Дианта подняла голову. Она добровольно заключила эту сделку, и жаловаться ей не на что.

В ту ночь она никак не могла заснуть, с болью в сердце ожидая прихода Рекса. Но когда он вошел, Дианта замерла. Неожиданно мысль о том, чтобы отдаться ему душой и телом, ужаснула ее. Ни в коем случае она не должна смущать его чувствами, которых он так старательно избегает. Она пыталась вести себя как обычно, но Рекс словно видел ее насквозь. Его улыбка стала ироничной.

— Я не хочу быть навязчивым, дорогая. Должно быть, я тебе надоел. Отдохни немного.

Рекс нежно поцеловал ее и удалился, не выказав ни малейшего неудовольствия по поводу ее молчания. Дождавшись его ухода, Дианта в отчаянии принялась что есть силы пинать подушку — еще бы, она оказалась в глупейшем положении: подумать только, влюбиться в собственного мужа!


В конце января Джордж и Элинор вернулись в Эйнсли-Корт, а Берти уехал в Лондон. Рекс с Диантой остались в аббатстве Чартридж еще на два месяца, наблюдая за обустройством имения. Иногда к ним на пару дней приезжала погостить молодая чета Лиземов, и тогда они очень весело проводили время.

Оправившись от шока, Дианта вновь обрела былую уверенность. Она решила, что ее ситуация отнюдь не безнадежна. Она — жена Рекса, и они постоянно вместе. У них есть свои, только им двоим понятные шутки, которые она так любила. И каждую ночь они предавались страсти.

Когда Рекс приехал с охоты, Дианта с радостью бросилась к нему навстречу, уверенная в том, что еще не все потеряно. «Ни одно сердце не может навсегда утратить способность любить», — размышляла она. У нее еще будет время завоевать его. Итак, настроение Дианты улучшилось, и последующие несколько недель прошли счастливо.

А потом Дилэйни, приехавший за подписью Рекса с бумагами из Лондона, привез потрясающую новость.

— Бонапарт бежал с острова Эльба, — объявил он, показывая номер «Таймс».

Рекс мельком посмотрел на газету двухдневной давности и весело пошутил:

— А новостей посвежее вы нам не привезли? О побеге судачат банкиры?

Дилэйни кивнул.

— У Ротшильдов своя агентурная сеть. Сообщают, что Наполеон добрался до Франции, где его встречают с распростертыми объятиями. Вся Европа в ужасе. Это война, Рекс. Мы думали, что все кончено, а теперь я опасаюсь, что худшее еще впереди.

Джордж и Элинор в тот момент гостили в аббатстве. Джордж взял газету из рук брата и отвернулся. Элинор, побледнев, посмотрела на мужа.

— Если будет война, — медленно произнес Джордж, — Веллингтон мобилизует всех и каждого. Половина армии находится в Америке.

Он взглянул на жену. Элинор поняла намек и закрыла лицо руками. Не сказав больше ни слова, Джордж вышел. Супруга покинула комнату вслед за ним.

— Что он собирается делать? — спросила Дианта.

— Полагаю, он намерен вернуться в армию, — ответил Рекс.

— Его полк уже откомандирован в Брюссель, — пояснил Дилэйни. — Они выступают через неделю.

— Думаю, настала пора нам всем отправляться в Лондон, — сказал Рекс.

Джордж вместе с Элинор вернулись в Эйнсли-Корт и оттуда уехали в Лондон. Дианта понимала, что они не знают, как много времени им суждено быть вместе, и потому не хотят терять ни минуты. Рекс предложил брату с женой остановиться в Чартридж-хаусе, а затем предположил, что кузина Элинор могла бы пожить с ними, пока Джордж будет находиться за границей. Прежде всего ему нужно было уладить имущественные вопросы, и через два дня он собирался отправиться в Лондон вместе с Диантой.

Домой они приехали в середине дня. Как только Элинор услышала об их приезде, она тотчас же сбежала вниз по лестнице, чтобы обнять Дианту. Кузины еще долго стояли молча, пока Дианта не решилась заговорить:

— Пойдем наверх, дорогая, и ты мне обо всем расскажешь.

В спальне Элинор разрыдалась.

— Джордж вступил в армию, — всхлипывала она. — Я пытаюсь не отчаиваться. Я никогда не плачу при нем. Но боже мой, Дианта, сколько мне еще предстоит вынести? У нас было так мало времени побыть вместе!

— У вас впереди еще много-много долгих счастливых лет, — попыталась успокоить ее Дианта. — Глупышка, не плачь. Они поймают этого зазнайку Бонапарта и отправят его обратно.

Элинор покачала головой.

— Ты еще не слышала последних лондонских новостей. Париж принял его радостно, и вскоре ожидается большое сражение. Джордж скоро уезжает, я хочу ехать вместе с ним, но он не разрешает. Значит, все очень серьезно.

— Тебе не следует жить одной в чужом городе, вот что это значит, — ободряюще улыбнулась Дианта.

— Как будто мне не все равно, где жить! О, Дианта, если он уйдет на войну, возможно, я его уже больше никогда не увижу. Я должна быть с ним так долго, сколько могу. Не имеет никакого значения, где я буду жить. Я могу быть с ним где угодно… хоть в палатке.

Слушая эти наивные речи, Дианта улыбалась.

— Ты собираешься ехать вслед за полком? — игриво спросила она.

— Если понадобится, да, — немедля ответила Элинор. — Я должна быть с Джорджем.

Задор Дианты исчез, как только она услышала, с какой решительностью ответила ей кузина. В таком расположении духа она ее видела впервые. Ее нежная Элинор, которая так легко поддавалась чужому влиянию, сейчас была настроена решительно, как никогда.

— Не торопись, — сказала Дианта. — Я кое-что придумала. Поговорим об этом позже. — И поспешила выйти из комнаты, чтобы обдумать все как следует.

Возвращение Рекса обещало очередные новости.

— Война, — просто сказал он. — И на этот раз она затронет всю Европу. Войска уже стягивают к Брюсселю.

— Тогда и нам следует быть там, — немедленно произнесла графиня. — Элинор хочет быть поближе к Джорджу. Почему бы и нам не поехать вместе с ней?

Рекс нахмурил брови.

— Я собирался туда ехать, а что касается женщин…

— Боже мой, сражение ведь произойдет не завтра, не так ли?

— Конечно, нет. На подготовку к нему уйдут месяцы.

— А в это время в Брюсселе будет происходить что-нибудь интересное, — весело предположила она. — Где же еще нам быть, как не там? — Дианта щелкнула пальцами. — И все это благодаря Бонапарту!

Лицо Рекса просветлело.

— Какую незаурядную женщину я взял в жены! Следовало бы сообщить Бонапарту, что ты поджидаешь его в Брюсселе. Глядишь, он поспешил бы спастись бегством обратно на Эльбу!

За обедом в тот вечер было необычайно весело. Элинор была счастлива, что теперь она сможет ехать вслед за Джорджем, — она постоянно ласкала супруга взглядом.

— Интересно, где же сейчас Берти, — произнес задумчиво Рекс. — Я послал ему приглашение отобедать с нами.

— Да, не в его правилах отказываться от обеда за чужой счет, — согласилась Дианта. — Быть может, он повстречал Темплтонов.

— Им можно посочувствовать, если это действительно так, — заметил Рекс.

Не прошло и часа, как приехал Берти. Он поспел как раз к чаю.

— Ах вы негодник, — ворчливо поприветствовала его Дианта, но улыбка тут же сошла с ее лица. — Берти, что случилось?

Лицо у мистера Фокса было очень бледным. Странное, несвойственное ему ледяное спокойствие испугало графиню. Она подошла к Берти, взяла его за руки:

— Скажите же, что произошло?

— Я приехал попрощаться, — тихо произнес он. — Я вступил добровольцем в полк Джорджа.

— Вы? — Она попыталась скрыть прозвучавшее в голосе удивление, но не смогла. Берти вымученно улыбнулся.

— Да, я. Берти Фокс, который ни разу в жизни не заплатил за свои костюмы и обеды. Если бы только я мог что-то исправить! Человек, который не думал ни о чем, кроме развлечений! Но, как видите, мне теперь абсолютно все равно. — И просто добавил: — Теперь, когда я потерял Софи, меня больше уже ничего не интересует.

— О, Берти! — Дианта обняла кузена. Рекс с Джорджем по очереди пожали ему руку. Они подвели его ближе к камину, и Джордж успокоил леди, объясняя, что Берти записался в армию не как наемный солдат, и, следовательно, все не так уж страшно.

— Джентльмен-доброволец не живет вместе с простыми солдатами, — пояснил Джордж. — Обедает он вместе с офицерами. Не беспокойтесь, я о нем позабочусь.

Но поступок Берти взволновал Дианту. Она вспомнила, как он сказал: «Теперь, когда я потерял Софи, меня уже больше ничего не интересует». Эти слова врезались в ее память и теперь крайне ее беспокоили. Берти, у которого было множество увлечений, настолько поддался своему чувству, что собственная жизнь перестала иметь для него сколько-нибудь значительную ценность. Затем в памяти всплыло лицо Элинор. Как блестели ее глаза, когда она останавливала свой взор на Джордже! Она была готова пойти за ним хоть на край света, презрев все опасности и неудобства. Лишь бы он был с ней рядом…

Дианта уже успела понять, какое чувство движет Берти и Элинор. Как будто пелена, которая скрывала мир и которую она так упорно не хотела замечать, упала с ее глаз. Ей так хотелось поговорить с Рексом — как они говорили обо всем раньше, в старые добрые времена. Но сознание того, что она его любит, а он ее — нет, бросало тень на их отношения. Большую часть времени Дианте удавалось сохранять присутствие духа, непрерывно убеждая себя в том, что однажды она завоюет любовь супруга. Но иногда при мысли о том, что этого может никогда не случиться, ее бросало в дрожь.


Брюссельский парк располагался в самом сердце столицы — огромный элегантный сад, пересеченный множеством тропинок, с прекрасными видами на украшенные фонтанами бассейны. В парке находился королевский дворец. Неподалеку от него на улице Руаяль стояли походные палатки, которые торопливо приводили в порядок по случаю приезда герцога Веллингтона. К парку же примыкала улица Дюкаль, вдоль которой выстроились просторные особняки, один из которых арендовал для семейства Чартридж заблаговременно приехавший в Бельгию Дилэйни.

Дианте новый дом пришелся по вкусу — прекрасный вид на парк и прогуливающуюся там ежедневно публику вполне ее устроил. Часть комнат была отведена для Элинор с Джорджем. Берти и камердинер заняли всего две. Кузен бесстрастно поблагодарил графиню за оказанное гостеприимство. Казалось, он не может найти себе места и пытается хоть как-то отвлечься, ревностно выполняя свои служебные обязанности.

Дианта еще раз убедилась в правоте Рекса — в ожидании сколько-нибудь значительных событий прошли недели. Внезапно возникшая необходимость отъезда сорвала их с места, но теперь, когда они приехали в Брюссель, жизнь в городе мирно шла своим чередом — балы, завтраки, прогулки верхом и многие другие развлечения устраивались многочисленными приезжими, уставшими от утомительных путешествий. Почти вся английская знать находилась в Брюсселе. Многие должны были приехать со дня на день.

Дианта сразу же стала пользоваться в светских кругах огромным успехом. Ее красота и остроумие покорили немало мужчин, и она тотчас же начала заводить полезные знакомства. Ей очень хотелось заставить мужа хоть чуточку себя ревновать, но Рекс на ее «шалости» взирал с циничным любопытством. Иногда он наблюдал за очередным несчастным и безутешным поклонником супруги с глубокой иронией, но никоим образом не вмешивался в ее дела.

Желание завоевать всеобщее признание заставило Дианту обновить гардероб. Она пригласила мадам Филон, которая обшивала королевскую семью Бельгии, и сделала ей огромный заказ на различного рода платья. Естественно, это повлекло за собой покупку новых туфель, чулок, шалей, вееров, шляпок, поэтому первые недели за границей пролетели для молодой графини незаметно.

Вслед за мартом пришел апрель. Неожиданно потеплело, и почти каждый день в городе устраивались пикники или армейские смотры. Кроме британцев в состав вооруженных сил входили голландцы, бельгийцы, а также жители Ганновера и Пруссии. Город пестрел мундирами, и каждая из стран-союзниц старалась устроить парад поэффектнее. Казалось, в обязанности Джорджа и Берти входило лишь присутствовать на этих мероприятиях, потому дамы, когда представлялась возможность, с удовольствием любовались своими «воинами».

В начале апреля, ко всеобщему облегчению, прибыл герцог Веллингтон, и приготовления к сражению стали набирать обороты. Но мало кто подозревал о том, какая напряженная работа шла с утра до поздней ночи в штабах. Общество все так же жило развлечениями, с той лишь разницей, что они становились все более частыми и пышными. Герцог получал одинаковое удовольствие и от приготовлений к празднествам, и от их посещения. Он считался подлинным ценителем женской красоты, и любая известная привлекательная женщина не смогла бы пожаловаться на недостаток внимания со стороны его высочества.

О герцоге ходили невероятные слухи. Во время составления списка гостей к одному из приемов его предупредили о том, что присутствие некой особы, пользовавшейся весьма сомнительной репутацией, нежелательно.

— Сомнительной, вы говорите?! — воскликнул герцог. — Тогда я приглашу ее лично.

Не прошло и часа, как Веллингтон был уже у нее.

«Поведение герцога Веллингтона, — писала одна из светских дам, — никоим образом не способствует укреплению общественной морали», и это было абсолютной правдой. Он ничего не делал для того, чтобы хоть как-то свести на нет веселье, царившее в городе в течение уже многих недель.

Новость о том, что лорд Аксбридж собирается присоединиться к армии Веллингтона в качестве командующего кавалерией, также не прибавила серьезности происходящему. Аксбридж был прекрасным военным, но имел порочную связь с невесткой Веллингтона, что заставило его совершить вместе со своей избранницей побег. Когда герцогу напомнили об этом, его ответ был краток:

— Я позабочусь о том, чтобы он не сбежал вместе со мной.

Впервые Дианта увидела Веллингтона на балу. Как и многие до нее, поначалу она была разочарована. Он был не высок, некрасив, а его смех напоминал противный ослиный крик. Но во время вальса она разглядела в его проницательных глазах острый холодный ум и поняла, что настоящий Веллингтон скрывается от общества под маской банального весельчака.

Сразу же после вальса Дианта заметила, что герцог беседует с вновь прибывшей гостьей — роскошной красавицей-брюнеткой в бархатном платье винного цвета с большим декольте. Наряд ее был слишком открытым, чтобы претендовать на элегантность, но выглядела она в нем великолепно. Рубины красовались на ее руках и шее. Ей было уже далеко за тридцать — возраст, когда многие дамы теряют свою красоту, — но эта женщина держалась уверенно, прекрасно отдавая себе отчет в том, что может покорить любого мужчину. «И у нее есть основания так думать», — решила Дианта, глядя, как учтиво ведет себя с ней герцог.

В комнате было жарко, и Дианта обмахивалась веером. Увидев супруга, она поняла, что он взглядом ищет ее в толпе. Дианта хотела было подойти к нему, пошутив насчет того, какой же она прослывет старомодной, если станет танцевать с собственным мужем, но в следующее мгновение она застыла на месте: Веллингтон со своей собеседницей подошли к Чартриджу, и Рексу представилась возможность вблизи полюбоваться дамой в темно-красном платье. Дианта заметила, что лицо супруга стало белым как мел. Его рука нелепо повисла в воздухе…

Дианта подошла еще ближе. Она находилась уже в нескольких футах от него. Если бы только Рекс повернул голову, он тотчас же заметил бы ее, но он стоял, не в силах сдвинуться с места. Его внимание было приковано к даме в красном. Он смотрел на нее горящими глазами, словно в ее руках находилась его жизнь.

Танец закончился. Веллингтон поприветствовал Рекса, и Дианта услышала, как он произнес:

— Полагаю, эта леди — ваша старая знакомая…

— Да, — ответил Рекс. — Мы с леди Бартлетт… уже встречались.


Глава восьмая | Любовь по расчету | Глава десятая