home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 11

Кэт сидела в сумерках, поджав под себя ноги, кружка какао остывала в руках. На столе лежала книга, которую она читала. Вообще-то она купила ее, чтобы почитать на пляже, но насладиться самозабвенным чтением ей не удалось. Теперь она вернулась в свою квартиру в городе и проводила дни, уткнувшись носом в книгу по психологии. Ее интересовал вопрос о подавленных воспоминаниях — откуда они берутся, как ими управлять и почему люди стараются загнать их поглубже. Она надеялась, что книга поможет ей вспомнить, что произошло в студии ее отца в тот вечер, когда она уехала из Персуэйшн. Казалось, эти воспоминания не могли сохраниться в ее памяти, потому что она не помнила даже, когда начала их забывать. Неделю спустя после того, как она приехала в Балтимор? А может, через месяц? Или через два года? Она ни разу не упоминала о той ночи ни Филлис, ни Ноле, потому что не знала толком, что рассказывать.

Кэт потерла шею, надавливая пальцами на онемевшие мышцы. Первый обрывок из ее воспоминаний пришел ей на ум, когда они сидели в больнице «Дэвис мемориал» и Кэт смотрела на узловатые руки отца. Но еще отчетливее она припомнила все тогда, на пляже, когда разговаривала с Джеффом. Когда она проговорила вслух свою историю так, будто она произошла с кем-то другим, — воспоминания стали отчетливее, и она до сих пор находилась под впечатлением от этого.

Ей необходимо было сделать перерыв.

Кэт встала со старого стула и потянулась, сначала к потолку, потом вниз, к пальцам ног. Она отправилась в ванную и сбрызнула глаза холодной водой. Из зеркала на нее смотрело загорелое, но хмурое лицо. Ей уже тридцать семь. Она далеко не девочка и давно ни от кого не бегает. Она больше ничего ни от кого не скрывает. И благодаря Филлис она могла ни на кого не надеяться до конца своих дней.

С чем бы ей ни пришлось столкнуться, будь то негодование Эйдана или ее собственные темные воспоминания, — она все выдержит.

Приблизившись к зеркалу, Кэт изучила каждую морщинку, каждую веснушку, что выжили на ее лице после процедур с гликолиевой кислотой на Пятой авеню. Она все еще прелестна. Если бы она вдруг захотела свидания с мужчиной, то легко бы устроила это.

Странная штука жизнь.

Кэт промокнула лицо полотенцем и пошла в кухню перекусить. По пути она взяла пульт от музыкального центра, и квартира наполнилась звуками гитары Бонни Райте и его приятным голосом. Кэт подпевала песенке о несчастной любви, намазывая швейцарский сыр на ржаные тосты и выкладывая сверху ломтики индейки, как она делала каждый раз, стоило только услышать звуки музыки.

Великолепно.

Кэт бросила сандвич на картонную тарелку. Она сидит здесь весь день, тихо как мышь, но как только она включает хорошую музыку, миссис Браунштейн стучит по полу рукояткой от метлы. Кэт с нетерпением ждала того дня, когда сможет переехать в дом. По крайней мере, у Филлис не было соседей сверху, а стены между соседями были достаточно толстыми, чтобы обеспечить хозяину дома хоть немного личного пространства.

Кэт убавила звук и уселась в обеденном уголке кухни. Но как только она откусила довольно приличный кусок бутерброда, снова послышалось грохотанье. На этот раз стучали в дверь.

Терпение Кэт было на исходе. Она жила под миссис Браунштейн уже двенадцать лет, и та становилась чем старше, тем раздражительнее. Стук метлой был естественным и самым простым способом передачи информации. Так не надо было спускаться вниз и устраивать ссору с соседями.

Кэт распахнула дверь, приготовившись встретиться взглядом с парой злых глаз за очками с толстым стеклом. Вместо этого она уткнулась в мужскую грудь. И это была грудь не какого-нибудь там незнакомого мужчины. Ей не надо было поднимать глаза, чтобы удостовериться — это былРайли.

— Ты испачкала лицо, — сказал он, и, поскольку произнес это неподражаемым баритоном, Кэт подумала, что это самая сексуальная фраза, какую она слышала в своей жизни. Она уже хотела вытереть майонез, но Райли опередил ее, проведя пальцем по ее верхней губе.

Ей не хотелось смотреть ему в глаза. Она бы не справилась с ситуацией. Зачем он сюда приехал? Он же собирался жениться! Какая же это пытка! Но она должна посмотреть на него. Каждый раз, имея дело с Райли Боландом, она сразу становится чертовски слабой!

Кэт вздернула подбородок и вызывающе посмотрела на Райли. Он ухмылялся, его синие глаза смеялись.

— Так нечестно, — хотела прошептать она и не сразу поняла, что произнесла это во весь голос.

— Очень даже честно. Я объявился без предупреждения, так же, как и ты.

Кэт покачала головой. Все это тщетно, ведь он обручен. Правда, дело осложнялось тем, что она ненавидела его и одновременно любила. Все, чего она хотела сейчас, это броситься в его объятия и дать миссис Браунштейн повод еще раз постучать своей метлой. Но она не сделает этого.

— Ты что, не собираешься впускать меня?

Кэт фыркнула:

— Думаю, это ни к чему.

— Почему?

— Я ем.

— Я составлю тебе компанию.

— Нет, спасибо.

— Тогда выходи сюда, ко мне.

— Я не одета.

— Так надень свои видавшие виды меховые тапки, и пойдем прогуляемся.

Кэт открыла от удивления рот:

— Мои что?

— Сойдет и то, что на тебе сейчас, но если тебе в этом не комфортно, так надень что-нибудь другое.

Кэт посмотрела на себя и засмеялась. Ее серые спортивные штаны и футболка едва ли подойдут даже такому демократическому кафе, Как «Эрли берд».

— Я не хочу ничего надевать.

— Это меня тоже вполне устроит, — ухмыльнулся Райли.

— Зря ты все это затеял, — сказала она.

— Ну, давай же, Скаут, — подмигнул Райли. — Впусти меня.

Когда Кэт услышала это прозвище из прошлого, у нее перехватило дыхание. Она в удивлении уставилась на Райли — еще одна деталь, которую она пыталась упрятать подальше и не вспоминать. А может, если верить всей этой чепухе из книги, она заблокировала это прозвище для своей памяти, потому что вспоминать его было слишком больно?

Райли продолжал улыбаться, и она знала, что он, так же как и она, вспомнил тот день. Им было по десять лет, они играли на турнике, на детской площадке. Она была одета в свою униформу скаута и очень гордилась этим. Она надела ее потому, что после школы они встречались с отрядом, но мальчишки и Райли посмеялись над ней и сказали, что она выглядит по-дурацки.

— Я скаут, — настаивала Кэт. — Вы, мальчишки, сами дураки.

Так к ней и прилипло это прозвище. Но через какое-то время Райли решил, что он один будет называть ее так. Однажды у фонтана Трэвис Батрик назвал ее так, и Райли свалил его с ног. Их обоих наказали.

Трэвис Батрик? Да ведь они называли его Головозадый!

Кэт моргнула, заставив себя вернуться в реальность.

— Тебе лучше уйти, — сказала она.

Райли переступил порог.

— Мне надо остаться. Нам надо серьезно поговорить.

Кэт попыталась закрыть дверь, но он поставил ногу между дверью и порогом.

— Пожалуйста, Райли, не надо.

— Я провел целый день с сыном.

Силы покинули ее. В это мгновение Кэт поняла, что должна впустить его, какой бы большой ошибкой это ни было.

— Хорошо. — Она отступила на шаг, потом остановилась, чтобы поднять с коврика воскресный номер «Балтимор сан», который так и лежал тут с тех пор, как она уехала на Кайманы.

Райли зашел в дом и прикрыл за собой дверь.

— Присаживайся. — Она указала на кресло. — Хочешь какао или чаю?

— Нет, спасибо.

Кэт смотрела на Райли, пока он заходил в дом и осматривал комнату, в которой стояла самодельная потрепанная мебель. Сначала он остановился около шкафа с книгами, который занимал чуть ли не всю стену. Он пробежал пальцами по корешкам.

— Восточная философия, археология, астрономия, греческие трагедии. — Он мягко усмехнулся. — Вижу, ты до сих пор осталась книжным червем.

Потом Райли остановился у камина и изучил фотографии Эйдана с самого детства. Райли взял в руки фотографию сына в зоопарке, когда тому было три года.

— Это невероятно, — прошептал Райли. Поставив фото на место, он перешел к следующему снимку.

— Мы можем сделать копии всех фотографий, — предложила Кэт от дверей кухни.

— Было бы здорово. — Райли двинулся к старому креслу около столика, на котором под лампой лежала книга Кэт. Он перевернул книгу, прочитал название и повернул ее обратно. На ковер из нее выпала визитка.

— Обуздание памяти? — нахмурился Райли и поднял то, что упало. Он прочитал то, что там было написано, и нахмурился еще больше. — У тебя было свидание с этим Джеффом?

— Нет, он просто друг. — Кэт решила пропустить церемонию с кофе. Она вернулась из кухни — Райли, тебе не стоило приходить сюда, и ты это знаешь.

Райли вложил визитку Джеффа в книгу и положил ее на место. Потом громко прочитал название:

— «Голая правда: как сделать жизнь честной и открытой». Хм. — Райли поудобнее устроился в кресле. — Хочешь получить степень по психологии?

— Нет, просто развлекаюсь. — Кэт приказала себе не смотреть на Райли, потому что как только она поднимала на него глаза, ее кровь закипала, и она могла думать только о том, как они занимались любовью.

Все, на что она решилась, — это мельком взглянуть на него. Боже! Этот мужчина был просто великолепен в своих джинсах и простой рубашке! Кэт прокашлялась.

— Как Эйдан? Он до сих пор не разговаривает со мной.

Райли задумчиво улыбнулся, продолжая рассматривать ее квартиру.

— Он замечательный молодой человек, Кэт. Тебе нельзя было прятать его от меня, но, должен признать, ты оказалась хорошей матерью, и я благодарен тебе за это.

Искренность в его голосе смягчила Кэт. Она была права — кое-что она сделала правильно, и была рада, что кто-то это заметил.

— Спасибо, Райли.

— А теперь перейдем к делу. Почему мне не стоило приходить сюда? — Райли облокотился на свои колени. — Ты заварила эту кашу, Скаут. Это ты прикатила в Персуэйшн на прошлой неделе, сбила меня с толку, заставила напомнить, что старые чувства все еще живы, а потом исчезла, не сказав ни слова.

Вся мягкость исчезла, Кэт снова стала жесткой как сталь. Да что он себе позволяет? Что случилось с его благопристойностью? Подождите-ка, может быть, это продолжение старой истории и под невинной внешностью Райли Боланда скрывается бесчестный негодяй?

— А потом ты вернулась в Балтимор и стала настолько высокомерна, что не отвечала даже на мои телефонные звонки. Ты не должна так поступать с людьми, Кэт. Ты не должна поступать так со мной. Я этого не заслужил.

Она моргнула и уставилась на него, не веря своим ушам:

— Правда?

— Правда.

Кэт сладко улыбнулась:

— А как же твоя невеста? О, извини, я не запомнила ее имя.

Лицо Райли застыло на мгновение.

— Моя, кто? — прошептал он.

— Женщина, на которой ты женишься в рождественский сочельник. Вот кто.

Райли сидел не шевелясь.

— Да ладно, Райли. Ты умный мужчина — закончил медицинский колледж и все такое, я держу пари, что если ты приложишь немного усилий, то припомнишь имя своей невесты.

Кэт заметила, как Райли выпрямил спину. Через несколько секунд он откинулся на спинку кресла и скрестил ноги. На его лице появилось выражение отвращения.

— Где ты взяла эту информацию?

— Это так важно? — раздраженно спросила Кэт. Он что, собирается сидеть здесь и все отрицать? Неужели он стал одним из тех людей, с которыми Кэт никогда бы не захотела иметь дело? Она уже начала жалеть, что познакомила его с Эйданом.

— Это важно настолько, что ты не поверишь. — Кэт удивило, что Райли решил посмеяться в такой момент. — Так ты встречалась с Кэрри?

— Не встречалась я ни с какой Кэрри, — выпалила Кэт. — Мэдлин Боумэн сказала мне о вашей свадьбе, когда я пришла с утренней прогулки после того, как я… как я сбила тебя с толку.

Райли, казалось, был удивлен:

— Мэдлин?

— Да. Она ошарашила меня в столовой и… слушай, это просто смешно. — Кэт вскочила с дивана и направилась к выходу. — А чего я ожидала? Я не общалась с тобой двадцать лет, мы не дети, чтобы делиться друг с другом всем подряд. У тебя своя жизнь. Теперь ты помолвлен. Это нормально. Я уверена, что она просто прелесть. Ты ничего мне не должен. Все, конец истории. — Кэт отперла дверь и распахнула ее, потом в возбуждении вернулась к нему. — Но я скажу тебе, что не нормально. А не нормально то, что тебе все равно, что ты помолвлен. Ты не думал ни о своей невесте, ни обо мне той ночью в той нелепой огромной кровати. Единственное, о чем ты думал, как удовлетворить свои капризы… Боже мой, какая я была дура! Ты всегда только этого от меня и хотел! Да и все мужчины! Как же я вас ненавижу!

Кэт остановилась, вдруг поняв, что Райли встал со своего кресла и смотрит на нее. Не сказав ни слова, он захлопнул дверь.

— Где у тебя спальня? — спросил он.

У Кэт перехватило дыхание. Голова закружилась. Она повернулась на негнущихся ногах. Почему он так действует на нее?

— Но…

Райли припал к ее губам, и конец фразы исчез в их поцелуе. Все равно она уже позабыла, что хотела сказать. Сквозь пелену вожделения все, что приходило в голову Кэт, это строчка из песни, которую она слушала по десять раз на неделе из задней комнаты в цветочном магазине, «Если любовь к тебе — ложь, то я буду лгать…».

Райли закончил поцелуй и улыбнулся.

Кэт была ошеломлена. Но не настолько, чтобы совершить глупость. В отличие от Райли у нее была совесть. Она снова открыла дверь:

— До свидания, Райли. Желаю счастья.

Улыбка не сходила с его лица.

— Я не помолвлен. У меня нет никакой невесты.

— Нет невесты? — прошептала она.

— Была одна — Кэрри Матис — в прошлом году, до того, как я узнал о тебе и Эйдане. — Он прикоснулся кончиками пальцев к ее щеке. — Она стала немного не в себе, когда я отменил свадьбу и порвал с ней. Думаю, она использовала Мэдлин, чтобы сбить тебя с толку.

Кэт почувствовала, как в ней просыпается надежда. Она едва могла говорить.

— Это правда?

— Голая правда, Скаут. Думаю, самое время сделать наши жизни честными и открытыми.

— Спальня справа по коридору, — услышал он в ответ.


Кэрри не думала, что он будет возражать. Если верить Мэдлин, Вирджил Кавано не выходил из дома с тех пор, как умерла его жена, если не брать в расчет его посещение больницы, так что Кэрри навряд ли оторвет его от важных дел.

Она припарковала «вольво» на подъездной дорожке и быстро огляделась кругом. Все вокруг выглядело неопрятно. Видимо, очередь мистера Кавано нанимать соседских мальчишек, чтобы разгрести листья, еще не подошла. Впрочем, если судить по словам Мэдлин, он наверняка просто пожалел на это денег. Еще она сказала, что единственный человек, способный находиться с ним в одной комнате, это его сестра. Она делала за него покупки и стирала его белье, с тех пор как умерла миссис Кавано.

Кэрри улыбнулась сама себе, когда поднялась на верхнюю ступеньку лестницы, думая, что легко справится, с одиноким неряшливым отшельником. Она позвонила в дверь, но никто не ответил. Она позвонила снова. Никаких звуков или движения внутри дома.

Кэрри нажала пальцем на звонок и не отпускала его. В регистратуре больницы сказали, что его выписали пять дней назад, впрочем, может, его настиг очередной инфаркт, и он лежит теперь на полу своей кухни. Она уже была готова набрать 911, когда услышала легкое шуршание.

— Мистер Кавано? — громко сказала Кэрри, чтобы ее услышали по ту сторону двери. — Могу я поговорить с вами? Я доктор Кэролайн Матис, коллега доктора Боланда.

— Я никого не жду, — донесся голос изнутри.

Она засмеялась:

— Это не служебный разговор, мистер Кавано. Пожалуйста, откройте.

— Не буду я этого делать.

Кэрри вздохнула и скрестила руки на груди. А этот чудак с характером. К сожалению, он начинал ее раздражать.

— Я займу всего пару минут вашего времени.

Послышался звук открывающегося замка. Деревянная дверь одноэтажного домика открылась, и в щель она увидела всклокоченную голову.

— Давай побыстрее, — сказал Вирджил.

— Добрый вечер, мистер Кавано. Это большая честь — встретиться с вами.

Старик хрипло рассмеялся:

— Я очарован. А теперь — какого черта ты хочешь?

Кэрри удивленно моргнула:

— Могу я войти?

— Нет, не можешь. Просто выкладывай, что там у тебя, и уходи.

— Ну… — Кэрри посмотрела на неряшливый двор. — Это очень деликатный разговор. Вы уверены, что хотите, чтобы я стояла здесь у всех на виду?

Мистер Кавано вытянул шею и посмотрел через ее плечо:

— А где ты тут видишь всех? Что за вздор ты несешь?

— Это связано с вашей дочерью, мистер Кавано.

Кэрри удивилась, как изменилось выражение лица старика. Его спина выпрямилась, а глаза прояснились, как будто сквозь мглу прожитых лет внутри его вновь разгорался огонек. Она заметила, как задергалась его щека.

— Обойди дом сзади. — Он захлопнул дверь у нее перед носом.


— Мне так нравится, что ты не носишь лифчик. — Райли снял с Кэт футболку и уткнулся лицом в ее грудь.

— А я счастлива, потому что ты счастлив. — Пока он скидывал свои ботинки и носки, она стянула его трусы, потом помогла снять рубашку.

— Ты всегда ходишь дома без лифчика? — Райли вдохнул сладкий аромат ее тела.

Кэт засмеялась и запустила пальцы в волосы Райли.

— Думаю, я разрушу фантазии многих мужчин, но это не так. Я почти всегда ношу лифчик. А сегодня мне помешала его надеть депрессия.

— Ага. Больше голой правды.

— Абсолютно. Но это все, что ты от меня добьешься сегодня.

Райли застонал, наслаждаясь прикосновениями к его волосам. Он уткнулся носом в ее грудь, потом спустился ниже, к животу, и снял трусики. Он немного отодвинулся, чтобы насладиться открывшимся перед ним зрелищем обнаженной Кэт Кавано. Настоящая. Настоящая Кэт Кавано нагишом сидела на краю кровати и счастливо смотрела на него.

Райли встал перед ней на колени.

— Ты не против, если я буду боготворить тебя?

Кэт засмеялась.

— Я серьезно.

Она перестала смеяться, продолжая играть с его волосами. Губы ее изогнулись в едва заметной улыбке.

— Откуда мне знать, каково это?

Ее ответ ошеломил его. Они не говорили об этом той ночью в «Черри-Хилл», но, со слов Эйдана, Кэт не страдала от одиночества все эти годы.

— Как такое может быть? — спросил Райли.

Она пожала плечами.

— Просто не было подходящего мужчины, наверное. — Она пробежала кончиками пальцев по переносице Райли. — А у тебя? Как так случилось, что ни одна женщина не осталась с тобой?

Райли нежно раздвинул ее бедра. Не широко, но достаточно, чтобы видеть розовую плоть, которая уже увлажнилась в ожидании. Он поднял глаза и встретился с теплым взглядом, в котором читалось сомнение. Это задело его.

Он желал бы сказать что-нибудь такое, что успокоило бы ее. Он хотел бы, чтобы она забыла всю боль, одиночество и ошибки этих двадцати лет. Он хотел бы, чтобы они снова стали чистыми и невинными, чтобы у них появился шанс на счастье. Но он не знал, какие подобрать слова, и решил, что прикосновения скажут все вместо него.

Райли наклонился и поцеловал щиколотку ее левой ноги, потом правой. Он медленно провел языком по ее лодыжке. Кэт откинулась назад и застонала.

Он заметил, что она начала инстинктивно двигаться ему навстречу, когда он приблизился к ее бедрам. Он чувствовал ее аромат — такой же сильный и мягкий, как тогда, в «Черри-Хилл».

— Серьезно, ты ни с кем не встречался после Кэрри?

— Ммм. Я вообще не помню никаких свиданий ни с кем, — сказал он. — Сейчас я точно ничего не припомню.

Кэт хихикнула, и Райли не понял, она смеялась над ним или от того, что ей было щекотно.

— А почему у тебя никого не было после Кэрри?

Райли остановился. Он сел на кровати, чтобы ответить.

— Потому что я мог думать только о тебе, — сказал он. — Ты вернулась из небытия. Я не мог даже смотреть на других женщин. Знаешь, словно мне надели шоры. Я чувствовал себя в заточении и знал, что так и будет, пока я не найду тебя.

— О, Райли… — Кэт потянулась и поцеловала его в лоб, потом в щеку и, наконец, в губы. Он закрыл глаза и наслаждался поцелуями с женщиной его мечты.

В его памяти всплыли воспоминания, когда они, молодые и неопытные, первый раз занимались любовью. Райли вспомнил, какой она была открытой, как она ждала только его. Это оставило глубокие впечатления. Та ночь на одеяле посреди дороги, как и последовавшие за этим встречи, была переполнена эмоциями. Райли быстро понял, что стал для Кэт не просто парнем, а смыслом ее жизни.

Должно быть, ее просто убило, когда он порвал с ней.

Райли посмотрел на Кэт широко открытыми глазами. Она тоже смотрела на него. Вдруг мысль о том, что другой мужчина нравился Кэт, задела его. Он возненавидел себя за то, что тогда решил порвать с ней.

Они оба ранили друг друга, но Райли знал, что нанес удар первым.

— А ты, Скаут? Почему ты не вышла замуж?

Кэт обвила себя руками, и Райли подумал, что ей, возможно, холодно сидеть здесь обнаженной. Он поднялся, подошел к ней и обнял.

— Это неинтересно, правда, — сказала она и качнула головой.

— Давай же. Почему сейчас у тебя нет ни с кем отношений?

Кэт избегала смотреть ему в глаза, но Райли поднял ее подбородок, так что ей пришлось посмотреть на него.

— Скажи мне, Кэт.

Она пожала плечами:

— Это не такая уж большая тайна. Просто у меня не было времени найти того, с кем бы я захотела разделить жизнь.

— Почему?

— Наверно, потому что я искала… ну, тебя, Райли. Я искала кого-то, кто был бы похож на Райли Боланда, но так и не нашла.

Он улыбнулся:

— Но ты ведь знала, где найти оригинал?

Кэт тоже засмеялась:

— Я хотела сказать, что так и не нашла его в Балтиморе, и я совсем не собиралась возвращаться в Персуэйшн, пока не смогла бы показать всем, что вполне могу обойтись без посторонней помощи.

Вдруг слова Кэт дошли до Райли.

— Ты хочешь сказать, что не хотела возвращаться, пока не получишь кучу денег? Эйдан рассказал мне о наследстве Филлис.

— Дело не в деньгах, — отрезала Кэт, отпрянув. — Я хотела стать сильной до того, как вернусь в Персуэйшн. Сильной и красивой. Я мечтала о моменте, когда увидела бы ваши лица трепещущими от страха.

— Но Филлис умерла и оставила мне миллионы, так что я просто сменила имидж и сымпровизировала все остальное.

Райли засмеялся:

— Не так уж хорошо тебе удалось сымпровизировать.

— Ха! — Кэт застенчиво улыбнулась и, освободившись от его объятий, завернулась в одеяло, чтобы удобнее было сидеть.

Райли присоединился к ней, нашел под одеялом ее маленькую руку и поцеловал.

— Но все это в тебе есть.

— Я могу быть либо красивой, либо сильной. Но не одновременно, а ведь я хотела именно этого тогда, в Персуэйшн.

— Дай-ка мне. — Райли тоже залез под одеяло и прижался грудью к ее спине. Он поплотнее завернул их обоих в одеяло, так чтобы чувствовать ее горячее тело.

— Можно, я расскажу тебе историю об одной знакомой девочке? — прошептал он ей на ухо. — Она всегда была сильной. Она вынесла то, что отец бил ее мать, а она должна была после этого помогать ей приходить в себя. Она прочитала стихотворение на похоронах моей матери твердым голосом, и ее руки не задрожали, хотя ее слушали сотни людей.

У Кэт перехватило дыхание.

— А я совсем забыла об этом.

— А еще эта девочка была очень умной. Мне всегда нравилось, как она бралась за дело, будь то музыка, или школьный предмет, или просто домашние хлопоты. Она была проницательна и хорошо разбиралась в людях. А еще она была сладкая — Бог мой, какая же она была сладкая!

— А я ее знаю?

Райли поцеловал ее в макушку.

— Этой девочкой была ты. Она — это ты, Кэт.

Кэт ничего не ответила.

— После твоего исчезновения я представлял себе, что ты до сих пор в школе. Я воображал, что ты играешь на второй базе в команде женского софтбола и числишься в почетном списке после каждого семестра.

Кэт подняла голову и удивленно спросила:

— Ты помнишь, на какой базе я играла?

— Конечно. Еще я представлял себе платье, в котором ты приходила ко мне, и как тебя прозвали «Девушка, достигшая значительных успехов».

Кэт фыркнула и прижалась к нему спиной.

— Больше подошло бы «Девушка, которая забеременела еще до получения водительских прав».

— Не думаю, что это тебе подходит.

— А как насчет «Девушка, живущая с попугаями»?

— Тоже не вариант, — ответил он, пряча улыбку в ее шелковых волосах.

— Или как тебе «Девчонка, которая испортила жизнь своему сыну, потому что врала ему с рождения»?

— Тсс, — прошептал Райли.

Они сидели несколько минут в тишине. Райли прижался к Кэт и поцеловал ее в шею. Зазвонил телефон.

— Не бери, — сказал Райли. — Пожалуйста. Останься со мной.

— А если это Эйдан?

— Тогда перезвонишь ему.

Они слышали, как щелкнул автоответчик, и тут же послышались визгливые причитания:

— Кэт, Кэт, ты не поверишь!

— Это Нола, — успокоила Райли Кэт.

— Младший брат Персика в городе и назначил мне свидание! Думаешь, стоит пойти? Стоит? Как ты думаешь? То есть я хочу сказать, Райли, конечно, кретин, но Мэтт вроде ничего.

Райли засмеялся:

— Как она сказала? «Персик»?

Нола продолжала:

— Так что я говорила? Ну, конечно, я пойду, я ведь уже согласилась. Он заедет за мной через пятнадцать минут. Что же мне надеть? Где ты пропадаешь? Ты ведь сказала, что весь день просидишь дома и будешь хандрить. Ну, все, пора. Я все тебе расскажу потом.

— Ух, ты, — произнес Райли.

Кэт начала извиваться в его руках, пока с него не соскользнуло одеяло, потом она повернулась. Райли воспользовался моментом и ухватил ее еще крепче.

— Да, — ответила Кэт до того, как он спросил. — Вот так Нола называет тебя.

— А мне нравится.

Кэт покачала головой:

— Да она же живьем съест Мэтта.

— Думаю, он сможет ее приручить.

Кэт подняла бровь.

— Ты не понимаешь. Мэтт — провинциальный парень, а Нола… ну, Нола — она так долго топчет здешние тротуары, что уже протерла их до дыр.

— Он приручит ее.

— Поживем — увидим.

Райли захлестнула волна удовольствия и тепла. Это была комбинация из хрипловатого голоса Кэт, прикосновений ее кожи. Он мягко поцеловал ее в губы.

— Ты заметил, что мы делаем, Райли?

— Хм… — Он помедлил. — Это вопрос с подвохом.

Кэт засмеялась:

— Просто я подумала, мы прибежали сюда, в спальню, разбросали одежду, словно дикие животные, а после этого, чем стали заниматься?

— Разговорами.

Она кивнула:

— Вот именно.

Кэт была права.

— И что ты этим хочешь сказать?

Она прикусила губу и задумалась.

— Думаю, мы должны лучше узнать друг друга, многое понять друг о друге и многое простить до того, как сделаем это… то, что сделали в «Черри-Хилл».

Райли изучал ее лицо, красивое, волевое. Он мягко засмеялся:

— Должен сказать, поскольку мне очень хочется повторить то, чем мы занимались в «Черри-Хилл», прямо сейчас, ты абсолютно права.

Глаза Кэт сверкнули.

— С радостью с тобой соглашусь.

Райли прыснул от смеха и начал бороться с ней. Они перекатывались по кровати, смеясь и целуясь, пока не докатились до края и с грохотом не свалились на деревянный пол. От этого они засмеялись еще громче.

Вдруг что-то оглушающее грохнуло над ними, и Райли от неожиданности поднял голову. Грохот был такой, будто потолок решил рухнуть прямо на кровать.

— Это еще что такое? — спросил он, накрыв Кэт своим телом. — Ты слышала это?

Грохот продолжился.

— Это миссис Браунштейн, — ответила Кэт, давясь от смеха. — Просто она ревнует.

Райли кивнул:

— Пожалуй, пришло время подыскать тихий угол.

— Я не рассказывала тебе, что ремонтирую старый дом Филлис? — Кэт приподнялась с пола и предложила Райли руку, одеяло сползло с ее плеча и стало похоже на наряд королевы. — Полностью он будет готов через несколько месяцев, — сказала она, помогая ему встать.

— Тогда вернемся в Персуэйшн. — Эти слова вырвались у Райли прежде, чем он их обдумал, и эта идея вдруг вдохновила его. — Поедем домой, Кэт. Эйдан сможет навещать нас, когда захочет. Поедем и останемся навсегда; ты посмотришь, каково это — впустить меня в свою жизнь, снова узнаешь меня. Согласна?

Кэт уставилась на него широко открытыми глазами.

— Обещаю, что дам тебе время… Я буду там же. Мы сможем постоянно видеть друг друга. Обедать вместе. Никаких «Черри-Хилл», пока оба не будем уверены, что поступаем правильно.

Она покачала головой и отступила на шаг:

— Я не знаю.

— Почему нет? Из-за Вирджила?

Кэт зашипела:

— Этому старикашке больше меня не испугать. У меня вообще есть желание в один прекрасный день пойти к нему и рассказать все, что вспомню о детстве, о том, что он делал с моей матерью и со мной и что мы вовсе не заслуживали этого. Это должно пойти мне на пользу.

— Ты можешь ходить на лекции по психологии в «Маунтин лорел». Если захочешь.

Глаза Кэт загорелись.

— И у нас будут отношения, как у нормальных взрослых людей.

Кэт улыбнулась:

— Мне нужно свое гнездышко.

— Можно арендовать домик около кампуса.

Кэт подошла к Райли. Одеяло свешивалось с ее обнаженного тела. Она была великолепна и очень женственна.

— Я попытаюсь, если ты хочешь, — сказала она. — Но ты должен пообещать мне кое-что.

— Что?

— Я хочу правды. Хочу, чтобы ты поклялся, что если захочешь порвать со мной, найдешь более подходящий способ, нежели чем в прошлый раз.

Эти слова резанули Райли по сердцу словно ножом.

— Клянусь. А ты можешь пообещать мне кое-что?

— Конечно.

— Не убегай от меня, как сделала это двадцать лет и снова две недели назад, потому что я достаточно смелый, чтобы сказать, что люблю женщину с прескверной привычкой бегать от меня.

Кэт вдруг стала серьезной.

— Я думала, ты помолвлен.

— Понимаю.

— Обещаю, что не убегу от тебя.

— И пообещай, что скажешь мне, если забеременеешь от меня снова.

Кэт улыбнулась и, запустив пальцы в волосы Райли, наклонила его голову так, чтобы поцеловать в губы.

Кэт целовала его долго и страстно. Так они скрепили свои обещания.



* * * | Найди свое счастье | Глава 12