home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 12

 - Да ты просто лучик света в темном царстве! – закатил глаза Спенсер, и Аддисон воспользовалась шансом освободить руку и шагнуть вперед.

- Прошу вас, Роман, расскажите, что вам удалось узнать.

Племянника она найдет во что бы то ни стало. И уж точно ей не помешают выяснения отношений между этими двумя.

Положа руку на сердце, появление Романа оказалось как нельзя кстати, потому что у нее со Спенсером в самом разгаре был тот самый момент, когда во все стороны летят искры. Пока Спенсер прижимался головой к ее груди, Аддисон стоило неимоверных усилий не наклониться и не поцеловать его. Но сейчас нельзя было даже думать об этом, потому что ей предстояло иметь дело с его поразительным братом, который умеет появляться в самое неподходящее время.

На правом плече у Романа висела черная кожаная сумка, которая почти сливалась с одеждой. Только сейчас Аддисон поняла, что Роман одет во все черное, как бывалый домушник. Неужели он забрался в квартиру по внешней стене здания? Тем временем Роман поставил сумку на пол, присел рядом и вытащил бордовую папку, из которой разложил на полу три стопки бумаги. Каждую венчала черно-белая фотография. На двух снимках были незнакомцы, но третье лицо Аддисон знала очень хорошо. Лоретта. Сердце упало. Неужели она на самом деле такая дура, что до последнего надеялась, будто Лоретта ни при чем? Судя по тому, как болела душа, ответ был один: да, иначе назвать себя Аддисон и не могла.

Роман встал и указал на левый снимок:

- Дэниел Монро. Тридцать лет. Место жительства – «Уютный рассвет».

Глядя на фотографии, Спенсер, до сих пор молча стоявший рядом с Аддисон, переступил с ноги на ногу.

- Ты его знал? – Роман в упор посмотрел на брата. – Вас тестировали вместе?

- Он мертв.

Аддисон уставилась на Спенсера, надеясь, что он еще хоть что-нибудь скажет. Но он молчал. Хотя тот факт, что ему известно о смерти, предполагал, что Спенсер был знаком с человеком по имени Дэниел Монро.

- Тело никто не хоронил, - заметил Роман.

- Я видел, как он умер, - тихо отозвался Спенсер, и от того, как звучал его голос, Аддисон вздрогнула.

Если ей никогда не придется слышать в свой адрес такой враждебности, считай, жизнь удалась. Даже когда Спенсер ее подначивал, его голос и близко не казался таким злым.

- Повторяю: тело никто не хоронил. Ты уверен, что он умер?

- Там была лужа крови.

- Но действительно ли он был мертв? – Роман провел рукой по светлым волосам. – Что объявили причиной смерти? Самоубийство, так? Якобы он застрелился. Его с трудом опознали.

Спенсер покачал головой:

- Мне не нравится, к чему ты клонишь. Он выстрелил себе в голову у меня на глазах.

- Правда? А может быть, ты видел лишь иллюзию того, как он выстрелил себе в голову?

Спенсер застыл. Аддисон тихонько откашлялась. Она никогда не любила перебивать и вмешиваться в чужие разговоры, но сейчас просто не понимала, о чем речь.

- Не может быть. – Спенсер указал на третью фотографию, лицо на которой Аддисон тоже не узнавала. – Я знаю, что ее нет в живых.

- Уверен? Ты видел, как она умерла? Разве, когда это случилось, ты не был в темном месте? Сам подумай, что с тобой происходило, когда ты только что вернулся в реальность? Ты контролировал себя и свой разум на все сто?

- Нет, но в этот раз я несколько минут провел во тьме без пути назад. Такое кого угодно дезориентирует.

- Тут мне придется поверить тебе на слово, - пожал плечами Роман. – Мне подобные подвиги не по зубам.

Ну все. Аддисон по горло хватило недомолвок.

- К чему, черт возьми, весь этот разговор? – тряхнула головой она. – На третьем снимке я узнаю Лоретту. И требую объяснений! Что тут происходит?!

Приподняв бровь, Роман смерил Спенсера взглядом:

- Не желаешь просветить барышню?

- Мой брат пытается нас убедить, что Дэниел, Присцилла и Лоретта вовсе не мертвы и даже не пропали без вести, а более чем живы и являются участниками заговора с похищением Джереми.

- Но ведь тел не было, - раздраженно вздохнул Роман. – Ни единого.

- То есть теперь ты бегаешь по кладбищам и эксгумируешь трупы? – едко спросил Спенсер и отвернулся к окну.

Глядя на него, Аддисон вспомнила, как когда-то в зоопарке видела льва в клетке, который ходил из угла в угол. На первый взгляд, лев выглядел абсолютно спокойным, но по его глазам Аддисон видела, что зверь в ярости. В тот момент она бесконечно обрадовалась тому, что между ней и огромным котом непреодолимый барьер. Теперь, глядя на Спенсера, она чувствовала себя точно так же. Ощущала исходящую от него опасность.

- Само собой, нет. Нестыковки уже давно пытается разнюхать Родс, а я всего лишь на подхвате.

Спенсер резко развернулся и уставился на брата:

- То есть Родс пытается вскрыть нарыв заговора, но вместо того, чтобы рассказать обо всем мне, обращается за помощью к тебе?

- А чего ты ожидал, если после «смерти», - Роман изобразил в воздухе кавычки, - Присциллы все твои умственные способности весело помахали тебе ручкой? Разве ты мог принимать адекватные решения? Ты, конечно, «золотой мальчик» Родса, но, держу пари, он давно от тебя многое скрывает.

- Ну ладно, хватит. – Аддисон встала между двумя мужчинами, чтобы хоть как-то разрядить ситуацию. Пусть никто из них чисто физически ничего не делал, но в воздухе так и искрила агрессия. – Давайте-ка разберемся, правильно ли я понимаю, о чем речь. Вы не против? Так вот. Тот Дэниел, о котором вы говорили и которого Спенсер знает из «Уютного рассвета», он иллюзионист? Я о них читала. Им запрещено появляться в обществе, потому что они могут заставить людей видеть то, чего на самом деле нет.

- Все верно, - кивнул Спенсер и шагнул к Аддисон, хотя продолжал смотреть на брата. – Советую тебе не особенно верить в правила. Вопреки самым усердным стараниям членов «Гнева», ты, возможно, когда-нибудь узнаешь, что мы делаем много такого, чего, по идее, делать не должны.

В слове «Гнев» прозвучало столько презрения, что Аддисон изумилась, почему Роман все еще не провалился сквозь землю. Однако он, казалось, ничего и не заметил. Чтобы никто не сменил тему, Аддисон продолжила:

- И он покончил с собой?

- Да, - снова кивнул Спенсер.

- Нет, - одновременно с ним возразил Роман.

Аддисон беспомощно подняла руки и пристально посмотрела на Романа:

- То есть, по-вашему, он жив-здоров, а всем остальным подсунул иллюзию собственной смерти. Его лицо превратилось в кровавое месиво, поэтому опознать его было невозможно. А значит, на месте Дэниела Монро мог быть кто угодно, к тому же похорон никто не проводил.

Отвернувшись от мужчин, Аддисон подошла к шкафу. Ей остро не хватало личного пространства, чтобы все обдумать.

- Твоя подружка умнее тебя, братишка.

- Она слишком хороша, чтобы быть моей подружкой.

Аддисон ощутила, как заливается краской, и обрадовалась, что стоит к Спенсеру спиной. Да и в комнате было довольно темно, так что, может быть, Роман тоже не заметит, как она покраснела.

- Получается, что Лоретта тоже симулировала собственную смерть, чтобы сбежать из изолятора? И это случилось до того, как она нанялась к нам няней?

- Если точнее, Лоретта была первой, кто разыграл свою смерть. Родс с самого начала подозревал, что в том, как умерли Дэниел и Присцилла, не все гладко. Однако о Лоретте он ничего не знает, потому что она никогда не жила в «Уютном рассвете». Она из «Сосновой долины». Это изолятор в Аризоне.

Аддисон была уверена, что об этом Роман упомянул только ради нее, потому что Спенсер наверняка прекрасно знал, где находится «Сосновая долина».

- Никто ничего о Лоретте не знает. Тори, директор «Сосновой долины», держала способности Лоретты в секрете. Судя по всему, Лоретта вообще не видела солнца большую часть своей жизни.

- Но она так хорошо ладила с Джереми!

- Этим она и занималась в изоляторе – ухаживала за детьми.

Аддисон сделала два шага к братьям.

- У нее были безупречные рекомендации.

- Еще бы! – кивнул Роман. – И это говорит о том, что всем руководит некто, у кого достаточно власти и связей.

Сощурившись, Аддисон переводила взгляд со Спенсера на Романа и обратно:

- То есть тот, у кого власти больше, чем у Уэйдов?

- Похоже на то. – Роман застегнул сумку и повесил себе на плечо.

По венам разливался горячий гнев, выхода которому не было. Потерев лоб, Аддисон зло уставилась на Спенсера:

- И никаких мерзких комментариев в адрес Уэйдов?

Но в его глазах было столько доброты, что весь запал иссяк. Аддисон отвернулась, лишь бы не смотреть на Спенсера. Чтобы снова заговорить, пришлось откашляться. И это, похоже, становилось очередной нервной привычкой.

- Итак, мы придерживаемся теории, что «аномалия» Джереми случайно проявилась на глазах у Лоретты.

Спенсер встал за спиной у Аддисон и положил руки ей на плечи.

- Дело может быть вовсе не в этом. Роман говорит, у Лоретты дар ладить с детьми. Вполне вероятно, это и стало причиной того, что ее послали к вам. А когда Джереми случайно проявил себя перед ней, пригодились и другие ее таланты. И изначальный план изменили на похищение.

Ощущать на плечах руки Спенсера было очень приятно. Аддисон закрыла глаза и дала себе возможность на несколько секунд раствориться в прикосновениях. О да, она могла бы вот так стоять до конца своих дней.

- Не хочется разрушать этот ваш прекрасный момент с девушкой, которая для тебя слишком хороша, но вынужден заметить, что у нас на повестке дня трое якобы умерших, но на самом деле очень даже живых людей. И у каждого из них достаточно сил сделать так, чтобы домой Джереми никогда не вернулся.

Спенсер отпустил Аддисон, и ей тут же показалось, будто у нее отобрали что-то очень дорогое.

- Раз Родс велел тебе этим заняться, ты с этим и разберешься.

Неужели в его голосе прозвучала горечь?

- Расстроен, что он от тебя что-то скрыл?

- Есть немного.

Роман открыл и закрыл рот, как будто не знал, как ответить на неожиданную искренность. В конце концов он уставился под ноги и только потом спросил:

- Уилл когда-нибудь упоминал о человеке по имени Гай Маккид?

- Нет, - вздохнул Спенсер. – Впервые слышу. А кто он такой?

- Об этом тебе тоже должен был рассказать твой наставник. И вообще, он о многом должен был тебе рассказать, но почему-то промолчал. Мисс Уэйд, если мой брат когда-нибудь разует глаза и признает то, что очевидно для любого, кто посмотрит на вас обоих хотя бы две секунды, передайте ему, пожалуйста, вот это.

Роман вытащил из кармана визитку, подошел к столу Джереми, перевернул карточку и написал что-то красным мелком на обратной стороне. Потом решительно шагнул к Аддисон и протянул ей визитку:

- Если же он никогда не прозреет, сохраните это для себя. Уверен, вам хватит ума сообразить, что все это значит.

- Как я понял, ты сваливаешь? – Спенсер встал перед братом, закрыв собой выход из комнаты.

Аддисон закатила глаза. Ей только-только удалось разрядить обстановку, а эти двое опять начинают строить из себя мачо?

Она взглянула на визитку, на которой Роман написал «18, 22, 64 и 50».

- Я понятия не имею, что означают эти числа.

Роман обошел брата, явно не собираясь поддаваться на провокацию.

- Я слышал, вы отправили тетушку на Карибское побережье, мисс Уэйд. В это время года там неописуемо красиво.

Аддисон покачала головой. Последние слова Романа ничуть не прояснили ситуацию. Тем не менее, сам Роман уже исчез. Несколько секунд она смотрела на Спенсера.

- Ваш брат очень странный человек.

Спенсер улыбнулся, и сердце затрепетало.

- Это еще слабо сказано. Никогда не видел, чтобы он хоть кому-нибудь давал нормальные ответы. Я, например, понятия не имею, кто руководит «Гневом». Должны же они перед кем-то отчитываться? Может быть, Роман и дергает за ниточки.

- А я думала, члены «Гнева» не знакомы друг с другом, чтобы у них не было шансов сдружиться и устроить бунт.

Спенсер шагнул ближе и накрутил на палец локон Аддисон. От могучего тела исходил ощутимый жар.

- Вы абсолютно правы. А по поводу того, что вы сказали чуть раньше…

- А именно? – Голос дрожал, и Аддисон ничего не могла с этим поделать.

Спенсер был настолько красив, что больно смотреть. И стоял слишком близко, без зазрения совести вторгаясь в ее личное пространство.

- О грубых комментариях в адрес Уэйдов.

- Слушаю.

- С этим покончено. Вы не судите обо мне по моим родственникам, а я не буду судить о вас по вашим.

Глядя ему в глаза, Аддисон поражалась, почему никто до сих пор не говорил Спенсеру, что в глубоких омутах вращаются эти невообразимые кольца. Стоило только на них посмотреть, и она словно впадала в транс. Прошло несколько секунд, пока она не поняла, что молчит, а в комнате царит звенящая тишина. Уши улавливали только тихое дыхание стоявшего рядом мужчины. Ничего интимнее этого момента Аддисон в жизни не переживала.

- Вряд ли я могу оценить вас по вашим родственникам, Спенс. Знакома я только с Романом и до сих пор понятия не имею, что о нем думать. Он вручил мне самую обыкновенную визитку, на которой написал четыре числа, и явно не сомневается в моей способности понять, что эти числа значат. Вы его не выносите. А сам он вечно появляется в поразительно неподходящие моменты. По-моему, его смело можно приводить в пример в качестве определения слова «загадка».

- Разница между нами – меньше года, - вздохнул Спенсер, и Аддисон показалось, что она перегретый солнцем берег, который только что омыло прохладной волной.

Ей не удалось сдержать улыбки.

- Вашей маме пришлось натерпеться.

- Мы даже не знаем, один ли у нас отец. Ни он, ни я не помним, был ли вообще в семье мужчина. Так или иначе, он или они ушли до того, как у нас с братом появилась долгосрочная память. Льюис – это фамилия матери. Элизабет Льюис. Смутно помню, как люди называли ее Бетти. Она была высокой полной женщиной со светлыми волосами.

- Она была хорошей матерью?

- Не знаю. Мои воспоминания о ней нельзя назвать точными.

- Вы говорите о маме в прошедшем времени.

- И не без причины. Она мертва. Уже двадцать пять лет.

В голосе Спенсера Аддисон не расслышала боли. Быстренько подсчитав в уме, она поняла, что, когда матери не стало, ему было пять. Жить без дорогого сердцу человека двадцать пять лет – это немало. Но по собственному опыту Аддисон знала, что некоторые потери невозможно пережить, как ни старайся. Время лечит далеко не все раны.

- Как она умерла?

- Подробности мне неизвестны. Она рассказала о нас властям за год до смерти. И виноват был я, потому что снова и снова демонстрировал свою «аномалию» перед людьми. Глаза то и дело чернели.

Аддисон взяла его за руку:

- Вы были совсем еще ребенком.

- Верно, но и Роман тоже. Правда в том, что он наверняка сильнее меня, потому что с самого начала умел скрывать свои странности.

- А может быть, ваши странности скрывать было сложнее.

- Или я просто-напросто не умею притворяться и хранить секреты, - пожал плечами Спенсер. И был прав. Аддисон чувствовала, что для такого он слишком прямолинеен. – Короче говоря, она привела нас в ближайший супермаркет, где был пункт сбора и оценки «аномальных».

- Я слышала о таких местах.

- Мы были в бегах уже больше года, и она, видимо, просто устала с двумя маленькими детьми на руках. Кажется, мне было четыре года и чуть больше месяца, а Роману только-только исполнилось пять. Может быть, мама думала, что в изоляторе нам как-то помогут. Тогда мы жили в Колумбусе, штат Огайо. Роман не оставлял попыток сбежать. Чувствовал, что что-то не так. И вообще у него острая интуиция, вот почему он так хорошо вписался в «Гнев». Может пройти мимо кого-нибудь на улице и сразу понять, «аномальный» этот человек или нет. Удивительно.

- То, что делаете вы, впечатляет гораздо сильнее.

В эту самую секунду Аддисон поняла, что влюбилась. Впору расхохотаться до колик в животе. Решения всегда давались ей быстро. Стоило только осознать, что без помощи Спенсера не обойтись, она первым делом пошла в «Уютный рассвет». Когда решила управлять компанией деда, начала усердно готовиться. Кому-то требовалось время, чтобы хорошенько поразмыслить, но Аддисон все делала быстро. На нее словно снисходило озарение, и от цели она уже никогда не отказывалась. Вот и теперь ясно поняла, что с этого момента Спенсер навсегда завладел ее сердцем. Так уж устроена ее натура, которую Аддисон редко выставляла напоказ.

Пытаясь скрыть реакцию на очередное озарение, она посмотрела себе под ноги. Ладони вспотели, пульс зачастил. Аддисон сказала себе, что все это не имеет значения. У нее нет времени на любовь, да и Спенсер не полюбит ее в ответ. Он утверждал, что ему не важно, какую фамилию она носит, но Аддисон прекрасно знала, что между ними слишком много препятствий, и ему не захочется их преодолевать.

- Все в порядке? – спросил Спенсер, сощурившись.

- Да. Продолжайте.

Ей хотелось услышать его историю до конца. Вряд ли такие люди, как Спенсер, часто открывают душу. Если сейчас Аддисон упустит свой шанс, то второго просто не получит.

- Подошла наша очередь. Детей собирали и загоняли в кузов большого черного фургона. Наверное, обращений было больше, чем ожидали власти: людей было столько, что плюнуть некуда. – Спенсер тряхнул головой, и Аддисон поняла, что он утонул в воспоминаниях. – Видимо, мама тогда испугалась. А может быть, прошла усталость, или она наконец пришла в себя. Как знать? Мне было всего четыре. До сих пор не могу поверить, что она по собственной воле решила нас сдать, так что даже не пытаюсь понять ее мыслей.

- О таком ужасно даже просто думать. Мой отец скрывал мои способности.

- В ее защиту, какое-то время именно это она и делала. Пыталась скрыть наши способности. Но с двумя маленькими детьми… К тому же со мной было, мягко говоря, трудно.

- Однажды вам придется простить себя за то, что вы росли в обстоятельствах, изменить которые ребенку не под силу.

Уголок рта Спенсера приподнялся с намеком на улыбку.

- Может быть. Я, видите ли, становлюсь невыносимым, когда теряю контроль над ситуацией. – Спенсер невесело рассмеялся. – В общем, мама испугалась и попыталась сбежать с нами из очереди, но ее остановили. Тогда не было никакого «Гнева», зато повсюду стояли представители нацгвардии. Один из них скрутил маму и попытался успокоить. Роман воспользовался шансом, вырвался из маминых рук, схватил меня, и нам удалось затеряться в толпе. Последнее мое воспоминание – у нее была сухая кожа. Я держал ее за руку, а мгновение спустя уже сломя голову бежал с  Романом.

- Куда вы отправились потом?

Ему было столько же, сколько сейчас Джереми. Неудивительно, что Спенсер с таким рвением помогает детям. Мало того, на сей раз он едва не лишился жизни, потому что слишком далеко зашел во тьму без пути назад.

- Я плохо помню. Парадом руководил Роман. В конце концов, ему было целых пять лет. – Эти слова были пропитаны иронией. – Кажется, несколько дней мы ночевали на заброшенном складе. Роман уходил и возвращался с едой. Понятия не имею, где он ее добывал. А через несколько дней нас все-таки нашли и отправили в «Уютный рассвет».

- А что случилось с вашей мамой?

- Когда мне исполнилось восемнадцать, Родс рассказал, что через год после тех событий она вступила в так называемое «Общество борцов за свободу от изоляторов» и, чтобы вызволить нас с Романом, пыталась сжечь «Уютный рассвет». Разумеется, их поймали. Бороться с изоляторами глупо. В каждом есть целые группы ясновидящих, которые предсказывают будущие события задолго до того, как они происходят. Маму застрелили. Так она и погибла.

- Она пыталась вас спасти.

Наверняка для Спенсера это хоть что-то, да значит. Со скоропостижной влюбленностью Аддисон уже успела смириться. Но откуда в ней так быстро родилось отчаянное желание облегчить его боль?

- Слишком поздно. Спустя четыре года Романа забрали и стали готовить к работе в «Гневе». Понятия не имею, какой была его жизнь после «Уютного рассвета». Периодически он то появлялся, то опять исчезал, но мы никогда не проводили время вместе. В том, что нас поймали, он до сих пор винит меня. Наверное, я слишком много плакал на том складе, плюс не умел скрывать свои уродства.

- Но ведь он нам помогает.

- И это беспокоит меня больше всего. – Спенсер провел рукой по волосам, улыбнулся и коснулся щеки Аддисон. – Я знаю одно. Нужно поговорить с Родсом. У меня накопилось к нему много вопросов. Завтра я должен вернуться в «Уютный рассвет», а значит, вам придется меня отвезти.

- Вас потом отпустят?

- Джереми еще не нашли, так что да. И мы должны выяснить, как обыграть Присциллу. Она единственный человек на свете, который способен блокировать мои способности в поисках энергетических следов Джереми. Если она действительно жива, мне понадобится помощь, которую можно получить только в «Уютном рассвете».

- Я с вами.

Спенсер покачал головой:

- Для вас там слишком опасно. Если кто-нибудь догадается, на что вы способны…

- Вы не дадите меня в обиду.

- Я только что рассказал вам о своей матери. С самого рождения я только и делаю, что подвожу женщин. С чего вы взяли, что на меня можно положиться?

- Ни с чего, я это просто знаю. Как и ваш брат, я умею чувствовать то, чего не чувствуют другие. Или вы уже забыли?

- Ладно. Но вы должны кое-что пообещать.

Аддисон поймала себя на том, что готова пообещать Спенсеру что угодно.

- Что именно?

- Когда придет время, вы дадите мне вас защитит от «Гнева» и не позволите им себя забрать.

- Чего я точно не позволю, так это чтобы вы из-за меня рисковали жизнью.

- Черт возьми, Аддисон! – Спенсер стукнул кулаком по стене, и зеркало в раме с клоуном задрожало.

- Но обещаю сделать все возможное, чтобы меня не схватили.

Ничего другого предложить она не могла, а значит, должно быть достаточно и этого.



Глава 11 | Глаза в глаза | Глава 13