home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



29

Настало утро после бессонной ночи. Мисси уже битый час гневно вышагивала по веранде.

Какой же ублюдок этот Фабиан Фонтено! Подумать только, она отдалась этому подлецу, пережила с ним наивысшее наслаждение, а потом ему хватило наглости заявить ей, что она не девственница! А кто же тогда он? Неужели девственник? Быть может, он провел всю жизнь в монастыре? Кто он такой, чтобы предъявлять ей такие дурацкие претензии? Эти вопросы заставили Мисси горько рассмеяться. Фабиан Фонтено был лишь ограниченным пещерным человеком, который, как и другие девяносто девять мужчин из ста, в половой сфере до сих пор придерживается доисторических двойных стандартов. Что ж, ей будет что ему сказать — если она, конечно, соизволит когда-нибудь увидеться с этим чудовищем!

Мисси вернулась в свою комнату, посмотрела на постель и расплакалась — настолько острыми были воспоминания об этой ночи. Она бросилась на кровать, но и тут в ее ноздри предательски заполз запах Фабиана, до сих пор державшийся на постельном белье.

— Черт бы тебя побрал! — вскричала она, вновь погрузившись в горько-сладкие воспоминания о том, с каким бешенством они занимались здесь любовью. Но как же это было восхитительно! Он заставил ее кричать от страсти, он вывернул мир ее чувств наизнанку. А потом…

И вот она безнадежно влюбилась в самого подлого человечишку во всей истории людского рода!

Влюбилась? В Фонтено? О Боже, она обречена!

— Помоги мне, Господи! — захлебываясь от рыданий, прошептала Мисси и в бессильной ярости замолотила кулаками по подушке. Но что же ей теперь делать?


Как обычно элегантно одетый и безукоризненно выглядящий, Фабиан Фонтено вместе с дедом и бабкой завтракал в столовой своего дома.

— Как тебе понравился вчерашний вечер, дорогой? — спросила его бабушка.

Фабиан чуть было не поперхнулся кофе, но потом с усилием улыбнулся и сухо сказал:

— Вечер выдался незабываемым, бабушка.

— Я рад был вновь повидаться с Мелиссой, — произнес Пьер.

Фабиан кивнул:

— Я тоже, дедушка. Но в последнее время она требует, чтобы ее называли Мисси.

— Да, мы заметили, — ответил Пьер и потер подбородок. — После падения характер девушки сильно изменился.

— Это точно, — с иронией проговорил Фабиан.

— Вы с ней договорились о новой дате свадьбы? — поинтересовалась Аннет. — Ведь она уже полностью оправилась после того случая?

Фабиан вздохнул:

— Не хотел бы разочаровывать тебя, бабушка, но, скажем так, в настоящее время молодая леди совсем не желает со мной общаться.

— Но почему же, дорогой? — воскликнула Аннет. — Ведь мысль о браке с тобой наверняка приводит в восторг любую девушку в Мемфисе!

Фабиан поднес ко рту салфетку, чтобы скрыть мрачную усмешку, но ничего не сказал.

— Мы много лет мечтали о том, чтобы объединить наши с Монтгомери поместья, — сказал Пьер. — В конце концов, этого так хотели твои покойные родители! Более того, нарушив контракт, заключенный вашими родителями, вы покроете свои семьи несмываемым позором.

— Да, внучек, ты должен как можно скорее покончить с этим вопросом, — прибавила Аннет. Немного помолчав, она коснулась руки Фабиана. — Дорогой, мы не хотим давить на тебя, но ты ведь понимаешь, что мы с твоим дедушкой уже доживаем свой век? Мы так хотели бы увидеть тебя семейным, счастливым человеком.

— Но больше всего вы хотели бы, чтобы я подарил вам несколько правнуков, которых можно было бы держать на коленях, ведь так? — подмигнув старикам, спросил Фабиан.

Аннет и Пьер переглянулись, и Пьер с улыбкой ответил:

— Ну конечно же, внучек!

Некоторое время Фабиан молчал, о чем-то глубоко задумавшись. Наконец он сказал:

— Не беспокойтесь. Думаю, в конце концов Мисси внимет голосу разума. А теперь прошу прощения, мне надо идти.

Он встал, поцеловал бабушку в щеку, кивнул деду и вышел.


Стояло чудесное апрельское утро. Фабиан ехал через хлопковые поля к плантации Монтгомери и все время прокручивал в уме разговор со стариками. Он быль очень привязан к родителям его матери — они жили с семьей Фонтено, сколько Фабиан себя помнил. На самом деле дед и бабка эмигрировали в Америку из Франции задолго до его рождения. После того как два года назад их дочь и зять умерли от желтой лихорадки, престарелая чета ла Бранш только и делала, что спрашивала Фабиана, собирается ли он выполнить заключенный двадцать лет назад брачный контракт.

Именно любовь и привязанность Фабиана к своим предкам вкупе с нежеланием запятнать память родителей были теми факторами, которые не позволяли ему разорвать договор — ведь мысль о браке с бесхребетной Мелиссой Монтгомери была противна ему до глубины души.

Но потом Мелисса стала огнедышащим вулканом по имени Мисси. Он вспомнил безумный экстаз прошедшей ночи, и его чресла разом напряглись. Каким цветком она распустилась в его руках! Он упивался каждой секундой их близости — до тех пор пока туман страсти не покинул его и до него наконец не дошло, что она не девственна. Даже сейчас мысль о том, что она могла быть с другим мужчиной, наполняла Фабиана ревностью.

Так он любит ее! Осознание этого подействовало на него, как удар кулаком в солнечное сплетение. Ну разумеется — иначе почему его охватила такая необузданная страсть? Он любит эту маленькую дрянь, и будь он проклят, если когда-нибудь ее коснется другой мужчина!

«В конце концов, она могла забеременеть», — подумал Фабиан, вспомнив свой разговор с дедом и бабкой. Возможно, в ее утробе уже зародился маленький Фонтено. Эта мысль заставила его стиснуть зубы от собственнического чувства, первобытного желания бесповоротно сделать ее своей.

Итак, он постарается как можно быстрее жениться на ней, предупредив, что, если она еще хоть раз глянет на другого мужчину, он просто надерет ей задницу. Без сомнения, она будет благодарна за то, что он согласился взять в жены далеко не безупречную невесту, и он сможет сделать из нее добропорядочную жену.

На губах Фабиана появилась самодовольная усмешка. Его проблемы определенно разрешились! Он поздравил себя с собственной мудростью и снисходительностью и в качестве награды закурил сигару.


Мисси все еще лежала на постели и всхлипывала, когда в комнату вошла Лавиния.

— Дорогая, к тебе пришел Фабиан.

Девушка оторвала от подушки опухшее лицо:

— Передай ему, что он может катиться ко всем чертям!

Лавиния коротко усмехнулась, подошла к кровати, уселась рядом с дочерью и погладила ее спутанные волосы.

— Дорогая, что случилось? Почему ты плачешь?

— Мы с Фабианом поругались, — ответила девушка, ощутив, как предательски дрожит ее нижняя губа.

— Тогда, наверное, настало время поцеловаться и помириться?

— Нет!

— Мисси, — нахмурилась Лавиния, — но ты должна по крайней мере спуститься и поговорить с ним!

Мисси сердито глянула на мать.

— Хорошо, — нехотя согласилась она, — я спущусь и поговорю с этим подлецом, но он услышит от меня только просьбу сделать так, чтобы я больше никогда его не видела!

Лавиния вздохнула:

— Тебе помочь с туалетом?

— Нет, спасибо, — с нехарактерной для нее холодностью в голосе ответила девушка.

— Ну что ж, дорогая, ладно. Фабиан ждет тебя в гостиной.

Недоуменно покачивая головой, Лавиния вышла из комнаты.

Мисси поднялась и подошла к туалетному столику. Намочив платок в прохладной воде и протерев им лицо, она глянула в зеркало и поморщилась при виде девицы с отекшей физиономией и красными глазами. Да уж, она выглядела именно так, как должна была выглядеть девушка, проплакавшая всю ночь. Как же ей не хотелось, чтобы Фабиан увидел ее такой и узнал, что это из-за него она выплакала все глаза!

Набравшись решимости быстрее покончить со всем этим, она вышла из спальни и спустилась на первый этаж. Войдя в гостиную и глянув на Фабиана, девушка замерла на месте.

Он был великолепен: на нем были коричневый бархатный сюртук и желтовато-коричневые брюки, его чисто выбритое лицо, как обычно, имело идеальные черты, густые волосы блестели на солнце, а выразительные глаза нежно и одновременно неуверенно смотрели на нее. Девушку захлестнул целый водопад чувств: гнев, страх, любовь, ненависть, а также ошеломляющее сексуальное возбуждение.

О Боже, ну почему это все вновь с ней происходит? Она шла сюда, исполненная решимости поставить его на место, но стоило ей его увидеть, как эту решимость будто ветром сдуло!

— Доброе утро, Мисси, — произнес Фабиан.

— Доброе утро, — хмуро ответила она.

Он подошел ближе и со странным сочувствием во взгляде оглядел ее:

— Дорогая, ты выглядишь утомленной.

Мисси хотела сказать ему, чтобы он шел к черту, но так и не смогла выдавить из себя ни слова.

— Ангел мой, ты много плакала, — прошептал мужчина.

Проклятье, зачем он это говорит? Меньше всего на свете Мисси ожидала услышать от него нежные слова. Ей безумно хотелось запретить ему называть ее ангелом, хотелось сказать, чтобы он засунул свои нежности… Но почему-то девушка была не в силах этого сделать, более того, она с ужасом почувствовала, как по ее щекам полились слезы — и в следующую секунду Мисси очутилась в его объятиях.

— Ты плачешь из-за меня, — прошептал он, и Мисси затряслась от рыданий.

Губы Фабиана прильнули к ее губам, и она самозабвенно ответила, охваченная желанием целовать его до тех пор, пока страсть напрочь не изгонит из ее памяти чувство обиды на него. И когда его язык уверенно вторгся в ее рот и начал свои эротичные погружения, произошло именно это. От горько-сладкого чувства и сексуального желания ее голова закружилась, а дыхание замерло в груди. Фабиан зашептал какие-то безумные слова и начал покрывать ее щеки, подбородок и шею неистовыми поцелуями, потом вновь вернулся к ее губам. Из горла Мисси вырвались тихие рыдания — отзвуки непреодолимого желания…

Возбуждение, охватившее Фабиана, было ничуть не меньшим. Вкус слез девушки и ее сладких губ пронзили его яростным желанием. Он хотел ее так неистово, что готов был взять прямо здесь, в гостиной. Как хорошо, что их ссора разрешилась сама собой! Пожалуй, следует сказать еще несколько ободряющих слов, и от небольшого кризиса в их отношениях не останется и следа.

— Не переживай, дорогая, — прошептал он прямо в ушко Мисси, — я решил тебя простить.

Еще несколько мгновений, пока до Мисси не дошел смысл этого высказывания, она продолжала находиться в его объятиях, но затем его слова ударили ее, словно плеть.

«Я решил тебя простить…»

Пронзительно вскрикнув, она оттолкнула его.

— Ты решил меня простить? — недоумевающе проговорила она. — Ты решил меня простить?!

На его лице появилось озадаченное выражение.

— Ну да…

Мисси затрясло, ее лицо приобрело цвет свеклы.

— Ты решил меня простить? Ах ты, надменный, напыщенный, самодовольный, тупой осел…

— Осел? — не веря своим ушам, переспросил Фабиан.

Мисси подскочила к нему, уперла указательный палец в грудь и раздраженно заговорила:

— Я уверена, что наш племенной бык-производитель задирал юбки по крайней мере половине женщин, живущих на берегах Миссисипи. И теперь ему хватает наглости сказать мне, что он прощает меня?

— Но невеста должна быть непорочной! — высокопарно проговорил Фабиан. — Более того, я поступаю весьма великодушно, соглашаясь взять в жены подпорченный товар…

— Подпорченный товар! Подпорченный товар! — визгливо повторяла Мисси. — Да как ты смеешь говорить подобные вещи, чертово ты семя? Более того, можешь взять свою щедрость и засунуть ее знаешь куда? А также отправиться туда сам…

Когда Мисси уже собиралась послать Фабиана в известное место, в комнату с озадаченным видом вошли ее родители. Дело в том, что молодые люди препирались на столь повышенных тонах, что их голоса разносились по всему дому.

— Мисси, что здесь происходит? — поинтересовался ее отец.

Великолепная в своей ярости, Мисси повернулась к Джону и Лавинии:

— Ну что ж, слушайте и вы. Мой брак с этим неандертальцем отменяется. Все, капут! — Она вновь повернулась к Фабиану. — Что же касается вас, мистер Фабиан Фонтено, можете идти целовать хоть самого дьявола! Вы просто ограниченный, тупой хряк!

Она услышала, как ее отец возмущенно крякнул, а мать испуганно выдохнула. Но реакция ее родителей была тут же ею забыта — Фабиан бросился на нее, словно разъяренный бык. Она попыталась уклониться, но было уже слишком поздно…

Не успела девушка опомниться, как Фабиан схватил ее за руку, подтащил к софе, бросил себе на колени и начал прямо в присутствии ее перепуганных родителей шлепать по ягодицам.

Девушка завизжала, как кошка, которой наступили на хвост, и попыталась вырваться, но это было бесполезно. Не обращая внимания на дергающиеся руки и ноги потенциальной невесты, Фабиаи одной рукой удерживал ее в горизонтальном положении, а другой хлопал по заду. Впрочем, учитывая количество юбок, надетых на Мисси, ущерб наносился в основном ее гордости. За все двадцать пять лет Мисси так не унижали! Дело в том, что ее пороли первый раз в жизни.

Когда он наконец выпустил ее, она вскочила и, вне себя от прости, посмотрела в мертвенно-бледное лицо Фабиана. Практически ничего не видя из-за слез, она, тем не менее, сумела дать ему пощечину.

— Я тебя ненавижу! — крикнула она, развернулась и выбежала из комнаты.

Застыв на месте, Фабиан смотрел ей вслед. Ему самому не верилось, что он сделал то, что сделал, — настолько бурной была вспышка его гнева. Но времени на то, чтобы предаваться угрызениям совести, у него не было: к нему с рассерженным видом приближались Джон и Лавиния.

Джон просто трясся от возмущения:

— Молодой человек, как вы смели ударить мою дочь! Мне плевать, как она вас назвала, но, если вы еще раз коснетесь хотя бы волоска на ее голове, клянусь, я, несмотря на свою дружбу с вашими дедом и бабушкой, брошу вам вызов!

Фабиан с безумным видом провел рукой по волосам.

— Вы правы, сэр, я нижайше прошу вас простить меня. Я сам не знаю, что на меня нашло. Думаю, я потерял рассудок, когда она назвала меня хряком. Но я обещаю вам, сэр, что этого больше не повторится.

Джон молча смотрел на Фабиана, и Лавиния решила, что ей следует вмешаться.

— Джон, дорогой, Фабиан действительно совершил поступок, недостойный джентльмена. Я ничуть не одобряю его действий, но ведь Мисси самым дерзким образом его спровоцировала! Мы ведь видели все собственными глазами.

Фабиан протянул Джону руку:

— Сэр, вы принимаете мои извинения?

Вздохнув, Джон пожал ее.

— Ну ладно, сынок.

— Теперь все будет зависеть от того, простит ли его Мисси, — проницательно заметила Лавиния.

— Я знаю, — мрачно проговорил Фабиан и повернулся к Джону. — Сэр, прошу вас, разрешите мне подняться наверх и поговорить с ней.

Гнев мужчины мгновенно разгорелся с новой силой.

— Молодой человек, это невозможно, — произнес он.

В этот момент вновь вмешалась Лавиния:

— Джон, позволь ему пойти туда. В конце концов, они скоро должны пожениться. Совершенно очевидно, что они влюблены друг в друга…

— Очевидно? — саркастически переспросил Джон.

— Но они же дерутся как кошка с собакой, — какая тут может быть еще причина? — серьезно ответила Лавиния и повернулась к Фабиану. — Иди поговори с ней.

Фабиан выскочил из комнаты и с бешено колотящимся от волнения сердцем бросился вверх по лестнице. В комнату Мисси он вошел без стука. Она лежала на кровати, безутешно рыдая, и сердце мужчины сжалось от нежности и острейшего чувства вины перед ней.

— Мисси… — тихо позвал он ее.

Когда она повернулась к нему, ее глаза горели гневом.

— Пошел вон! — воскликнула она.

— Мисси, мы должны поговорить.

— Ха! Я не собираюсь разговаривать с мужчиной, который в качестве аргумента в беседе использует физическое насилие!

— Как мудрено ты говоришь, — озадаченно произнес Фабиан.

Девушка вскочила с кровати:

— Фабиан Фонтено, ты всего лишь грязный негодяй, который получает удовольствие, физически оскорбляя тех, кто слабее тебя!

Фабиан сделал судорожное глотательное движение:

— Мисси… Мне очень жаль…

Однако девушка, не обращая внимания на слова, надвигалась на него, словно разъяренная львица.

— Ты знаешь, что, если бы мы сейчас были в XX столетии, тебя бы уже посадили за то, что ты сделал?

— В XX столетии? Посадили? Что за чушь ты несешь? — ошеломленно спросил Фабиан.

Но ярость Мисси была столь велика, что она забыла о всякой осторожности. Теперь она прохаживалась по комнате, размахивая руками, и говорила:

— Я вообще не должна была здесь находиться, но случилось так, что я поменялась местами с твоей настоящей невестой, маленькой бесхребетной Мелиссой Монтгомери, которая, как я понимаю, прекрасно тебе подходила!

Фабиан смотрел на нее в крайнем изумлении.

— Так вот, если хочешь вернуть ее, то отправляйся в 1992 год и поищи ее там! — срываясь на крик, продолжала Мисси. — Я уверена, что она до сих пор девственна и целомудренна, если, конечно, ее не соблазнил Джефф!

— Джефф? Кто такой Джефф? — испуганным шепотом переспросил Фабиан.

— Это мужчина, за которого я собиралась выйти замуж в этом самом доме, но потом чертов малахитовый шар все перепутал.

О Боже, как мне выбраться отсюда?

— Какой кошмар! — чуть слышно выдохнул Фабиан. — Из-за меня она сошла с ума!

— И не надейся! — резко бросила девушка.

Фабиан опустился перед ней на колени:

— Дорогая, прости меня! Я вел себя как настоящий осел! От всего сердца прошу тебя простить меня! Я… я люблю тебя, Мисси!

Мисси издала страдальческий крик и погрозила ему кулаком. Она ненавидела его, но слова Фабиана разрывали ее на части!

— Черт возьми, ну почему ты это говоришь?!

На его глазах заблестели слезы.

— Потому что я люблю тебя, Мисси! Люблю всем сердцем!

— Неужели ты так ничего и не понял? — напустилась она на нем о. — Мне начхать на твои извинения, и мне не нужна твоя любовь! Я хочу вернуться в XX столетие! — С этими словами она упала на колени рядом с ним и горько зарыдала. — Но я не знаю, как это сделать!

— Ангел мой, мне так жаль…

Фабиан притянул девушку к себе и начал покрывать ее лицо пылкими поцелуями, и она, всхлипывая и дрожа всем телом, отвечала ему тем же.

— Дорогая, все хорошо, — сипло пробормотал мужчина, поглаживая ее волосы. — Я обещаю, мы все исправим! Я сделаю все возможное, чтобы к тебе вернулся рассудок, и клянусь, никогда больше не позволю гневу взять надо мной верх.

— О Фабиан!

В голове Мисси стояла просто невероятная круговерть. Она ненавидела Фабиана, любила его, сгорала от желания. Она вложила всю свою муку, всю свою обиду и желание в поцелуй, с помощью которого хотела перебросить мост над разъединяющей их пропастью. Фабиан в ответ поцеловал Мисси так яростно, словно хотел тут же ее съесть.

Несколько секунд спустя девушка уже расстегивала пуговицы на брюках Фабиана и тянула его на пол, на ковер рядом с ней.

— Я хочу почувствовать тебя в себе, — пробормотала она. — Ну давай же!

Мучительно застонав, Фабиан подчинился, завел руку под юбки и спустил ее панталоны. Сама Мисси в это время освобождала от одежды его возбужденную плоть.

— Мисси, я люблю тебя, — проговорил он и одним уверенным движением вошел в нее.

Вскричав от наслаждения, она крепко охватила его талию ногами и зашептала на ухо сбивчивые слова ободрения.

Но мужчина остановился и внимательно посмотрел ей в глаза:

— Мисси, пожалуйста, скажи мне сначала, что ты меня прощаешь.

Эти слова вызвали у девушки новый приступ рыданий. Он еще никогда не говорил ей «пожалуйста»!

— Да, я прощаю тебя, — прошептала она.

— Скажи мне, что ты меня любишь.

— Да.

— Скажи это.

— Я люблю тебя, Фабиан.

Ее слова вызвали у него сладострастный стон, и он мощно погрузился в нее. Мисси выгнулась дугой и впилась ногтями ему в плечи. Их близость наполняла ее невыносимым блаженством, заставляла забыть о том, кто она и где находится. Совершенно потеряв голову, она со стоном потянулась губами к его губам.

Рот Фабиана встретился с устами Мисси, и он ощутил, как у топает в ней, как ее горячая тугая плоть крепко обхватывает его. Ее тихие всхлипывания унесли прочь остатки его сдержанности, он встал на колени между ее ногами и начал размашистыми движениями вторгаться в нее, упиваясь ее сбивчивыми мольбами и нее ближе подводя их обоих к пику наслаждения. Оно охватило их одновременно и было мощным, как взрыв.

Прошло лишь несколько секунд, а Фабиан уже опустился рядом с Мисси на ковер и поправил на ней одежду, после чего начал целовать ее налившиеся кровью соски. Затем он посмотрел в ее подернутые поволокой изнеможения глаза и провел пальцем по пухлым губкам, на которых остались следы его зубов.

— Мне пора спуститься к твоим родителям, — произнес он, еще раз поправил ей платье, застегнулся сам и перенес ее на постель. С минуту он обожающе смотрел на нее, гладя по щеке. Любовь и страсть в его взгляде были такими сильными, что девушке показалось, что он способен прожечь в ней дыру.

— Обещаю тебе, отныне я буду делать все возможное, чтобы искупить свои грехи и доказать, что я достоин твоей любви, — пылко проговорил он, после чего нагнулся и в последний раз поцеловал ее. — Мой ангел, как сладки твои объятия! С каким нетерпением я буду ждать новой встречи с тобой!

Когда он ушел, Мисси все еще всхлипывала. Она провела рукой по восхитительно ноющему животу и ощутила, как ее сердце словно раскалывается на две половинки. Ей хотелось придерживаться своих убеждений и не хотелось любить Фабиана, но выказанное им смирение было так приятно, а близость с ним так волнующа…

Противостоять его очарованию становилось для Мисси все труднее и труднее, и это до смерти пугало девушку.


предыдущая глава | Скажи мне «люблю» | cледующая глава