home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава III

Бал прессы в Мюнхене обычно проходил в пятницу, когда для большинства работников газет рабочая неделя кончалась, и продолжался до субботнего утра. Только тогда его участники устало расползались по постелям, и по возможности не в одиночку.

В субботу до обеда, разумеется, найти их было невозможно даже полиции. Поэтому криминалисты получили время заняться своими делами. К ним относилось и обычное совещание руководителей подразделений в полицай-президиуме. Началось оно ровно в девять, и руководил им советник Хедрих.

Его кабинет походил на большую тюремную камеру, переполненную людьми, теснившимися вдоль стен, у окон и двери. Всего было человек двадцать, и не всем досталось место. Начальник восседал за письменным столом, справа от него Циммерман — убийства, слева Кребс — полиция нравов, рядом Веглебен — грабежи и разбой, Шандауэр — мошенничество и подлоги, Залыхер — наркотики, Коморски — служба розыска, Хубер — главный вокзал и окрестности.

Начальники подразделений докладывали о текущих делах. Преобладали кражи, которые, как обычно, составляли половину всех случаев. Потом следовал весь обычный набор: девять ограблений, на этот раз одно со смертельным исходом, восемнадцать драк, из них две полиции ликвидировать не удалось — в первом случае схватились торговцы наркотиками, в другом сводили счеты две банды подростков. Обе произошли в районе вокзала, между Шиллерштрассе и Дахауштрассе. Еще были доклады о нескольких аферах, поджоге, азартных играх — все в обычных размерах. Только по части морали дела обстояли чуть лучше.

Советник Хедрих принял доклады к сведению и уточнять ничего не стал. Знал, что беспокоиться нечего и что дела в надежных руках. Поэтому обратился к начальнику отдела убийств:

— А что у вас, коллега?

Комиссар Циммерман ответил:

— Вчера вечером, около двадцати трех часов, на Нойемюлештрассе был обнаружен труп мужчины. Сбит автомобилем. Преступник неизвестен. Не исключено, что имел место несчастный случай, а водитель скрылся. Но более вероятно, что имело место убийство.

Советник Хедрих:

— Господа, что нас — то есть комиссара Циммермана и меня — в этом случае беспокоит, так это личность погибшего. Прошу, коллега, ознакомьте нас с основными данными жертвы.

Циммерман начал читать учетную карточку:

«Фамилия — Хорстман, имя — Хайнц. Родился 6.12.1939 в Китцингене на Майне.

Отец — Герман Хорстман, врач, умер в 1945.

Мать — Ева, урожденная Штайнберг, дочь оптового торговца вином, совладельца фирмы „Штайнберг и К0“, проживает в Китцингене.

Сестер, братьев нет.

В школе учился в Китцингене, позднее в Вюрцбурге, где получил аттестат в 1958 году. Поступил в университет в Мюнхене, вначале на театральный факультет, потом на журналистику. Диплома не получил. С 1965 года работал репортером, вначале в „Меркурии“, потом в „Южногерманских новостях“. И тут и там — внештатно. И наконец — в „Мюнхенском утреннем курьере“, где как главный репортер имеет контракт до 1975 года.

В 1965 году женился на Хельге, урожденной Шнайдер, 1943 года рождения, бывшей танцовщице Театра Гартнера и телевизионной балетной группы. Познакомились они на одном из пасхальных балов.

Хорстман быстро заслужил репутацию талантливого репортера. Полагают, что он был автором серии критических репортажей о положении в Греции, которые в 1971 году были помещены в другой газете.

В своей же он уже давно был отодвинут на „запасную колею“, хотя и с сохранением прежней оплаты.

Вначале занимался социальными и культурными проблемами — образованием, жизнью студентов, здравоохранением да еще театром. Но начиная с 1972 года стал проявлять активный интерес к так называемой „внутрибаварской“ преступности: скандалам в строительстве, крупным аферам, сенсационным криминальным случаям».

Советник Хедрих добавил:

— Надеюсь, не надо напоминать, что мы в своей работе никак не связаны ни политическими, ни религиозными, ни личными взглядами человека, ставшего предметом расследования. Все это констатируем лишь в интересах полноты информации.

Но в случае Хорстмана все время следует иметь в виду, что здесь вполне могут пересекаться различные мотивы и к делу могут относиться на первый взгляд весьма далекие обстоятельства. Прошу всех по своей части обратить на это внимание и все соображения передавать прямо мне или Циммерману.


* * * | Вздымающийся ад. Вам решать, комиссар! | * * *