home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



XV. Магрибский пирог

Двор Урук-Тимура затих в дремотном оцепенении. Только воробьи лениво чирикали на крыше. На стук из под тенистого карагача появился полусонный привратник. За ним, со стороны сада вышел и ключник. Он, казалось, был даже рад нежданным гостям. На вопрос: «Чего спите?», лишь печально развёл руками:

— Хлопотать стало не о ком. (Сделал приличную паузу и смахнул с глаза воображаемую слезу). Да и денег на расходы совсем нет. Только то, что госпожа успела загодя выдать. Хорошо, ещё что в леднике припасы, да и муки полно, а то бы сейчас и есть нечего было. (Вздохнул). А завтра кончается пост. Послезавтра разговение.

— То-то я смотрю у вас даже их кухни не пахнет. Маруф тоже спит?

— Вроде собирался куда-то сходить с утра. Что ему делать? Ужинать будем после захода солнца. Да и то, старые лепёшки доедим, сыр да сушёные фрукты. Даже очаг сегодня не разжигали.

Внизу у реки кто-то звал кого-то и голос уносило ветерком. Мимо с ленивым гуденьем пролетел шмель.

— Вы шапочку с рубином надёжно спрятали? — Злат никак не мог придать своему голосу строгость.

Ключник кивнул.

— Есть для этого и место, и сундук, не беспокойтесь.

Понятно, что не покажут. Речь, скорее всего идёт о тайнике, известному только посвящённым.

— Ну, и хорошо, — кивнул наиб с чувством человека, исполнившего свой долг. — Он вытер на лбу пот и заговорил о погоде, как и положено человеку, которому больше нечем заняться. — Жарко. Передохнём в твоей беседке немного, да и назад поедем.

Ключник был только рад нежданной кампании. Он даже крикнул, высунувшейся на разговор служанке, чтобы принесла в сад свежей воды. Повздыхали. Наиб поделился новостями, вернее их отсутствием. Посетовал, что теперь поиски вряд ли сдвинуться с места до приезда Урук-Тимура.

— Зимой у вас, наверное, веселее?

— Места не хватает, — подтвердил ключник, — И пиры бывают, и гости часто ходят.

— Маруфу работы хватает, не то что сейчас, — засмеялся Злат.

— Пока госпожи были, ему и здесь работы хватало. Скучали в городе, одно развлечение было — полакомиться чем-нибудь вкусненьким. Он даже жаловался мне недавно, что в степи ему легче было. Там почти каждый день бешбармак. А то и просто жареное мясо.

— Мне один генуэзец вашего Маруфа хвалил. Говорил, когда был в гостях у Урук-Тимура, так угощали, что и в Константинополе такой еды не пробовал.

— Это что за генуэзец? — вскинул брови ключник.

— Бонифацием его зовут. Контора на Большом базаре.

— Врёт, — решительно приговорил старик, — Три дня не ел, а в зубах ковыряет. Он у нас ни разу в гостях не был. С чужих слов говорит. Это ему помощник его рассказывал. Тот к нам захаживал.

— Молодой такой? В шитом плаще?

Ключник кивнул:

— Да. Плащ у него знатный. Видать высокого полёта птичка.

— Дела какие с хозяином вёл?

— Вроде нет. Они летом познакомились, на кочевье у Кубани. Вот и заглядывал по старой памяти пару раз. Дочке про дальние страны рассказывал. Госпожи тоже слушали.

Злат рассмеялся:

— Так он к госпожам подъезжал или к дочке?

Ключнику поворот понравился. Он оживился:

— Староваты наши госпожи. Если только к покойнице.

— Чего староваты? Не варить же он их стал бы?

Просмеявшись, старик махнул рукой:

— Видать и хозяин так же думал. Не стал его больше звать.

Злат с тоской подумал, как много могли бы рассказать служанки Райхан. Но, они на Кубани.

На выходе привратник сказал, что повар давно вернулся с утренней прогулки и, наверное, спит у себя. Поблагодарив ключника за радушный приём, решили заглянуть и к нему.

— Хороший повар всегда найдёт, чем угостить, — пошутил Злат, — Если не едой, так рассказом о еде. — Глядя в спину удаляющегося ключника добавил, — Он ведь сам говорил, что никто так много не знает о хозяевах, как повар.

Илгизар не выдержал:

— Но, ведь Санчо мёртв. А то, что он был принят в этом доме и был знаком с Райхан мы уже знаем.

— Только в ту ночь Санчо явно не шёл кого-то убивать, а было очень похож на влюблённого, отправившегося на свидание. А вот Райхан, как раз ждал не просто влюблённый юноша, а сообщник по страшному преступлению. Тут опять что-то не сходится.


Маруф не спал, а просто отлёживался в прохладе, почёсывая за ухом кота, такого же толстого и сонного, как он сам. Наиб не стал темнить и сразу взял быка за рога.

— Скажи мне почтенный друг Маруф, часто к Урук-Тимуру ходили в гости франки?

— Никогда не ходили, — даже удивился тот, — Сынок его Мухаммед-ходжа, тот с ними дружбу водит. Так он ведь эмир в Азаке. А это, почитай, наполовину франкский город. Они его и зовут на свой лад Таной. Когда на Кубани прошлым летом кочевали, он одного и к нам приводил несколько раз. Тот больше женщин развлекал рассказами разными. Потом, уже зимой здесь нас пару раз навещал.

— Велели к его приходу чего особенное готовить?

— Да, нет. Он же больше женщин развлекал. Поэтому с ними разными сластями и угощался. Разве что вино к его приходу кипрское велели подавать. А оно, известное дело — подороже.

— Он из тех был, кто на столе больше всего ценит вино?

Маруф улыбнулся:

— Мимо рта не проносил, это точно. Но, и поесть любил. Много рассказывал про всякие заморские яства и кушанья.

— Так ты что, с ними за столом сидел?

— Зачем? Просто после его прихода госпожи мне раз заказали магрибский пирог. А я про такой и не слышал. Пришлось идти в арабский квартал, выспрашивать. Нашлись люди, бывавшие в Фесе, подсказали. В общем, в грязь лицом не ударил. Этого франка госпожи специально звали мой пирог пробовать. Говорят, удивился и сказал, вкуснее, чем у магрибских поваров.

— Что же за пирог такой особенный?

— Главная его особенность, сочетание мяса со сладостью. Ну, и как во всяком пироге, много значит тесто. А по тестяной части я дока. Не зря мою лапшу весь Сарай знал. Здесь тесто тоже готовится, как для лапши: пресное и тонкое. Для начинки берут голубиное мясо. Голубей обжаривают немного с луком в сливочном масле, петрушки добавляют, кинзы. Перец с корицей, имбирь тёртый. Потом всё это варишь, пока мясо сготовится. Голубей вынаешь, разделываешь от костей. А в отвар потихоньку вливаешь взбитые яйца и чуть томишь на огне, чтобы всё загустело. Как остынет, осторожно выкладываешь эту гущу на лист теста, туда же добавляешь мясо. Сыплешь корицу с сахаром. Сверху накрываешь тестом. Остаётся только запечь в слабом жару.

— Мудрёно. Мясо с сахаром.

— Да ещё, как испечёшь, нужно сахарной пудрой присыпать и корицей. На вид — совсем сладкий пирожок к чаю.

Маруф самодовольно ухмыльнулся:

— Здесь ещё очень важное значение мясо имеет. Я сразу это понял. Арабы, наверное, голубей из голубятни берут, специально откормленных. А они на вкус ближе к курятине. Я купил диких голубей. Они, конечно, помельче, но у них вкус другой. Продавец ещё смухлевал, всучил вперемежку с дикими домашних, тоже мелких, но, я их сразу по виду определил.

— Вернул?

— Госпожа забрала. Она любила птичек на волю выпускать.

— Это которая госпожа?

— Райхан.

— А-а-а. То-то я гляжу в комнате у неё пустая клетка.

— Для неё часто птичек покупали. Подержит немного и выпустит.

— Ты мне вот, что скажи. Урук-Тимур ханский сокольничий. Под его началом все соколятники. Да и свои соколы, поди имеются. Для натаски ловчих птиц держат полно голубей. Ими же и кормят. На кой ляд тебе понадобилось голубей покупать у торговца?

Похоже эта мысль озадачила самого Маруфа. Он в растерянности задумался.

— Даже не знаю. Я сказал помощнику, что ходит за продуктами, что нужно диких голубей. Обязательно диких. Может, он подумал, что на нашей голубятне все только домашние? Пошёл к знакомому торговцу.

— И тем не менее притащил половину домашних. Не мог сразу отличить?

— Тут моя вина была, каюсь. Мне ведь не просто дикий голубь нужен был, а обязательно вяхирь. Их за городом ловят. Соответственно, товар дороже, чем простой сизарь, которого можно прямо на заборе у себя во дворе поймать. Вот продавец и намешал вяхирей с сизарями. А взял, как за одних вяхирей.

— Так ты говорил остальные домашние были?

— Сразу видно. Ручные. К человеку приученные. Видно, уже давно поймали.

— Сильно переплатил?

— Да, нет. Голубей всего-то было пяток. Которые домашние.

— Кто сказал Райхан, что в кухне есть лишние голуби?

Толстяк растерянно развёл руками:

— Ума не приложу. Пришла служанка с клеткой. Говорит, дайте несколько голубей госпоже. В клетку как раз пяток и входил. Я этих сизарей и отдал.

— Значит она не знала, что есть лишние голуби, а просто попросила дать несколько штук? Пожалуйста, Маруф, подумай хорошенько и вспомни не спеша: была у этих голубей какая-нибудь общая примета?

Толстяк задумался.

— Прости меня, но, ничего вспомнить не могу. Не присматривался сильно. Мне ведь что? Главное, отобрать своих вяхирей. На остальных и не посмотрел. Сизари и сизари.

Он был искренне расстроен. Злат даже рассмеялся:

— Да что ты запыхтел, как горшок с кашей? Не запомнил и не запомнил. Самое главное ты рассказал. Если бы ты только знал, как ты мне помог! Ты знаешь этого торговца птицами?

— Нет. Но, его должен знать ключник. Птичек у него часто покупали.


От былой сонливости Злата не осталось и следа. Он теперь походил на пса, учуявшего дичь. Голос его стал резким и повелительным:

— А ну-ка позови сюда ключника! — приказал он привратнику. И сам двинулся к калитке. Ключнику пришлось догонять его уже на улице возле повозки.

— Скажи мне, добрый человек, — спросил наиб тоном, не предвещавшим ничего хорошего, — У кого вы покупали птиц?

Слуга почему-то испугался и замялся. Злат повысил голос:

— Успокойся, я не собираюсь интересоваться ценами и выяснять насколько ты облапошивал своего хозяина. Я хочу поговорить с ним совсем на другую тему.

— Это Веляй. У него дом в ясском квартале и лавка там же на базаре, — подумав, добавил, — Ещё есть двор за Булгарской пристанью.

— Веляй… Буртас что ли? Из Мохшинских?

— Не знаю. Но, с тех краёв точно. У него и весь товар оттуда. Он и соколами занимается, торг у него большой. С хозяином дела имеет. Я у него для дома певчих птичек покупал.

— Дорого?

— Какие птички. Если щеглы или дрозды с чижами, так нипочём. А соловьи иной раз как сокол стоят. Только я в этих тонкостях не разбираюсь. Моё дело деньги платить. И не переплачивать. Есть у нас слуга — он по певчим птичкам большой знаток. Сейчас с хозяином в степи.


— Ну, брат, Илгизар, — сказал Злат, когда повозка тронулась, — Кажись взяли след. Только бы не сорвалось. Ты драться умеешь?

— С мальчишками на улице дрался. Как все.

— Вот и хорошо. Лучше и не начинай. Теперь слушай меня внимательно. Если будет какая заварушка, ты не вздумай встревать, а тем паче меня выручать. Беги со всех ног к лошадям и скачи к ближайшей заставе. И ори, что есть мочи: «Караул!»

Когда уже лошадки понеслись по улице, добавил:

— Видишь, как дело повернулось? Голубки-то видать были почтовые.


XIV.  Имя на полях | Пустая клетка | XVI.  Продавец птиц