home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



10

На протяжении пяти дней Ихсан, с самого утра покидая гостиницу, возвращался лишь поздно вечером. Переступая порог номера, в изнеможении он падал на кровать и, забывая про ужин, тут же засыпал. Вставая же на рассвете, майор вычеркивал из своего списка несколько названий пансионов, наскоро перекусывал и вновь отправлялся на поиски.

Наконец, проснувшись однажды утром, он по привычке достал блокнот и, к своему большому удивлению, обнаружил, что перечеркнуты уже все названия. «Что же дальше?» — спросил он у себя. И тут же сам себе ответил: «Ты не хотел верить, что она в ночлежке, но, видимо, придется…» Приведя себя в порядок, майор направился в городской дом для бедных.

Приют располагался на окраине города. Он представлял собой запущенный деревянный домик с прогнившими от времени бревнами. Несмотря на два этажа, строение производило впечатление убогости. Видимо, когда подбирали жилище для бездомных, подумали и о том, чтобы не создавать контраста между лохмотьями нищих и внешним видом здания. Таким образом, бездомные оказались не оскорблены цивилизацией, а городские власти довольны тем, что сохранили предназначавшийся под снос дом.

Двор явно дополнял общую безрадостную картину. Повсюду валялись скомканные бумажки, доски, какие-то металлические прутья и осколки того, что когда-то называлось бутылками и чайными сервизами.

Осторожно ступая, Ихсан подошел к дому и под скрип досок поднялся на крыльцо. Он постучал в дверь, но никто не ответил на его стук. Тогда майор решился зайти. «О, Аллах милостивый!» — в сердцах воскликнул он, созерцая открывшуюся картину: изрезанные надписями стены, лохмотья одежды, разбросанные по полу остатки еды, какие-то картонные ящики, бутылки с отбитыми горлышками. В дополнение ко всему в комнате стоял затхлый дух. Очевидно, здесь не только спали, ели, но и мочились. «Нет! Феридэ не могла тут оказаться», — подумал майор и выскочил во двор.

Минуя старые постройки, он быстрым шагом добрался до мощенной булыжником улицы и, остановив там коляску, направился в центр. Спешить было некуда, и, понимая это, Ихсан расплатился с извозчиком, не доехав до гостиницы. Выйдя из коляски, он медленно побрел по осенним улицам города. Небо было застлано тучами, то тут, то там встречались лужи с дрожащими от ветра листиками на поверхности. «Вот так и я, как эти желтые листья, — думал он, — сорван ветром с цветущего некогда дерева, и нет мне возврата на прежнее место. Навсегда утерян для меня цветущий сад…»

Вскоре за деревьями показалось море. Донесся шум прибоя. Неожиданно для себя Ихсан открыл, что находится невдалеке от морского вокзала. Пройдя по аллее и оказавшись в порту, майор в задумчивости остановился. «Вот здесь и теряются твои следы, милая Феридэ, — подумал молодой человек, — неужели я больше никогда не увижу тебя, любовь моя… Неужели пальцы мои не коснутся твоих волос, а уши не услышат твоего задорного смеха…»

— Посторонись! — толкнул Ихсана плечом носильщик, доверху нагруженный какими-то коробками. — Не слышишь, что ли?

Это происшествие вернуло молодого человека к действительности. «Что я имею на сегодняшний день? — принялся рассуждать он. — В больнице Феридэ не была, полиция о ней ничего не знает, в пансионах ее нет… в приюте для бедных и вовсе быть не может. Что у меня осталось?.. Ничего. Только вот этот вокзал, где ее видели в последний раз…» Майор огляделся.

На площади у зала ожидания, несмотря на неважную погоду, было многолюдно. Все куда-то спешили. Однако среди мелькающих красок ему вдруг бросилась в глаза одинокая неподвижная фигура просящего милостыню инвалида. Калека сидел на корточках, если, конечно, так можно было назвать обрубки, которые были у него вместо ног, и периодически кланялся прохожим. Ихсан подошел к несчастному и протянул ему несколько купюр.

— Да пошлет вам Бог, — перекрестился тот и взял деньги.

Майор повернулся и, собираясь уходить, сделал несколько шагов, как вдруг калека окликнул его:

— Господин!.. Вы, наверное, что-то перепутали?..

Ихсан обернулся и непонимающе посмотрел на инвалида.

— Тут слишком много! — крикнул тот, показывая на протянутой ладони пожертвованные офицером деньги.

— Это твое, — безразлично отозвался майор.

— Да вы что?! — не мог успокоиться тот. — На них ведь месяца два жить можно…

— Вот и прекрасно! — Ихсан подошел поближе к безногому и сочувственно спросил: — В городском приюте живете?

— Иногда приходится… — опустил глаза тот. — Бывает, что на вокзал пускают…

— А ноги где потеряли?

— Война… Пять лет назад… Турецкая бомба…

— Да-а-а, — задумчиво проговорил Ихсан, вспоминая проведенные на фронте годы. — Много бед она принесла всем…

— И не говорите, — махнул рукой инвалид и с интересом посмотрел на молодого человека. — Тоже воевал?

— Пришлось… — коротко ответил майор, решив не будоражить несчастного сообщением о том, что сражался на турецкой стороне.

— То-то я гляжу — шрам через все лицо…

Решив замять неприятную тему о шраме, Ихсан попытался изменить направление разговора.

— А теперь так и сидите тут целыми днями? — спросил он.

— Вначале стыдно было, как это я, солдат, пойду попрошайничать, но, когда заболела жена, пришлось. Есть-то было нечего… А кто меня, калеку, на работу возьмет? Кому я такой нужен?

— Так у вас и жена есть?

— Была… — вздохнул несчастный. — Умерла год назад… А я вот втянулся в это дело… Веселее тут. Знакомые появились. Есть с кем-поболтать… Да и лучше меня никто не знает нравы этого вокзала.

В голосе инвалида появились нотки гордости.

— Всех, наверное, знаете, — подыграл майор.

— Ну а как же!

Вдруг в голову Ихсана пришла, как ему показалось, нелепая мысль, что бывалый солдат мог видеть Феридэ.

— А вы не помните, — попытался разузнать он, — недели три назад здесь была девушка…

Майор подробно описал Феридэ. Внимательно выслушав, безногий задумался. По задрожавшим на его висках жилкам было видно, что он напряженно пытается вспомнить девушку, о которой шла речь.

— Нет, не знаю такой, — через минуту отрезал бывалый солдат. — Если и была, то однажды…

Ихсан решил попробовать еще раз.

— А парня — сухопарого такого, рыжего, в очках — не знаете?

Калека, взмахнув руками, без промедления ответил:

— Студента, что ли?

Ихсан оживился:

— А почему вы решили, что он студент? Ведь у вас в городе университета нет…

— Нет, — согласился калека, — но на каникулах у нас бывает много студентов. Они все как на одно лицо. Каникулы кончаются — уезжают. А этот остается, как белая ворона… Частенько тут бывает. Придет в аллею, сядет и книжку читает. Говорят, у его дяди целый пансион есть.

— Пансион?! — оторопел майор.

— Да, для бедных. Он и мне предлагал туда ехать.

— Почему же не поехали?

— Не доверяет ему наша братия, я имею в виду старожилов… И я тоже не верю.

— Но ведь пансион гораздо лучше ночлежки… — удивился Ихсан.

— Так-то оно так, — покачал головой собеседник. — Но я что-то не припомню, чтобы потом те, кто туда отправлялся, еще хоть раз попадались мне на глаза…

— А что, он всем предлагает?

— Сначала всем, а теперь все больше чужим… Наши-то его знают. Даже прозвали рыжим муравьем.

— Рыжий муравей?

— Да. Слишком уж настырный… Так его одна острая на язык баба обозвала, когда студент свел ее мужика. С того времени так и пошло — рыжий муравей да рыжий муравей…

— Не любите вы его что-то, — заметил майор.

— А за что его любить?

Ихсан почувствовал, что нашел верного союзника в своих поисках и поэтому решил открыться.

— У меня к вам дело, — осторожно начал он. — Ведь я не просто так спрашивал о девушке…

— Я догадался. — Калека посмотрел в глаза майору. — Столько людей перевидано! Вы мне сразу понравились. И не подумайте, что из-за денег… Короче, выкладывайте, в чем ваше дело.

— Пропала моя любимая, — без предисловий сообщил майор, решив, что оговорки только осложнят и без того запутанное дело.

— Просто и ясно, — поддержал бывалый солдат. — Люблю, когда так напрямик. Но хочу задать один вопрос: она что — из нищенок?

— Нет, — пояснил Ихсан. — Просто, когда она приехала сюда, была без гроша в кармане. Так получилось… К тому же ей пришлось на перекладных долго ехать, а здоровье у нее не так чтобы хорошее…

— Понятно, — кивнул головой инвалид. — Дальше.

— Человек, который подвозил ее на баркасе, видел, что девушку увел ваш… — майор вдруг замялся, но, вспомнив кличку, досказал: — рыжий муравей.

Калека задумался.

— Но есть еще одна задачка, — продолжил Ихсан. — Я объездил все пансионы в Варне и окрестностях. Моей любимой там не было… Где же тогда находится пансион дядюшки студента?

— Этого никто не знает, кроме тех, кто туда поехал, но они почему-то не возвращаются и не могут рассказать об этом.

— Не слишком ли много тайн вокруг скромненького студента?! — начал заводиться Ихсан, непроизвольно сжимая кулаки. — Может, мне подойти к нему и как следует разобраться?

— Если бы мне мои нога, то я, окажись на вашем месте, так бы и сделал, — полугрустно-полуиронично проговорил инвалид и, хитро усмехнувшись, добавил: — А потом бы… угодил в тюрьму, к большой радости рыжего муравья.

Майор молчал, вопросительно посматривая на своего собеседника. Тот, выдержав небольшую паузу, полушепотом продолжил:

— Я знаю, что за свою безопасность он платит дежурному полицейскому…

— Что же мне делать?

В ответ бывший солдат лишь пожал плечами.

— Но мне нужно попасть в этот пансион! — не сдавался молодой человек.

— А пансион ли это? — в унисон мыслям Ихсана проговорил калека.

— Это уже не важно!

— Не горячитесь! — попытался успокоить своего нового друга бывший солдат. — Поспешность никогда никому не помогала. Вы лучше подумайте.

— Может быть, мне проследить за ним? — предложил Ихсан. — Или порасспросить извозчиков?

— Говорят, он обыкновенно едет куда-то за город, так что проследить за ним и остаться незамеченным не получится. А что касается извозчиков, то рыжий муравей ездит на коляске со своим возничим. Она обыкновенно стоит там. — Калека указал на правый край площади. — Когда с кем-нибудь из нищих он выходит на площадь, коляска трогается, и как бы невзначай студент останавливает ее…

— Неплохо, — прокомментировал майор и задумался.

— Просто не знаю, что вам и посоветовать, — подвел итог своему рассказу инвалид. — Думайте сами… А помочь я всегда помогу.

Лицо Ихсана вдруг просияло:

— А что, если студент сам меня пригласит?

Инвалид с недоумением посмотрел на молодого человека.

— Это каким же образом?

Майор улыбнулся:

— Разве я не похож на нищего?

Скорчив гримасу, калека проговорил:

— Даже если вы оденетесь в лохмотья, ваше лицо, манеры и руки выдадут вас.

— Зато у меня есть опыт в этом деле, — весело ответил Ихсан, вспомнив, как однажды, для того чтобы добиться расположения Феридэ, ему уже приходилось перевоплощаться в бедняка.

— Не получится, — замотал головой инвалид.

— Ну, это мы еще посмотрим…


предыдущая глава | Счастье Феридэ | cледующая глава