home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 11

Два дня спустя Петер Штальбе и Конрад Чеснок сидели в пустой казарме. Был полдень, караулы у ворот только что сменились. Клаус Майнау, Карл Гаттенхорст и все остальные, кто нес утреннюю стражу, уже разошлись по своим домам.

Чеснок потянулся, закинул ноги в грязных башмаках на стол.

— Надоело, — сказал он, ковыряя щепкой в зубах. — Столько времени сидим на одном месте, к лавкам задницами приросли. Ублюдок этот, Кессадо, пусть гниет себе на площади, ему-то спешить некуда. А вот нам поразмяться надо.

— Снять бы его с колеса, — заметил Петер, зачерпывая из миски гороховую похлебку. — А то ведь и взаправду гнить начнет.

Конрад зевнул.

— Ты зачем эту штуковину у него из уха вырвал? — спросил он лениво. — К чему тебе? Продать ее все равно не выйдет. Или, может, — тут он насмешливо подмигнул Петеру, — нашел кому подарить? А что, хорошая вещь, настоящий жемчуг. Только смотри, не всякая баба примет такой подарок.

Штальбе хмуро посмотрел на него, но промолчал.

— Ну, так и черт с ним, с этим испанцем, — продолжал Чеснок. — Снимем с колеса да сожжем, невелика работа. Я про другое сейчас. Надо идти к дороге. Еды раздобудем, пару-тройку солдатских ублюдков на тот свет отправим… Зачем понапрасну время терять?

И он указал взглядом на сваленную в углу комнаты груду железа. Это были шлемы и нагрудники, снятые с убитых испанцев. Оружейник Вельц отчистил их от грязи и крови, выправил вмятины, где сумел, так что по большей части эти доспехи еще вполне годились для дела.

Петер зачерпнул еще ложку похлебки, ответил с набитым ртом:

— Маркус не согласится.

— Так ты был у него? Как он?

— Плох. Из дому не выходит, не говорит почти ничего. Я пытался его расспросить про дорогу, ну и про все остальное. Но он сказал, что даже слышать об этом не хочет.

Чеснок вытащил щепку изо рта, осмотрел ее, бросил на пол.

— Не хочет — без него обойдемся. Руку уже неплохо в этом деле набили. Я справлялся у Шёффля: запасов муки мало осталось, а до сбора урожая еще не скоро. Надо идти.

— Как же будем без вожака? Ведь это он все придумал.

— А вот так! — Месснер хлопнул по столу широкой ладонью. — Его что, ангел в темя поцеловал? Вожака мы себе другого найдем. Вот, скажем, к примеру, ты — чем не вожак? Умный, крепкий и в рукопашной выстоишь, и стреляешь неплохо.

Петер неуверенно посмотрел на него.

— Думаешь, Совет согласится поставить меня вместо Маркуса?

— А куда им деваться? У нас ружья, мы защищаем город — стало быть, нам первое слово надо давать, нас надо слушать. В нынешние времена главный не тот, у кого ученая книжка под мышкой, а тот, у кого яйца крепче.

Понизив голос, он наклонился к Петеру ближе:

— Я, честно признаться, думал вначале, что Маркус потребует назначить его новым начальником стражи вместо покойника Хагендорфа. Если бы потребовал, они бы согласились как миленькие. Только у него, видать, совсем голова размякла.

— Маркусу тяжело пришлось. Испанцы крепко его отходили…

— Ерунда, — отмахнулся Чеснок. — Раны заживут, силы вернутся. Вернеру вон ногу прострелили насквозь, запах от повязки такой, что из выгребной ямы и то лучше пахнет. А все равно не унывает — скалится! Я к нему заходил вчера, так он говорит, что через пару недель снова рядом с нами встанет. Уж если Вернер держится молодцом, с чего тогда нашему Эрлиху раскисать?

Петер пожал плечами.

— Ты плечами-то не пожимай, — оттопырив губу, сказал Чеснок. — Это у него все из-за бургомистерской девки, точно тебе говорю. Это он из-за нее сам не свой, из-за нее сопли и распустил. На кой только она ему сдалась? Не пойму. Ведь, если захочет, возьмет себе в жены любую, к примеру, хоть дочку старого Грёневальда. Та наверняка юбки намочит от счастья. Нет, Петер, на Маркуса рассчитывать нельзя: был он прежде крепким парнем, да стал слабаком. Ну так это ничего. Что Эрлиху не нужно — мы вместо него подберем.

Он откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди, прищурившись, посмотрел на Петера.

— Что скажешь?

— Надо с матушкой посоветоваться, — с сомнением ответил тот. — Что, если…

Чеснок накрыл его ладонь своей, с силой прижал к столу, подался вперед.

— С матушкой, говоришь? — тихо и зло произнес он. — Беги, советуйся. Только запомни: за мальчишкой, который выглядывает из-под женской юбки, никто из нас не пойдет.

— Брось, Конрад, — пробормотал Петер, пытаясь высвободить руку, — я…

— Вот тебе и «я», — передразнил Месснер. — Решай, кем ты будешь — слюнтяем или мужчиной; будешь людьми командовать или снова станешь дерьмо убирать в конюшне, слушать, что прикажет этот мозгляк казначей.

Штальбе ничего не ответил ему. Молча поднялся из-за стола и вышел за дверь, сунув за пояс пистолет и нахлобучив на голову шапку.


* * * | Пламя Магдебурга | * * *