home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава шестая, повествующая о некоторых особенностях проведения диверсий в присутствии посторонних наблюдателей

– Не трогай котейку, свинья!

Мама-кошка, да что же это такое? Разве можно орать приличному коту прямо в ухо? Да они же меня заикой сделают, несмотря на то что говорить не умею. Или недержание начнётся… и кого в этом потом обвинят? Люди добрые, убавьте громкость инопланетному чудовищу, даже если оно защищает бедного котёночка на чистейшем русском языке. Заткните его хоть кто-нибудь! Нет же, стоят и глазками хлопают.

– Не нужно обижать котейку, товарищ генерал-майор.

Бесформенная куча в десяти шагах справа от нас вдруг приобрела чёткие очертания, став удивительно похожей на робота-трансформера из старинных детских мультиков. Здоровенного такого робота, по виду килограммов на триста-триста пятьдесят, с ног до головы увешанного оружием внушительного калибра и чешуйками динамической защиты. Как этакая махина могла прятаться практически в чистом поле?

Жерара Семёновича Дюваля от выстрела удержали рефлексы. Или наоборот, это на рефлексах обычно палят куда глаза глядят? Да, может быть и так, но глаза товарища генерал-майора глядели на вполне знакомые погоны, проявившиеся на плечах неизвестного механизма.

– Полковник?

– Так точно! – лицевая панель на шлеме робота с негромким щелчком исчезла, а внутри мы увидели очень даже симпатичное женское лицо. – Командир дважды Краснознамённого ордена Ленина, орденов Суворова и Кутузова третьей степени гвардейского полка полковник Сафарова!

– Э-э-э… – удивлённо протянул Дюваль. – А тут какими судьбами?

– Полк прибыл в ваше распоряжение, товарищ генерал-майор!

– Ну и где же он?

– Здесь. – Сафарова махнула рукой, и изо мха начали подниматься громадины в бронескафандрах. – Новая система маскировки позволяет оставаться невидимыми как для визуального наблюдения, так и для технических средств слежения.

Мама-кошка, да сколько же их тут? Штук пятьсот? Нехорошо, конечно, людей штуками счи– тать, но…

Но Жерар Семёнович имел иную точку зрения на происходящее:

– И это весь полк? В моё время батальоны были большей численности.

Вместо тётеньки ответил здоровенный старший прапорщик с роскошными будённовскими усами:

– Сколько есть, товарищ генерал-майор. Да и это не настоящие десантники, а заготовки из весеннего призыва.

– А корабль где?

Старший прапорщик тяжело вздохнул:

– А нету его. Мы это… своим ходом сюда.

– Вы издеваетесь, товарищ… товарищ…

– Старший прапорщик Таругин, начальник штаба моего полка, – представила усача Сафарова.

И что-то такое знакомое в её лице промелькнуло. Постойте, я эту тётеньку уже где-то видел! Ветеринарный врач? Нет, мимо… Или не мимо? Постойте-постойте… бинго! Это же именно врачиха из рекламы сухого корма фирмы «Фрекен Вискас». А как она стала полковником и попала за пёс знает сколько световых лет от Земли?

О, ещё чего вспомнил! Она же личная человечка нашего администратора с форума «Котейко+» уважаемого Баюна. А где сам Боня? Почему не приехал?

Генерал-майора Дюваля заботило другое:

– Вы прибыли без боеприпасов и продовольствия?

– Боекомплект скафандра рассчитан на сутки непрерывного боя средней интенсивности, товарищ генерал-майор, – доложил Таругин. – А вот со жратвой действительно плохо. То есть вообще никак.

Тоже мне, ценную мысль высказал! Привёл толпу нахлебников в гости, а с собой даже бутылку не прихватил?

– У нас с продуктами не лучше, – сообщил Дюваль. – Но что-нибудь придумаем. Может быть, у вас есть какие-либо предложения?

– Откуда? – старший прапорщик сделал удивлённое лицо. – Мы же этот… как его там… тупой ударный инструмент, и генерирование идей не входит в наши должностные обязанности. Газет не читаем, книг в глаза не видели, философиям не обучены, Гегеля с Кантом не понимаем одинаково, Мольтке и Клаузевица не изучали…

– Не перехвалите себя, товарищ старший прапорщик, – улыбнулся Дюваль. – И об остальных ваших достоинствах подробнее мы поговорим на базе.

На базу возвратились с триумфом, но без добычи. Зато дров для кухонного комбайна притащили кубометров триста – жрать не пережрать. И что этим инопланетным выродкам не построить бы своё логово на берегу океана? Жизнь, как известно, зародилась в воде, и мы бы сейчас могли спокойно кушать диетических ихтиозавров с кистепёрыми рыбами. Или шашлыки из головоногих моллюсков и членистоногих трилобитов… романтика!

Иван Фёдорович пополнению тоже обрадовался и сразу направил половину вновь прибывших на расчистку завалов над объектом «Окно в Европу». Это он так для сохранения секретности обозвал межмировой переход. Конспирация, ага.

– А не лучше ли, товарищ генерал-лейтенант, дождаться прилёта нашего флота? – избавившаяся от бронескафандра полковник Сафарова оказалась вполне приятной на вид женщиной среднего возраста. Не больше ста лет – практически юность. Только очень уж словоохотливая юность. – И тогда всеми наличными силами…

– Да вы стратег, Лилия Александровна! – то ли похвалил, то ли обругал командиршу Шрёдингер. – Предлагаете остановиться в шаге от величайшего открытия тысячелетия? И любопытство не замучает?

Приглашённый на совещание старший прапорщик Таругин, изображавший саму скромность среди обладателей больших звёзд на погонах, скептически хмыкнул и под вопросительным взглядом Ивана Фёдоровича был вынужден объясниться:

– Открытия не всегда во благо, товарищ генерал-лейтенант. Это как с Америкой – вроде бы и открыли, но если бы кто потопил каравеллы Колумба…

– Не сравнивайте несравнимое, товарищ старший прапорщик!

– Я и не сравниваю, – Таругин разгладил будённовские усы. – Я предлагаю откопать переход, но не лезть туда, а закатить ещё парочку бомб. Одну, как понимаю, уже отправили в подарок?

Мама-кошка, вот до чего же здравомыслящий человек! Уважаю решительных людей и всячески одобряю. Решено, тапочки старшего прапорщика Таругина перемещаем из начала очереди в самый её конец. Совсем вычёркивать из списка нельзя, а то нюх потеряют. Не в смысле обоняния, а вообще… ну, вы понимаете?

Но вообще-то заседания с обсуждениями мне не интересны. Что толку в болтовне? Вот мы, коты, говорить не умеем, поэтому очень умные. Тем более учёные давно выяснили, что с каждым произнесённым вслух словом в мозгах отмирает одна клетка. У певичек – миллиардами гибнут. Найду себе менее опасное для интеллекта занятие.

Точно! Как там поживает самурай Онодэра-кун? Что-то давненько на глаза не попадался. Уж не задумал ли чего-нибудь пакостного? Не собрался ли лукавым заплатить за предобрейшее?

Упомянутый японец в это самое время лежал в своей кладовке, приспособленной под каюту, и размышлял. Собственно, ему больше ничего и не оставалось делать, кроме как предаваться размышлениям. Важное задание целиком и полностью провалено, экспедиция академика Шрёдингера не только попала на планету, но и умудрилась уничтожить армию благодетелей, готовившуюся принести освобождение великой Ниппон, длинноносые северные варвары-гайдзины вот-вот раскопают ворота в иной мир, и…

Будто неведомая сила подбросила Онодэру с узкой койки, и он заметался по каюте, собирая в рюкзак немногочисленные личные вещи. Ещё туда отправились несколько предметов, имевших ранее совсем других собственников, но способных пригодиться в опасном путешествии. Если бы здесь появился генерал-майор Дюваль, то имел бы возможность с удивлением опознать кое-что из считающегося утерянным – пару пистолетов «ТТ» с глушителями, автомат «АК-207» с тремя запасными магазинами, мину «МОН-50», фотокопию книжки «В помощь партизану» 1944 года издания, полтора килограмма взрывчатки, шесть детонаторов и неизвестно как попавший на корабль игрушечный танк с миниатюрным антигравитационным двигателем.

Короче, всё то, что могло даже теоретически принести пользу благодетелям, обещавшим освободить родные острова Онодэры от позорного китайского владычества. Нельзя сказать, будто японец был против захвата Страны восходящего солнца кем-нибудь цивилизованным, но не китайцами же!

О том, что северная часть островов отошла к русским, самурай самоотверженно старался не вспоминать. Может быть, они и не оккупировали вовсе, а в качестве туристов приехали? Поживут немного, потом им это надоест, и лет через триста-четыреста домой вернутся, оставив Великую Ниппон её истинным хозяевам. Да, скорее всего, так оно и будет! А китайцы вломились незваными с чудовищной бесцеремонностью и наглостью!

Русских он, кстати, тоже не любил. Только не всех, а лишь некоторых, причём знал их поимённо. Так случилось, что после окончания Шанхайского университета Онодэре пришлось проходить производственную практику в городе Лабытнанги, и там молодой самурай не придумал ничего лучше, как в первый же день ввязаться в драку в местном клубе шахты «Абрамовичевская». Уже стёрлась из памяти сама причина конфликта, но навечно остались фамилии русских негодяев, отлупивших обладателя чёрного пояса пластиковыми стульями – Арам Мовсесян, Автандил Гогоберидзе, Махмуд Курбанмамедов, Тарас Нипийвода и Соломон Лифшиц. Так, во всяком случае, представил их участковый милиционер, заявившийся вместе с шахтёрами в больницу с требованием накрыть поляну за примирение и согласие.

И сейчас, собираясь уйти к благодетелям, самурай изо всех сил жалел, что экспедицией руководит Шрёдингер, а не Лифшиц. Мстить непричастным – недостойно пути воина! Разве только коту? Тому самому рыжему коту, опозорившему непобедимого… да, непобедимого защитника духа Ямато, и заставившему потерять лицо!

Я не мог прочитать мысли нашего… э-э-э… домашнего самурая, зато почувствовал мощную волну исходящей от него ненависти. Мы же эмпаты, помните? А от этого паразита угрозой фонит через двадцать переборок и четыре палубы. Был бы исправен искусственный интеллект «Горгоны Медузы», давно бы поступил сигнал о включении системы «Добрый доктор» на одежде господина Онодэры. Но к большому моему сожалению, Бонифаций получил несовместимые с жизнью повреждения, а у меня не та харизма, чтобы заставить подняться новоявленного Лазаря. Тут чудо не поможет, тут нужен ремонт мозгов в заводских условиях.

Ой, мама-кошка, а что это он делает? Хвост на отсечение даю – минирует переборку, за которой проходит питающий кабель от реактора к камбузу. А ведь не такой уж дурак, каким кажется на первый взгляд, и прекрасно понимает, что без харчей мы протянем ноги быстрее, чем при любой другой диверсии. И если кроме кабеля Онодэра выведет из строя синтезатор пищевых смесей… тьфу-тьфу-тьфу три раза через левую переднюю лапу.

Ага, воткнул взрыватель с таймером. Понимает, пудель облезлый, что в железной коробке корабля с радиосигналом для подрыва могут быть проблемы. Умный, да ещё и хитрый – прилепил мину под койку, а потом придвинул её на место. Сколько выставил? Двадцать минут? Мне хватит, особенно если применить подаренный академиком Шрёдингером «волшебный» пульт. Лёгкое нажатие лапой на несколько кнопок, и вот уже самурай озадаченно чешет затылок после пары неудачных попыток открыть заклинившую входную дверь. Ну и пусть колотится до второго пришествия, а я пока вытащу взрыватель.

Товарищи, никто не терял взрыватель с таймером? Верну за недорого, могу даже с доставкой! Нет желающих получить нужную в хозяйстве вещичку практически на халяву? Если нет, то верну владельцу, очень уж удачно присевшему на корточки перед дверью. Забирай, дяденька, и больше не теряй. Или давай сам тебе в кармашек рюкзака положу?

Ну что, мавр ниппонский, сделал своё дело? Можешь уходить, держать не буду.

Онодэру не оставляло ощущение направленного в спину взгляда. Будто снайпер смотрит через прицел и потихоньку выбирает холостой ход спускового крючка, дожидаясь паузы между вдохом и выдохом. Чувство было настолько реально, что японец замер и попытался угадать момент выстрела.

А его все не было и не было. Перевёл дух, тряхнул головой, отгоняя наваждение, и прилепил к стене лепёшку пластиковой взрывчатки, брезгливо морщась от попадающей под руки паутины. Мерзость и гадость! Кстати, каким образом на корабле завелись пауки и чем они питаются в усло– виях космического полёта? Вопрос из вопросов, ответ на который достоин если не престижной Ленинской, то хотя бы второсортной Нобелевской премии.

Впрочем, есть проблемы и поважнее – таймеры на русских взрывателях сильно отличаются от таких же, но китайских, и с непривычки можно ошибиться при выставлении времени. Не зря же среди инструкторов по подготовке защитников духа Ямато ходят байки о неуклюжих учениках, вместо двухчасовой задержки задавших подрыв через две секунды.

Ох… сглазили проклятые гайдзины! Палец, будто живущий самостоятельной жизнью, самопроизвольно воткнулся в кнопку, и на крохотном экранчике загорелись цифры, отмеривающие всего лишь двадцать минут. Бесконечно долгое время в скоротечном бою, и крайне малое для успешного бегства. Точнее, для быстрого перехода к следующему этапу операции – истинный самурай не способен даже помыслить о бегстве или отступлении.

Теперь осталось придвинуть кровать на место, и можно уходить. Онодэра толкнул дверь… и недоумённо почесал голову. Ведь твёрдо был уверен, что оставил вход в каюту приоткрытым. Да, уверен! Как раз на случай, если кто-то появится в коридоре. Чтоб известил об этом звуком шагов. Она точно закрыта?

Попробовал толкнуть ещё раз – десятимиллиметровое стальное полотно даже не дрогнуло. А время идёт, и таймер остановить невозможно. Русские позаботились исключить эту функцию, зато предусмотрели неизвлекаемость взрывателя, врастающего во взрывчатку и после первых десяти секунд представляющего с ней единое целое. Великая Аматерасу, и что делать?

Ноги подкосились, вынудив Онодэру рухнуть на колени. Но всё же он пересилил себя и рванулся вверх… бесполезно, только силы потратил и вместо благородной позы внимающего сёгуну самурая раскорячился в неприличном положении писающей под цветущей сакурой гейши.

И опять прицельный взгляд в спину, прикрытую рюкзаком. Показалось даже, будто что-то лёгкое коснулось сзади, звякнув замочками на кармашках тяжёлой ноши. Ну вот, галлюцинации…

И в этот момент дверь приоткрылась, давая возможность узнику вырваться на свободу. Вперёд, храбрый самурай! Вперёд по пути воина! Вперёд, мой маленький зуав, и у ворот рая тебя встретят тринадцать невинных гейш, поедающих мясо Фенрира под волшебным деревом Иггдрасиль, где в ветвях на золотой цепи сочиняет хокку и танку великий учитель Баюн Ермунганд[5].

Ёшкин пёс, а чего это наш японский друг так напугался? Неужели не догадывается, что каждый уважающий себя кот имеет кое-какие познания в минно-взрывном деле? К детонаторам производства Земной Федерации кроме обычного и всем известного руководства по эксплуатации прилагается секретная инструкция, а уж там такого понаписано… В том числе и способ выключения после активации. Всего-то и нужно, что набрать на панельке определённую последовательность цифр. Последние лет тридцать пароль не менялся и представляет собой даты рождения и смерти Владимира Ильича Ленина в формате: год; месяц; день. Достаточно для изъятия из взрывчатки, а там или вводи доказательство теоремы Пифагора, или выкидывай его как можно дальше.

Ха, мама-кошка, а самурай убегает! И, как мне хочется думать, времени на вредительство в корабельном камбузе у него не остаётся. Оно тикает, тикает и уже через семнадцать минут закончится совсем. А потом как бабахнет! Беги, негр, беги… как говорил один очень умный человек.

Взрывоманьяки, точный дан приказ! Взрывоманьяки, ждут заряды нас! И пару-тройку мегатонн заложим мы под Вашингтон… Эх, мама-кошка, жалко, что петь не умею. Зато умею быстро летать, и со скоростью моего полёта не сравнится черепаший бег какого-то там самурая! Догоню! Я ужас, летящий в ночи к вашим тапкам! Я молния в вашем пороховом погребе! Трепещите, несчастные!

Нет, не подумайте плохого, мания величия мне не свойственна. Это так, подбадриваю себя перед прыжком в неизвестность. Вы же видели, как сволочной самурай прошмыгнул между разбирающими завал десантниками и занырнул в сияющую неземным светом щель в камнях? В междумировой портал свинтил, барбос помойный! Значит, и мне туда.

А радиация… есть она там, или нет её там… по фигу! У кошек девять жизней, помните? У котов их девять с половиной. Мама-кошка, благослови! А-а-а… то есть мяу, конечно! Поехали.


Глава пятая, катастрофическая | Кот Шрёдингера | Глава седьмая, рассказывающая об особенностях пребывания в плену у внеземной цивилизации