home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 29

Утро выдалось как по заказу: тихое и туманное. В двух локтях ничего видно не было, поэтому галера еле двигалась. Капитан был осторожен: не хватало еще в тумане на что-нибудь наскочить. Но рабов выгнали на палубу и стали пристегивать к веслам. Мало ли, вдруг туман рассеется.

Лапунда старательно выполнил указания Армандо. Когда его хотели пристегнуть, он спрятал руки за спину. Маг же создал иллюзию, на которую и были наложены кандалы. То же самое было проделано с Гарвом и с самим Армандо. Когда же надсмотрщик прошел вперед, пристегивая следующий ряд, Армандо тихо отдал приказ взяться за весло и поменял картинку. Теперь на настоящих руках красовались призрачные цепи, а настоящие кандалы мужчины затолкали под сиденье.

Оставалось ждать появления графа и тот не замедлил появиться. Для начала стал распекать капитана, как будто тот лично нагнал туман. Затем велел ускорить галеру: впереди не должно быть рифов.

Капитан отвечал вежливо, даже подобострастно, но стоял на своем. Профессиональная честь моряка боролась в нем с данной графу клятвой, не позволяя сделать то, что он считал вредным и опасным. Наконец граф угомонился, успокоившись на том, что гребцы только чуть — чуть ускорят бег судна, а на носу специально отряженный матрос будет следить за морем и дудеть в специальную сигнальную дудку.

Наконец капитан отдал распоряжение, забухала литавра, взметнулись весла, а граф собрался уйти к себе в каюту. Отпустить его сейчас? Ну нет! Надо привлечь внимание.

Армандо рискнул. Сначала резко закашлялся, чуть усилив звук, чтобы он не потонул в тумане, и заметил, что Жоан вдруг встал, а затем согнулся, имитируя приступ боли в животе. Отлично! Его не могли не заметить и не обратить внимание.

Действительно, все надсмотрщики ринулись по проходу к бедному Сертану. Даже граф заинтересовался: встал у лесенки, которая вела к гребцам, стараясь разглядеть, что происходит. И тут Армандо кинул очень качественную иллюзию. По нижней палубе, сверкая и звеня, покатилось колечко. Красивое, дорогое кольцо с алмазами, его образ Армандо взял из памяти. Такое носила супруга Кармелльского градоначальника.

Покатилось, описало круг и легло как раз против банки, на которой сидели Армандо, Гарв и Лапунда. В жадности ли было дело, или в том, что Дешерн желал досконально расследовать, откуда взялась такая штука, но он быстро сбежал вниз, остановился около сидевшего с краю Лапунды и нагнулся.

Бывшему капитану ничего объяснять не пришлось: он опустил тяжелый кулак на голову графа и тот беззвучно свалился на пол. Никто этого не заметил. Армандо на мгновение накрыл их пологом безмолвия, все надсмотрщики были заняты избиением Жоана, а гребцы сидели к ним спиной.

Тут же Армандо встал уже в образе Дешерна, и Лапунда с Гарвом живенько запихнули бесчувственное тело себе под лавку. Армандо дал последнее указание: вести себя как обычно до его команды и поднялся на верхнюю палубу. Теперь уже там стоял не граф, а он в образе графа. А вот между Гарвом и Лапундой занял свое место созданный Армандо фантом. Первая часть плана прошла удачно.

Он благословлял два обстоятельства. Одно было природным: ростом и сложением Армандо походил на Дешерна, а это облегчало задачу наложения иллюзии. Трудно выдать коротышку за высокого, еще труднее выдать рослого за недомерка. О том, чтобы прикинуться графом. Армандо подумал еще в тот момент, когда впервые его увидел. Наконец это у него получилось!

Второе благоприятное обстоятельство заключалось в том, что злобный граф брал со своих подчиненных именно клятву Карвера. Заклятье делалось на крови, но было половинчатым. Существовал и другой вариант клятвы, более сложный, дающий более полноценный результат. Но вот привязать этим способом к себе толпу людей было нереально.

Для того, чтобы связь была полной, во время обряда хозяин тоже должен был пожертвовать своей кровью. Но ее для этого Дешерн, естественно, пожалел. Еще бы: на такую кучу народа ему бы пришлось отдать все, что текло в его венах. Поэтому его несчастные рабы преданно служили не тому в ком текла кровь графа, а тому, кого искренне им считали. Сейчас хозяином для них был Армандо, гордо озиравший галеру с верхней палубы.

Настоящий же хозяин валялся под ногами тех, кого и за людей считать не желал. Пришлось прикрыть его невидимостью, а между Гарвом и Ансельмо посадить свой фантом.

Сейчас Армандо чувствовал прилив сил и необузданную радость от того, что снова мог пользоваться магией, но понимал: сейчас надо остановиться и подкопить энергии. Первый этап прошел успешно, а вот второй… Удалить с галеры всех, кто связан с Дешерном клятвой, будет посложнее, особенно потому, что этого он еще не придумал, полагаясь на случай и удачу. Не может же ему так долго и так фатально не везти?!

Убирать тех, кто должен защищать графа даже ценой жизни, было необходимо. Иллюзию нельзя держать вечно. Если они поймут, что Армандо не Дешерн, но единственным спасением будет убить злодея. Но тогда все, привязанные клятвой, тоже умрут, а устраивать глобальную бойню не входило в планы мага. Он твердо верил в то, что любое заклинание может быть разрушено. Все зависит от имеющихся в наличии времени, силы, желания и уровня подготовки.

Но для того, чтобы освободить людей от клятвы Карвера, до сих пор считавшейся неотменяемой, нужно было иметь это в неограниченном количестве. Значит…

Значит, надо увести галеру туда, где этим можно будет заняться без помех, а возможно и обеспечить себя помощью опытных магов. В Кармеллу, например.

Если, как уверил его Гарв, среди гребцов довольно настоящих моряков, то с этим можно справиться и без помощи капитана.

Он махнул рукой надсмотрщикам, те бросили избивать Жоана и преданно уставились на него, ожидая указаний.

Припомнив в подробностях голос и интонации Дешерна, Армандо отдал приказ:

— Живой? Отправьте его в трюм и заприте отдельно. Если это болезнь, я не желаю, чтоб и другие заразились.

Здоровенный надсмотрщик пожал плечами, но отстегнул беднягу Жоана от цепи и потащил в сторону люка. Ну что ж… Попозже Армандо к нему заглянет и подлечит. А сейчас надо заняться другим. Он обратился к другому надсмотрщику:

— Что сказал этот раб?

Здоровенный мужик низко поклонился:

— Он врал, что у него внезапно возникли страшные боли в животе и он не мог терпеть. Ну, мы его немножко поучили терпению…

Страшные боли в животе?! Жоан просто гений! Армандо моментально сообразил, как это можно использовать и начал импровизировать.

— Идиоты! Надо было немедленно докладывать! На берегу свирепствует черная холера. Мы потому и вышли в море, чтобы от нее уберечься. Не хватает еще, чтобы весь экипаж вымер!

Черной холерой на побережье называли не одну конкретную болезнь, а целую кучу разных зараз. Общей чертой являлись боль в животе и последующий понос, в остальном же это могло быть и безобидное отравление, и страшный брюшной тиф. Не умея распознать их на начальной стадии, моряки боялись всего одинаково.

Услышав слова лже — Дешерна, подошел капитан.

— Что прикажете делать, господин граф?

— Будем эвакуироваться. Я не могу рисковать. Вызывайте подмогу.

Армандо знал, что корабли графа как-то сносились между собой и что ведали этим капитаны, так что ничем не рисковал, отдавая такое распоряжение.

— Но мы потеряем галеру, — запротестовал растерянный капитан.

— Зато сохраним жизнь и здоровье. Сейчас это важнее. Я не желаю, чтобы какая-то болячка разрушила все мои планы.

— А гребцы? Мы не сможем их забрать.

— Гребцы? — пожал плечами Армандо точно так, как делал это граф, — вот только о них сейчас мне заботиться не хватало.

— Всех убить?

В глазах капитана плескался ужас. Армандо снова пожал плечами, не оставляя сомнений в том, что этот вопрос его абсолютно не волнует.

— Зачем возиться? Оставим на галере. Выгребут — их счастье, но что-то мне подсказывает: их мы больше никогда не увидим. Если черная холера началась, она никого не пощадит.

— А ваши гости, Ваше Сиятельство?

Армандо сделал вид, что задумался.

— Да, это вопрос. Контактов с зараженным у них не было… Заприте их каюты снаружи для безопасности, пусть не выходят. Я лично их выведу, когда придет корабль. И надо подготовить снадобье, предохраняющее от заражения. У вас должны быть ингредиенты.

Капитан с жалким видом развел руками. Лже — Дешерн аж задохнулся от негодования.

— Как? Нету? Боги, с какими недоумками приходится иметь дело! Простых правил безопасности не соблюдают! Ну хорошо, придется отдать свой запас, я не могу позволить себе потерять сразу столько преданных людей. Пусть кок ставит котел с водой, я лично принесу ему травы.

И отошел в сторону, бухтя под нос:

— Верные они верные, но такая бестолочь! Ничего доверить нельзя! За всем приходится следить самому.

Капитан, сгорбившись под грузом нового знания, отправился посылать вызов, а Армандо спустился в каюту графа. Надо было торопиться. Валяющийся под ногами Гарва и Ансельмо Дешерн был надежно усыплен и укрыт иллюзией, но все может случиться. Иллюзия — заклинание нестойкое. Если его случайно заметят… Об этом лучше даже не думать.

Пока солдаты и матросы убеждены, что Армандо и есть граф, все в порядке. Как только обман раскроется, никому не поздоровится. Проще всего было усыпить всех, на это силы у мага хватило бы, но усыпить с разбором не получалось. Для такого нужно варить зелье и поить им тех, на кого нацелился.

Пока шел, додумался, что усыпить солдат и матросов — глупая затея. Скоро на помощь придет корабль из флотилии Дешерна, спящие вызовут сомнения, на галеру спустится группа захвата и тогда все пропало. Но… Есть и другие зелья, не только сонное. Если принять во внимание действие клятвы… Полное подчинение на двенадцать часов — это то, что нужно.

В каюте графа нашлись сушеные травы. В основном это были чаи и добавки к ним, но зелье полного подчинения было практически все равно из чего варить. Главное — какие заклинания при этом произносить. А Армандо уже давно не было надобности озвучивать свое колдовство, он мог это делать в уме.

Со своей добычей маг поспешил обратно на палубу, где ему сообщили: кок уже поставил котел на огонь, еще полчаса — и закипит.

Армандо величественно кивнул своим подчиненным и пошел на нос, якобы посмотреть, не стал ли туман редеть. Проходя мимо Гарва и Лапунды послал им обоим сообщение:

— Как только поведут обратно в трюм, хватать бесчувственного графа и тащить с собой.

План был прост: убрать возможную головную боль с глаз тех, кто может его опознать. Поэтому пришлось походя прицепить к телу Дешерна заклятие перемены. Как только фантом Армандо отсоединят от весла, его облик перейдет на графа и в таком виде приятели оттащат его в трюм, а там спрячут где-нибудь в уголке.

Кажется, оба отлично его поняли.

Туман действительно редел, поднимаясь, солнце пробивалось через завесу мелких водяных капель и заставляло все вокруг сиять. На море царил штиль.

Если бы Дешерн был на своем месте, сейчас литавра отбивала бы гораздо более бойкий ритм. Но галера ждала подмогу, поэтому никто больше никуда не торопился. Рабов стали отстегивать от весел и загонять в трюм.

Стоя на верхней палубе, Армандо наблюдал, как Гарв с Лапундой тащат на себе его двойника: длинное, тощее, лысое и уродливое существо.

Как он в таком виде покажется Дине на глаза? Она добрая девушка, но ей же будет противно! Или он всю жизнь льстил себе, думая, что довольно симпатичен?

Пришел солдат, который должен был запереть гостей графа в их каютах и доложил:

— Запер, Ваше Сиятельство. Только, осмелюсь доложить, они не заметили. Спят. Вы же знаете, Ваше Сиятельство: ни маркиз, ни герцог раньше полудня не встают. Это вы у нас всегда в трудах.

До полудня? Ого! Впереди еще часа четыре спокойной жизни. Главное, чтобы эти придурки не попытались вылезти раньше времени. Если за это время сюда придет один из кораблей, все удастся. Только надо скорее сварить зелье.

Вскоре прибежал с камбуза матрос с докладом, что котел у кока закипает. Армандо готов был бежать туда со всей прыти, но пришлось изображать графа, а следовательно двигаться с величественной неторопливостью.

Он прошествовал на камбуз, оглядел котел, вода в котором и впрямь закипала, скорчил недовольную мину (хотя в душе только что не пел от радости), и всыпал в кипяток две горсти душистых травок, успев произнести про себя наговор. Вода взметнулась фонтанчиком, а когда успокоилась, лже — граф велел снимать котел с огня и поить всех, кто находится на борту во избежание заражения черной холерой.

Двое матросов вытащили котел на палубу и капитан объявил:

— Его Сиятельство, чтобы уберечь нас от черной холеры, что косит людей в портах, лично приготовил зелье от этой напасти. Всем подходить по одному с чашкой и получить дозу зелья, чтобы болезнь не прилипла.

Моряки, пуще водной пучины боявшиеся заразы, выстроились в очередь с чашками, вслух благословляя заботливого графа. Усомниться в его личности никому и в голову не пришло, в эффективности лекарства тем более. Каждый получал свою полную чашку, выпивал тут же, на глазах и капитана и лже — Дешерна, и глаза принявших средство стекленели.

Впрочем, других признаков душевного нездоровья не было, так что никто ничего не заметил.

Да и кому было замечать, если первую чашку капитан выпил лично, а за ним и его помощники и боцман?

Далее в течение часа все ходили, выполняя привычные действия, но как будто чего-то ждали. Один Армандо знал, что они прислушиваются: не прозвучит ли приказ от того, кому они подчинены?

Теперь он больше всего боялся, чтобы корабль, шедший за ними, не задержался надолго. Люди под действием зелья полного подчинения стремятся выполнить указания, а если их долго не отдавать, то становятся тревожными, беспокойными и могут вести себя неадекватно.

А что им скомандовать, он не знал.

Но долго ждать не пришлось. Не прошло и часа после того, как котел с зельем опустел, на горизонте показались знакомые паруса. Не было никакого сомнения: это корабль из флотилии графа. Он быстро приближался и вскоре дрейфовал рядом с галерой. От него отвалила шлюпка и на палубу к Армандо поднялся крепыш среднего роста, лучший капитан всей Дешерновской флотилии.

— Ваше Сиятельство, что угодно приказать?

— Капитан, среди гребцов на борту черная холера, их пришлось изолировать от солдат и матросов, но это временная мера. Они заперты в трюме. Возьмите здоровый экипаж на борт. Я принял меры и наши люди не заболеют.

— А гребцы?

— Их участь плачевна, но другого выхода я не вижу. Когда мы все покинем галеру, я ее подожгу. Заразу нужно выжигать огнем.

Капитан не засомневался. Да и какие у него были на это основания? Дешерн действовал в своей обычной манере.

— Отлично, Ваше Сиятельство, есть принять экипаж на борт. Каков будет порядок действий?

— Все перейдут, мы с капитаном, последние. Мне надо кое-что взять отсюда и свидетели будут лишними.

Это тоже никого не удивило. О гостях графа, запертых в своих каютах, все благополучно забыли, Армандо постарался. Эти люди ему еще понадобятся. Так что шлюпки были спущены на воду и за пару ходок перевезли с галеры всех, кроме лже — Дешерна и капитана.

Сделав вид, что ему нужно что-то взять в своей каюте, Армандо скрылся из вида и тут же выпустил фантома: граф шел к шлюпке, неся подмышкой небольшой ларчик. Фантому предстояла довольно долгая и полноценная жизнь, так что, сотворив его, бедный маг сел на пол почти без сил. А ведь ему предстояло еще самая масштабная из иллюзий на сегодня: пожар.

Как только шлюпка с фантомом графа и живым капитаном галеры достигла корабля, он пустил иллюзию огня по верхней палубе. Пусть думают, что Дешерн на самом деле поджег галеру с людьми.

Повинуясь заложенной в него воле Армандо, при появлении первых языков пламени фантом графа потребовал немедленно взять курс на мыс Танг, а его отвести в каюту: он намерен отдохнуть и поразмыслить.

Капитан корабля увидел, что галера пылает, и поспешил выполнить указания хозяина. Не дай боги, пламя перекинется на паруса, и тогда всем несдобровать.

А тем временем маг пробрался на брошенный коком камбуз и постарался восполнить хоть не магический, так физический резерв сил. Слопал пару кусков вяленого мяса, погрыз сухарей, запил все чистой водой из бочонка. Котел с зельем, которого еще оставалось порядочно, он перевернул одним толчком ноги. Не хватало еще, чтобы освобожденные рабы напились этой дряни.

Найдя в углу ведерко со смолой, он вытащил его на палубу, для безопасности поставил в бадью с водой и подпалил. Повалил черный дым. Армандо удовлетворенно вздохнул. Иллюзия пожара выедала силу, а слабенький мультипликатор позволял раздуть образ горящего и дымящего ведерка до гигантских размеров. Затем лег подальше от мини — пожара прямо на голые доски и стал ждать, когда резерв восполнится хоть частично.

Отпирать трюм и выпускать всех на волю он не спешил. Пусть сначала между кораблем и галерой окажется как можно большее расстояние.

Призрачное пламя, плясавшее повсюду на палубе, вскоре силой его желания превратилось в столб черного дыма, который должен был быть хорошо виден с палубы уходящего к мысу Танг корабля. Они должны твердо верить, что галеры больше нет.

Больше часа Армандо недвижно лежал в тени барьера, отделявшего верхнюю палубу от нижней. Поднялся только когда почувствовал, что может снова творить магию, и отправился в трюм. Сейчас нужно было найти Жоана и привести его в порядок. Ему было нестерпимо стыдно так надолго оставлять соратника без помощи, но иначе он не смог бы провести всю операцию без сучка, без задоринки.

Жоана он нашел в маленькой каморке, где хранились сломанные судовые принадлежности и рваные канаты. Тот лежал на полу скрючившись, сознание едва теплилось, зато истерзанная хлыстами спина налилась болезненным жаром под тонкой коркой свежего струпа.

В лечении болезней он был не силен, слишком много надо было для этого знать. Но вот раны, нанесенные чем угодно, исцелять умел каждый маг. Армандо присел рядом и положил руки прямо на кровоточащую, горящую спину и пустил волну целительной силы. Для начала все раны вскрылись и выбросили из себя все, что было в них омертвевшего, погибшего, чужеродного, но затем сразу же закрылись и стали покрываться розовой молодой кожей.

Жоан охнул и пришел в себя.

— Прости, — сказал ему Армандо, — Я и помыслить не мог, что будет так.

— Мы победили? — хрипло спросил его бывший первый помощник.

— Можно сказать, что да.

— Тогда не жалко. Ради этого я еще потерпел бы.

Армандо ласково похлопал друга по руке и сунул принесенную с собой фляжку с водой..

— Лежи, набирайся сил. Попозже я принесу тебе еды. Сейчас на корабле нет никого, кто был бы связан с нашим графом клятвой. Только сам граф, гребцы и эти… как их… В общем, герцог и маркиз. Но они заперты. Ты отдыхай, а я пока выпущу людей и объясню им ситуацию.

Жоан жадно пил воду, не прислушиваясь к тому, что говорил Армандо. Сейчас ему было не до того. Главное, что они свободны. Все остальное может подождать.

Маг же пошел открывать общий трюм и снимать ножные цепи со всех. Встретили его диким шумом: люди не понимали, что происходит, и уже стали ругаться. Толпа рабов разделилась. Гарв предводительствовал теми, кто доверял Армандо. Теми же, кто ни во что не верил и стремился лишь мстить, убивать, все равно кого, руководил, если так можно выразиться, крупный, мрачный мужчина с рассеченным шрамами лицом. Он, как и Гарв, был из бывших пиратов, но кроме силы не мог больше ничем похвастаться, да и сила его была на исходе. Все же он провел в рабстве более трех лет и почти забыл, как это — быть свободным, быть человеком.

Они уже были готовы начать драку, но распахнувшаяся дверь отвлекла их. Когда же вместо надсмотрщика там появился Армандо, не в образе графа, а такой, к которому все привыкли, народ замер.

— Что там? — запинаясь от волнения проговорил Гарв.

— Ничего. Чисто, пусто. Все покинули корабль. Нам тоже стоит уйти подальше: когда поймут, что графа среди них нет, могут вернуться. Кто возьмет на себя кораблевождение?

Из глубины трюма подал голос немолодой, но крепкий человек с яркими черными, очень живыми глазами.

— Я был капитаном и много лет плавал этих водах. Если найдутся среди вас шестеро мне в помощь, а остальные сядут на весла, я постараюсь привести галеру в безопасное место — в гавань Мирель.

Армандо не знал, о чем говорит бывший и, возможно, будущий капитан, но все согласно зашумели: против гавани Мирель ни у кого не возникло возражений. Из их галдежа ясно было одно: это небольшой рыбацкий порт в Гремоне. Ну и отлично. Оттуда он точно сумеет добраться до Кармеллы.

— Капитан, принимайте командование. Берите себе в помощь Гарва, — он хлопнул пирата по плечу, — и кого еще выберете. Мне надо заняться нашими пленниками. И вот…

Он вложил в протянутые руки ключи от ножных цепей, целую горсть которых позаимствовал в каюте графа. К счастью, все замки были одного фасона и их можно было открыть одним универсальным ключом, не пришлось искать, что к чему подходит.

Бывшие рабы принялись снимать с себя цепи, а Армандо обратился к Гарву:

— Как там наш пленник поживает? Спит?

— Пытался проснуться, но я его успокоил.

— Кулаком по макушке?

Оба мужчины усмехнулись и перемигнулись. Дешерна никому было не жалко. Главное, чтобы жив остался, а все остальное ерунда.

— Надо его где-то запереть, да так, чтобы он не смог покончить с собой. Есть идеи?

— Есть, как не быть. Каморка первого помощника. На галере она обычно располагается рядом с каютой капитана. Там кроме рундука, ничего нет, а им не убьешься.

Освобожденный от цепей Лапунда вытащил из темного угла тело графа, с которого давно спала иллюзия. Большинство бывших рабов заметили это и бросилось к нему, размахивая цепями:

— Убить! Убить сволочь! Довольно он над нами измывался! Забить насмерть! — раздавались крики.

— Стойте! — крикнул Армандо, слегка усиливая голос, — Он нам нужен живым.

— Выкуп? — деловито спросил один из нападавших.

Объяснять им про то, что смерть Дешерна убьет кучу народа? Да им всем плевать. Но вот хорошее объяснение.

— И это тоже. Денег у этого мерзавца куры не клюют, всем хватит, чтобы начать новую жизнь. Но для этого он нужен живым.

— Ну, хоть ноги перебить, чтоб не сбежал?

— А вот это дело, — сказал Армандо, чтобы хоть что-то сказать, и тут же пожалел об этом.

Здоровенный мужик одним прыжком преодолел расстояние до лежащего на полу графа и странным движением хлестнул цепью по его ногам. Дешерн глухо застонал, а Армандо увидел, как растекаются по его светлым брюкам кровавые пятна. Глянул магическим зрением: пират и впрямь перебил своему мучителю кости на обеих ногах.

Ну что ж, зато не сбежит.

— Отнесите его в каморку первого помощника и заприте там, — скомандовал он, — Некогда возиться с этим негодяем.

Он вышел на палубу вслед за теми, кто тащил на себе слабо стонущего графа. Там уже кипела работа. Часть гребцов вернулась к своим обязанностям, матросы ставили парус, Гарв стоял у рулевого колеса, капитан изучал местоположение корабля и прокладывал новый курс. Поднимался свежий ветер, и он благоприятствовал планам беглецов. На палубе маг заметил своего недавнего пациента. Жоан Сертан сидел, прислонившись к мачте, со счастливой улыбкой на губах. Вот и хорошо, пусть сил набирается, а то дел невпроворот.

Армандо прошел к каютам гостей графа, откуда с недавних пор раздавались крики, и прислушался. Орали не только мужские голоса, был слышен и женский визг и плач.

Он снова поднялся на палубу, нашел глазами Лапунду и поманил к себе:

— Ансельмо, помогите мне. Там женщины.

Лапунду два раза просить не пришлось. Услышав о женщинах, он тут же двинулся вслед да Армандо. Дверь первой гостевой каюты они распахнули в мгновение ока и перед ними предстала жуткая картина.

Элегантный, нарядный и надушенный герцог бил ногами валяющуюся на полу и прикрывающую лысую, как колено, голову обнаженную женщину. Причина такого поведения была непонятна: то ли мужчина получал от этого удовольствие, то ли просто разгневался на то, что не может выйти и срывал злость на первом попавшемся беззащитном существе. Одно Армандо было ясно: приличный человек не бьет женщину. Значит герцог — хуже чем скот.

Увидев вошедших, он бросил ее, принял надменный вид и хотел что-то сказать, но кулак Лапунды опустился ему на затылок. Правильное решение: пусть полежит, помолчит, пока не понадобился.

Женщина, тихо скуля, отползла в угол. Она не ждала для себя ничего хорошего, хотела только спрятаться и зализать, как собака, раны. Армандо наклонился к ней и сказал спокойным, ласковым тоном:

— Не бойся, все плохое уже закончилось.

Она неожиданно сверкнула глазами и ответила злобно:

— Это для вас закончилось. Для меня все закончится только со смертью. Какая мне разница, кто меня будет бить и насиловать?

Армандо хотел еще что-то сказать, но тут рядом на пол опустился Лапунда.

— Девочка, даю слово капитана Ансельмо Лапунды: тебя теперь никто пальцем не тронет. Я за этим прослежу. Ты здесь одна?

Она пару мгновений соображала, переводя взгляд с Армандо на Ансельмо, стоит ли иметь дело с незнакомцами, затем ответила:

— Женщина? Нас здесь трое. Две у маркиза.

— А граф? — заинтересовался Армандо.

— Зачем этому импотенту женщины? — фыркнула она.

Армандо подивился тому, как быстро она пришла в себя. Еще минуту назад полностью раздавленная, сейчас женщина быстро становилась такой, какой была на самом деле: уверенной в себе бойкой особой.

Лапунда между тем стащил с герцога нарядный камзол и накинул ее на плечи пленницы, прикрывая наготу.

— Девочка, можешь встать? — пробасил он, — тут должны быть господские тряпки, поищи себе одежку попристойней. Этому, — он махнул рукой в сторону лежащего без сознания мужчины, — они вряд ли понадобятся.

Оставив женщину, которая назвалась Эдвиной, он прошли ко второй каюте и открыли ее. Тут картина была совсем другая.

Маркиз не склонен был к жестоким развлечениям. Сидя с двумя лысыми голыми дамами на кровати, он пытался понять, почему их заперли. Те наперебой строили разные предположения, весьма далекие от действительности. Появление Армандо с Лапундой повергло всю троицу в шок.

Так как маг не хотел тратить драгоценное время на этих типов, он сделал знак Ансельмо и тот снова применил свой коронный прием. Пожилой маркиз упал и отключился без единого звука.

— Оденьтесь, девочки, — скомандовал он очумевшим от происходящего пленницам, — и айда на камбуз. Людям надо приготовить поесть.

— А этот? — вытянув тонкий пальчик и указав им на маркиза, спросила одна из женщин.

— Этот? Он побудет здесь со своим дружком.

Лапунда распоряжался как у себя дома, за что Армандо был ему благодарен: он мог потратить время и поискать разные амулеты, которыми были богаты оба вельможи. Забрать их было необходимо: с беззащитными людьми легче договариваться. Вытаскивая из карманов платья и из многочисленных ларчиков и коробочек магические штучки на все случаи жизни, он благодарил богов за то, что еще не придуман амулет от удара кулаком по голове.


* * * | Осел и морковка (СИ) | Глава 30