home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



17

– Что еще за поединок? – вполголоса поинтересовался Иван у Рут на выходе из зала.

– По здешним законам, любая из сторон по делу вправе потребовать, чтобы спор был разрешен поединком, – так же тихо пояснила девушка. – Типа кто кого победит – тот и прав!

– Чушь какая-то! – хмуро пробормотал Голицын. – Как одно связано с другим?!

– Я думаю, здесь у них что-то вроде веры в высшую справедливость, – предположила Андерсон.

– Ничего себе справедливость – кто сильнее, тот и прав! Как хоть этот поединок проходит? На мечах рубятся или морды друг другу бьют?

– Понятия не имею, – пожала плечами Рут.

– Что?! – Иван так и замер с поднятой ногой, не завершив шага. – То есть мы даже не знаем, во что вляпались?!

– Был другой выход?

– Не было, – после короткого размышления признал Голицын. – Дело мы, считай, уже проиграли…

– А так хоть какой-то шанс, – подхватила Андерсон.

– Уполномоченного представителя ответчика просят вернуться в зал для согласования условий поединка! – прервал их властный голос откуда-то из-под потолка.

– Кто пойдет? – деловито спросила Ижжа Возз.

– Могу я! – с ехидной ухмылкой предложил Цурр.

На него даже не оглянулись.

– Давайте я, – не слишком уверенно произнесла Рут. – В конце концов, я эту кашу заварила… Да и в здешних процессуальных правилах я уже немного ориентируюсь…

– Иди, – решил Голицын.

Вернулась Рут минут через двадцать.

– Что, уже все? – бросились ей навстречу товарищи. – Что решили?

– Криск, – проговорила девушка.

– Что – криск?!

– Условиями поединка выбран криск. Матч состоится послезавтра. Кто его выиграет – в пользу того будет вынесено решение.

– Погоди, – нахмурился Иван. – При чем тут криск-то?

– Как выяснилось, это одна из возможных форм проведения поединка. На выбор предлагалось еще несколько, но я даже слов таких не знаю. Ранольцы настаивали на какой-то непонятной «шурум-бурум», – краем глаза Голицын заметил на лице Цурра понимающую улыбку, – но там, оказывается, нужно минимум по десять участников с каждой стороны, так что не выгорело у них.

– Понятно, – кивнул Иван. А что, в конце концов, криск – далеко не худший вариант! – Погоди! – осекся вдруг он. – Десять не десять – а шестерых-то мы им где наберем? Я, ты, – он принялся загибать пальцы, – Танака, Ижжа Возз…

– Цурр… – продолжила за него Рут.

– Что?! – ахнул ранолец. – Ну, уж нет, увольте! Я в этих ваших игрищах не участвую!

– Участвуешь, – холодно процедила Андерсон. – Ты представитель? Представитель. Значит играешь. Отказ принять участие в поединке рассматривается тут как оскорбление суда – со всеми вытекающими последствиями. Желаешь попробовать?

– Да, здесь у них с этим делом строго, – кивнула Ижжа Возз.

– Ладно, убедили, – буркнул, побледнев, Цурр. – Что ж, вам же хуже! Уж я вам наиграю!

– За воротами посидишь, – отмахнулся от него, как от назойливой мухи, Голицын. – Все равно выходит только пять, – вновь повернулся он к Рут. – Шестой-то кто?

– Злодей, – чуть слышно проговорила девушка.

– Шутишь? – Иван бросил ошалелый взгляд на обезьяну: свернувшись на полу калачиком, Злодей сладко спал у ног Танаки.

– Никаких шуток. Он тоже представитель – а значит, может – и должен – играть.

– Только этого не хватало! – Голицын на мгновение представил себе Злодея в К-комбинезоне, и в глазах у него потемнело. – Да они просто издеваются!

– Потише! – предостерегла его Ижжа Возз. – Мы все еще в суде!

– Предлагаю сказать, что он отказался играть, – не унимался Иван. – И пусть себе отвечает по всей строгости местного закона! Надеюсь, они не будут с ним излишне гуманны!

– Не будут, – подтвердила Рут. – А нам засчитают техническое поражение. И дело проиграно.

– Нет, но… Но Злодей в команде…

– Дадим ему успокоительное, как сегодня, наденем ошейник и привяжем к стене… Да придумаем что-нибудь!

– И останемся на поле вчетвером?

– Есть идеи лучше?

– Нет, – сдался Иван. – Идей нет – ни лучше, ни хуже, никаких нет.

– А как насчет профессиональных поединщиков? – спросила внезапно Ижжа Возз.

– Кого профессиональных? – быстро обернулась к ней Андерсон.

– Поединщиков. Насколько я знаю, мало кто из представителей сторон участвует в поединках лично. Обычно нанимаются специальные люди, профессионалы. Удовольствие это, конечно, не дешевое…

– Что ж вы раньше-то молчали! – просветлев лицом, воскликнул Голицын. – Так и надо сделать! Нанять пару игроков… Или нет: даже целую сыгранную команду! И пусть бьются!

– Хорошая команда стоит приличных денег, – с сомнением покачала головой Ижжа Возз. – Тем более по такому крупному делу… Счетами Консульства мы воспользоваться не сможем – не имеем полномочий. У вас есть средства?

– Найдем… – уже не так уверенно кивнул Иван. – Продадим что-нибудь. Или заложим.

– Что, интересно? – скептически пробормотала Рут. – Уж не «Альг» ли?

– А хотя бы и «Альг»! А консул вернется – выкупит! Мы ж не для себя, в конце концов! Для Альгера! Главное – покупателя быстренько найти…

– Раноле предложите, – подал голос Цурр. – Мы, пожалуй, прикупим подержанный корветик-другой…

Иван сделал вид, что не расслышал.

От желающих защитить интересы Альгера в судебном поединке – за «скромное» вознаграждение, разумеется – просто не было отбоя. Еще на выходе из Высокого судебного присутствия Голицына с товарищами обступили с десяток агентов, принявшихся буквально впихивать в руки тонкие пластиковые карточки, которые Иван условно определил для себя как «визитки». Надавив на выпуклый кружочек в их центре, можно было связаться с хозяином карточки для переговоров. Правда, всего однажды – после первого же «звонка» «визитка» почему-то прекращала работать.

Вернувшись в Консульство, Голицын по очереди связался со всеми претендентами. Варианты предлагались самые разные: от отдельных игроков (чемпионы и призеры первенства Сурры, победители чемпионата Лиги, обладатели каких-то еще немыслимо громких титулов и званий), до готовых команд. Условия оплаты отличались: кто-то требовал деньги за сам факт выхода на поле, кто-то (как, например, команда-финалист последнего розыгрыша Кубка планеты) – лишь при достижении положительного результата. Суммы тоже назывались разные, но нижняя граница запросов не опускалась ниже миллиона кредитов за игрока или трех миллионов – за команду. Причем – и в этом все кандидаты были на удивление единодушны – заявленная сумма непременно должна была быть депонирована на специальном счете Высокого судебного присутствия. До начала обсуждения любых прочих условий.

С деньгами же был полный швах. Все личное имущество, имевшееся в распоряжении наших незадачливых представителей Альгера, включая «Шилки», Злодея и набор котлов и кастрюль Ижжи Возз, при самом удачном раскладе не тянуло и на десятую часть требуемой суммы. Продать находящийся на орбите «Альг» – а в какой-то момент Иван стал всерьез рассматривать и эту возможность (что, в конце концов, ценнее – «подержанный корветик» или целая база, контроль над которой можно потерять?!) – по местным законам можно было только на металлолом (монополистом в торговле вооружением в Лиге была Ласурра, а отогнать туда корабль не было ни времени, ни возможности), причем резать несчастный корвет начали бы незамедлительно по заключении сделки, а вот деньги перечислили бы только после доставки металла на поверхность – а это, как объяснили Голицыну знающие люди, дней пять как минимум, а то и все семь.

Закон предусматривал еще одну возможность: объявить о сборе пожертвований. Объявили. К вечеру на счету числилось полтора кредита, к утру следующего дня – одиннадцать.

По всему выходило, что играть придется самим.

Утренняя тренировка – первая из двух разрешенных – в других обстоятельствах могла бы даже внушить Ивану сдержанный оптимизм: они в целом неплохо взаимодействовали с Рут и Хирото, Ижжа Возз, которая, как выяснилось, когда-то играла в криск на довольно серьезном уровне и даже вроде бы входила во второй состав молодежной команды своей родной планеты, сразу же нашла с ними общий язык, а Злодей, привязанный за короткий поводок к петле на стене, мирно посапывал, не обращая внимания на невесомость, и никаких неприятностей никому не доставлял. Трудновато, конечно, вчетвером – вечно где-то остается неприкрытая зона – но играть можно. Вот только соперник… При входе в раздевалку Голицын мельком видел поединщиков, нанятых ранольцами – те как раз покидали зал. На рукавах их полосатых красно-белых К-комбинезонов красовались эмблемы ведущего спортивного клуба Сурры, по словам Ижжи Возз, последние пять лет неизбежно входившего в призовую тройку местного чемпионата.

Такие выбьют их шлюзы в порядке номеров – и не вспотеют даже.

Вечером, по окончании второй тренировки, на счету для благотворительных пожертвований было уже целых семьдесят три кредита.

Спал Иван плохо: сначала все пытался придумать какую-нибудь чудодейственно-хитрую схему, которая позволила бы им вчетвером успешно противостоять профессиональной криск-команде, потом, отчаявшись, бросил это безнадежное дело, но заснуть все равно еще долго не мог. Когда же наконец ему удалось забыться, Голицыну, как по заказу, приснился Злодей, играющий за противника. В каждой из четырех рук у чертовой обезьяны было по снаряду, которые она один за другим методично швыряла в цель – и неизменно попадала, сопровождая каждый удачный бросок издевательским утробным уханьем. Всякий раз после шестого выбитого Злодеем шлюза Иван просыпался в холодном поту, но стоило ему вновь закрыть глаза – как все тут же начиналось по новой.

Так что неудивительно, что на утро Голицын встал совершенно разбитый.

Кое-как натянув комбинезон, Иван спустился на первый этаж здания Консульства, где, к своему удивлению, застал завтракающих Ижжу Возз и Рут.

– Привет! – улыбнулась ему Андерсон. – Тоже не спится? – и, не дожидаясь ответа, предложила: – Кофе? Не совсем такой, как у нас, на Земле, но зато настоящий, не из синтезатора.

– Можно подумать, есть разница… – проворчал Голицын, кивнув, однако, в знак согласия. – Что там у нас хорошего на счету? – без особой надежды поинтересовался он.

– Семьдесят три кредита, как и было вечером, – ответила Ижжа Возз, подавая Ивану чашку с горячим напитком.

– Да, любят нас здесь, – не удержался от сарказма Голицын. – Можно сказать, всей душой переживают за Альгер! Просто последнюю рубаху готовы с себя снять!

– На самом деле, по здешним меркам, это не так плохо, – заметила Ижжа Возз. – Сомневаюсь, что Ранола на нашем месте собрала бы намного больше.

– А, ну тогда другое дело! У меня аж от сердца отлегло…

– Доброе утро! – в комнату вошел Танака, ведущий на поводке сонного Злодея. Шимпанзе вяло теребил ошейник, явно не слишком довольный этим странным аксессуаром, но, похоже, не имея достаточно сил, чтобы заняться им всерьез.

– Доброе? – переспросил Иван. – Ну-ну…

Японец присел к столу, Ижжа Возз подала ему «кофе». Злодей воспользовался случаем, чтобы растянуться на полу и задремать.

– Я вот думаю, мы с успокоительным не переборщили? – проговорила, озабоченно глядя на шимпанзе, Рут.

– Сегодня я ему еще ничего не колол, – сказал Хирото. – Это он еще от вчерашнего не отошел.

– Вот и я о том же. Как бы нам его совсем в наркомана не превратить. Может, снизим дозу? – обернулась она к Ижже Возз.

Та пожала плечами:

– Я рассчитывала, исходя из его веса. Но, может, у него восприимчивость выше – кто знает?

– Главное, чтобы в зале под ногами не мешался, – заявил Голицын.

– В зале он по-любому на поводке будет…

– Еще бы Цурра на поводок, – мечтательно пробормотал Иван, – и можно играть…

Улыбнулась в ответ одна Рут – и то как-то натянуто.

Игра была назначена на вторую половину дня, но выдвигаться к месту ее проведения решили сразу же по окончании завтрака: во-первых, делать в Консульстве было решительно нечего, а во-вторых, при зале имелись великолепные демонстрационные стенды, на которых можно было лишний раз прогнать тактические схемы. Перед самым выходом Голицын попросил Ижжу Возз еще раз – на всякий случай – проверить счет – увы, баланс не изменился ни на кредит. Вздохнув, Иван первый вышел на улицу.

В роскошном спортивном комплексе, в состав которого входил криск-зал (и, кажется, даже не один), в этот ранний час было немноголюдно. Отметившись у дежурного на входе, они легко нашли свободную комнату для теоретических занятий и, запустив стенд, под богатырский храп Злодея углубились в дебри стратегии и тактики. Перед смертью – оно, конечно, не надышишься – но это ж не значит, что дышать вовсе не следует?! Да и время так как будто быстрее идет…

Ровно за час до начала матча Голицын выключил стенд, и команда, как того и требовал регламент, направилась в раздевалку. Спящего Злодея тащил на руках Танака. Поводок волочился по полу, и Рут, идущая следом за японцем, пару раз едва на него не наступила.

У входа в раздевалку их уже ждал Цурр. Иван облегченно перевел дух: он почти не сомневался, что тот явится, и явится вовремя – с правосудием Лиги шутки плохи, но мало ли как могло сложиться?! А ну как ранольцы бы рассудили, что техническое поражение противника стоит отдачи под суд одного бывшего (да и бывшего ли?!) курсанта? Другое дело, что, похоже, они и без того абсолютно уверены в своей победе…

– Ну, наконец-то! – радостно, словно встретил старых друзей, выпалил ранолец. – А то я уже заждался! А где игроки?

– Какие еще игроки? – не понял Голицын.

– Как это какие? – удивленно поднял брови Цурр. – Поединщики!

«Издевается!» – понял Иван.

– А мы, по-твоему, кто? – сердито спросила Ижжа Возз.

– Вы? Но… – ранолец весьма правдоподобно изобразил на лице растерянность.

– Ты это, не стой столбом, в раздевалку заходи! – бросил Голицын.

– Эй, погодите, я не понял! – нахмурился Цурр. – Как в раздевалку? Зачем?

– В раздевалке обычно переодеваются на игру, – выступила из-за спины Ивана Рут. – У вас в Раноле не так? А вы что там делаете?

– Так, но… Погодите, а как же…

– Хватит паясничать! – рявкнул, потеряв остатки терпения, Голицын. – Марш переодеваться! – и ухватив Цурра за шиворот, что было сил швырнул ранольца в распахнутые двери.

– Нет! – успел истошно крикнуть тот прежде, чем щелчок замка возвестил, что единственный путь на свободу лежит теперь для них всех через криск-зал.


предыдущая глава | Третий курс | cледующая глава